Дело № 2-1374/2018 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 16 ноября 2018 года

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Саруевой Е.В.,

с участием прокурора Мироновой А.Н.,

при секретаре судебного заседания Григорьевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская», ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская», ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования» о взыскании компенсации морального вреда. 

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ медицинским заключением Клиники НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний СО РАМН ему был установлен диагноз: «

<

данные изъяты>». Заболевание профессиональное, установлено впервые. С ДД.ММ.ГГГГ ФГУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

адрес>», в связи с профессиональным заболеванием ему была впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности – 30% на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно медицинской экспертизе связи заболевания с профессией и установлению степени вины предприятий, степень вины ответчика в установлении у него профзаболевания «

<

данные изъяты>, составляет: Шахта им. 60-летия Союза ССР – 8%; АО «Шахта «Аларда» - 28,5%; Многоотраслевое коммунальное предприятие 

<

адрес> – 3,6%; МУП «ЖКХ и Б» - 1,2%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Алардинская» - 32,5%; ООО «Шахта «Алардинская» - 11,6%, ООО «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» - 14,6%.

Полагает, что ответчик ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», который является правопреемником ООО «Шахта «Алардинская», Шахты им. 60-летия Союза ССР должен произвести ему выплату компенсации морального вреда исходя из 69 % степени вины ответчика в развитии у истца профзаболевания, в сумме: 33.753,29 руб. (среднемесячная заработная плата) х 20%х30 (процент утраты проф. трудоспособности) – 37.583,70 руб. (выплата КРОФСС) х 69 % (степень вины ответчика) = 113.805,87 руб. Кроме того, полагает, что ответчик ООО «Шахта «Алардинская» должен произвести ему выплату компенсации морального вреда, исходя из размера среднемесячного заработка в сумме: 33.169,62 руб. (среднемесячный заработок) х 20%х30 (процент утраты проф. трудоспособности) – 37.583,70 руб. (выплата КРОФСС) х 11,6 % (степень вины ответчика) = 18.726,35 руб. Также полагает, что ответчик ООО «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» должен произвести ему выплату компенсации морального вреда, исходя из размера среднемесячного заработка в сумме: 64.198,60 руб. (среднемесячный заработок) х 20%х30 (процент утраты проф. трудоспособности) – 37.583,70 руб. (выплата КРОФСС) х 14.6 % (степень вины ответчика) = 50.750,75 руб.

Также полагает, что в соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ, 22, 237 ТК РФ, поскольку работодатели не обеспечили ему безопасные условия труда, сумма в размере 400.000 руб. за 100% вины предприятий, может компенсировать причиненные ему физические и нравственные страдания.

Просит взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 276.000 руб., расходы за проведение экспертизы на предмет определения степени вины предприятий в образовании профзаболевания в сумме 2691 руб., с ООО «Шахта «Алардинская» компенсацию морального вреда в сумме 58.400 руб., расходы за проведение экспертизы в сумме 452,40 руб., с ООО «УМГШО» компенсацию морального вреда в сумме 58.400 руб., расходы за проведение экспертизы в сумме 569,40 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2, действующая на основании ордера (л.д. 72) заявленные требования уточнили. Истец пояснил, что с 1990 года работал на различных предприятиях угольной промышленности, в том числе, на предприятиях ответчика. В 2017 г. ему было установлено профзаболевание «

<

данные изъяты>», а с ДД.ММ.ГГГГ впервые была установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%, на срок до ДД.ММ.ГГГГ Вследствие указанного заболевания он постоянно испытывает физические страдания, поскольку испытывает постоянные боли в руках, у него отнимаются обе кисти, также он испытывает боли в спине, головные боли, ночью из-за болей и немения рук он не может долго заснуть. В связи с профзаболеванием он вынужден постоянно принимать лекарственные препараты, ставить уколы, принимать таблетки, пользоваться мазями и пластырями, проходить курсами массаж и санаторно-курортное лечение. Также он не имеет возможности вести привычный образ жизни, поскольку физические нагрузки вызывают болезненные ощущения, в связи, с чем он ограничен в быту, не может выполнять мужскую работу по дому, вследствие чего вынужден обращаться за помощью к третьим лицам. Благоприятных прогнозов лечения профзаболевания нет. Просит взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда в сумме 276.000 руб., расходы за проведение экспертизы на предмет определения степени вины предприятий в образовании профзаболевания в сумме 2691 руб., с ООО «Шахта «Алардинская» компенсацию морального вреда в сумме 58.400 руб., расходы за проведение экспертизы в сумме 452,40 руб., с ООО «УМГШО» компенсацию морального вреда в сумме 58.400 руб., расходы за проведение экспертизы в сумме 569,40 руб., также просят взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в сумме 15.000 руб.

Представитель ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская», ООО «УМГШО» ФИО3, действующая на основании доверенностей (л.д. 86,93,100-102), в судебном заседании заявленные требования признала в части, представила возражения, из которых следует, что ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь» не является правопреемником АО «Шахта «Аларда», Шахты им.60-летия Союза ССР, поскольку ОАО ОУК «ЮКУ» было образовано только в 2002 году, а указанные предприятия в реорганизации в форме слияния не участвовали. Каждое предприятие должно нести ответственность по возмещению вреда самостоятельно, поскольку ответчик не принимал на себя обязательств в выплате компенсации за иные самостоятельные юридические лица, соответственно при возмещении вреда, причиненного профзаболеванием вина ответчика за указанные предприятия в размере 36,5%, не должна учитываться. Требования о взыскании с ответчика ООО «Шахта «Алардинская» компенсации морального вреда исходя из 11,6% степени вины предприятия, о взыскании с ООО «УМГШО» компенсации морального вреда исходя из 14,6% степени вины предприятия признала, пояснила, что стороны трудовых отношений пришли к соглашению о конкретном размере единовременной компенсации морального вреда, что предусмотрено Приложением № 11 к Соглашению на 2016-2019 г.г., ФОС, в связи, с чем, полагает, что применение в данном случае положений ст. 151 ГК РФ, 237 ТК РФ является необоснованным. Считает чрезмерно завышенными представительские расходы. 

Суд, заслушав участников процесса, допросив свидетеля, изучив письменные материалы дела и представленные доказательства, заслушав заключение прокурора, считает, что заявленные требования являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

Судом установлено, что ОАО «ОУК «Южкубассуголь» изменило свое наименование на АО «ОУК «Южкузбассуголь», о чем 30.10.2017г. внесены соответствующие изменения в единый государственный реестр юридических лиц, что следует из копии Устава ответчика.

В силу ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 8 ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель обязан возместить моральный вред, причиненный его работнику в случае профзаболевания. 

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда…, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Т.о., в соответствии с нормами трудового законодательства, работодатель вправе в своих локальных нормативных актах предусмотреть дополнительные гарантии и компенсации по сравнению с законодательством (ст. 8, 164 ТК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 1 ФЗ РФ № 125-ФЗ от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» указанный Федеральный закон не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, осуществляемого в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, осуществляемое в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (в ред. от 21.07.2007 № 183-ФЗ, от 27.07.2010 № 226-ФЗ), профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. 

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания. 

В судебном заседании установлено, что истец с января 1990 г. по июль 2018 г. работал на различных должностях предприятий угольной промышленности, в том числе: на Шахте им. 60-летия Союза ССР (с января 1990 г. по сентябрь 1991 г.), АО «Шахта «Аларда» (с сентября 1991 г. по август 1997 г.), Многоотраслевом коммунальном предприятии г. Осинники (с августа 2000 г. по май 2005 г.), МУП «ЖКХ и Б» (с мая 2002 г. по сентябрь 2002 г.), ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Алардинская» (с марта 2005 г. по февраль 2013 г.), ООО «Шахта «Алардинская» (с февраля 2013 г. по июль 2015 г.), ООО «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» (с июля 2015 г. по июль 2018 г.), откуда был уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по собственному желанию (л.д. 9-12)). 

Из медицинского заключения ФГБНУ Клиника НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 был установлен диагноз: «

<

данные изъяты>». Заболевание профессиональное, установлено впервые. 

Из акта «О случае профессионального заболевания» от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14-15) следует, что по результатам проведенного расследования было установлено, что заболевание, выявленное у истца, является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм человека вредных производственных факторов. Лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов: множественная смена должностных лиц. Профессиональное заболевание установлено впервые. Вина работника в данном заболевании – 0%.

В результате указанного профессионального заболевания истца, экспертной комиссией Бюро МСЭ ФИО1 было установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 16). 

Заключением медицинской экспертизы Клиники ГУ Научно-исследовательского института комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний № от ДД.ММ.ГГГГ была установлена степень вины предприятий по профзаболеванию истца: Шахта им. 60-летия Союза ССР – 8%; АО «Шахта «Аларда» - 28,5%; Многоотраслевой коммунальное предприятие г. Осинники – 3,6%; МУП «ЖКХ и Б» - 1,2%; ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта Алардинская» - 32,5%; ООО «Шахта «Алардинская» - 11,6%, ООО «Управление по монтажу, демонтажу и ремонту горношахтного оборудования» - 14,6% (л.д. 17). 

В счет компенсации морального вреда работодатели выплат истцу в добровольном порядке не производили, что в судебном заседании сторонами не оспаривается.

Основанием для возникновения обязательства вследствие причинения вреда истцу явилось установление ему утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ Соответственно, подлежат применению действовавшие именно на данный период нормы ТК РФ, ГК РФ и локальных нормативных актов ответчика. 

Нормами Соглашения по угледобывающему комплексу на 2016-2019 г. предусмотрена возможность выплаты единовременных компенсаций сверх сумм, установленных Федеральным законом. 

Так, пунктами 3, 3.1 Положения о порядке выплат и компенсаций Работникам, членам семьи Работника при исполнении им трудовых обязанностей – Приложение № 11 к Соглашению на 2016-2019 г.г. (л.д. 30-36), в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляет единовременную компенсацию морального вреда, причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке. 

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере 20% среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда Социального страхования РФ).

Как следует из положений ст. 22, 212 ТК РФ обязанность обеспечения безопасных условий труда, нормальных санитарно-бытовых условий Работников в соответствии с нормами и правилами охраны труда, лежит Работодателе.

Как следует из акта о случае профзаболевания, выявленное у истца профзаболевание образовалось ввиду нарушения должностными лицами Работодателя требований Санитарно-эпидемиологических правил и норм. Вины работника установлено не было.

В силу п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 10.03.2011 г. «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…» работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ. 

Доводы представителя ответчика о том, что он не может нести ответственность по возмещению вреда здоровью истца за Шахту им. 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда», являются необоснованными исходя из следующего.

Из представленных суду доказательств, следует, что Шахта имени 60-летия Союза ССР (Шахта Алардинская), была неоднократно реорганизована, переименована в связи с изменением правовой формы, изменениями законодательства: преобразовано в АО, затем в ЗАО "Шахта «Аларда", затем в 1999 г. - в ОАО «Шахта «Аларда», которая была ликвидирована 3.04.2002 г. Данные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой истца (в которой указанные реорганизации отражены в соответствующих штампах), а также уставами указанных предприятий, исторической справкой, иными письменными доказательствами и не оспаривалось ответчиком (л.д. 9-12,37,39-42). 

В результате реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» в форме выделения, 29.11.1999 года были созданы два предприятия: ОАО «Шахта Аларда» и новое - ОАО «Шахта «Алардинская», что подтверждается Уставами ОАО «Шахта Аларда» и ОАО «Шахта «Алардинская», разделительным балансом на 01.10.1999 года и передаточным актом к разделительному балансу на 01.10.1999 года, утвержденным на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта «Аларда» 29.11.1999 года (протокол № 3).

Из разделительного баланса по реорганизационной процедуре разделения ОАО «Шахта Аларда», утвержденного 29.11.1999 г. и передаточного акта к нему от 1.10.1999 г. следует, что выделенному обществу - ОАО «Шахта «Алардинская» были переданы практически все активы на сумму 313900000 руб., в том числе: внеоборотные и оборотные активы на сумму 284259 тыс. руб. (основные средства на сумму 183499 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 84 870 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 10121 тыс. руб.), а реорганизованному ОАО «Шахта «Аларда» переданы указанные активы на сумму 29577 тыс. руб., в том числе: основные средства на сумму 13286 тыс. руб., незавершенное строительство на сумму 15965 тыс. руб., сырье, материалы и другие ценности на сумму 6176 тыс. руб., добавочный капитал в сумме 21258 тыс. руб. Кредиторская задолженность передана выделенному ОАО «Шахта «Алардинская» на сумму 24043000 руб., убытки на сумму 29641тыс. руб. Реорганизованному же ОАО «Шахта «Аларда» переданы практически все пассивы, основная часть убытков в размере 169902 тыс. руб., и основная часть кредиторской задолженности на сумму 222939000 руб., текущая кредиторская задолженность по социальному страхованию и обеспечению также была передана ОАО «Шахта «Аларда» (раздел 6).

Согласно п. 1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

К правопреемнику могут быть предъявлены требования о возмещении вреда. Это означает, что гражданин может обратиться с данным требованием к правопреемнику и в том случае, когда увечье или иное повреждение здоровья имели место в период существования реорганизованного юридического лица (самого причинителя вреда), но к моменту предъявления требования оно уже прекратило свое существование.

Из представленных суду доказательств следует, что Шахта «Алардинская» была неоднократно реорганизована, переименована в связи с изменением правовой формы, изменениями законодательства: в 1982 г. в шахту «Им. 60-летия Союза ССР» ПО «Южкузбассуголь»; в АО «»Шахта «Аларда» в 1991 г.; в ЗАО «Шахта «Аларлда» в 1997 г.; в ОАО «Шахта «Аларда» в 1999 г., которая была ликвидирована 3.04.2002 г. Данные обстоятельства подтверждаются исторической справкой, уставом ОАО «Шахта «Аларда», решением исполкома Осинниковского горсовета от 29.11.1991 г., уставами о регистрации АОЗТ шахта «Аларда».

В результате реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» в форме выделения, 29.11.1999 года были созданы два предприятия: ОАО «Шахта Аларда» и новое - ОАО «Шахта «Алардинская», что подтверждается Уставами ОАО «Шахта Аларда» и ОАО «Шахта «Алардинская», разделительным балансом на 01.10.1999 года и передаточным актом к разделительному балансу на 01.10.1999 года, утвержденным на внеочередном общем собрании акционеров ОАО «Шахта «Аларда» 29.11.1999 года (протокол № 3), исторической справкой.

ОАО «Шахта «Аларда» ликвидировано 03.04.2002 года на основании определения Арбитражного суда Кемеровской области от 26.03.2002 г. (л.д. 58-59).

Пунктами 1 и 4 ст. 19 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего, при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом. Согласно п. 4 ст. 58 ГК РФ при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

Согласно п. 1 ст. 59 ГК РФ передаточный акт и разделительный баланс должны содержать положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

Согласно ст. 60 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент реорганизации ОАО «Шахта «Аларда») если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

Пунктом 6 ст. 15 ФЗ РФ от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

Учитывая изложенное, суд считает, что в ходе реорганизации ОАО «Шахта «Аларда» было допущено, безусловно, несправедливое распределение активов и пассивов между реорганизуемым ОАО «Шахта «Аларда» и выделившимся из него юридическим лицом ОАО «Шахта «Алардинская».

Кроме того, разделительный баланс на 01.10.1999 года и передаточный акт не содержат положений о правопреемстве реорганизуемого ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда, которые могут произойти после реорганизации и даты, на момент составления передаточного акт и разделительного баланса.

Поскольку на период реорганизации ОАО «Шахта Аларда» профзаболевание у ФИО1 установлено не было, соответственно, обязательства перед ним как на момент реорганизации указанного предприятия, так и на момент создания и регистрации ОАО «Шахта Алардинская», а также на момент ликвидации ОАО «Шахта Аларда» (2002 г.) еще не возникли, поэтому, данные обязательства и не могли быть включены в разделительный баланс и соответственно, в передаточный акт. 

Поскольку допущенное нарушение принципа справедливого распределения активов и разделительный баланс не дают возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица ОАО «Шахта «Аларда» по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью истца, суд считает, что вновь образованное юридическое лицо ОАО «Шахта «Алардинская» должно нести солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, - ОАО «Шахта «Аларда» перед его кредиторами, в данном случае, перед истцом. 

С учетом изложенного, суд считает, что ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь» должен нести ответственность в пределах заявленных истцом требований за 69 % вины работодателя в образовании у истца профессионального заболевания, за Шахту им. 60-летия Союза ССР, АО «Шахта «Аларда», ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Алардинская», поскольку ст. 60 ГК РФ установлены гарантии прав кредиторов юридического лица при его реорганизации, а в силу п. 1 ст. 57 ГК РФ и п. 2 ст. 15 ФЗ РФ «Об акционерных обществах» реорганизация юридического лица может быть произведена, в частности в форме слияния, выделения, преобразования. Вместе с тем, ответчик ООО «Шахта «Алардинская» также должен нести ответственность за 11,6 % вины работодателя в образовании у истца профессионального заболевания, а ответчик ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования» за 14,6 % вины в образовании у истца профессионального заболевания.

Так, при организации юридических лиц путем выделения, вновь созданные юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица, если разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица. 

Согласно п. 1.1 Устава АО «ОУК «Южкузбассуголь» данное общество было образовано в результате реорганизации путем слияния ряда шахт, в том числе, ОАО «Шахта «Алардинская». При этом, вновь созданное предприятие является правопреемником вошедших в него шахт по всем их правам и обязанностям. В соответствии с п. 5 ст. 16 ФЗ РФ «Об акционерных обществах», поскольку при слиянии обществ все права и обязанности каждого из них переходят к вновь созданному обществу в соответствии с передаточным актом, ответчик АО «ОУК «ЮКУ» должно нести солидарную ответственность по обязательствам ОАО «Шахта «Алардинская». 

Т.о., законом предусмотрен переход всех прав и обязанностей реорганизованного юридического лица, а не их части. Поэтому обязанность по возмещению вреда, причиненного здоровью истца, в данном случае, несет АО «ОУК Южкузбассуголь» в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 1093 ГК РФ, к которому истец обоснованно предъявил требования о возмещении вреда здоровью.

Выплата единовременной компенсации в счет возмещения вреда здоровью гарантировалась работникам организаций (участников Соглашения и работодателей, присоединившихся к Соглашению после его заключения или не представивших доказательств отказа от присоединения к Соглашению в соответствии с положениями ст. 48 ТК РФ), утратившим профессиональную трудоспособность вследствие производственной травмы или профессионального заболевания пунктом 3 Соглашения на 2016-2019 г. (на период установления истцу утраты профессиональной трудоспособности).

Исходя из общих оснований ответственности за причинение вреда, предусмотренных п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 6 абз. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 г. № 10 разъяснено, что если противоправные действия (бездействия), причиняющие истцу нравственные и физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

Как следует из положений ст. 22, 212 ТК РФ, вышеуказанных Соглашений обязанность обеспечения безопасных условий труда, нормальных санитарно-бытовых условий, Работников в соответствии с нормами и правилами охраны труда лежит Работодателе. 

Учитывая изложенное, размер компенсации морального вреда, подлежащий выплате ответчиком АО «ОУК «Южкузбассуголь», в пользу истца вследствие полученного истцом профессионального заболевания, составит: 33.753,29 руб. (среднемесячный заработок истца за последний год работы перед установлением размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности согласно представленной архивной справки) х20% (выплата по ТС) х30 (проценты утраты трудоспособности) = 202.522,20 руб. – 37.583,70 руб. (выплата КРОФСС) = 164.938,5 руб. х 69 % (степень вины предприятия АО «ОУК «Южкузбассуголь») = 113.805,87 руб. 

Размер компенсации морального вреда, подлежащий выплате ответчиком ООО «Шахта «Алардинская» в пользу истца вследствие полученного истцом профессионального заболевания, составит: 33.169,62 руб. (среднемесячный заработок истца за последний год работы перед установлением размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности согласно представленной архивной справки) х20% (выплата по ТС) х30 (проценты утраты трудоспособности) = 199.017,72 руб. – 37.583,70 руб. (выплата КРОФСС) = 161.434,02 руб. х 11,6 % (степень вины предприятия ООО «Шахта «Алардинская») = 18.726,35 руб. 

Размер компенсации морального вреда, подлежащий выплате ответчиком ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования» в пользу истца вследствие полученного истцом профессионального заболевания, составит: 64.198,6 руб. (среднемесячный заработок истца за последний год работы перед установлением размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности согласно представленной архивной справки) х20% (выплата по ТС) х30 (проценты утраты трудоспособности) = 385.191,6 руб. – 37.583,70 руб. (выплата КРОФСС) = 347.607,9 руб. х 14,6 % (степень вины предприятия ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования») = 50.750,75 руб. 

Расчет заработной платы и размер компенсации морального вреда, полагающийся истцу в соответствии с нормами отраслевого соглашения на 2016-2019 г.г., стороны не оспаривали.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 названного Кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Таким образом, из содержания данных положений Закона и разъяснений Пленума ВС РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО4 пояснила, что приходится истцу супругой. С 1990 г. по 2018 г. истец работал на шахте. В результате трудовой деятельности ФИО5 получил профзаболевание: «

<

данные изъяты>». Вследствие указанного профзаболевания, истец испытывает постоянные боли в спине, шее, руках, онемение рук. Проживают они в частном доме, и выполнять мужскую работу по хозяйству истец не в состоянии, вследствие чего им приходится постоянно прибегать к помощи третьих лиц. Указанные обстоятельства отрицательным образом сказываются и на взаимоотношениях в их семье. Кроме того, истец испытывает проблемы со сном, вынужден ежегодно проходить санаторно-курортное лечение, ставить курс уколов, иных лекарственных препаратов. 

Таким образом, поскольку истцу был причинен вред здоровью в результате профессионального заболевания и было установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности, то обстоятельство, что он испытывает физические и нравственные страдания в связи с этим обстоятельством предполагается, соответственно, он имеет право на возмещение морального вреда как в соответствии с законом, там и в соответствии с локальными нормативными актами ответчика. 

При определении суммы компенсации морального вреда судом принимается во внимание, что истец испытывает физические страдания вследствие полученного профзаболевания, поскольку испытывает постоянные боли в области рук, у него немеют кисти, ФИО1 вынужден ежегодно проходить лечение по поводу данного заболевания, проходить санаторно-курортное лечение, что подтверждается представленными медицинскими документами: медицинской картой амбулаторного больного, картами реабилитации, медицинскими выписками, он ограничен в быту, не имеет возможности заниматься тяжелой мужской работой по дому, заниматься спортом. Следствием данного заболевания явилось нарушение привычного образа жизни истца. При таких обстоятельствах суд считает, что истец испытывал и испытывает в настоящее время физические и нравственные страдания, связанные с профзаболеванием. При этом, в том числе, ответчиками истцу не была предоставлена возможность трудиться в условиях, отвечающих требованиям безопасности, хотя п. 8.1 Коллективного договора ОАО «Южкузбассуголь» на 2016-2019 г.г., Соглашением на 2016-2019 г.г., предусмотрено, что именно работодатель обязан обеспечить работнику безопасные и здоровые условия труда, нормальные санитарно-бытовые условия в соответствии с нормами и правилами по охране труда и технике безопасности.

С учетом характера причиненных истцу профессиональным заболеванием физических и нравственных страданий, процента утраты профессиональной трудоспособности, его индивидуальных особенностей, а также степени вины ответчиков, иных заслуживающих обстоятельств, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает, что требования истца о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ дополнительно, являются обоснованными, поскольку в локальных актах ответчика установленные судом в отношении истца индивидуальные особенности не учитывались, компенсация определялась только расчетным способом без учета данных обстоятельств. 

С учетом характера причиненных истцу профессиональным заболеванием физических и нравственных страданий, процента утраты профессиональной трудоспособности, его индивидуальных особенностей, а также степени вины ответчиков, иных заслуживающих обстоятельств, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает, что размер компенсации морального вреда, который предусмотрен Соглашением на 2016-2019 г. подлежащий выплате АО ОУК «ЮКУ» в сумме 113.805,87 руб. и ООО «Шахта «Алардинская» в сумме 18.726,35 руб. не является достаточным и справедливым. 

Поэтому требования ФИО1 о взыскании в его пользу компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 ТК РФ дополнительно, являются обоснованными.

Суд считает, что разумной и соответствующей физическим и нравственным страданиям истца будет являться компенсация морального вреда, подлежащая взысканию с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в общей сумме 200.000 руб., и компенсация морального вреда в общей сумме 40.000 руб., подлежащая взысканию с ООО «Шахта «Алардинская», с учетом норм Соглашения и ГК РФ, учитывая при этом требования разумности и справедливости, индивидуальные особенности истца, наступившие последствия, характер и объем перенесенных им нравственных страданий, степень вины работодателя.

Вместе с тем, размер компенсации морального вреда в сумме 50.750,75 руб., подлежащий взысканию с ООО «УМГШО» суд находит разумным, справедливым и соответствующим перенесенным физическим и нравственным страданиям истца, с учетом степени вины указанного ответчика в образовании у истца ФИО5 профзаболевания и рассчитан исходя из современной заработной платы работника. 

Также с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию сумма оплаченная истцом за проведение экспертизы по определению связи профзаболевания с трудовой деятельностью, также в размере, пропорциональном степени вины ответчиков в образовании у истца профзаболевания, соответственно: 

3900 руб. х 69% = 2691 руб. (АО «ОУК «Южкузбассуголь»), 

3900 руб. х 11,6% = 452,40 руб. (ООО «Шахта «Алардинская»), 

3900 руб. х 14,6% = 569,40 руб. (ООО «УМГШО»), поскольку указанные расходы истцом понесены и в силу разъяснений 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" могут быть признаны судебными издержками, поскольку связаны с собиранием доказательств до предъявления искового заявления и несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд, а собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчиков расходы по оплате услуг представителя в сумме 15.000 руб. Оплата данной суммы подтверждается квитанциями. Однако с учетом сложности дела, объемом оказанных представителем услуг, затраченному для этого времени (консультации, составления искового заявления, дополнений и участия в одном судебном заседании), суд считает, что общая сумма указанных расходов должна быть снижена до 10.500 рублей, соответственно, по 3500 руб. с каждого ответчика, исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении № 382-О-О от 17.06.2007 г. и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Данная сумма является разумной, соответствует выполненной представителем работе, затраченному для этого времени, категории дела, которое особой сложности не представляет, соразмерна и пропорциональна удовлетворенным исковым требованиям. 

Поскольку истец в соответствии со ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ суд считает необходимым, взыскать с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб. от удовлетворенных требований неимущественного характера, с ответчика ООО «Шахта «Алардинская» в сумме 300 руб. от удовлетворенных требований неимущественного характера, с ответчика ООО «УМГШО» в сумме 300 руб. от удовлетворенных требований неимущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Алардинская», ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 200.000 рублей, расходы по оплате экспертизы в сумме 2691 рубль, представительские расходы в сумме 3500 рублей.

Взыскать с ООО «Шахта «Алардинская» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 40.000 рублей, расходы по оплате экспертизы в сумме 452 рубля 40 копеек, представительские расходы в сумме 3500 рублей.

Взыскать с ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 50.750 рублей 75 копеек, расходы по оплате экспертизы в сумме 569 рублей 40 копеек, представительские расходы в сумме 3500 рублей.

В удовлетворении в остальной части требований отказать.

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Взыскать с ООО «Шахта «Алардинская» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

Взыскать с ООО «Управление по монтажу, демонтажу горношахтного оборудования» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме через Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка.

Мотивированное решение изготовлено 20.11.2018 года.

Председательствующий: /подпись/ Е.В. Саруева