Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 августа 2017 года г.Железногорск

Железногорский городской суд Курской области в составе:

председательствующего Галкиной Т.В.,

с участием старшего помощника

Железногорского межрайонного прокурора Р.,

при секретаре Долбиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску С. к экспертному составу № *** Федерального казенного учреждения « Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

данные изъяты> области» и Федеральному казенному учреждению « Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

данные изъяты> области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

С. обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст.39 ГПК РФ, к экспертному составу № *** Федерального казенного учреждения « Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

данные изъяты> области» ( далее по тексту экспертный состав № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области) о взыскании компенсации морального вреда, указывая, что он является инвалидом труда и обязан ежегодно проходить переосвидетельствование по программе реабилитации пострадавшего ( далее по тексту ПРП).

12.09.2016 года Бюро МСЭ № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» была разработана ПРП, о несогласии с которой истец 14.09.2016 года подал заявление, и 29.09.2016 года был переосвидетельствован экспертным составом № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области», который, как указал истец, устранил допущенное ущемление потенциала его реабилитации. 

Однако, 17.10.2016 года ответчик превысил свои полномочия и в одностороннем порядке назначил истцу противоправное переосвидетельствование, выдав ПРП от 17.10.2016 года с умалением потенциала, в связи с чем истец был вынужден обратиться за защитой своих прав в суд.

В процессе рассмотрения дела ответчик признал допущенную ошибку изданной ПРП от 17.10.2016 года и определил законное действие ПРП от 22.09.2016 года, на что указано в определении 

<

данные изъяты> районный суд г

<

данные изъяты> от 13.02.2017 года.

Как указывает истец, разработанную ПРП от 22.09.2016 года ответчик обязан был передать в ГУ 

<

данные изъяты> РО ФСС РФ для реализации предписанных государственных услуг, однако ответчик своевременно не предоставил ПРП и тем самым искусственно создал задержку ввода в действие ПРП от 22.09.2016 года до 01.05.2017 года.

Возникшая задержка на получение государственных услуг вынудила истца обратиться к ответчику с соответствующим заявлением 17.04.2017 года, однако ответчик проигнорировал его обращение. По данному факту прокуратурой 

<

данные изъяты> области по его заявлению была проведена проверка и установлен факт нарушений, указано о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности.

Истец указывает, что неправомерными действиями ответчика, выразившимися в умалении потенциала его реабилитации, умышленной задержке предоставления ПРП и не предоставлении ответа в установленный срок, ему причинены нравственные и физические страдания. Истец указывает, что испытал чувство страха от невозможности продолжать активную реабилитацию, горечь и тревогу от выражения нетерпимого отношения к нему ответчика, переживания из-за пренебрежительного отношения ответчика к исполнению федеральных законов, к инвалиду; у него появились потеря голоса, шумы в голове с резкими болями, болезнь желудка, ухудшение зрения, физическое усиление фантомных болей, потеря аппетита, веса тела, проявилась бессонница, седина, постоянное напряжение организма и упадок сил.

С учетом изложенного, просил взыскать с ответчика в свою пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 25000 руб.

В ходе рассмотрения дела судом с согласия истца в качестве соответчика привлечено Федеральное казенное учреждение « Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

данные изъяты> области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации ( далее по тексту) ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области».

Истец в судебное заседание не явился, представил заявление с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие, указав, что исковые требования поддерживает и просит их удовлетворить, по основаниям, приведенным в иске и судебном заседании 26.07.2017 года.

В судебном заседании 26.07.2017 года истец исковые требования поддержал, по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснив, что умаление потенциала его реабилитации со стороны ответчика выразилось в том, что в ПРП от 17.10.2016 года ему незаконно не была установлена необходимость в бытовом уходе. После его обращения в суд ответчик самостоятельно отменил ПРП от 17.10.2016 года, однако действующую ПРП от 22.09.2016 года не направил ни в Фонд социального страхования, ни ему, в связи с чем он был вынужден обратиться к ответчику с заявлением по данному вопросу. Ответ на данное обращение он получил с нарушением сроков рассмотрения обращений, установленного Федеральным законом от 02.05.2006 года « О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», - по истечении 30 дней со дня обращения - в мае 2017 года, и только после вмешательства прокуратуры 

<

данные изъяты> области. Несвоевременным предоставлением ответа на его обращение ему были причинены нравственные страдания в виде переживаний о безразличном отношении к его конституционным правам, как гражданина Российской Федерации, инвалида, со стороны государственного медико-социального экспертного учреждения. Кроме того, из-за несвоевременного направления ответчиком действующей ПРП, ежемесячную выплату на посторонний бытовой уход, он стал получать с 01.05.2017 года, а выплату за прошедший период с 12.09.2016 года по 01.05.2017 года получил в апреле 2017 года. 

Ответчики - экспертный состав № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области», ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» о времени и месте рассмотрения дела извещены, причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении рассмотрения дела от них не поступило.

Ранее ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» направлен письменный отзыв на иск, в котором учреждение просит в иске С. отказать, ссылаясь на то, что программа реабилитации пострадавшего от 17.10.2016 года была признана незаконной самим учреждением МСЭ, им разработана новая ПРП от 22.09.2016 года, которая была выслана, как в адрес С., так и в адрес ФСС РФ. Вина работников учреждения МСЭ в отношении истца не установлена. Кроме того, истцом не представлено доказательств причинения работниками учреждения МСЭ физических либо нравственных страданий.

Исследовав письменные материалы дела, выслушав заключение прокурора Р., полагавшей иск С. подлежащим удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

По смыслу приведенных правовых норм право на компенсацию морального вреда возникает, по общему правилу, при нарушении личных неимущественных прав гражданина или посягательстве на иные принадлежащие ему нематериальные блага, и только в случаях прямо предусмотренных законом, такая компенсация может взыскиваться при нарушении имущественных прав гражданина.

Общим основанием ответственности за вред, является вина причинителя ( ст.1064 ГК РФ). На потерпевшем лежит обязанность доказать факт наступления тех или иных негативных последствий, признаваемых вредом, их объем, а также причинную связь между действиями причинителя и наступившими последствиями. 

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая на посторонний (специальный медицинский и бытовой) уход за застрахованным, в том числе осуществляемый членами его семьи.

В соответствии с Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ 16.10.2000 г. №789 ( далее по тексту Правила), одновременно с установлением степени утраты профессиональной трудоспособности учреждение медико-социальной экспертизы при наличии оснований определяет нуждаемость пострадавшего в медицинской, социальной и профессиональной реабилитации, а также признает пострадавшего инвалидом (п. 3).

Пострадавший, его представитель, работодатель (страхователь) или страховщик в случае несогласия с решением учреждения медико-социальной экспертизы может обжаловать его, представив письменное заявление в учреждение, проводившее освидетельствование пострадавшего, или в главное бюро медико-социальной экспертизы ( п.31 Правил).

Главное бюро медико-социальной экспертизы в месячный срок со дня поступления заявления проводит переосвидетельствование пострадавшего и на основании полученных результатов выносит решение ( п.32).

Решение учреждения медико-социальной экспертизы может быть обжаловано в суд. ( п.33 Правил).

Из материалов дела усматривается, что С. является инвали*** группы по причине инвалидности «трудовое увечье».

ОБУЗ «

<

данные изъяты> городская больница № *** от 29.08.2016 года выдало С. заключение № *** клинико-экспертной комиссии о нуждаемости пострадавшего в мероприятиях медицинского реабилитации и направление на медико-социальную экспертизу организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь № ***.

12.09.2016 года С. обратился в Бюро медико-социальной экспертизы № ***(смешанного профиля) с заявлением о предоставлении ему государственной услуги по проведению медико-социальной экспертизы с целью разработки программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания.

Бюро медико-социальной экспертизы № *** (смешанного профиля) ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» 12.09.2016 года выдало С. программу реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (по тексту - ПРП) к акту освидетельствования № *** г. от 12.09.2016 года. 

14.09.2016 года в связи с несогласием с результатами освидетельствования, проведенного 12.09.2016 года С. обратился с заявлением (жалобой), в котором указал о нуждаемости его в дополнительной медицинской помощи, а именно конкретно установить определенные периоды проведения лечебных мероприятий, отсутствует необходимость нуждаемости в сопровождении в разделе «Санаторно-курортное лечение», также не указаны рекомендации о противопоказанных и доступных видах труда.

29.09.2016 года С. был приглашен в ФГУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» экспертно - реабилитационный состав № *** по вопросу обжалования. 

С. к акту освидетельствования № *** была выдана ПРП от 22.09.2016 года, в соответствии с которой была установлена нуждаемость в бытовом уходе, рекомендации о противопоказанных и доступных видах труда.

17.10.2016 года С. был вновь освидетельствован в порядке обжалования экспертного решения бюро МСЭ № *** в части разработки ПРП (в разделе санаторно-курортное лечение, профессиональная реабилитация, социальная реабилитация), на основании которой была и ему была выдана новая ПРП от 17.10.2016 года, в которой отсутствовало указание на нуждаемость в бытовом уходе.

Руководителем ЭС № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» С. 25.10.2016 года С. направлено сообщение.

27.01.2017 года С. было направлено сообщение, в соответствии с которым ПРП от 17.10.2017 года была выписана с техническими ошибками и сообщено, что действующей ПРП является ПРП от 22.09.2016 года.

Таким образом, ПРП от 17.10.2016 года была отменена экспертным составом ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» добровольно.

Указанные обстоятельства подтверждаются копией определения 

<

данные изъяты> районного суда города 

<

данные изъяты> от 13 февраля 2017 года о прекращении производства по административному делу № *** по административному иску С. к руководителю ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» экспертного состава № *** С., ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» об оспаривании программы реабилитации пострадавшего от 17.10.2016 года в части, журналом исходящей корреспонденции за 26.10.2016 г., квитанциями об отправке заказных писем на имя С. от 26.10.2016 года, сообщением от 27.01.17 года, журналом исходящей корреспонденции за 30.01.2017 года, квитанциями об отправке заказных писем на имя С. и в ФСС РФ по 

<

данные изъяты> области от 31.01.2017 года.

Согласно п.4 и п.5 Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний №286 от 15.05.2006 года, утвержденным Правительством Российской Федерации ( далее по тексту Положение) оплата дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованного лица производится страховщиком за счет средств, предусмотренных на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Решение об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию принимается страховщиком на основании заявления и в соответствии с ПРП. Указанное решение принимается страховщиком в течение 10 дней с даты поступления заявления застрахованного лица со всеми необходимыми документами ( их заверенными копиями), определяемыми страховщиком для каждого страхового случая.

Согласно п.25 вышеназванных Правил, выписка из акта освидетельствования с указанием результатов установления степени утраты профессиональной трудоспособности и программа реабилитации пострадавшего в 3-дневный срок после их оформления направляются учреждением медико-социальной экспертизы работодателю (страхователю), выдаются пострадавшему, если освидетельствование было проведено по обращению пострадавшего (его представителя), а также направляются страховщику, в том числе в форме электронного документа с использованием единой системы межведомственного электронного взаимодействия с соблюдением требований законодательства Российской Федерации в области персональных данных.

Аналогичные сроки предоставления государственной услуги по проведению медико-социальной экспертизы установлены Административным регламентом по предоставлению государственной услуги по проведению медико-социальной экспертизы, утвержденным приказом Минтруда России от 29 января 2014 года N 59н.

Как следует из представленных ответчиком копий журнала исходящей корреспонденции за 27.01.2017 года, квитанций об отправке почтовых отправлений, сообщения № *** от 27.01.2017 года, представленного истцом, 31.01.2017 года ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» направило в адрес С. и ГУ 

<

данные изъяты> РО ФСС РФ копии программы реабилитации пострадавшего от 22.09.2016 года к акту освидетельствования № ***

Вместе с тем, как указывает истец, ПРП от 22.09.2016 года согласно письму ответчика № *** от 27.01.2017 года, он не получил, в связи с чем 17.02.2017 года был вынужден обратиться к ответчику с заявлением / жалобой по вопросу непредставления ПРП.

А согласно ответа ГУ 

<

данные изъяты> РО ФСС РФ от 03.08.2017 года на запрос суда - ПРП от 22.09.2016 года № *** С. из ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» была получена региональным отделением только 10.04.2017 года. 

После получения фондом ПРП С. обратился в ГУ 

<

данные изъяты> РО ФСС РФ с заявлением от 19.04.2017 года о назначении ежемесячной денежной выплаты.

Приказом № *** от 19.04.2017 года ГУ 

<

данные изъяты> РО ФСС РФ С. назначена оплата дополнительных расходов на посторонний бытовой уход за период с 12.09.2016 года по 01.05.2017 года и перечислена на лицевой счет отделения Сбербанка на имя С. от 26.04.2017 года. 

Приказом № *** от 19.04.2017 года С. назначена оплата дополнительных расходов на посторонний бытовой уход с 01.05.2017 года до 01.10.2017 года. 

Таким образом, из материалов дела следует, что ПРП от 22.09.2016 года С. была направлена ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» и истцу по истечении 3-х дней со дня ее принятия, т.е. с нарушением установленных сроков предоставления результатов государственной услуги по проведению медико-социальной экспертизы. 

Однако, по мнению суда, признание экспертным составом № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» ПРП от 17.10.2016 года незаконной в связи с имеющимися в ней техническими ошибками и ее отмена в добровольном порядке, как и нарушение ответчиком сроков направления застрахованному и страховщику результатов государственной услуги по проведению медико-социальной экспертизы, не свидетельствует о причинении или намерении ответчика причинить С. вред. Наличие вреда материалами дела не подтверждено. 

Доводы истца о том, что указанные действия были совершены ответчиком умышленно, являются его субъективным мнением и соответствующими доказательствами не подтверждены.

С. не представлено доказательств, что действиями ответчика, ему были причинены физические или нравственные страдания, нарушены его нематериальные блага. 

Из представленных истцом доказательств не следует, что обращение истца за оказанием медицинской помощи, ухудшение состояние здоровья, о чем он указал в иске и пояснил в судебном заседании в обоснование компенсации морального вреда, были вызваны именно действиями ответчика по не установлению истцу при разработке ПРП от 17.10.2016 года его нуждаемости в постороннем бытовом уходе и несвоевременным направлением ему и в ФСС РФ ПРП от 22.09.2016 года. Причинно-следственная связь между обращениями истца за оказанием медицинской помощи и принятой ответчиком ПРП от 17.10.2016 года истцом не доказана. 

Кроме того, суд учитывает, что согласно ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" признание нуждаемости застрахованного лица в постороннем бытовом уходе предоставляет ему право на оплату дополнительных расходов на посторонний бытовой уход посредством выплаты ежемесячно денежной компенсации, но не предоставление государством самой услуги – посторонний бытовой уход, что исключает возможность нарушения личных неимущественных прав истца. Фактически исковые требования С. вытекают из имущественных правоотношений, поскольку связаны с реализацией права истца на получение оплаты дополнительных расходов на посторонний бытовой уход.

Однако законодательством, регулирующим социальное обеспечение пострадавших от несчастных случаев на производстве и в результате профессиональных заболеваний, возможность компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав не предусмотрена.

В связи с этим суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в связи с принятием ответчиком ПРП от 17.10.2016 года и нарушением сроков предоставления застрахованному и страховщику результатов государственной услуги по проведению медико-социальной экспертизы.

В то же время, рассматривая требовании истца о компенсации ему морального вреда в связи с не рассмотрением ответчиком его заявления от 17.02.2017 года, суд находит из подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 33 Конституции Российской Федерации граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

Правоотношения, связанные с реализацией гражданином Российской Федерации закрепленного за ним Конституцией Российской Федерации права на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, а также установление порядка рассмотрения обращений граждан государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами являются предметом регулирования Федерального закона от 02 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации".

По общему правилу, письменное обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, рассматривается в течение 30 дней со дня регистрации письменного обращения (ч. 1 ст. 12 указанного закона). При этом, в исключительных случаях, в том числе при запросе дополнительных документов и материалов, необходимых для рассмотрения обращения, руководитель государственного органа или органа местного самоуправления, должностное лицо либо уполномоченное на то лицо вправе продлить срок рассмотрения обращения не более чем на 30 дней, уведомив о продлении срока его рассмотрения гражданина, направившего обращение.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 21 февраля 2017 года за № *** в ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» поступило обращение С. от 17.02.2017 года по поводу неполучения программы реабилитации пострадавшего от 22.09.2016 года и иным вопросам.

В нарушение ст.10,12 Федерального закона от 02.05.2006 года №59-ФЗ обращение С. течение 30 дней рассмотрено не было, в связи с чем С. 27.03.2017 года обратился в прокуратуру 

<

данные изъяты> области с жалобой на действия должностных лиц ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области».

Как следует из материалов дела на момент прокурорской проверки (по состоянию на 20.04.2017 года) ответ истцу не был предоставлен в связи с чем прокуратурой в адрес руководителя ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области внесено представление об устранении нарушений законодательства.

Указанные обстоятельства подтверждаются обращением истца от 17.02.2017 года, ответом прокуратуры 

<

данные изъяты> области от 24.04.2017 года

Как следует из ответа ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» от 04.08.2017 года № *** и приложенной к нему справки об устранении недостатков к представлению областной прокуратуры 

<

данные изъяты> области в связи с несвоевременным рассмотрением обращения С. руководитель экспертного состава № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» был привлечен к административной и дисциплинарной ответственности; по предписанию прокуратуры 

<

данные изъяты> области С. дан ответ, в адрес С. и в Фонд социального страхования 05.05.2017 года направлены дубликаты ПРП, заказными письмами с описью вложения.

Получение ответа от ответчика на свое обращение в мае 2017 года истцом не оспаривалось и подтверждено представленным им самим ответом.

Таким образом, материалами дела подтверждено, и не оспаривалось ответчиком, что ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» допущено незаконное бездействие, выразившееся в грубом нарушении предусмотренного ст. 12 Федерального закона "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" срока рассмотрения обращения.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 16 Федерального закона "О порядке рассмотрения обращения граждан Российской Федерации" гражданин имеет право на возмещение убытков и компенсацию морального вреда, причиненных незаконным действием (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица при рассмотрении обращения, по решению суда.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2011 года N 1068-О-О, статья 16 Федерального закона "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", предусматривая право граждан на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления или должностного лица при рассмотрении обращения, не закрепляет порядок реализации данного права. Правила компенсации морального вреда определяются гражданским законодательством (статья 151 и глава 59 ГК Российской Федерации).

Согласно п. 105 Постановления Европейского Суда по правам человека от 24 июля 2003 года N 46133/99, N 48183/99, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство, по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного доказательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика.

Как указал истец в исковом заявлении и следует из его объяснений в суде 26.07.2017 года, несвоевременным предоставлением ответа на его обращение ему были причинены нравственные страдания в виде переживаний о безразличном отношении к его конституционным правам, как гражданина Российской Федерации, со стороны государственного учреждения медико-социальной экспертизы.

Суд соглашается с доводами истца, что в данном случае действиями ответчика допущено нарушение его личного неимущественного права - на своевременное получение ответа на свое обращение в установленный ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации" срок, а поэтому у последнего имеются законные основания требовать компенсации морального вреда.

В силу п. 1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степень вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Исходя из изложенного, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер нравственных страданий истца, связанных с длительным не рассмотрением его обращения ( ответ был дан спустя более чем два месяца), индивидуальных особенностей истца, являющегося инвалидом, отсутствие вредных последствий для истца в связи с не рассмотрением его обращения, а также учитывая требования разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ответчика ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

Оснований для компенсации морального вреда С. в большем размере суд не усматривает. Причинно-следственная связь между обращениями истца за оказанием медицинской помощи и нарушением ответчиком сроков рассмотрения его обращения от 17.02.2017 года истцом не доказана. 

Также суд не усматривает оснований для взыскания компенсации морального вреда с указанного истцом ответчика – экспертного состава № *** ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области», поскольку данный экспертный состав представляет собой специалистов ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области», которые согласно Приказу Минтруда России от 11 октября 2012 года N 310н, проводят медико-социальную экспертизу, и не обладают признаками юридического лица.

С учетом изложенного, исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению. 

На основании ст.98 ГПК РФ с ответчика ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

данные изъяты> области» в пользу истца следует взыскать 300 руб. – в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194,198 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Иск С. о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального казенного учреждения « Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

данные изъяты> области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации в пользу С. денежную компенсацию морального вреда в размере 5000 ( пять тысяч) рублей, в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины – 300 (триста) рублей, а всего 5300 ( пять тысяч триста) рублей.

В остальной части иска С. к экспертному составу № *** Федерального казенного учреждения « Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

данные изъяты> области» и Федеральному казенному учреждению « Главное бюро медико-социальной экспертизы по 

<

данные изъяты> области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 09.08.2017 года.

Председательствующий: