Дело № 2-1267/2024

УИД 42RS0013-01-2024-001155-67

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Междуреченск 13 июня 2024 года 

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Куковинца Н.Ю. при секретаре Борискиной А.С., с участием помощника прокурора города Междуреченска Кемеровской области Сотниковой Н.Ю., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс", к акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее ПАО «Южный Кузбасс»), акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (далее АО «ОУК «Южкузбассуголь») о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что в период работы на предприятии ответчиков развилось профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> (Акт о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ).

Заключением МСЭ впервые с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> установлена бессрочно. Согласно п. 33 ПРП продолжение выполнения профессиональной деятельности было возможно при изменении работодателем условий труда, при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ. ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи признанием полностью неспособным к трудовой деятельности и в соответствии с медицинским заключением (п.5 ч.1 ст.83 Трудового кодекса РФ). Стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание, составил 

<

данные изъяты>

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссией № от ДД.ММ.ГГГГ. степень вины Ответчиков составила: 

<

данные изъяты>

Истец указывает, что в связи с установленным профессиональным заболеванием испытывает нравственные и физические страдания, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего показаны лекарственные препараты в количестве 5 наименований 2 курса в год и санаторно-курортное лечение неврологического профиля 1 раз в год.

В соответствии с Приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ о компенсации морального вреда, работодатель (ПАО «Южный Кузбасс») добровольно в счет компенсации морального вреда выплатил истцу 11 970 рублей.

В соответствии с Приказом №к от ДД.ММ.ГГГГ о компенсации морального вреда, работодатель (АО «ОУК «Южкузбассуголь») добровольно в счет компенсации морального вреда выплатил 3 030 рублей.

Полагает, что указанные суммы не соответствуют требованиям разумности и справедливости, установленным ст. 1101 ГК РФ и явно занижены. 

Считает, что сумма компенсации морального вреда, учитывая утрату профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> должна составить 800 000 рублей.

Истец ФИО1 просит взыскать с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с установленным профессиональным заболеванием денежные средства в размере 626 430 рублей.

Взыскать с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу компенсацию морального вреда в связи с установленным профессиональным заболеванием денежные средства в размере 158 570 рублей.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» и АО «ОУК «Южкузбассуголь» в его пользу расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, указанным в иске, дополнительно пояснил, что в связи с профзаболеванием 

<

данные изъяты>

Истец подтвердил, что в ДД.ММ.ГГГГ году ему были выплачены ответчиком единовременное пособие в размере 97 951 руб. и моральный вред в сумме 11 970 руб., с ДД.ММ.ГГГГ года он не работал, на момент ДД.ММ.ГГГГ года его не устраивала данная сумма, однако не обращался к ответчикам потому, что стеснялся, в дальнейшем здоровье ухудшилось, что и побудило его обратиться за дополнительным взысканием.

Истец пояснил что на момент увольнения 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

В судебном заседании представитель истца ФИО2, допущенный к участию в деле на основании письменного заявления истца в порядке ст.53 ГПК РФ (л.д.36), настаивал на исковых заявленных требованиях, просил удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.86), возражала против удовлетворения требований, просила в удовлетворении отказать, представив письменные возражения.

В обоснование возражений ответчик указывает, что истец обратился в ПАО «Южный Кузбасс» с письменным заявлением о выплате единовременного пособия за утрату профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> в связи с профессиональным заболеванием, в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, и Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс».

На основании заявления истца, отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ, коллективного договора, приказом №-м от ДД.ММ.ГГГГ ПАО «Южный Кузбасс» добровольно начислило и выплатило ФИО1 единовременное пособие в размере 97 951,61 рубль и компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 11 970 рублей.

Истец не возражал в отношении размера указанных сумм и принял их, тем самым согласился с возмещением морального вреда.

По своей правовой природе, единовременное пособие, предусмотренное п. 8.2.2 Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2008-2010, ФОС по угольном промышленности, также относится к компенсации морального вреда и направлено на компенсацию нравственных и физических страданий работника, которому установлена утрата профессиональной трудоспособности. Об этом говорит и тот факт, что с 2013 года в ФОС по угольной промышленности внесены изменения в части прямого указания о том, что компенсация, выплачиваемая, в случае установления впервые работнику, занятому в« организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утрать профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, рассчитываемая не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, является компенсацией морального вреда.

Таким образом, к суммам, начисленным и выплаченным в счет возмещения морального вреда истцу, следует отнести и суммы единовременных пособий в размере 97951,61 рубль и 11 970 рублей, и с учетом выплаты истцу в 2008 году, полагает что данные суммы соответствует степени разумности и справедливости а также Отраслевому тарифному соглашению по угольной промышленности.

Ответчик указывает, что истец порядка 16 лет не обращался за взысканием компенсации морального вреда, то есть, согласился с размером выплаченной ему в добровольном порядке компенсации.

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ сумма в размере 109 921,61 руб. являлась значительной.

При обращении истца в суд с исковым заявлением, возник вопрос о взыскании повторной компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено.

Процент утраты трудоспособности у истца составляет - 

<

данные изъяты>

Согласно п.27 Временных критериев определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, формы программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, утвержденных Постановление Минтруда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, от 10 до 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности устанавливаются в случаях, когда пострадавший может в обычных производственных условиях выполнять профессиональный труд с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка пострадавшего.

Указывает, что исходя из процента утрата профессиональной трудоспособности, истец мог выполнять работу по своей квалификации, но со снижением объема производственной деятельности.

Считает, что заявленные судебные расходы являются завышенными и не соответствует принципам разумности и справедливости.

Представитель ответчика ПАО «Распадская» - ФИО4, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.75), в судебное заседание не явилась, заявила о рассмотрении дела в отсутствие представителя, представив письменные возражения на иск.

В обоснование возражений ответчик указывает, что согласно приказу АО «ОУК «Южкузбассуголь» от ДД.ММ.ГГГГ №-к «О выплате единовременного пособия и морального вреда, причинённого здоровью вследствие профессионального заболевания» истцу начислены и выплачены суммы: единовременное пособие в сумме 24 794,76 рублей; компенсацию морального вреда в сумме 3 300 рублей.

АО «ОУК «Южкузбассуголь» в полном объеме исполнило обязательство по компенсации морального вреда истцу в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания,

АО «ОУК «Южкузбассуголь» полагает, что моральный вред истцу возмещен в полном объеме с учетом степени утраты трудоспособности, установленной впервые, степени вины предприятия, сумма, выплаченная работодателем в счет компенсации морального вреда, полностью компенсирует вред, причиненный истцу. Размер компенсации, выплаченный Обществом, соответствует требованиям справедливости и разумности, полностью покрывает физические и нравственные страдания, претерпеваемые истцом, соответствует сложившейся практике возмещения морального вреда в регионе,

АО «ОУК «Южкузбассуголь» считает, что возмещение морального вреда носит компенсационный характер и не может являться средством обогащения, в связи с чем, размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, явно завышен и не соответствует реальной степени физических и нравственных страданий истца, не соответствует требованиям справедливости и разумности.

Само по себе продолжение лечения истца в связи с полученными профессиональными заболеваниями: до настоящего времени не может являться основанием для повторного взыскания компенсации морального вреда, основанного на тех же обстоятельствах.

Кроме того, на момент рассмотрения дела проценты утраты у истца не изменились и установлены 

<

данные изъяты> бессрочно, профессиональное заболевание не повлекло осложненных последствий в виде установления инвалидности. Истец в результате утраты трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе.

Ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь» считает, что заявленные судебные расходы завышены и подлежат снижению до разумных пределов.

В судебном заседании помощник прокурора города Междуреченска Сотникова Н.Ю. дала свое заключение, согласно которому полагала возможным, с учетом объема и характера, причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчиков, добровольно выплаченной ответчиками истцу компенсации морального вреда, требований разумности и справедливости удовлетворить заявленные требования, размер взыскания в счет компенсации морального вреда - не указала. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, опросив свидетеля, заслушав заключение прокурора, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В силу разъяснений изложенных в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее Постановление №) под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В соответствии с п. 15 Постановления № причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46). 

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. 

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. 

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. 

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2). 

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно ст. 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. 

В соответствие со ст. 1101 Гражданского Кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», п. п. 26, 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно трудовой книжке (л.д.12-13-21) истец длительное время работал в профессии проходчика подземного на предприятиях угольной промышленности в том числе, предприятии ответчиков.

В результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов при работе в проходчика подземного у истца возникло профессиональное заболевание.

В связи с прогрессией заболевания признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где заключением МСЭ впервые в ДД.ММ.ГГГГ году была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> была установлена бессрочно (л.д.8, 68,69). 

ДД.ММ.ГГГГ составлен Акт о случае профзаболевания № (№ *) (л.д.5-5 оборот), согласно которому у истца профессиональное заболевание: «

<

данные изъяты> (п.17).

Общий стаж работы 30 лет; стаж работы в профессии проходчика подземного 

<

данные изъяты>; стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 

<

данные изъяты>

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Уровень вибрации при ПДУ – 112, фактически составлял 117 – 120дБ. Труд в зависимости от уровня вибрации относится к 3 классу 3 степени вредности согласно Р ДД.ММ.ГГГГ-05 (п.18). 

В соответствии с п. 19 Акта о случае профессионального заболевания вины истца в развитии профессионального заболевания не установлено. 

Согласно записи в трудовой книжке истец был уволен ДД.ММ.ГГГГ в связи с признанием полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением п.5 ч.1 ст.83 ТК РФ (л.д.13).

Приказом Фонда социального страхования Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-в о назначении единовременной страховой выплаты ФИО1 в связи с установлением 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ назначена единовременная страховая выплата в сумме 19851 рубль (л.д.14).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда от ДД.ММ.ГГГГ № истец работал подземным проходчиком, общий стаж работы 

<

данные изъяты> (л.д.6-7 оборот). 

Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (далее - ПРП) № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.9-11) установлен диагноз: 

<

данные изъяты> (п.20.1). 

ФИО1 на момент наступления страхового случая работал в профессии – 

<

данные изъяты> (п.17.1).

Степень утраты профессиональной трудоспособности 

<

данные изъяты> установлена бессрочно (п.24).

В соответствии с п.27,28,29 показано медикаментозное, санаторно-курортное лечение, приобретение медицинских изделий.

В постороннем специальном, медицинском, бытовом уходе не нуждается. 

Согласно ПРП продолжение выполнения профессиональной деятельности пострадавшим возможно при изменении условий труда; при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ (п.33), доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда (п.34).

Достижение компенсации утраченных функций организма, обусловленных несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием возможно частично (п.41).

Восстановление возможности, способности пострадавшего продолжить выполнять профессиональную деятельность возможно частично (п.42).

В соответствии с п.5.4 ФОС, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» осуществляет в добровольном порядке единовременную компенсацию морального вреда бывшим работникам иных юридических лиц, прекративших свою деятельность: 

<

данные изъяты> (л.д.77).

Заключением врачебной экспертной комиссии ФГБУ «НИИ КПГиПЗ» № от ДД.ММ.ГГГГ установлена степень вины предприятия в причинении вреда здоровью профессиональным заболеванием ФИО1 по результатам которого вина 

<

данные изъяты>. (л.д.15). 

Приказом ОАО ОУК «Южкузбассуголь» №-к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 начислено и выплачено в возмещение вреда, причиненного здоровью профессиональным заболеванием единовременное пособие в размере 24 794,76 рубля; в возмещение морального вреда, причиненного здоровью профессиональным заболеванием в размере 3 030 рублей (л.д.18,76).

Приказом ОАО «Южный Кузбасс» Управление по обогащению и переработке угля №-лс от ДД.ММ.ГГГГ начислена и выплачена в связи с установлением утраты профессиональной трудоспособности единовременная компенсация в счет возмещения морального вреда в сумме 11 970 рублей; единовременное пособие в размере 97 951,61 рубль (л.д.19,45).

При этом из пояснений истца следует, что выплаченные суммы в добровольном порядке, в том числе и с учетом изменения цен недостаточны для компенсации его страданий.

Согласно медицинскому заключению ФИО1 находился в стационарном отделении профневролгии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Установлен диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д.17).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился в стационарном отделении № профневролгии клиники НИИ КПГПЗ СО РАМН 

<

данные изъяты>

Из заключения следует, что возвращение к труду с вибрацией, перенапряжением, охлаждением противопоказано (л.д.16).

Согласно выписке из медицинской амбулаторной карты (л.д.63-66) ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ обращался за медицинской помощью к врачу травматологу-ортопеду, 

<

данные изъяты> (л.д.78-85).

На основании исследования доказательств суд приходит к выводу, что физические и нравственные страдания истца имеют причинно-следственную связь с действиями (бездействием) ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда на протяжении 

<

данные изъяты>

В последующем диагноз подтвержден, утрата профессиональной трудоспособности установлена бессрочно, что свидетельствует о необратимости процесса в части восстановления таковой, а также влечет необходимость постоянного медикаментозного и санаторно-курортного лечения, которое, в свою очередь, оказывается истцу бесплатно. 

При этом доводы представителей ответчиков о том, что истцу в период работы были предоставлены средства индивидуальной защиты принимаются судом во внимание, но сами по себе не исключают вины ответчиков в необеспечении работнику (истцу) нормальных условий труда, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям и не превышающим предельно допустимые показатели опасных факторов.

Также не являются основанием для освобождения ответчиков от компенсации морального вреда истцу доводы о том, что истец свободно распоряжаясь своим правом на труд, самостоятельно выбрал работу во вредных условиях.

Как следует из норм действующего законодательства именно на работодателе лежит обязанность обеспечить комфортные и благоприятные условия труда работнику, в случае их не обеспечения компенсировать ему страдания, возникшие в результате утраты здоровья.

Судом установлено, что вины истца в наступлении у него физических и нравственных страданий материалами дела не установлено, в то время как вина ответчика 

<

данные изъяты> что самими ответчиками не оспаривается.

Разрешая сопор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимание обстоятельств, учитывает необходимость приобретения за свои личные денежные средства дополнительных медикаментов для облегчения последствий профессионального заболевания, а также возможность истца продолжить трудиться при изменении условий труда. 

Вместе с тем, следует принять во внимание, что утрата трудоспособности установлена только профессиональная, противопоказан труд в конкретных условиях и не в общем, существенных ухудшений в состоянии здоровья, инвалидности в связи с профзаболеванием не установлено, ежегодно заболевание подтверждается обследованиями без дополнительных проявлений.

Также суд учитывает, что истец окончил профессиональную деятельность в ДД.ММ.ГГГГ году, уволился в связи с признанием полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением. 

Характер нравственных страданий истца подтвержден показаниями, как самого истца, так и свидетелей ФИО7 (супруги истца), ФИО8 (дочери истца) пояснивших, что здоровье истца после возникновения у него профессионального заболевания ухудшилось, ему регулярно требуется лечение, которое существенного облегчения не приносит. Также пояснили об изменении характера истца, указав, что в связи с заболеванием истец стал более раздражительным, отказался от хобби и привычного образа жизни. 

Свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем у них были отобраны расписки. Показания свидетелей согласуются с другими письменными материалами дела, в связи с чем, оснований не доверять показаниям допрошенных свидетелей у суда не имеется.

Из содержания положений закона, приведенного выше, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. 

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. 

Поскольку утрата здоровья является невосполнимой, истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Несмотря на индивидуальный характер физических и нравственных страданий, их степень и значимость для конкретного человека, суд признает состоятельными доводы истца о том, что в результате профессионального заболевания он испытывал и испытывает по настоящее время физические и нравственные страдания, и признает за истцом право на компенсацию морального вреда в соответствии с положениями ст. 150, ст. 151 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ.

При этом в контексте определения понятия «моральный вред» приведенного в п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суд исходит из того что страдания потерпевшего не являются одномоментными а выражаются, как правило, в продолжительных, болях, переживаниях и претерпевании неудобства.

Таким образом, оценка степени и объема причиненного вреда возможна путём учета указанных страданий в продолжительный период времени.

При определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает объяснения истца, согласно которым он в связи с повреждением здоровья до настоящего времени переносит физические и нравственные страдания: а именно болезненные ощущения, вынужден периодически обращаться к врачам, проходить лечение, принимать лекарства, что также подтверждается санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника, программой реабилитации пострадавшего, медицинскими документами, пояснениями свидетелей.

Кроме того, суд учитывает и нравственные страдания истца в виде чувства собственной неполноценности, невозможности продолжать привычный образ жизни, ограничения досуга и общения в связи наличием у него физических последствий заболевания.

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, учитывая степень нравственных и физических страданий истца, степень утраты трудоспособности, процент вины предприятий ответчиков, а также принцип разумности и справедливости, с учетом сумм выплаченных истцу в счет возмещения морального вреда в добровольном порядке ответчиками ПАО «Южный Кузбасс» в размере 11 970 рублей и АО «ОУК «Южкузбассуголь») в размере 3 030 рублей суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 319 200 (триста девятнадцать тысяч двести) рублей 00 копеек, а с ответчика Акционерное общество «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в размере 80 800 (восемьдесят тысяч восемьсот) рублей.

Определяя размер довзыскания с каждого ответчика, суд исходит из определения размера подлежащего довзысканию в общей сумме 400 000 при 100 % вины ответчика, помимо ранее выплаченных сумм в добровольном порядке.

Таким образом, с учетом процента вины предприятия в возникновении профессионального заболевания 

<

данные изъяты> а также степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% суд полагает что взысканная с ответчиков сумма компенсации морального вреда в будет адекватна и соразмерна объему и степени физических и нравственных страданий испытанных и испытываемых истцов в результате возникновения у него профессионального заболевания.

При этом, несмотря на доводы ответчиков, о необходимости учета в счет компенсации морального вреда сумм выплаченных истцу ПАО «Южный Кузбасс» в виде единовременного пособия в размере 97 951,61 рубль и сумм выплаченных «ОУК «Южкузбассуголь» в виде единовременного пособия в сумме 24 794,76 рублей суд указанные выплаты к выплатам в счет морального вреда не относит, поскольку из представленных суду документов: ФОС, приказа о выплатах указанные суммы к таковой компенсации не относятся. 

Оценивая же суммы выплаченные ответчиками истцу в счет компенсации морального вреда, а именно выплаты от ПАО «Южный Кузбасс» в размере 11 970 рублей и АО «ОУК «Южкузбассуголь») в размере 3 030 рублей суд приходит к выводу об их явно заниженном, несоразмерном характеру и объему страданий истца размеру, в том числе с учетом года их выплаты 2008, полагая, что в 2008 году, несмотря на значительно более низкий размер как средней заработной платы истца, так и уровня цен на основные товары и продукты данный размер явно не мог компенсировать физические и нравственные страдания истца, испытываемые в результате возникшего у него профессионального заболевания. 

При этом учитывая индивидуальный (уникальный) случай степени восприятия каждым человеком как болевых ощущений, так и нравственных переживаний суд полагает, что приведение числовых индексов оценки существенности произведенных ранее выплат не сможет характеризовать объем соразмерности данных выплат характеру страданий испытываемых истцом в 2008 году – на момент выплаты.

В связи с изложенным размер компенсации подлежащей выплате определяется судом на момент рассмотрения иска, в том числе с учетом ранее выплаченных сумм. 

Также суд при определении размера подлежащей выплате компенсации, принимает во внимание доводы ответчиков, о том, что истец длительное время не обращался за компенсацией к ответчику в заявительном порядке, однако факт не обращения истца с заявлением к ответчику, сам по себе, не может свидетельствовать об отсутствии у него физических и нравственных страданий причиняемых возникшим по вине ответчиков профессиональным заболеванием.

Согласно ч.1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым ГПК РФ относит, в том числе расходы на оплату услуг представителя. 

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя (статья 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 11 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов для реализации права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Обязанность доказать факт несения судебных расходов, а также их необходимость и связь с рассматриваемым делом возложена на лицо, заявляющее о возмещении этих расходов.

Другая сторона вправе представить доказательства, опровергающие доводы заявителя, а также представить обоснование чрезмерности и неразумности таких расходов либо злоупотребления правом со стороны лица, требующего возмещения судебных издержек.

Истцом заявлено о несении расходов за подготовку и подачу необходимых документов для обращения в суд, представительство в суде в размере 15 000 рублей, что подтверждается договором от ДД.ММ.ГГГГ об оказании юридических услуг, квитанцией об оплате денежных средств № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.20-22 оборот).

Заявленные услуги оказаны истцу в полном объеме.

При этом, стороной ответчика заявлены возражения относительно несоразмерности характеру и объему работы размера истребуемых расходов. 

Оценивая разумность требуемых ко взысканию судебных расходов, а также учитывая то, что исковые требования неимущественного характера удовлетворены, суд частично принимает доводы ответчика и исходит из следующего:

Как следует из материалов дела интересы истца в суде представлял ФИО2, на основании письменного заявление в порядке ст. 53 ГПКК РФ (л.д.36).

Им составлено исковое заявление, которое определением суда от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без движения, после устранения недостатков принято судом к производству.

ДД.ММ.ГГГГ состоялась подготовка дела к судебному разбирательству с участием представителя истца ФИО2 ФИО2 представляя интересы ФИО1. в суде, принимал участие в одном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (продолжительность 1 час.), в котором был допрошено 2 свидетеля, вынесено решение.

Исходя из установленных обстоятельств, заявленная истцом сумма судебных расходов, с учетом, объема защищаемого права, проделанной работы, минимальных ставок вознаграждений, а также практики взыскания расходов по аналогичным делам сложившейся в суде подлежит взысканию частично с ответчика ПАО «Южный Кузбасс» в размере 3 750 рублей, с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» в размере 3 750 рублей.

При этом указанная сумма, по мнению суда, в полной мере отражает характер и объем проделанной работы по защите прав истца, является разумной и не завышенной. 

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная госпошлина подлежит взысканию с каждого ответчика в доход местного бюджета в размере 300 рублей. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс", Акционерному обществу «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» о взыскании компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично. 

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (№) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда за профессиональное заболевание в размере 319 200 (триста девятнадцать тысяч двести) рублей 00 копеек, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 3 750 (три тысячи семьсот пятьдесят) рублей 00 копеек.

Взыскать с Публичного акционерного общества "Угольная компания "Южный Кузбасс" (№) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (№) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 80 800 (восемьдесят тысяч восемьсот) рублей 00 копеек, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 3750 (три тысячи семьсот пятьдесят) рублей 00 копеек.

Взыскать с Акционерного общества «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (№) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: Н.Ю. Куковинец