дело № 1-47/2018

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

16 мая 2018 года город Черняховск 

Калининградский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Карнаухова А.В., при секретаре Демьяновой А.А., с участием государственного обвинителя – заместителя военного прокурора Гусевского гарнизона ФИО1, потерпевшего ФИО12., подсудимого ФИО2, его защитника - адвоката Мамедова Р.М., в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, родившегося 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктом "а" части 3 статьи 286 УК РФ,

установил:

ФИО2, являясь должностным лицом, командиром роты 2 февраля 2018 года около 14 часов 20 минут на центральном проходе на третьем этаже казармы № 19 военного городка № 1а войсковой части № в г.

<

адрес> Калининградской области, действуя из ложно понятых интересов службы, желая наказать подчинённого ефрейтора ФИО12 за упущения по службе, убытие из казармы во время тревоги, в присутствии военнослужащих, схватил того руками за форменное обмундирование, резко потянул на себя и лобовой костью умышленно нанес тому удар в область левого надбровья. Тем самым ФИО2, с применением насилия, совершил действия явно выходящие за пределы своих полномочий, предусмотренных статьями 2, 3, 9, 16, 19, 67, 75, 78, 79 Устава внутренней службы Вооружённых Сил РФ, статьями 3, 6 и 7 Дисциплинарного устава Вооружённых Сил РФ, повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов ФИО12 в виде причинения тому физической боли, нравственных страданий, а также ушибленной раны мягких тканей левой лобной области, являющейся лёгким вредом здоровью по признаку длительности его расстройства, унижения его чести и достоинства, а также нарушение охраняемых законом интересов государства, выразившихся в подрыве авторитета должностных лиц офицерского состава Вооружённых Сил Российской Федерации, в нарушение установленного порядка осуществления военными начальниками и должностными лицами служебных функций и дисциплинарной практики, посягательстве на воинский правопорядок.

Подсудимый ФИО2 виновным в совершении указанного деяния себя не признал. По существу обвинения он показал, что при вышеизложенных обстоятельствах, высказал ФИО12 обоснованные претензии в связи с самовольным убытием того из казармы во время учебной требоги. ФИО12 стал пререкаться, они схватили друг друга руками за обмундирование и стали дёргать друг друга на себя. В результате случайно столкнулись лбами, и у ФИО12 образовалось рассечение левого надбровья. 

Виновность подсудимого ФИО2 подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевший ФИО12 показал, что около 14 часов 20 минут 2 февраля 2018 года на центральном проходе подразделения роты снайперов ФИО2, высказав ему в грубой нецензурной форме претензии по поводу самовольного убытия в столовую, схватил его спереди двумя руками за форму, дёрнул на себя и резким наклоном головы умышлено нанес ему удар лбом в область левого надбровья, в результате у него образовалось рассечение левого надбровья. От нанесённого в присутствии сослуживцев удара он чувствовал боль и обиду, в последующем ему оказали медицинскую помощь и он проходил лечение.

Свидетели ФИО19. и ФИО20., каждый в отдельности показали, что при указных обстоятельствах видели, как ФИО2 предъявил ФИО12 в грубой форме претензии по поводу убытия без разрешения из казармы, после чего ФИО2 потянул ФИО12 руками за обмундирование на себя и нанес удар лбом в область левого надбровья, причинив рассечение.

Согласно протоколов проверки показаний на месте и следственных экспериментов ФИО2, ФИО12, ФИО19 и ФИО20, каждый в отдельности, подтвердили свои показания и продемонстрировали механизм применения физического насилия.

Как следует из заявления ФИО12 от 5 февраля 2018 года он просил привлечь ФИО2 к уголовной ответственности за нанесение тем удара головой в область левой брови и причинение травмы.

Свидетели защиты Свидетель №3 и Свидетель №4, каждый в отдельности, показали, что при изложенных обстоятельствах ФИО2 и ФИО12, держа друг друга руками за обмундирование, толкались и в результате столкновения лбами последнему была причинена травма.

Свидетель ФИО8 показал, что после возбуждения уголовного дела ФИО2 вечером 10 февраля 2018 года представил ему датированную 6 февраля 2018 года явку с повинной. Он зарегистрировал её в книге регистрации сообщений о преступлениях также 6 февраля и лишь 14 февраля её направили в военный следственный отдел.

По заключению эксперта от 19 февраля 2018 года у ФИО12 обнаружена ушибленная рана мягких тканей левой лобной области, расцениваемая как лёгкий вред здоровью по признаку длительности его расстройства. Данные повреждения могли образоваться от действия тупого твёрдого предмета при обстоятельствах, указанных в постановлении.

Из приказов командования, послужного списка и справки о подчинённости следует, что в момент инкриминируемых событий ФИО2 для ФИО12 являлся прямым начальником по должностному положению и воинскому званию.

Согласно явки с повинной, датированной 6 февраля 2018 года, ФИО2 сообщил командиру войсковой части № о неумышленном причинении телесных повреждений подчинённому ФИО12.

Из заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от 3 апреля 2018 года №К следует, что ФИО2 какими-либо психическими заболеваниями, временными психическими расстройствами, алкоголизмом, наркоманией не страдает.

В соответствии с заключениями военно-врачебной комиссии ФИО2 по здоровью годен к военной службе.

Давая оценку исследованным доказательствам, суд исходит из следующего. Показания потерпевшего ФИО12, свидетелей ФИО19 и ФИО20 являются последовательными, они полностью согласуются в деталях, как между собой, так и с показаниями свидетеля ФИО8 а также подсудимого в части причинения им травмы ФИО12, с исследованными в суде протоколами следственных действий, заключениями экспертов и документами. В частности, потерпевший с момента подачи заявления о возбуждении уголовного дела настаивал на умышленном нанесении ФИО2 удара головой, подробно описывая его механизм в ходе допросов и следственного эксперимента. Все вышеперечисленные документы оформлены правомочными должностными лицами, каких-либо существенных недостатков относительно правил их составления не усматривается. По указанным причинам эти показания и приведенные доказательства, в том числе показания подсудимого в указанной части, суд кладёт в основу приговора и на них основывает свои выводы. 

Исследованные доказательства отвечают требованиям относимости, допустимости и достоверности, в связи с чем суд кладет их в основу решения и, проанализировав их в своей совокупности, находит достаточными для вынесения по делу обвинительного приговора.

Показания свидетелей защиты Свидетель №3 и Свидетель №4 являются поверхностными, механизм причинения травмы ими подробно описан не был. Их заявления о том, что ФИО12 хотел нанести удары ФИО2, а тот хотел оттолкнуть ФИО12 и в результате произошло неумышленное столкновение лбами являются их голословными умозаключениями. При том, что ни один из участников конфликта не сообщал им о своих намерениях. Эти их показания противоречат доказательствам стороны обвинения, в частности никто из других допрошенных лиц не сообщал, что ФИО12 размахивал руками, пытаясь ударить ФИО2. Кроме того, данные военнослужащие по призыву находятся в служебной зависимости от продолжающего службу в том же части ФИО2, он лично доставил их в суд и имел с ними общение до их допроса. По указанным причинам эти свидетели могут давать неправдивые показания, и суд их показания отвергает как недостоверные.

ФИО2 на следствии и в суде давал непоследовательные показания, заявляя в ходе предварительного следствия в присутствии защитника о полном признании вины в инкриминируемом преступлении и раскаянии в содеянном, однако в суде свою вину в содеянном не признал. Вместе с тем, вопреки его утверждению, изложенные в описательной части приговора обстоятельства, полностью подтверждаются последовательными, согласующимися между собой и в деталях показаниями потерпевшего, свидетелей обвинения, протоколами следственных действий с их участием, заключениями экспертов и документами. Также подсудимый заявил, что потерпевший и свидетели обвинения, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оговорили его, однако каких-либо убедительных мотивов этому не привёл. На основании изложенного, учитывая, что показания подсудимого в части неумышленного причинения пострадавшему травмы исследованным доказательствам противоречат, суд эти его показания расценивает как защитную позицию и отвергает в данной части как недостоверные. 

Проанализировав указанные выше доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению, что вина подсудимого в инкриминируемом ему деянии полностью доказана.

Таким образом, в суде установлено, что ФИО2, являясь должностным лицом, 2 февраля 2018 года совершил в отношении подчиненного ФИО12 действия, явно выходящие за пределы своих полномочий, сопряженные с насилием и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, а также охраняемых законом интересов государства. Содеянное ФИО2 суд квалифицирует как совершение преступления, предусмотренного пунктом "а" части 3 статьи 286 УК РФ.

При назначении наказания подсудимому в качестве обстоятельства, смягчающего наказание за содеянное, суд признаёт его добровольно заглаживание причинённого потерпевшему вреда, путём принесения тому своих извинений.

При этом с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", заявление ФИО2, датированное 6 февраля 2018 года, с подтверждением им факта причинения подчинённому в условиях очевидности телесных повреждений суд явкой с повинной применительно к части 1 статьи 142 УПК РФ не признает, поскольку, как установлено в суде, оно было подано после возбуждения уголовного дела, каких-либо неизвестных органам следствия сведений не содержало, а напротив содержало версию ФИО2 о неумышленном причинении травмы подчинённому.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

С учётом установленных фактических обстоятельств преступного деяния, характера и степени его общественной опасности, а именно совершение указанного преступления в казарме в присутствии большого количества личного состава, с нанесением удара в жизненно важную часть тела - в голову, и причинением вреда здоровью пострадавшему, что свидетельствует о высокой степени общественной опасности содеянного подсудимым, суд, несмотря на наличие вышеуказанного обстоятельства, смягчающего наказание и отсутствие обстоятельств, его отягчающих, достаточных оснований для изменения категории указанного преступления, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, не усматривает.

Учитывая характер преступного деяния, его мотив – ложно понятые интересы службы, личность подсудимого, по службе до случившегося характеризовавшегося, в целом, удовлетворительно, указанное выше смягчающее обстоятельство, а также мнение потерпевшего и командира воинской части о снисхождении, суд приходит к выводу, что исправление Максимова возможно без реального отбывания основного наказания по правилам ст.73 УК РФ об условном осуждении. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом "а" части 3 статьи 286 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1(один) год с лишением права занимать командные должности в Вооружённых Силах Российской Федерации сроком на 1(один) год.

В соответствии со статьёй 73 УК РФ считать назначенное осужденному ФИО2 основное наказание в виде лишения свободы условным с испытательным сроком в 1(один) год, в течение которого условно осужденный должен своим поведением доказать свое исправление. Возложить на условно осуждённого ФИО2 обязанность в течение испытательного срока не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

По вступлении приговора в законную силу меру процессуального принуждения в отношении ФИО2, в виде обязательства о явке, - отменить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Балтийский флотский военный суд через Калининградский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления. В случае подачи апелляционной жалобы, представления осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: подпись А.В. Карнаухов