судья Гаязов Р.Г. дело № 22-7750/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 октября 2024 г. г. Казань 

Верховный Суд Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Маликовой Л.Р.,

при помощнике судьи Мавриной П.А., ведущей протокол судебного заседания,

с участием ФИО1, потерпевшей ФИО13

адвоката Мухаммадиева Ф.Ф., представившего ордер № 113663 и удостоверение № 3041, в защиту интересов ФИО1,

прокурора Фаттахова М.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Высокогорского района Республики Татарстан Валиахметова А.Р. на постановление Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 11 июля 2024 г., которым прекращено уголовное дело в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

дата> г. в 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, основании ст. 25 УПК РФ, ст. 76 УК РФ, ввиду примирения с потерпевшей.

Изучив материалы уголовного дела, доложив обстоятельства дела, сущность принятого решения и доводы апелляционного представления, выслушав выступления прокурора Фаттахова М.А., полагавшего необходимым постановление суда отменить по доводам апелляционного представления, а также ФИО1, адвоката Мухаммадиева Ф.Ф. и потерпевшую ФИО2, полагавшего постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

постановлением Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 11 июля 2024 г. уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ, ввиду примирения с потерпевшей.

В апелляционном представлении прокурор Высокогорского района Республики Татарстан Валиахметов А.Р. считает постановление суда подлежащим отмене, указывает, что судом не приняты во внимание характер допущенных ФИО1 нарушений правил дорожного движения при управлении источником повышенной опасности, что повлекло смерть несовершеннолетней потерпевшей ФИО17 и причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей ФИО16, а также степень общественной опасности содеянного. Кроме того, судом не установлено и не указано в постановлении каким образом был заглажен и возмещен вред потерпевшей. Обращает внимание, что смерть несовершеннолетней потерпевшей ФИО15., наступившая в результате действий ФИО1, не может быть компенсирована в результате освобождения последнего от ответственности. 

Также указывает, что в резолютивной части обжалуемого постановления отсутствует решение по вопросу судьбы вещественного доказательства -автомобиля марки «HYUNDAI SOLARIS» с государственным регистрационным знаком .... регион. Просит постановление суда отменить, передать уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе. 

Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене обжалуемого постановления суда.

В соответствии с п. 2 ст. 389.15 УПК РФ существенные нарушения уголовно-процессуального закона являются основанием для отмены или изменения постановления суда при рассмотрении материалов уголовного дела в апелляционном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

По данному уголовному делу судом первой инстанции допущено такое нарушение.

Согласно ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 4 июня 2007 г. N 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств.

Указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела, означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Органом предварительного расследования ФИО1 обвинялся в том, что 4 февраля 2024 г. примерно в 16.40 час., управляя технически исправным автомобилем «HYUNDAI SOLARIS» гос. рег. знак .... RUS, двигаясь в условиях неограниченной видимости по проезжей части автомобильной дороги федерального значения М-7 «Волга» на территории Высокогорского района РТ, 822 километр + 810 метров, со стороны г. Уфы в направлении г. Москвы, в нарушении требований, п. п. 1.3, 1.5, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ, проявил преступную небрежность, допустил боковой занос автомобиля в следствии чего совершил наезд в заднюю часть стоящего в попутном направлении впереди на правой обочине полуприцепа «SP345PR ПЛАТФ ТЕНТ», находящегося в составе седельного автомобильного поезда с грузовым тягачом «SCANIA S4X200 S500 A4X2».

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиры автомобиля «HYUNDAI SOLARIS» несовершеннолетняя ФИО18 ДД.ММ.ГГГГ г.р., от полученных травм скончалась на месте происшествия, ее матери ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ г.р., причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека.

Из материалов уголовного дела следует, что уголовное дело было назначено в особом порядке судебного разбирательства, что следует из постановления о назначении судебного заседания, то есть в порядке главы 40 УПК РФ (т.2, л.д.228).

Из протокола судебного заседания от 11 июля 2024 г. следует, что председательствующий в нарушении требований закона, не исследовал ни один документ, характеризующий личность подсудимого, ни сведения о судимости, ни характеристики, однако сослался на данные документы в итоговом решении.

Кроме того, принимая решение о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 за примирением сторон, суд указал, что подсудимый предпринял меры к заглаживанию причиненного вреда потерпевшей в полном объеме с принесением извинений, оказанием материальной помощи; учел позицию потерпевшей ФИО20 ходатайствовавшей о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1, указав также, что отдает приоритет потерпевшей ФИО21 как непосредственно пострадавшей от действий ФИО1, заявившей ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон и что, охраняемые законом интересы общества и государства от прекращения данного уголовного дела не пострадают.

При этом суд не указал, в связи с чем приоритет был отдан судом потерпевшей ФИО22

Между тем, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. N 17 "О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве", принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 04 июня 2007 г. N 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, вытекающее из взаимосвязанных положений ст. 76 УК РФ и ст. 25 УПК РФ, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом указание в названных статьях на возможность, а не обязанность освобождения от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела означает необходимость принятия соответствующего решения с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния.

Аналогичная позиция нашла отражение в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 19 "О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности", согласно которому при разрешении вопроса об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Согласно п. 10 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего.

Вред, причиненный преступлением, может быть возмещен в любой форме, позволяющей компенсировать негативные изменения, причиненные преступлением охраняемым уголовным законом общественным отношениям.

Объектами преступного посягательства, предусмотренного ст. 264 УК РФ, являются общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также здоровье и жизнь человека.

Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд должен был оценить, в какой степени предпринятые ФИО1 действия по заглаживанию вреда позволяли компенсировать наступившие от этого преступления негативные последствия в виде смерти дочери и тяжких телесных повреждений потерпевшей ФИО23

Суд не выяснил каким образом произошло заглаживание вреда, ни в протоколе судебного заседания, ни в постановлении суда данных сведений не имеется.

Также суд не учел, что прекращение уголовного дела по данным основаниям никак не ограничило ФИО1 в праве управления транспортными средствами, несмотря на то, что преступление, в совершении которого он обвинялся посягало также на общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Общественная опасность содеянного в рассматриваемом случае заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. В обжалуемом постановлении судом не указано, какие действия ФИО1 расценены как загладившие вред этим общественным интересам.

Делая однозначный вывод о возможности прекращения уголовного дела за примирением сторон, судом не была изучена личность подсудимого. Документы, характеризующие личность ФИО1, судом не исследовались (в том числе, данные о судимости, характеристики с места жительства и работы, а также характеризующие ФИО1, как водителя, с учетом стажа управления транспортными средствами, а также сведений о привлечении ФИО1 к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения), о чем свидетельствует протокол судебного заседания. 

Таким образом, отсутствие какой-либо оценки обстоятельств инкриминируемого ФИО1 деяния, а также всестороннего исследования характера и степени общественной опасности содеянного, личности подсудимого, не позволяет суду апелляционной инстанции согласиться с выводами суда о необходимости прекращения уголовного дела в отношении ФИО1

Решение суда о прекращении уголовного дела за примирением сторон подлежит отмене.

Доводы представления о необходимости решении судьбы вещественного доказательства в итоговом судебном решении, являются обоснованными и подлежат разрешению на основании ст. 81 УПК РФ при новом рассмотрении уголовного дела.

Ввиду того, что допущенные нарушения закона являются неустранимыми в суде апелляционной инстанции, уголовное дело подлежит возвращению на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда.

На период рассмотрения уголовного дела, суд апелляционной инстанции считает необходимым оставить в отношении подсудимого ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Высокогорского районного суда Республики Татарстан от 11 июля 2024 г., которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ, ввиду примирения с потерпевшей, отменить.

Материалы уголовного дела в отношении ФИО1 направить в Высокогорский районный суд Республики Татарстан на новое судебное рассмотрение иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения ФИО1 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное представление прокурора Высокогорского района Республики Татарстан Валиахметова А.Р. – удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в течение шести месяцев со дня его вынесения.

ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий