47RS0011-01-2020-001711-62

Дело № 2-199/2021

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Ломоносов 4 июня 2021 года

Ломоносовский районный суд Ленинградской области в составе председательствующего судьи Яковлевой М.В.,

с участием помощника прокурора Ломоносовского района Ленинградской области Тарасовой Э.Н.,

при секретаре Спренгель У.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о возмещении вреда, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Ломоносовский районный суд Ленинградской области с иском к ИП ФИО2 о возмещении вреда в размере 44781 рубль 73 копейки, компенсации морального вреда в размере 100000 рублей 00 копеек, взыскании связанных с рассмотрение дела расходов в размере 31800 рублей 00 копеек, а также взыскании государственной пошлины в доход бюджета в размере 4732 рубля 00 копеек.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 3 июня 2020 года между ФИО1 (арендатор) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (арендодатель) был заключен договор коммерческого найма нежилого помещения (банного комплекса), по условиям которого арендодатель передает арендатору во временное пользование помещение, являющееся частью банного комплекса, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

По вышеуказанному договору арендатором 3 июня 2020 года внесена сумма в качестве предварительной оплаты в размере 2000 рублей 00 копеек (подтверждающих документов об оплате не имеется, так как оплата производилась наличным расчетом), 4 июня 2020 года на момент заселения по вышеуказанному адресу внесено 8000 рублей 00 копеек (посредством денежного перевода, о чем имеется подтверждение), а также 5000 рублей 00 копеек внесены в качестве залога наличными средствами (приходно-кассовый чек администратор не предоставил при получении указанной суммы в качестве залога). По настоящее время залоговая сумма арендатору не возращена.

Общая сумма по условиям договора составила 15000 рублей 00 копеек, из которых 5000 рублей 00 копеек арендодатель обязан возвратить как внесенный залог, если не нарушались условия вышеуказанного договора.

Исходя из фактических обстоятельств дела, ФИО1 во время посещения банного комплекса, около 6 часов 00 минут 5 июня 2020 года, в парилке, в момент спуска с верхней полки, провалилась правой ногой (нижней/3 частью), поскольку одна из досок нижней полки сломалась, когда на нее наступила истец, вследствие чего последняя, потеряла равновесие и, непроизвольно коснулась левой частью бедра раскаленной банной печи, которая расположена рядом с указанной полкой и получила ожог.

Кроме того, ФИО1 указала, что в момент произошедшего события находилась в трезвом состоянии, соблюдала правила и технику безопасности в помещении банного комплекса (парилке), ранее у истца никаких травм не было. На момент произошедшего события в парилке банного комплекса находились свидетели.

После наступления указанного события ФИО1 попытались оказать первую медицинскую помощь лица, которые находились в одном помещении с ней, установившие также, что доска нижней полки, которая сломалась, была не цельной, а собранной из двух элементов, скрепленных между собой при помощи шурупов.

ФИО1 обратилась скорую медицинскую помощь, однако в ходе телефонного разговора сотрудники подстанции скорой медицинской помощи порекомендовали, при возможности самостоятельного передвижения, обратиться в больницу (травматологическое отделение).

Таким образом, ФИО3, не дожидаясь скорой медицинской помощи, самостоятельно и на своем транспортном средстве проследовала в больничной пункт.

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного № 62461 от 8 июня 2020 года, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась 5 июня 2020 года в 11 часов 00 минут в СПбГБУЗ Городская больница № 51, расположенное по адресу: 

<

...>, в ходе оказания медицинской помощи поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Назначено амбулаторное лечение в виде перевязок и наблюдение у лечащего врача.

Из выписки из медицинской карты амбулаторного больного № 62461 от 3 июля 2020 года следует, что на момент осмотра дежурным врачом установлена положительная динамика, однако, исходя из полученных травм, ФИО1 продолжает лечение.

Случившееся происшествие у ФИО1 вызвало утрату общей трудоспособности на период с 5 июня 2020 года по 19 июня 2020 года, что подтверждается листом нетрудоспособности №.

Лечение для истца повлекло дополнительные затраты, в частности, приобретение стерильной повязки «hartmann branolind» с перуанским бальзамом стоимостью 1485,00 рублей, самоклеящейся повязки «cosmopor е» стоимостью 710,00 рублей, обезболивающего «нимесулид» стоимостью 247,86 рублей, фиксирующего лейкопластыря и троксевазин геля стоимостью 344,00 рублей.

Истец также указала, что в результате временной нетрудоспособности ею не получена заработная плата за июнь 2020 года, которая составляет, с учетом расчета за предыдущий месяц, сумму в размере 37242 рубля 73 копейки.

15 июня 2020 года представителем истца была направлена досудебная претензия в адрес ИП ФИО2 с просьбой в добровольном порядке возместить расходы, оставленная последней без удовлетворения. 

Истец указала, что в результате указанного происшествия произошли утрата работоспособности, кратковременное расстройство состояния здоровья, были понесены материальные расходы и моральные страдания, при этом, полное восстановление прежнего состояния здоровья происходит до сих пор.

ФИО1 в обоснование своих требований о компенсации морального вреда ссылается на то, что в результате полученных травм она, с момента получения травм, стала испытывать неудобства, связанные с необходимостью наблюдения у лечащего врача, делать перевязки, обрабатывать раны. Причиненные ожоги до настоящего времени вызывают сильную физическую боль, жжение, вследствие чего она не может вести активный образ жизни, образовавшиеся гематомы на нижних конечностях ног не позволяют выходить на улицу.

Помимо этого, ФИО1 испытала чувство обиды, несправедливости от того, что, находясь в банном комплексе (бане) с целью отдыха, она, напротив, получила многочисленные травмы, в результате которых пребывала на больничном, претерпевая физические и нравственные страдания.

Кроме того, истец указала, что со стороны арендодателя (доверенного лица, управляющего) не последовало ни извинений, ни помощи, ни намерений загладить причиненный ущерб. Более того, истец указала, что арендодатель (доверенное лицо, управляющий) отнесся к ней с пренебрежением, утверждая, что она находилась в состоянии алкогольного опьянения и вышеуказанные травмы получила в результате своих неосторожных действий, при этом, руководствуясь личным убеждением, что потерпевшая шантажирует его в целях извлечения прибыли.

С учетом обстоятельств причинения вреда, степени вины и требований разумности и справедливости, истец счел возможным потребовать компенсации морального вреда в размере 100000 рублей 00 копеек.

В связи с тем, что ответчик на стадии переговоров не предпринял каких-либо мер к урегулированию указанного спора, проигнорировал досудебную претензию, а также присвоил себе оригинал договора коммерческого найма нежилого помещения (банного комплекса) от 3 июня 2020 года, подписанный обеими сторонами, истец была вынуждена обратиться за оказанием квалифицированной юридической помощи, что подтверждается договором об оказании юридических услуг, сумма вознаграждения составила 30000 рублей 00 копеек.

Определением Ломоносовского районного суда Ленинградской области от 17 февраля 2021 года судом принят отказ ФИО1 от исковых требований в части взыскания утраченного заработка в размере 36994 рубля 87 копеек, производство по делу в данной части прекращено.

Истец ФИО1, извещенная надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения спора, в судебное заседание не явилась, поручила представлять свои интересы ФИО4, который в судебном заседании настаивал на удовлетворении искового заявления по изложенным в нем доводам.

Ответчик ИП ФИО2, извещенная надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения спора, в судебное заседание не явилась, поручила представлять свои интересы ФИО5, который в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, поддержал доводы возражений.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11, пояснил, что присутствовал во время заключения ФИО1 и ИП ФИО2 договора, последняя объяснила чем можно пользоваться, показала где находятся дрова. Когда Истец и свидетель заехали в дом, то баня уже была растоплена. Относительно использования бани арендодатель пояснила, что баня находится в распоряжении гостей. При произошедшем в сауне вместе с истцом был свидетель и ФИО16. Когда выходили из сауны (свидетель шел первый) услышал крик ФИО1, и увидел, что её нога застряла в пологе, из-за чего ФИО1 упала боком на сауну и получила ожог.

Свидетели Свидетель №1 и Свидетель №2, допрошенные в судебном заседании, дали пояснения аналогичные возражениям ответчика на исковое заявления, о том, что дом сдавался без права пользования баней, когда проверили сауну, то не обнаружили сломанной доски, также свидетели пояснили, что запуск истцом фейерверков подтвержден видеозаписью.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора Тарасовой Э.Н., полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 4 июня 2020 года между истцом и ответчиком заключен договор найма нежилого помещения (банного комплекса), расположенного по адресу: 

<

адрес> (л.д.138-оборот).

Плата за наем помещения составила 10000 рублей (пункт 4.1 договора), в том числе предоплата в размере 2000 рублей 00 копеек. Кроме того, в соответствии с пунктом 4.3 договора, истцу надлежало внести в пользу ответчика страховой депозит в размере 5000 рублей 00 копеек, подлежащий возврату после окончания найма.

Помещение банного комплекса принадлежит ответчику ФИО2 на основании договора от 3 января 2020 года, заключенного с ФИО6 (л.д.133-137).

В соответствии с патентом № ответчик ФИО2 осуществляет предпринимательскую деятельность по предоставлению услуг бань, душевых, саун (л.д.93).

Истец утверждает, что в период времени около 6 часов 00 минут 5 июня 2020 года в результате неисправности конструкции, расположенной в арендованном помещении, она потеряла равновесие и, в результате контакта с горячей поверхностью банной печи, получила ожоги, а в результате падения – ушибы.

Согласное выписке из медицинской карты амбулаторного больного № 62461 от 8 июня 2020 года (л.д. 32), ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась 5 июня 2020 года в 11 часов 00 минут в СПбГБУЗ Городская больница № 51, в ходе оказания медицинской помощи ей поставлен диагноз: 

<

данные изъяты>. Назначено амбулаторное лечение в виде перевязок и наблюдение у лечащего врача (л.д.32).

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного № 62461 от 3 июля 2020 года на момент осмотра дежурным врачом установлена положительная динамика, однако, исходя из полученных травм, ФИО1 продолжает лечение.

В период с 5 июня 2020 года по 19 июня 2020 года истцом была утрачена общая трудоспособность, что подтверждается листом нетрудоспособности № (л.д.33).

Истцом понесены расходы на приобретение медикаментов, в том числе, приобретение стерильной повязки «Hartmann Branolind» с перуанским бальзамом стоимостью 1485 рублей 00 копеек, самоклеящейся повязки «Cosmopor е» стоимостью 710 рублей 00 копеек, обезболивающего «Нимесулид» стоимостью 247 рублей 86 копеек, фиксирующего лейкопластыря и Троксевазин-геля стоимостью 344 рубля 00 копеек (л.д. 35).

15 июня 2020 года представителем истца была направлена досудебная претензия в адрес ИП ФИО2 с просьбой в добровольном порядке возместить расходы, оставленная последней без удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 7 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя.

В свою очередь, в соответствии с частью 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из изложенного следует, что условием деликтной ответственности является доказанность причинной взаимосвязи между противоправными действиями делинквента и наступившим вредом.

Судом установлен и ответчиком в ходе рассмотрения спора не оспаривался факт ведения им предпринимательской деятельности, связанной с предоставлением принадлежащего ему имущества для рекреационных целей. Факт заключения договора с истцом ответчик также не оспаривал.

Таким образом, суд находит, что к отношениям сторон подлежат применению положения законодательства о защите прав потребителей.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с этим, суд, оценивая обстоятельства спора, а также объяснения и процессуальное поведение его участников, приходит к выводу о том, что событие, повлекшее причинение вреда здоровью истца, произошло в указанные истцом дату, время, месте и при указанных истцом обстоятельствах.

Суд принимает во внимание, что обстоятельства взаимоотношений, результатом которых становится причинение вреда жизни и здоровью, далеко не всегда имеют прямое материальное отражение, а потерпевший чаще всего лишен возможности его обеспечить, поскольку вынужден решать первоочередную задачу сохранения жизни и здоровья.

В этой связи, полное освобождение причинителя вреда от обязанности доказывать свою непричастность к деликту в ситуации, когда потерпевший представил косвенные доказательства обратного, приводило бы к освобождению делинквента от ответственности и еще большему нарушению прав потерпевшего.

Таким образом, распределяя бремя доказывания, суд исходит из того, что установленная по имеющимся в настоящем деле доказательствам совокупность косвенных фактов обладает свойством такой непротиворечивой хронологической их взаимосвязи, которая делает эту совокупность уникальной, позволяющей экстраполировать центральное событие, собственно, причинения вреда, находящееся вне материальной фиксации.

Возможность такого экстраполирования может быть отвергнута в результате предоставления доказательств другой стороной спора, однако, одно лишь умолчание этой стороны, основанное на отсутствии у оппонента прямых доказательств, нельзя признать достаточным. 

Такой подход к представлению сторонами и оценке судом доказательств, подразумевающий активное участие сторон спора в процессуальном состязании и реконструкции последовательности событий, представляется наиболее справедливым, позволяющим на основе принципа баланса вероятностей оценить убедительность конкурирующих версий сторон спора.

Суд, при этом, не усматривает оснований для применения к позиции истца максимального стандарта доказывания (beyond a reasonable doubts, вне разумных сомнений), поскольку истец, являющийся потребителем услуги, вправе рассчитывать на ее безопасность при разумном его поведении, а ответчик, в свою очередь, обязан доказать, что им были приняты определенные меры к тому, чтобы такая безопасность была обеспечена, либо доказать, что поведение истца выходило за пределы разумного и осмотрительного.

Применительно к настоящему спору, суд находит, что вероятность получения истцом травм до посещения принадлежащего ответчику банного комплекса, с учетом их характера, следует исключить, поскольку с высокой степенью вероятности наличие термических ожогов и болезненность воздействия на них высокой температуры заставит лицо отказаться от посещения сауны. В свою очередь, вероятность получения травм после посещения банного комплекса также исключается судом, поскольку убедительной версии их получения (с учетом локализации ожогов) в промежуток времени между объявленным истцом временем получения травм (около 6 часов 00 минут 5 июня 2020 года) и обращением в лечебное учреждение, расположенное в Санкт-Петербурге (11 часов 00 минут 5 июня 2020 года) суду не представлено.

Суд отмечает, что ответчиком, вопреки требованию статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств тому, что истец получила указанные ею травмы в результате собственной неосмотрительности. Кроме того, суд считает, что ответчик не предпринял разумных мер к своевременному расследованию обстоятельств происшествия, имевшего место в принадлежащем ему банном комплексе, не проверил и не сообщил потребителю о результатах проверки довода истца об обстоятельствах, послуживших причиной получения травмы (поломка деревянной конструкции). 

Суд также считает необходимым отметить, что в условиях осуществления коммерческой деятельности ответчик обязан обеспечить повышенную безопасность оказываемой услуги, связанной с использованием источника высокой температуры, для неопределенного круга лиц с учетом, в том числе, неосведомленности потребителей о рисках получения травм при использовании услуги.

Суд отклоняет довод ответчика о том, что использование сауны осуществлено истцом самовольно, без разрешения ответчика, поскольку, во-первых, ответчик объяснил наличие запрета посещения сауны действующими противоэпидемическими мерами, а не наличием неисправности оборудования сауны, а, во-вторых, не принял мер к исключению использования сауны путем исключения доступа потребителей в это помещение.

При таких обстоятельствах, поскольку суд нашел доказанным факт оказания услуги ненадлежащего качества, связанной с получением истцом травм, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы, связанные с получением медицинской помощи и приобретением медикаментов в размере 2786 рублей 86 копеек.

В части требования истца о взыскании с ответчика уплаченного депозита в размере 5000 рублей 00 копеек суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Ответчиком в ходе рассмотрения спора не оспаривался факт принятия от истца депозита в размере 5000 рублей 00 копеек, при этом, ответчик указывал, что удержание депозита произведено им в связи с нарушением истцом правила о соблюдении режима тишины, действующего на территории банного комплекса после 23 часов 00 минут. Ответчик, в частности, указал, что истцом в период времени после 23 часов 00 минут использовались светошумовые пиротехнические изделия.

В соответствии с пунктом 3.1.8 договора установлен режим тишины на территории вокруг арендованного помещения, а также во внутреннем дворе после 23:00. Между тем, доказательств того, что пиротехнические изделия использовались истцом на указанной территории, подразумевая под этим территорию комплекса и действия самого истца, ответчиком не представлено, в связи с чем, основания для удержания страхового депозита, предусмотренные пунктом 4.3 договора от 4 июня 2020 года, судом не установлены.

Доказательства, представленные представителем ответчика (видеозапись запуска пиротехнических изделий), приобщенная к материалам дела, подтверждает только то, что фейерверк использовался гостями истца, однако не на территории, определенной пунктом 3.1.8 договора, а за его пределами (за воротами). 

Довод, представителя ответчика о том, что указанная территория также относится к территории банного комплекса не подтверждена достоверными и допустимыми доказательствами, не обозначена на местности, не установлена договором, кроме того, истец и гости не были проинформированы надлежащим образом об отнесении территории, находящейся за забором банного комплекса к самому банному комплексу.

Поскольку факты получения и удержания ответчиком страхового депозита последним не оспаривались, суд находит требование о его возврате подлежащим удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Оценивая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд находит, что основания для этого имеются, поскольку обстоятельства причинения морального вреда связаны с получением истцом физических травм, их болевым воздействием, необходимостью лечения.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация в размере 35000 рублей 00 копеек, которую суд находит достаточной для возмещения причиненного морального вреда.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку суд пришел к выводу об обоснованности требований истца в общем размере 42786 рублей 86 копеек, в пользу истца также надлежит взыскать штраф в размере 21393 рубля 43 копейки.

В соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

С учетом сложности спора, руководствуясь разъяснениями, приведенными в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд находит возможным взыскать с ответчика издержки истца на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей 00 копеек.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Поскольку при предъявлении исковых заявлений истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально удовлетворенным требованиям, в размере 300 рублей 00 копеек исходя из требования о компенсации морального вреда и в размере 400 рублей 00 копеек исходя из размера материального требования, а всего в размере 700 рублей 00 копеек. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о возмещении вреда, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения вреда в размере 7786 рублей 86 копеек, компенсацию морального вреда в размере 35000 рублей 00 копеек, штраф в размере 21393 рубля 43 копейки, расходы в размере 30000 рублей, связанные с рассмотрением дела, а всего 94880 (девяносто четыре тысячи восемьсот восемьдесят) рублей 29 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.

Взыскать индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 700 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ломоносовский районный суд Ленинградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 11 июня 2021 года.

Судья М.В. Яковлева