2 – 124/2019 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

город Красный ФИО3 21 января 2019 года

Судья Красносулинского районного суда Ростовской области Лиханов А.П. 

при секретаре Гусаревой С.И., 

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

помощника Красносулинского городского прокурора Савенкова В.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Воркутауголь» о взыскании компенсации морального вреда в связи с получением профзаболевания и единовременной выплаты по выходу на пенсию, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Воркутауголь» о взыскании компенсации морального вреда в связи с получением профзаболевания и единовременной выплаты по выходу на пенсию, указав в обоснование иска, что в период работы у ответчика, заключением МСЭ ему установлено 40% утраты трудоспособности по профзаболеванию: 

<

данные изъяты> Истец ссылается на то, что вследствие полученного профзаболевания он испытывает физические и нравственные страдания. Просит суд взыскать с ответчика компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 615173, 13 руб. Истец также просит взыскать с ответчика единовременную выплату при выходе на пенсию, предусмотренную п. 5.3 ФОТС по угольной промышленности в размере 276676, 20 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 явился, исковые требования поддержал в полном объеме. При этом истец пояснил, что вследствие полученного профзаболевания он испытывает постоянные боли в спине, левой ноге, испытывает головные боли. Испытывает нравственные страдания в силу того, что не может вести прежний образ жизни, вынужден был уволиться с работы, ухудшилось материальное положение семьи, ощущает себя неполноценным человеком.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, доводы своего доверителя поддержал в полном объеме и просил суд их удовлетворить.

Представитель ответчика АО «Воркутауголь» в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещался своевременно и надлежащим образом, представил письменное ходатайство с просьбой о рассмотрении дела в свое отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика в порядке ст. 167 ГПК РФ. Представителем ответчика также представлен письменный отзыв на иск, в котором он возражает против удовлетворения исковых требований ФИО1 в силу того, что профессиональное заболевание было получено истцом вследствие работы не только у ответчика, но и на других угледобывающих предприятиях. АО «Воркутауголь» произвело частичную выплату компенсации морального вреда истцу, исходя из степени своей вины. В части взыскания единовременного вознаграждения при выходе на пенсию представитель ответчика ссылается на то, что в настоящее время истец работником предприятия не является, за выплатой к работодателю не обращался. Представителем ответчика заявлено ходатайство о применении положений ст. 392 ТК РФ, согласно которой за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм. 

Участвующий в судебном заседании в качестве прокурора помощник Красносулинского городского прокурора Савенков В.Ю. высказал мнение о необходимости удовлетворения требований истца. 

Выслушав участников судебного заседания, изучив представленные в материалах гражданского дела документы, суд считает, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. Согласно ст. 151 ГК РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условия условий труда возлагаются на работодателя.

В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ч.2 ст.5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

В силу ч.2 ст.5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из следующего.

Пунктом 5.4 ОТРАСЛЕВОГО СОГЛАШЕНИЯ ПО УГОЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА ПЕРИОД С 1 АПРЕЛЯ 2013 ГОДА ПО 31 МАРТА 2016 ГОДА (действие документа продлено до 31 декабря 2018 года Соглашением о продлении срока действия Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 01.04.2013 года по 31.03.2016 года), предусмотрено, что в случае установления впервые Работнику, Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

Из содержания приведенной нормы Соглашения следует, что работодатель по соглашению с полномочными представителями работников угольных предприятий определил конкретный размер компенсации морального вреда для случаев, когда работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

При этом в силу п. 5.4 Соглашения установленная данной нормой выплата по своей сути является именно компенсацией морального вреда, рассчитываемой с учетом процента утраты работником профессиональной трудоспособности.

В данном случае работодатели и полномочные представители работников угольных предприятий пришли к соглашению о размере компенсации морального вреда и закрепили его в Федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности РФ, что не противоречит закону.

В силу ст. 237 Трудового Кодекса РФ при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

С учетом изложенного, суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в Федеральном отраслевом соглашении по угольной промышленности РФ либо в коллективном (трудовом) договоре.

Как следует из материалов дела, стороны состояли в трудовых отношениях, истец работал в АО «Воркутауголь» с 13.07.2015 г. по 26.01.2017 г. и был уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением (л.д. 27).

Судом установлено, что в период работы истца в АО «Воркутауголь» ФИО1 причинен вред здоровью вследствие профессионального заболевания, о чем свидетельствуют: копия справки МСЭ-№, копия Акта от 12.01.2017 г. о случае профессионального заболевания, копия Приказа ГУ РРО ФСС РФ № от 03.05.2017 г. о назначении единовременной страховой выплаты, копии медицинских документов.

Вследствие профессионального заболевания истец утратил 40 % профессиональной трудоспособности, вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы в АО «Воркутауголь».

Принимая во внимание наличие между работодателем и работником спора о размере компенсации морального вреда, с учетом положений ст. 237 ТК РФ, суд приходит к выводу о законности требований настоящего иска.

Разрешая спор по существу, суд исходит из указанных обстоятельств, руководствовался названными нормами права и приходит к выводу о том, что в данном случае на работодателе лежит обязанность денежной компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из материалов дела усматривается, что 15.06.2017 г. ответчиком произведена частичная выплата в счет компенсации морального вреда истцу в размере 47415, 67 руб. (л.д. 62), которую суд считает не соответствующей степени физических и нравственных страданий истца вследствие полученного профессионального заболевания. При этом факт заключения с истцом соглашения об указанной выплате не имеет правового значения при рассмотрении настоящего дела, поскольку соглашение между работодателем и работником, находящимся в зависимом состоянии от работодателя, противоречит положениям пункта 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации.

Филиалом № 26 ГУ РРО ФСС РФ истцу выплачена единовременная страховая выплата в размере 75214 руб. 40 коп.

Согласно справке-расчету, среднемесячный заработок ФИО1 составил 92225, 40 руб. (л.д. 29). 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из следующего расчета: 92225 руб. 40 коп. (средний заработок) х 20% х 40 (процент утраты трудоспособности) – 75214 руб. 40 коп. (страховая выплата) – 47415, 67 руб. (частичная добровольная компенсация) = 615173 руб. 13 коп. 

С учетом характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств получения профессионального заболевания, суд приходит к выводу, что данный размер компенсации морального вреда, определенный судом, соответствует требованиям разумности и справедливости.

При этом суд считает, что ответчиком не представлено доказательств того, что истец ФИО1 приобрел профессиональное заболевание на иных угледобывающих предприятиях и что во время работы его на других предприятиях это профессиональное заболевание было такой степени, при которой он утратил трудоспособность и его здоровью был причинён вред. В связи с этим следует вывод, что истец был принят в АО «Воркутауголь» с такой степенью здоровья, которая позволяла ему исполнять трудовые обязанностей, но именно во время работы его у ответчика степень его профессионального заболевания достигла такого уровня, который привел к утрате его трудоспособности как основного показателя вреда его здоровью и одного из основных показателей причинения ему морального вреда. 

Данные обстоятельства подтверждены в судебном заседании, в том числе, Актом о случае профессионального заболевания от 12.01.2017 г. и Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника, согласно которым ФИО1 до работы у ответчика профессиональных заболеваний не имел. 

Удовлетворяя требования ФИО1 о взыскании единовременного вознаграждения за стаж работы в угольной промышленности в размере 15% суд руководствуется ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 20.06.1996г. № 81-ФЗ «О государственном регулировании добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» (в ред. Федерального закона от 19.07.2011 N 248-ФЗ), п. 5.3 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, п. 6.33 Коллективного договора АО «Воркутауголь» на 2017-2019 годы и исходит из того, что истец согласно указанным актам имеет право на получение единовременного вознаграждения.

Ответчик в своем отзыве, не оспаривая размер выплаты и право истца на ее получение, ссылается на пропуск срока, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суд полагает данный довод основанным на неверном толковании норм материального права.

Согласно пункту 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 года N 81-ФЗ "О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности" социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии со статьей 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

В силу положений частей 1 - 3, 5 - 10 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение вступает в силу со дня его подписания сторонами либо со дня, установленного соглашением.

Срок действия соглашения определяется сторонами, но не может превышать трех лет. Стороны имеют право один раз продлить действие соглашения на срок не более трех лет.

Соглашение действует в отношении:

всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, а также являющихся членами объединений работодателей, иных некоммерческих организаций, входящих в объединение работодателей, заключившее соглашение. Прекращение членства в объединении работодателей не освобождает работодателя от выполнения соглашения, заключенного в период его членства. Работодатель, вступивший в объединение работодателей в период действия соглашения, обязан выполнять обязательства, предусмотренные этим соглашением;

работодателей, не являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, которые уполномочили указанное объединение от их имени участвовать в коллективных переговорах и заключить соглашение либо присоединились к соглашению после его заключения;

органов государственной власти и органов местного самоуправления в пределах взятых ими на себя обязательств.

Соглашение действует в отношении всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в частях третьей и четвертой настоящей статьи.

В тех случаях, когда в отношении работников действует одновременно несколько соглашений, применяются условия соглашений, наиболее благоприятные для работников.

Соглашением может быть предусмотрено, что в случае невозможности реализации по причинам экономического, технологического, организационного характера отдельных положений соглашения работодатель и выборный орган первичной профсоюзной организации или иной представитель (представительный орган), избранный работниками в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, вправе обратиться в письменной форме к сторонам соглашения с мотивированным предложением о временном приостановлении действия отдельных положений соглашения в отношении данного работодателя. Стороны рассматривают это предложение и могут принять соответствующее решение о временном приостановлении действия отдельных положений соглашения в отношении данного работодателя.

По предложению сторон заключенного на федеральном уровне отраслевого соглашения руководитель федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, имеет право после опубликования соглашения предложить работодателям, не участвовавшим в заключении данного соглашения, присоединиться к этому соглашению. Указанное предложение подлежит официальному опубликованию и должно содержать сведения о регистрации соглашения и об источнике его опубликования.

Если работодатели, осуществляющие деятельность в соответствующей отрасли, в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к соглашению не представили в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, мотивированный письменный отказ присоединиться к нему, то соглашение считается распространенным на этих работодателей со дня официального опубликования этого предложения. К указанному отказу должен быть приложен протокол консультаций работодателя с выборным органом первичной профсоюзной организации, объединяющей работников данного работодателя.

В случае отказа работодателя присоединиться к соглашению руководитель федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, имеет право пригласить представителей этого работодателя и представителей выборного органа первичной профсоюзной организации, объединяющей работников данного работодателя, для проведения консультаций с участием представителей сторон соглашения. Представители работодателя, представители работников и представители сторон соглашения обязаны принимать участие в указанных консультациях.

Порядок опубликования заключенных на федеральном уровне отраслевых соглашений и порядок опубликования предложения о присоединении к соглашению устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Порядок опубликования иных соглашений определяется их сторонами.

Согласно пункту 5.3. Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, в целях достижения максимальной финансовой устойчивости, повышения экономической результативности Организации, закрепления высококвалифицированных кадров, мотивации наиболее профессиональной части персонала к продолжению работы для выполнения производственных планов, программ, повышения производительности труда и, как результат, обеспечения стабильной и эффективной работы Работодатель обеспечивает Работникам, уполномочившим Профсоюз представлять их интересы в установленном порядке, получившим право на пенсионное обеспечение (право выхода на пенсию в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации), имеющим стаж работы в угольной промышленности не менее 10 лет, выплату единовременного вознаграждения в размере 15% среднемесячного заработка за каждый полный год работы в угольной промышленности Российской Федерации (с учетом стажа работы в угольной промышленности СССР). В случае, если Работник не воспользовался вышеуказанным правом, Работодатель обеспечивает выплату вознаграждения Работникам, получившим право на пенсионное обеспечение (право выхода на пенсию в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации), имеющим стаж работы в угольной промышленности не менее 10 лет при прекращении трудовых отношений с Работодателем в связи с выходом на пенсию.

Выплата единовременного вознаграждения в размере 15% среднемесячного заработка за каждый полный год работы в угольной промышленности Российской Федерации (с учетом стажа работы в угольной промышленности СССР) в соответствии с частями 1 и 2 настоящего пункта осуществляется:

- один раз за весь период работы в угольной промышленности;

- на основании письменного заявления Работника;

- в сроки и порядке, определенном в соответствии с Положением, разработанным совместно с соответствующим органом Профсоюза и Работодателем.

Положением может быть предусмотрена выплата данного вознаграждения как непосредственно Работодателем, так и через негосударственные пенсионные фонды и (или) страховые компании.

В коллективных договорах Организаций может предусматриваться порядок и условия реализации указанных социальных гарантий и иным категориям Работников.

В соответствии с п. 6.33 Коллективного договора АО «Воркутауголь» на 2017-2019 годы, при наступлении у работника, уполномочившего Росуглепроф или НПГ представлять его интересы в установленном порядке, права на пенсионное обеспечение (право выхода на пенсию в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации), работодатель обязан выплатить работнику, уполномоченному Росуглепроф или НПГ представлять его интересы в установленном порядке, имеющему стаж работы в угольной промышленности не менее 10 лет, единовременное вознаграждение за стаж работы в угольной промышленности Российской Федерации (с учетом стажа работы в угольной промышленности СССР). Работник обязан предоставить документ, подтверждающий его право на пенсионное обеспечение в месячный срок с момента выдачи ему соответствующего документа.

При этом, отраслевым соглашением не установлены порядок и сроки выплаты единовременного вознаграждения. Не установлен такой порядок и в коллективном договоре. Сведений о том, что в АО «Воркутауголь» разработано Положение о выплате единовременного вознаграждения в материалы дела ответчиком не представлено.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец проработал на предприятиях угольной отрасли полных 20 лет. (л.д. 63).

В период работы у ответчика истец получил право на пенсионное обеспечение. Как установлено судом, истец приобрел право на пенсионное обеспечение после установления третьей группы инвалидности вследствие профессионального заболевания, полученного при работе у ответчика (л.д. 30). ФИО1 состоит на учете в ГУ УПФР по г. Красный ФИО3 и Красносулинскому району и с 14.02.2017 г. ему назначена страховая пенсия по инвалидности на основании ст. 9 Закона № 400-ФЗ.

При этом суд считает, что ответчик, получив копию искового заявления ФИО1 с требованием о соответствующей выплате и копии документов, подтверждающих право на пенсионное обеспечение, имел возможности произвести соответствующую выплату, однако в этом истцу отказал. 

Сумма единовременного вознаграждения за 20 полных лет работы истца в угольной промышленности рассчитана правильно и составила: 92225 руб. 40 коп. (средний заработок) х 20 лет х 15 % = 276676 руб. 20 коп.

Поскольку ни размер среднемесячной заработной платы истца, ни стаж его работы в угольной промышленности, сторонами не оспаривается, суд соглашается с размером, предъявленной ко взысканию суммы единовременного пособия.

Доводы ответчика о необходимости применения срока, предусмотренного ст. 392 ТК РФ, является несостоятельной, поскольку в данном случае речь идет о социальных гарантиях, при возникновении спора относительно таковых предусмотренный ст. 392 ТК РФ срок применению не подлежит по следующим основаниям.

В соответствии с п. 5.3 раздела 5 "Социальные гарантии и компенсации" Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации единовременное вознаграждение отнесено к числу социальных гарантий и компенсаций.

Таким образом, правоотношения по обеспечению работников угольной промышленности социальными гарантиями и компенсациями в виде единовременной выплаты регулируются не нормами Трудового кодекса РФ, а специальным нормативным актом, который помимо норм трудового права содержит и нормы, регулирующие социальные правоотношения.

В связи с изложенным, споры работников угольной промышленности о предоставлении социальных гарантий и компенсаций, установленных Соглашением, не относятся к категории индивидуальных трудовых споров, что исключает возможность применения к таким правоотношениям положений ст. 392 Трудового кодекса РФ.

Применение в данном случае положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации не правомерно, поскольку единовременное вознаграждение за стаж работы в угольной промышленности имеет иную правовую природу, чем отношения, регулируемые данной статьей.

При этом, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности Российской Федерации не установлен запрет на обращение работников угольной промышленности к работодателю о выплате единовременного вознаграждения и после даты приобретения ими права на пенсионное обеспечение. Срок обращения работников угольной промышленности к работодателю с заявлением о назначении единовременного вознаграждения, а также срок, в течение которого работники вправе оспорить в судебном порядке правильность начисления единовременного вознаграждения, именно этим актом не органичен.

При расчете государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика, суд считает, что государственную пошлину необходимо взыскать в сумме 6266 рублей 76 копеек (5966, 75 руб. + 300 руб.), так как именно эту сумму истец должен был уплатить при подаче искового заявления, но был освобожден от ее уплаты в силу закона. 

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199, 321 ГПК РФ, 

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Воркутауголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 615173 (шестьсот пятнадцать тысяч сто семьдесят три) рубля 13 коп., а также единовременное вознаграждение за каждый полный год работы в угольной промышленности Российской Федерации в размере 276676 (двести семьдесят шесть тысяч шестьсот семьдесят шесть) рублей 20 коп.

Взыскать с акционерного общества «Воркутауголь» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 6266 рублей 76 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд, через Красносулинский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия судьей решения в окончательной форме, то есть с 25 января 2019 года.

Судья: А.П. Лиханов