РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 сентября 2017 года город Киреевск

Киреевский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего судьи Коноваловой Е.В.,

при секретаре Беккер Е.Р.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО3,

третьего лица ФИО4 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1040/17 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения квартиры недействительным, восстановлении права собственности на спорную квартиру,

установил:

ФИО1 обратилась в суд данным иском, ссылаясь на то, что 30.09.2013 года меду нею и ФИО3, действующим с согласия его матери ФИО4, был заключен договор дарения, принадлежащей ей на праве собственности квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>. После перехода права собственности ФИО3 отказывается от возложенных на него обязанностей по содержанию жилого помещения, в спорной квартире не проживает, материальную помощь не оказывает, уход за нею (ФИО5) не осуществляет. Кроме того, спорная квартира является для нее единственным местом жительства. Заключая договор дарения, она заблуждалась о последствиях такой сделки и не предполагала, что лишится единственного места жительства. Заключенный договор дарения не соответствовал ее действительной воле, так как она не имела намерения лишить себя права собственности на единственное жильё. Более того, она рассчитывала на материальную и физическую помощь со стороны ответчика, взамен чего к нему после ее смерти должно было перейти право собственности на спорную квартиру. Кроме того, в иске истец ссылается на положения ст. 450, 451 ГК РФ, и приводит указанные нормы в обоснование своих требований. Просила суд признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, заключенный между нею и ФИО3, действующим с согласия матери ФИО4, недействительным; признать недействительным свидетельство о праве собственности № от 17.10.2013 года. на недвижимое имущество- спорную квартиру; восстановить ее право собственности на указанную квартиру.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила суд признать договор дарения, свидетельство о праве собственности недействительными, восстановить ее право собственности на спорную квартиру. Пояснила что в момент заключения договора она действовала добровольно, осознавала характер и последствия совершаемых действий, на учете в психоневрологическом диспансере не состояла. Квартиру подарила внуку, по просьбе дочери ФИО4 В спорной квартире кроме нее зарегистрирована ее племянница ФИО2, ответчик требований об их выселении никогда не заявлял. Коммунальные услуги она (ФИО1) оплачивает регулярно, с требованиями о взыскании с ФИО3 понесенных расходов, связанных с оплатой коммунальных услуг, в суд не обращалась. Основанием для обращения с иском в суд послужило то обстоятельство, что после перенесенного ею в 2016 году инсульта, ее дочь ФИО4, вопреки обещаниям, которые она давала при заключении договора дарения, не осуществляла за нею уход.Также сообщила, что она является собственником 1/5 доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Право собственности зарегистрировано на основании договора о передаче квартиры в собственность в порядке приватизации. В указанной квартире проживает ее старшая дочь. 

Ответчик ФИО3 просил истцу в иске отказать, пояснил, что не оплачивал коммунальные услуги, поскольку на момент заключения договора купли-продажи был несовершеннолетним, кроме в того в квартире он не зарегистрирован и не проживает, в связи с чем истец оплачивает потребленные ею коммунальные услуги. В настоящее время он так же не работает и не имеет доходов, поскольку обучается в колледже. Требований о взыскании с него понесенных расходов ФИО1 не заявляла. Налоговые платежи производятся им регулярно. Заявил о применении срока исковой давности. Полагал, что условия договора сторонами исполнены, а основанием для обращения истца с иском послужили отношения с его матерью.

Третье лицо на стороне ответчика не заявляющая самостоятельных исковых требований ФИО4 просила истцу в иске отказать, поскольку договор дарения был заключен ФИО1 добровольно. После перехода прав собственности она производила оплату налоговых платежей, поскольку сын был несовершеннолетним. ФИО1 проживала в квартире, так же в квартире зарегистрирована ФИО2., в связи с чем ФИО1 сама производила оплату коммунальных платежей, требования о том, что ФИО3 должен производить их оплату не заявляла. Вопрос о выселении ФИО1 никогда не ставился. После того, как мать перенесла в 2016 года инсульт, у них возникли разногласия относительно ее лечения, в связи с чем, мать перестала с нею общаться и как следствие решила расторгнуть договор дарения. Полагала, что истец пропустила срок исковой давности.

Представитель третьего лица на стороне ответчика Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области по доверенности ФИО6 направила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что Управление не имеет материально-правового интереса по данному делу, в связи с чем просит рассмотреть дело в отсутствие представителя

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу абз. 1 п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Пунктом 1 статьи 432 ГК РФ установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с положениями ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из названной нормы действующего законодательства следует, что характерным для договора дарения является его безвозмездность, не исключает безвозмездности и возложение на одаряемого определенных обязательства, связанных с использованием вещи.

В соответствии с п. 1 ст. 450 ГК РФ, изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. 

Пунктом 2 ст. 450 ГК РФ предусмотрено, что по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной и в иных случаях, предусмотренных указанным Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно п. 1 ст. 451 ГК РФ, на положения которой истец ссылается в иске, существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из материалов гражданского дела следует и подтверждается письменными доказательствами, что на основании договора дарения от 30.09.2013 года ФИО1 передала, а ФИО3, действовавший с согласия своей матери ФИО4, принял в дар квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>.

Переход права собственности зарегистрирован в Управлении Росреестра по Тульской области 17.10.2013 года, что подтверждается выпиской Единого Государственного реестра недвижимости и об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости.

В настоящее время ФИО3, также является собственником указанной квартиры. 

В спорном жилом помещении зарегистрирована ФИО1 с 02.11.2004 года по настоящее время, и ФИО2 с 19.02.2010 года, что подтверждается справкой, выданной 08.09.2017г МКУ «Городское хозяйство м.о. г. Киреевск Киреевского района».

В судебном заседании стороны не оспаривали и признавали, что ФИО5 выразила свое намерение признать договор дарения недействительным, либо расторгнуть его, о чем сообщила ФИО7, и получив отказ в добровольном расторжении договора, обратилась с иском в суд. 

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу принципов диспозитивности и состязательности гражданского процесса, правомерность заявленных исковых требований определяется судом на основании оценки доказательств, представленных сторонами в обоснование их правовой позиции.

По условиям договора дарения, заключенного 30.09.2013 года, между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемый), действовавшим с согласия своей матери ФИО4 даритель дарит, квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, а одаряемый принимает в дар указанную квартиру.

Согласно п. 7 Договора стороны договорились, что указанное имущество будет принадлежать одаряемому на праве собственности после перехода права собственности от дарителя к одаряемому. 

Стороны гарантировали, что в момент подписания договора они полностью дееспособны, под опекой и попечительством не состоят, не препятствуют заболеваниям, препятствующим осознать сущность подписываемого договора, способны понимать значение своих действий и руководить ими, не находятся под влиянием в заблуждения, не действуют под влиянием насилия, обмана, угрозы, и стечения тяжелых обстоятельств, вынуждающих совершить сделку на крайне невыгодных для себя условиях (п. 9 Договора) 

В силу п. 10 Договора, договор считается одновременно актом приема-передачи имущества, свидетельствующим факт перехода права собственности от дарителя к одаряемому.

В соответствии с п. 11 договора дарения, после подписания договора Одаряемый несет бремя содержания переданного ему имущества, принимает на себя обязанности по уплате налогов на недвижимость, ремонту жилого помещения.

Таким образом, приняв квартиру в дар и зарегистрировав свое право в регистрирующем органе, ответчик выполнил условие договора дарения.

В обоснование требований о признании договора дарения недействительным истец ссылается на то, что ответчик не выполняет условия договора дарения и не несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, в связи с чем, она вынуждена нести расходы по оплате коммунальных платеже; ответчик не проживает на спорной жилой площади; при заключении договора ФИО3 и его мать ФИО4 обязались осуществлять за нею (ФИО1) уход, помогать материально и физически, однако на протяжении нескольких лет обязательства не выполняют;

В подтверждение своих доводов истец представила сведения об оплате ею коммунальных платежей.

Судом установлено, что в спорном жилом помещении зарегистрирована и проживает ФИО1 с 02.11.2004 года по настоящее время, и ФИО2 с 19.02.2010 года. Лицевые счета в управляющей и ресурсоснабжающих организациях оформлены на ФИО1, что подтверждается представленными квитанциями. ФИО1 задолженности по оплате коммунальных услуг не имеет.

Каких-либо претензий по поводу неоплаты ФИО3 коммунальных услуг, фактически потребляемых ею (ФИО1) самой, с момента заключения договора дарения не предъявляла, с подобными требованиями в судебные инстанции не обращалась.

В судебном заседании ФИО1 не отрицала, что фактически производит оплату коммунальных услуг, которые сама и потребляет в спорной квартире.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что до обращения с иском в суд истец не была заинтересована в том, чтобы оплату за коммунальные услуги в занимаемом ею жилом помещении производил ФИО3, а также что допущенное ФИО3 нарушение своих обязанностей по содержанию собственности не является для истца существенным, поскольку не влечет для нее такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора дарения от 30.09.2013 года

Представленные ответчиком квитанции об уплате налоговых платежей, опровергают доводы истца о том, что ответчик не производит налоговые платежи.

Место проживания ответчика и факт его регистрации по другому адресу и обеспеченность его жильем, не порождает правовых последствий при разрешении данного спора.

В судебном заседании ответчик сообщил о своем намерении оплачивать коммунальные услуги, подлежащие оплате собственником жилого помещения.

Поскольку в силу п. 1 ст. 572 ГК РФ договор дарения является безвозмездным, даритель не имеет права требовать от одаренного лица совершения встречных действий имущественного или неимущественного характера в отношении себя лично.

Условие, о том, что ответчик будет помогать истцу после заключения договора, сторонами договора не ставилось. Квартира была подарена без всяких условий, в том числе, без условия о том, что ответчик после заключения договора должен будет оказывать истцу какую-либо материальную помощь или осуществлять уход за нею.

В судебном заседании лица, участвующие в деле подтвердили, что все претензии относительно ухода, у истца имеется к ее дочери ФИО4 (матери ФИО3), которая не является стороной договора и действовала при заключении договора дарения в интересах своего несовершеннолетнего сына, который в силу закона был лишен возможности заключать сделку

Таким образом, доводы ФИО1 об изменении отношения к ней ее дочери ФИО4, возникающих конфликтах, не имеют правового значения для дела, поскольку встречные обязательства на ответчика договором дарения не были возложены.

Доводы истца относительного того, что заключая договор дарения, она (ФИО1) заблуждалась о последствиях такой сделки и не предполагала, что лишится единственного места жительства, а условия договора дарения не соответствовали ее действительной воле, не нашли своего подтверждения в судебном заседании

На основании ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения. 

Истец, ссылаясь на то, что при заключении договора дарения она не осознавала последствия такой сделки.

Также сообщила, что она подписала договор, заблуждаясь при этом относительно природы сделки, не читала его и не вникала в его суть, при подписании ей не было разъяснено, что она теряет право собственности, и в любой момент ее могут снять с регистрационного учета и выселить из квартиры, в связи с чем она лишится единственного жилья. Она считала, что подписывает договор дарения, ответчик должен обеспечить ей пожизненное содержание.

Приведенные истцом доводы относительно ее заблуждения природы и последствий сделки, суд отклоняет, поскольку условия договора не содержат никаких обязательствотносительно ухода и содержания за нею (ФИО1 ) ее внуком ФИО3.

С заявление о регистрации перехода права на спорную квартиру ФИО1 обратилась в регистрирующий орган лично 30.09.2013 года., что подтверждается материалами регистрационного дела, копия которого имеется в материалах дела.

Истец не отрицала, что при заключении договора состояние ее здоровья позволяло осознавать последствия совершаемой сделки, в подтверждении чего ФИО5 представила справку и о том, что она на учете у врача нарколога и врача психиатра не состоит. Трудовой стаж истца, а также занимаемые ею должности также подтверждаю способность истца осознавать характер совершаемой сделки. Из представленной истцом трудовой книжки следует, что ФИО1 имеет трудовой стаж с 1956 года, по состоянию на 1994 год занимала должность инженера по материально-техническому снабжению, о чем свидетельствует последняя запись в трудовой книжке

В судебном заседании истец подтвердила доводы ответчика о том, что вопрос о ее выселении из спорной квартиры никогда ФИО3 не ставился, и нарушений ее прав на проживание в указанной квартире не возникало.

Таким образом, на дату рассмотрения спора право пользования истца указанным жилым помещением в установленном законом порядке не прекращено, требований о выселении в рамках настоящего дела к ФИО1 не предъявлялось.

Кроме того, сторонами признается и не оспаривается, что ФИО1 является собственником 1/5 доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в которой в настоящее время проживает ее старшая дочь. В связи с чем утверждения истца о том, что она не имеет в собственности иного жилого помещения, опровергается признанными сторонами в судебном заседании обстоятельствами.

Таким образом, приведенные в обоснование исковых требований доводы истца не свидетельствуют о существенном изменении обстоятельств, имевших место на день заключения договора. 

Возникший в 2016 году конфликт между истцом и ее дочерью ФИО4, являющейся матерью ответчика ФИО3, правового значения для разрешения спора не имеют.

Таким образом, суд приходит к выводу, что договор дарения от 30.09.2017 г. заключен в письменной форме, соответствует требованиям статей 572, 574 ГК РФ и иным требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, при его исполнении стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно ФИО5 по своей воле передала в дар принадлежащую ей на праве собственности квартиру ФИО3.

Доказательств, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий, а также, что оспариваемая сделка совершена с целью воспрепятствования обращения взыскания, в материалы дела не представлено.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности с точки зрения их достоверности, относимости и допустимости, суд приходит к выводу о том, что в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии правовых оснований, для признания договора дарения недействительным.

Доказательств, достоверно подтверждающих заблуждение ФИО1 относительно договора дарения квартиры от 30.09.2013 года, стороной истца не приводится.

Установленные судом обстоятельства заключения договора дарения квартиры от 30.09.2013года не подпадают под признаки порока воли, предусмотренные ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного требования ФИО1 о признании договора дарения квартиры от 30.09.2013 г. недействительным и признании за нею права собственности на спорную квартиру удовлетворению не подлежат, ввиду недоказанности доводов истца о совершении сделки под влиянием - заблуждения.

При разрешении данного спора ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Положениями Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195).

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статья 196).

Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункты 1 - 2 статья 199).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункты 1 - 2 статья 200).

Исполнение сделок по договорам отчуждения недвижимого имущества начинается с момента передачи недвижимого имущества. Спорная квартира была передана дарителем ФИО1 в собственность одаряемому ФИО3 30.09.2013 года

Пунктом 2 ст. 181 ГК РФ предусмотрено, что иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение года со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Разрешая возникший между сторонами спор, принимая во внимание, что оспариваемый истцом договор был заключен между сторонами 30.09.2013 года, а в суд истец обратилась только 22.05.2017 года, учитывая, что стороной ответчиков заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности, суд приходит к выводу о том, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд, что является самостоятельным основанием к отказу в удовлетворении иска, с учетом отсутствия доказательств уважительности пропуска срока, отсутствием ходатайства о его восстановлении.

Учитывая, что договор дарения не расторгнут, недействительным не признан, законных оснований для удовлетворения требований истца об отмене регистрации указанного договора дарения у суда первой инстанции также не имелось.

Свидетельство о государственной регистрации права является документом, удостоверяющим только факт проведения государственной регистрации, то есть данный документ подтверждает лишь что на дату, указанную в нем в качестве даты выдачи, за определенным в нем лицом зарегистрировано указанное в нем право на основании поименованных в свидетельстве документов на описанный в данном документе объект недвижимости, о чем в Едином государственном реестре в соответствующий день была сделана регистрационная запись под соответствующим номером. Оно не является правоустанавливающим документом и основанием для возникновения прав и обязанностей в отношении недвижимого имущества.

Признание свидетельства о государственной регистрации права недействительным является ненадлежащим способом защиты предполагаемых нарушенных или оспоренных прав и законных интересов, и является излишним, поскольку удовлетворение данного требования не будет способствовать восстановлению прав истца.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения квартиры от 13.09.2013 года недействительным, восстановлении права собственности на спорную квартиру, отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путём подачи апелляционной жалобы в Киреевский районный суд Тульской области в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Председательствующий