дело №2-170/2019

Решение

Именем Российской Федерации

14 мая 2019 г. г. Жердевка

Жердевский районный суд Тамбовской области в составе:

председательствующего судьи Власова А.В. 

при секретаре Платициной Е.Г.,

с участием:

прокурора Титеневой Н.С.,

истца ФИО1,

представителя истца - адвоката Косаревой Л.М.,

представителей ответчика ОАО "Токаревская птицефабрика" ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-170/2019 по иску ФИО1 к ОАО "Токаревская птицефабрика" о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО "Токаревская птицефабрика" о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что 29 января 2018 г. заключен трудовой договор между ОАО "Токаревская птицефабрика" (работодатель), с одной стороны и ФИО1 (работник) с другой стороны, т.е. он был принят на работу в структурно подразделение участок мойки и дезинфекции на должность дезинфектора с испытательным сроком 3 месяца.

Договором предусмотрены права и обязанности работодателя и работника: ст.2.4.3 предусмотрено, что работодатель обязан соблюдать законы и иные нормативно правовые акты РФ, локальные нормативные акты ОАО "Токаревская птицефабрика", а также условия, предусмотренные трудовым договором; ст.2.4.4. Договора предусматривает обязанность работодателя обеспечить условия труда, необходимые для выполнения трудовой функции и должностных обязанностей, предусмотренных настоящим договором.

Статьей 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда.

Статьей 212 ТК РФ предусмотрена обязанность работодателя, обеспечивать безопасные условия труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, установленных Законодательными актами.

В первый день работы 31.01.2018 придя в цех убоя и переработки, на участке потрошения птицы во время дезинфекции 2 линии технологического оборудования машины для сбора желудков дезинфицирующим раствором моющим средством "Мерафоам Термекс" без проведения обучения и проверки знаний требований охраны труда, при помощи ведра и щетки в 22 часа он приступил к выполнению своих обязанностей.

Во время работы при переходе с одной стороны линии технологического оборудования на другую, держа в руках ведро с химическим веществом, ФИО1 поскользнулся и стал падать.

Во время падения, защитные очки соскользнули, ведро ударилось об пол, в результате брызги химического вещества попали в глаза.

ФИО1 был причинен химический ожог глаза, в результате чего он полностью потерял зрение на один глаз.

Актом расследования тяжелого несчастного случая, установлены причины несчастного случая, которыми являются: допуск рабочего по дезинфекции (мытья) линии технологического оборудования машины "Meu№"CD6000 дезинфицирующим раствором (моющим средством ) "Мерафоам Термекс" без проведения обучения и проверки знаний требований охраны труда, нарушены правила раздел 2 пункт 3 "Правил по охране труда в сельском хозяйстве", утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 25.12.2016 №76 н; ст.ст. 212, 225 ТК РФ.

В Акте о расследовании несчастного случая установлено, что ФИО4, мастер участка мойки и дезинфекции (МИД) направления "Переработки" ОАО "Токаревская птицефабрика", который являясь ответственным лицом за организацию работы по охране труда во вверенном ему участке (согласно приказа №444 генерального директора ОАО "Токаревская птицефабрика" от 26.07.2017г) допустил рабочего по дезинфекции ФИО1., к выполнению работ по дезинфекции (мытья) 2 линии технологического оборудования машины "Мест" CD6000 дезинфицирующим моющим средством "Мерафоам Термекс" без проведения обучения и проверки знаний требований охраны труда, чем нарушены раздел 2 п. 3 Правил по охране труда в сельском хозяйстве" утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 25.022016г №76 н; ст.ст. 212, 225 ТК РФ. 

Пунктом 6. Акта несчастного случая, установлено, что данный случай квалифицируется, как несчастный случай на производстве.

В результате несчастного случая, из-за полученной травмы ФИО1 получил тяжкий вред здоровью, полностью потерял зрение на один глаз, несет расходы, связанные с длительным лечением, которое продолжается по настоящее время, перенес несколько операций лечиться до настоящего времени, зрение на один глаз утеряно, что причиняет ему физические и нравственные страдания.

На его иждивении находится двое несовершеннолетних детей, которые в настоящее время лишены самого необходимого, поскольку он потерял здоровье, потерял возможность получения постоянного достойного заработка, практически потерей зрения на один глаз, он обрек свою семью на нищенское существование.

Со стороны работодателя ни материальной помощи, ни моральной поддержки не получил.

Считает, что ему причинен моральный вред, нравственные и физические страдания, которые оценивает в сумме три миллиона рублей, поскольку ответчиком по делу является работодатель ОАО "Токаревская птицефабрика".

ОАО "Токаревская птицефабрика" не обеспечила выполнение требований правил по технике безопасности, которые послужили причиной, из-за которой причинен тяжкий вред здоровью.

Истец ФИО1 дополнил исковые требования, указав, что травма произошла, поскольку выданная спецодежда имела большой процент износа, резиновые сапоги были очень скользкими, пол в помещении был очень скользким, на полу имелись остатки от потрошения птицы, очки использовались другими лицами и не соответствовали ГОСТу, не подходили по размеру, раствор для дезинфекции имел высокую концентрацию, что способствовало получению тяжкой травмы. 

Истец ФИО1 и его представитель Косарева Л.М. в суде настаивают на удовлетворении исковых требований о компенсации с ответчика морального вреда, поскольку в результате несчастного случая на производстве он потерял зрение на один глаз и ему причинен тяжкий вред здоровью. Просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 3 000 000 рублей.

Представители ответчика ОАО "Токаревская птицефабрика" ФИО2, ФИО3 в суде иск не признали, поскольку их вины в произошедшем несчастном случае нет, размер морального вреда истцом завышен и не соответствует степени причиненного вреда здоровью, обстоятельствам получения производственной травмы и степени вины ответчика.

Между ОАО "Токаревская птицефабрика" и истцом 29 января 2018 года был заключен трудовой договор №. Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на должность дезинфектора на участок мойки и дезинфекции с испытательным сроком 3 месяца. При приеме на работу Истец был ознакомлен и подписал ряд локальных нормативных актов, должностную инструкцию, согласно которой он должен осуществлять мойку и дезинфекцию цехов, оборудования и оборотной тары на вверенном участке.

29 января 2018 года истцу был проведен по программе вводный инструктаж, о чем имеется запись в Журнале регистрации вводного инструктажа. Вводный инструктаж по охране труда проводится со всеми вновь принимаемыми на работу работниками независимо от их образования, стажа работы по данной профессии или должности, с временными работниками, командированными, учащимися и студентами, прибывшими на производственное обучение или практику. Цель вводного инструктажа состоит в том, чтобы разъяснить вновь поступающим работникам их задачи по соблюдению производственной и трудовой дисциплины, ознакомить с характером работы предприятия, общими условиями безопасности труда, основными положениями законодательства об охране труда.

31 января 2018 года, в первый рабочий день, истцу был осуществлен первичный инструктаж по охране труда на рабочем месте, о чем сделана запись в Журнале. Первичный инструктаж по охране труда на рабочем месте проводится до начала работы руководителем подразделения. С работниками, поступившими на работу с вредными и (или) опасными условиями труда проводится стажировка на рабочем месте в течение от 3 до 14 рабочих смен. После прохождения стажировки работник допускается к самостоятельной работе. В журнале произведена запись в графе "Количество смен" 31.01.2018 - 07.02.2018, в графе "Знание проверил, допуск к работе произвел", какие либо отметки отсутствуют, что говорит о том, что истец к самостоятельной работе 31.01.2018 допущен не был.

Также Истец в соответствии с типовыми нормами обеспечен новыми средствами индивидуальной защиты, а именно ему выдано: костюм ХБ мужской стандартный зеленый; сапоги ПВХ мужские белые; костюм Рокон-Букса; защитный очки (закрытого типа); респиратор; мыло; перчатки, о чем сделана запись в личной карточке учета выдачи СИЗ.

31 января 2018 года согласно графику работы, рабочий по дезинфекции участка мойки и дезинфекции ФИО1 пришел на работу к 22 часам. Из протокола опроса пострадавшего при несчастном случае от 19.02.2018 года ФИО1, а также его объяснения от 06.02.2018 года, и очевидцев следует, что придя на работу, истец переоделся в одежду птицефабрики, дополнительно в спецодежду и средства индивидуальной защиты (сапоги резиновые, очки защитные, респиратор, перчатки). Затем вместе со старшим дезинфектором ФИО5 Истец направились в цех убоя и потрошения, где старший дезинфектор ФИО5 налил в ведро дезинфицирующий рабочий раствор, выдал щетку и показал рабочее место и как осуществлять обработку (мойку) технологического оборудования для сбора желудков. Обработав одну сторону 2 линии технологического оборудования, истец после перерыва самостоятельно без разрешения приступил к обработке другой стороны технологического оборудования (после залива дезинфицирующего раствора в ведро страшим дезинфектором ФИО5). 

Примерно около 00 часов 30 минут, 01.02.2018 года, истец, переставляя ведро, переходя с одного места на другое, и держа ведро с дезинфицирующим раствором в руках, споткнулся и стал падать. При падении у истца сдвинулись защитные очки, ведро ударилось о пол и брызги раствора дезинфицировавшего средства из ведра попали в лицо и глаза.

После чего, истец позвал на помощь, к нему подбежали сотрудники находящиеся по близости отвели в комнату, где находилась проточная вода, мыло, полотенца, нейтрализующие растворы и начали оказывать первую помощь, промывая глаза проточной водой, до приезда скорой помощи.

В результате несчастного случая, ФИО1 получил химический ожог роговицы III-IV степени, конъюнктивы II степени (согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести, выданного ОГБУЗ "Тамбовская Офтальмологическая клиническая больница" от 05.02.2018).

Указанная травма относится к категории тяжелой. Согласно "Программы реабилитации пострадавшего в результаты несчастного случая на производстве и профессионального заболевания" ФКУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Тамбовской области" карта № 6.3.68/2018 к акту освидетельствования № 387.3.68/2018 от 17 апреля 2018 года, степень утраты трудоспособности - 30%, срок утраты трудоспособности - с 17.04.2018 по 01.05.2019 года.

5 февраля 2018 года ОАО "Токаревская птицефабрика" был издан приказ № 22/1 "Об образовании комиссии по расследованию несчастного случая", в состав которой вошли: Государственный инспектор труда (по охране) труда Государственной инспекции труда в Тамбовской области ФИО6, Ведущий специалист отдела страхования профессиональных рисков ГУ Тамбовского регионального отделения Фонда социального страхования ФИО7, Технический инспектор труда Регионального союза Тамбовское объединение организации профсоюзов ФИО8, Главный специалист-эксперт Управления труда и занятости населения Тамбовской области ФИО9, Руководитель отдела охраны труда, экологии и промышленной безопасности ФИО3

По результатам проведенного расследования был составлен Акт о несчастном случае на производстве № 1 от 20 февраля 2018 года. Произошедшее с ФИО1 квалифицировано как несчастный случай на производстве, выразившейся в допуске рабочего по дезинфекции к выполнению работ без проведения обучения и проверки знаний требований охраны труда. 

Вины ответчика в падении Истца нет. Ответчик провел инструктажи (вводный, первичный), обеспечил истца средствами СИЗ, выдал рабочий раствор.

ФКУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Тамбовской области" была составлена программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания. В данной программе установлены рекомендации о противопоказанных и доступных видах труда, а именно: доступен труд с уменьшением объема на 1/3 без опасности глазного травматизма и без воздействия на орган зрения раздражающих химических веществ.

Руководствуясь данной программой реабилитации, ответчик предложил ФИО1 перевод на должность картонажника участка сборки гофротары с тарифной ставкой, аналогичной предыдущей должности (68 рублей/час). 

20.09.2018 ФИО1 написал заявление о переводе на должность картонажника.

ФИО1 переведен на указанную должность приказом от 21.09.2018, где занимался сборкой гофротары (короба), предназначенной для упаковки продукции.

12 октября 2018 года ФИО1 подал заявление о переводе его на должность грузчика склада НК. 

15 октября 2018 года истец был переведен на требуемую им должность. На должности грузчика ему был установлен оклад в размере 11 500 рублей, что аналогично работе по тарифной ставке 68 рублей/час.

25 января 2019 года истец подал заявление о расторжении трудового договора с по соглашению сторон. Приказом от 29.01.2019 года трудовой договор с ФИО1 был прекращен.

Таким образом, истец был трудоустроен и получал заработок вплоть до 29 января 2019 года. ОАО "Токаревская птицефабрика" со своей стороны прилагало все усилия для обеспечения ФИО1 рабочим местом.

6 апреля 2018 года ФИО1 выплачена материальную помощь в размере 5 000 рублей, что подтверждается ордером №1 от 06.04.2019.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину нематериальные блага. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В соответствие со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Истец в обоснование своих требований заявляет, что "полностью потерял зрение на один глаз, несет расходы, связанные с длительным лечением, которое продолжается по настоящее время, перенес две плановых операции, требуется повторное операционное вмешательство, постоянно ощущаю боли в поврежденном глазу".

Истцом не представлены медицинские документы, кроме справки о степени утраты трудоспособности, не представлены сведения о проведенных операциях и понесенных расходах.

Доказательства, что раствор был концентрированный, а СИЗ старыми, не представлены. 

Рассматривая требования истца, представители ответчика просят учесть конкретные обстоятельства произошедшего несчастного случая, а именно то, что падение истца не связано с технологическими/механическими барьерами, которые спровоцировали падение. Падение истца связано с его неосторожностью при выполнении работы и не соблюдения охраны труда.

Должность дезинфектора по функционалу работы заключается в уборке/мытье/дезинфекции оборудования, только в место воды в ведре дезинфицирующий раствор. Но к данному факту истец отнесся не с должной осмотрительностью, что и привело к несчастному случаю.

Представители ответчика просят суд оценить степень вины самого истца в нарушении им требований инструкций по охране труда и отсутствие причинно-следственной связи ответчика в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Неосторожность потерпевшего привела к возникновению вреда, что должно быть учтено при определении размера компенсации морального вреда. 

Доводы истца о том, что не проведен инструктаж, выданы не новые СИЗ, сапоги были скользкие, раствор не разведен до нужной концентрации, опровергаются письменными материалами служебной проверки и материалами проверки в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ. Вина должностных лиц общества по нормам УК РФ не установлена. В возбуждении уголовного дела отказано за отсутствием составов преступлений. Доводы ФИО1 надуманные в части отсутствия уборки скользких полов помещений от грязи и отсутствия воды в помещении. ФИО1 своевременно оказывалась первая медицинская помощь. Раствор в ведре был разведен до требуемой концентрации. ФИО1 после обработки одной стороны оборудования и перерыва самовольно не стал дожидаться старшего дезинфектора и пошел один обрабатывать технику. После чего, поскользнулся и упал, из-за этого никого не было рядом. Неосторожность ФИО1 способствовала наступлению вреда в большем размере. Трудоспособность полностью не утеряна и доводы о нищенском существовании надуманные. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ГУ-Тамбовское региональное отделением Фонда социального страхования РФ ФИО10 в суд не явился, просит рассмотреть дело в отсутствие представителя учреждения.

Представитель Государственной инспекции труда в Тамбовской области в суд не явился, извещен о времени и месте судебного заседания. 

Суд, располагая данными о надлежащем извещении, рассмотрел дело в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора по делу, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п.2 ст.1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п.3 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации гарантировано, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии с ч.1 ст.41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ст.212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, в том числе:

- приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением;

- обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда;

- недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда;

- организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

Из смысла статьи 219 ТК РФ следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда.

Частью 3 статьи 8 Федерального закона РФ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусмотрено, что возмещение морального вреда, причиненного, в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

По правилам статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. №6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям в п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

Согласно трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на работу в ОАО "Токаревская птицефабрика" на должность дезинфектора. Местом работы является участок мойки и дезинфекции по адресу: Тамбовская область, р.

<

...>. Дата начала работы с 29.01.2018. Испытательный срок работнику установлен 3 месяца (т.1 л.д.10-11).

Судом установлено, что 01.02.2018 в период времени с 00-30 часов до 2-30 часов, в цехе убоя и переработки, на участке потрошения птицы ОАО "Токаревская птицефабрика", с дезинфектором ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., произошел несчастный случай: 

- 31 января 2018 года согласно графику работы рабочий по дезинфекции участка мойки и дезинфекции ФИО1 пришел на работу к 22 часам. На работе ФИО1 переоделся в одежду птицефабрики (комбинезон, пиджак) зашел в чистую зону, где ему выдали дополнительно специальную одежду и средства индивидуальной защиты: сапоги резиновые, очки защитные, респиратор, перчатки. Переодевшись, ФИО1 поднялся вместе со старшим дезинфектором ФИО5 на 2 этаж в кабинет мастера МИД ФИО4, где он расписался в журнале регистрации инструктажа на рабочем месте. После чего, ФИО1 и ФИО5 спустились на 1 этаж и направились в цех убоя и потрошения. Придя в цех, старший дезинфектор ФИО5 вынес из склада емкость с дезинфицирующим раствором (моющим средством) "Мерафоам Термекс" налил приблизительно 5 литров в ведро, выдал щетку и показал рабочее место по дезинфекции 2 линии технологического оборудования машины "Meуn CD 6000" для сбора желудков.

Обработав одну сторону 2 линии технологического оборудования, ФИО1 пошел на перерыв.

После перерыва, старший дезинфектор ФИО5 налил приблизительно 5 литров раствора "Мерафоам Термекс" в ведро. ФИО1 приступил к обработке другой стороны технологического оборудования машины "Меуn CD 6000". 

Около 00 часов 30 минут, 1 февраля 2018 года, ФИО1, переходя с одного места на другое, и держа ведро с дезинфицирующим раствором в руках, поскользнулся и стал падать. При падении у него сдвинулись очки, ведро ударилась об пол и брызги раствора из ведра попали ему в лицо и глаза. ФИО1 позвал на помощь.

Прибившиеся на ему на помощь сотрудники стали промывать глаза и лицо водой, вызвали скорую медицинскую помощь. ФИО1 был доставлен в ТОГБУЗ "Токаревская ЦРБ", откуда он был направлен в ОГБУЗ "Тамбовская Офтальмологическая клиническая больница".

В результате несчастного случая ФИО1 получил тяжелую травму: ОD (правый глаз) Химический ожог роговицы III - IV степени, OS (левый глаз) Химический ожог роговицы, конъюнктивы II степени.

Согласно медицинскому заключению ОГБУЗ "Тамбовская Офтальмологическая клиническая больница" от 05.02.2017 полученная травма относится к категории тяжелых. 

В акте несчастного случая от 20.02.2018 №1 указан вид происшествия - попадание инородного тела дезинфицирующего раствора в глаза (код А05). 

Причиной несчастного случая послужили недостатки в организации и проведении подготовки ФИО1 по охране труда, выразившееся в допуске рабочего по дезинфекции к выполнению работ по дезинфекции 2 линии технологического оборудования машины "Меуn CD 6000" дезинфицирующим раствором (моющим средством) "Мерафоам Термекс", без проведения обучения и проверки знаний требований охраны труда. Нарушены работодателем раздел 2 п.3 Правил по охране труда в сельском хозяйстве, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 25.02.2016 № 76 н, статьи 212, 225 Трудового кодекса РФ Код (А 10).

По акту несчастного случая установлено, что требования по охране труда допустил мастер участка мойки и дезинфекции (МИД) ФИО11, который допустил ФИО1 к выполнению работ по дезинфекции 2 линии технологического оборудования дезинфицирующим раствором без проведения обучения работника и проверки знаний требований охраны труда.

Актом несчастного случая установлено, что перед работой ФИО1 был проинструктирован. Вводный инструктаж проведен 29.01.2018. Первичный инструктаж проведен 31.01.2018. Период стажировки установлен с 31.01.2018 по 01.02.2018. 

Постановлением от 27.08.2018 в возбуждении уголовного дела по факту несчастного случая на производстве отказано по ч. 1 ст. 143 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях (бездействиях) состава преступления (т.1 л.д.44-47).

ФИО1 и его представитель адвокат Косарева Л.М. пояснили, что постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.08.2018 они не обжаловали в установленном порядке, в установленный срок. 

ФИО1 просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в сумме 3 000 000 рублей, поскольку по вине работодателя он не прошел обучение по технике безопасности и был допущен незаконно к работе, потерял зрение на один глаз, перенес три операции, потерял работу и средства к существованию.

Травма расположена на лице и видна невооруженным глазом. Зрение и глаз не восстановятся до прежнего состояния. ФИО1 испытывает постоянные физические боли и нравственные страдания. Проходит лечение до настоящего времени. Перенес три операции. 

ФИО1 указывает, что инструктаж с ним не проводился, средства защиты выданы бывшие в употреблении. 

Дезинфицирующий раствор ФИО5 выдал концентрированный (не приготовленный до необходимой концентрации).

Поскользнулся он по причине износа подошвы сапог, скользкого, неубранного пола в помещении. Очки слетели с глаз из-за того, что они были старые, и резинка растянулась. Новые очки не слетели бы в момент падения. 

Тяжести травмы способствовало также отсутствие водопровода и воды в помещении на рабочем месте, несвоевременное оказание первичной медицинской помощи не производстве. Из-за отсутствия воды на месте несчастного случая лицо и глаза своевременного не промыты. 

ФИО1 указывает, что производственная травма сделала невозможным дальнейший труд и содержание семьи. Семья претерпевает нищенское существование. 

Добровольно материальная помощь работодателем не оказана и моральный вред не компенсирован. 

Согласно ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч.3 ст.67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Вина работодателя ОАО "Токаревская птицефабрика" в нарушении требований по охране труда и допуске работника без обучения безопасному труду, что привело к несчастному случаю на производстве, и как следствие тяжкой травме глаза ФИО1, потере зрения на один глаз, подтверждена в судебном заседании совокупностью достоверных, допустимых и достаточных доказательств, которые не опровергнуты представителями ответчика. 

Бремя доказывания отсутствия вины в допуске рабочего ФИО1 к работе без обучения по технике безопасности, в силу закона, возложена на ответчика. 

Вина в бездействии ответчика по обучению работника безопасности труда на производстве, подтверждена актом несчастного случая на производстве от 20.02.2018 №1, актом расследования несчастного случая, материалами проверки по факту несчастного случая в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.08.2018 в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.143 УК РФ отказано из-за отсутствия состава преступления. Причинно-следственная связь, в причинении телесных повреждений ФИО1 на работе по причине невыполнения требований по охране труда, по материалам проверки не установлена.

Судом установлено, что ФИО1 по результатам расследования несчастного случая, в рамках обязательного страхования на производстве произведены выплаты Тамбовским региональным отделением Фонда социального страхования РФ. 

ОАО "Токаревская птицефабрика" оказало материальную помощь ФИО1 в сумме 5000 рублей.

Согласно ст.225 ТК РФ все работники, в том числе руководители организаций, а также работодатели - индивидуальные предприниматели, обязаны проходить обучение по охране труда и проверку знания требований охраны труда в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Для всех поступающих на работу лиц, а также для работников, переводимых на другую работу, работодатель или уполномоченное им лицо обязаны проводить инструктаж по охране труда, организовывать обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим.

Работодатель обеспечивает обучение лиц, поступающих на работу с вредными и (или) опасными условиями труда, безопасным методам и приемам выполнения работ со стажировкой на рабочем месте и сдачей экзаменов и проведение их периодического обучения по охране труда и проверку знаний требований охраны труда в период работы.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Поскольку ОАО "Токаревская птицефабрика" допустило рабочего по дезинфекции ФИО1 к выполнению работ по дезинфекции 2 линии технологического оборудования машины "Меуn CD 6000" дезинфицирующим раствором "Мерафоам Термекс" без проведения обучения и проверки знаний требований охраны труда, чем нарушило раздел 2 п. 3 Правил по охране труда в сельском хозяйстве, утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 25.02.2016 № 76 н; а также нормы статей 212, ст.225 ТК РФ, суд взыскивает с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда.

Судом установлено, что вводный и первичный инструктажи с ФИО1 проведены, что подтверждается подписями работника в журнале регистрации вводного инструктажа и подписью работника в журнале инструктажа на рабочем месте. 

ФИО1 был ознакомлен с инструкцией по охране труда, что подтверждено его подписью. 

Актом несчастного случая и материалами проверки установлено, что ФИО1 выданы 31.01.2018 новые средства защиты, что так же подтверждено личной карточкой учета выдачи средств индивидуальной защиты (СИЗ).

Согласно ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно акту несчастного случая на производстве, акту о расследовании тяжелого несчастного случая от 20.02.2018, ФИО1 01.02.2018 причинена тяжелая травма: ОД Химический ожог роговицы III-IV степени. OS Химический ожог роговицы, конъюнктивы II степени.

Согласно материалам проверки в порядке ст.ст.144-145 УК РФ Жердевского МСО СУ СК по Тамбовской области КУСП №114 (л.д.59-295 т.1) установлено, что по заключению судебного эксперта ТОГБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы" ФИО12 от 24.08.2018 установлено, что ФИО1 при несчастном случае причинены телесные повреждения: Химический ожог роговицы, конъюнктивы IV степени правого глаза. Химический ожог роговицы, конъюнктивы 2 степени левого глаза, которые могли образоваться от воздействия химического вещества 01.02.2018. До попадания химического вещества острота зрения составляла 1 обоих глаз. 

При выписке острота зрения правового глаза составила 0,02 Н/U, левого - 0,8.

По заключения судебного эксперта от 24.08.2018 ФИО1 в совокупности причинен тяжкий вред здоровью, повлекший по медицинским критериям приказа от 24.04.2008 № 194 Н. Общая трудоспособность утрачена свыше 30 процентов (35 процентов). 

Из объяснений ФИО20 в материалах проверки установлено, что рабочий раствор он приготавливал путем смешивания 100 грамм раствора "Мерафоам Термекс" 1-2 литрами воды. ФИО1 выдавался приготовленный разведенный рабочий раствор. 

В инструкции по применению указано, что "Мерафоам Термекс" является сильнощелочным пенным моющим средством. Обработка поверхностей осуществляется 2 процентным раствором дезинфицирующего вещества Мерафоам Термекс". В таблице 1 приведены пропорции приготовления рабочих растворов (л.д.209 т.1). Использование средства только с защитой органов дыхания и глаз. Мерами первой помощи является промывка пораженных участков проточной водой и скорая медицинская помощь. 

Как установлено судом, ФИО1 была оказана первая медицинская помощь и скорая медицинская помощь. 

По заключению судебного эксперта от 28.08.2018 ФИО1 проходил медицинское лечение по факту несчастного случая от 01.02.2018:

-с 01.02.2018 по 21.02.2018 в ОГБУЗ "Тамбовская офтальмологическая клиническая больница" диагноз Химический ожог роговицы, конъюнктивы IV степени правого глаза. Химический ожог роговицы, конъюнктивы 2 степени левого глаза.

27.02.2018 в ФГАУ "МНТК Имени Федорова С.Н." проведена Антиглоукомная операция с имплантацией клапана.

26.03.2018 в ФГАУ "МНТК Имени Федорова С.Н." проведена операция. Диагноз: ОД (Правый глаз). Состояние после химического ожога. Осложненная катаракта. Рубцовая деформация правого века. Симблефорон нижнего века.

06.04.2018 консультация в ФГАУ "МНТК Имени Федорова С.Н.".

Записи историй болезни в медицинских документов ОГБУЗ "Тамбовская офтальмологическая клиническая больница" и амбулаторной карте ФГАУ "МНТК Имени Федорова С.Н." исследовались судебным медицинским экспертом и по ним дана заключение о тяжести телесных повреждений. 

ФИО1 находился на лечении в ФГАУ "МНТК Имени Федорова С.Н." с 16.04.2019 по 18.04.2019. Проведена операция 17.04.2019 рассечение симблеварона пластикой конъюктивальных сводов. Назначены лекарственные средства: Tobramycini 0,3 % + Dexamethasoni 0,1 % - 5,0 4 раза в день 1 месяц, мазь гидрокортизоновая 0,5 % на ночь, массаж сводов 3 раза в день. 

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства установленные судом, объем и характер причинённых потерпевшему нравственных и физических страданий, степень вины работодателя, принцип разумности и справедливости.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает грубую неосторожность ФИО1, который до окончания перерыва в работе, в период стажировки в первый рабочий день, без присутствия старшего дезинфектора стал производить самостоятельные работы, в результате которых поскользнулся с ведром дезинфицирующего раствора, что способствовало попаданию щелочного раствора в глаза и как следствие причинению тяжкого вреда здоровью. Умысел потерпевшего для освобождения ответчика от компенсации морального вреда отсутствует. Факт работы ФИО1 без защитных очков не нашел своего подтверждения в акте несчастного случая и материалах гражданского дела. 

Согласно п.1, п.2 ст.1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

В силу п.3 ст.1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

ОАО "Токаревская птицефабрика" допустило работника к работе с опасным дезинфицирующим раствором в нарушение норм трудового законодательства без проведения обучения ФИО1 технике безопасности и проверки знаний техники безопасности при выполнении трудовых функций на производстве. Прямой умысел в причинении тяжкого вреда здоровью работнику отсутствует. 

Вина в форме неосторожности должностных лиц в нарушении обязанностей работодателя установлена в судебном заседании совокупностью достаточных, достоверных и допустимых доказательств.

Оснований для освобождения работодателя от возмещения компенсации морального вреда не имеется. Грубая неосторожность потерпевшего учитывается судом при определении размера компенсации морального вреда. 

ФИО1 в результате несчастного случая на производстве причинен тяжкий вред здоровью. Телесные повреждения глаз человека привели к снижению зрения левого глаза, потере зрения правого глаза. Зрение левого глаза восстановлено. Телесные повреждения возникли на лице человека: деформация век правого глаза, бельмо роговицы, рубцы конъюктивы, состояние после химического ожога. 

По результатам судебной экспертизы от 28.08.2018 ФИО1 утратил трудоспособность 35 процентов. Зрение правого глаза составляло 0,02 процента. 

По выписке из истории болезни ФГАУ "МНТК Микрохирургия глаза Имени Федорова С.Н." зрение правого глаза ФИО1 полностью утрачено. 

Судом установлено, что ФИО1 проведены на правом глазе три операции, зрение не восстановлено на момент рассмотрения дела. Зрение левого глаза восстановлено в ходе лечения. 

Работодателем вводный и первичный инструктажи проведены. Меры первой медицинской помощи проведены своевременно. Проточная вода на рабочем месте имелись. 

Рабочий раствор дезинфицирующего вещества выдан работнику ФИО5 в разведенном виде до рабочей концентрации 2 процента. 

Вина работодателя в выдаче работнику ФИО1 бывших в использовании СИЗ, что способствовала возникновению вреда здоровью, не установлена, как и вина в несвоевременной уборке полов рабочего помещения.

Попадание дезинфицирующего раствора в глаза, привела неосторожность ФИО1 при выполнении работ. Он не спотыкался, а поскользнулся при проведении работ, что установлено совокупностью доказательств. 

При таких обстоятельствах, суд, учитывая фактические обстоятельства по делу, объем и характер морального вреда, степень вины потерпевшего и работодателя, принцип разумности и справедливости определяет компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей. 

При этом, суд учитывает данные о потерпевшем и его имущественное положение, а также имущественное положение ответчика, который является работодателем юридическим лицом. 

Денежная компенсация морального вреда в сумме 3 000 000 р. явно завышена истцом, и не соответствует фактическим обстоятельствам причинения морального вреда, объему и характеру морального вреда, принципу разумности и справедливости, исходя из степени вины работодателя в форме неосторожности и наличия грубой неосторожности самого потерпевшего. 

При таких обстоятельствах, суд взыскивает с ответчика денежную компенсацию морального вреда в сумме 250 000 руб., а в остальной части иска отказывает. 

Доводы истца ФИО1 о том, что с ним фактически не проводился вводный, первичный инструктаж, суд отвергает как не состоятельные, поскольку они опровергаются записями в журналах проведения инструктажа, подписями работника, материалами проверки по факту несчастного случая, актом несчастного случая на производстве. 

Свидетель ФИО21 в суде показала, что супруг начал работу перед несчастным случаем до окончания перерыва. Первая медицинская помощь была оказана и супруг направлен в больницу. Перед работой работники расписались за проведенный инструктаж. Обучение техники безопасности на работе не производилось. Несчастный случай произошел в первый рабочий день. Она не видела, как супруг поскользнулся. После несчастного случая супруга нашли другие работника. О произошедшем несчастном случае, ей известно со слов супруга. Супруг 19 дней лечился в тамбовской областной глазной больнице. Зрение на правый глаз полностью утрачено. Супруг ФИО13 в настоящее время не работает. Инвалидность 1-2 группы супругу не установлена. 

Оценивая показания свидетеля ФИО22. в совокупности с другими доказательствами по делу, суд признает их не достоверными в части показаний о том, что инструктаж не проводился, проточная вода на рабочем месте отсутствовала.

В своих показаниях свидетель ФИО23 не показала, что ФИО1 поскользнулся, поскольку пол был не убран и скользкий, а СИЗ ФИО1 выданы старые, бывшие в употреблении. ФИО13 пояснил, что обстоятельства несчастного случая и причины попадания раствора в глаза ей известны со слов супруга. ФИО24. выдела как супругу оказывалась на рабочем месте первая медицинская помощь и глаза промывались водой, раствором чая. 

Причины несчастного случая установлены, в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.147 УК РФ отказано, что опровергает доводы истца о причинах несчастного случая, и наличия вины работодателя в причинении тяжкого вреда здоровью. 

Акт несчастного случая от 20.02.2018 №1 не оспаривался в установленном порядке, как и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 27.08.2018.

Доводы ФИО1 о том, что в момент несчастного случая он работал в бывших в употреблении средствах индивидуальной защиты, суд отвергает, как не состоятельные, поскольку факт выдачи 31.01.2018 ФИО1 новых средств индивидуальной защиты установлен совокупностью доказательств, исследованных судом. Материалами проверки по факту несчастного случая, актом несчастного случая от 20.02.2018 №1, материалами проверки по факту несчастного случая в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, установлено, что ФИО1 выданы новые СИЗ, в том числе защитные очки и резиновые сапоги. Доводы о том, что сапоги имели износ и скользкие подошвы, а очки были не новые, и резинка растянута, не нашли своего подтверждения в суде.

Вина работодателя в том, что ФИО1 поскользнулся из-за отсутствия уборки полов в рабочем помещении, а защитные очки слетели с лица из-за износа, отсутствует. 

Доводы ФИО1 о том, что при работе, ему был выдан не разведенный раствор дезинфицирующего вещества, отвергаются как не состоятельные, поскольку доказательства, в подтверждение данных доводов, не представлены. Данные доводы основываются на предположениях истца, поскольку он видел, как рабочий раствор шипел и пенился. Актом несчастного случая и материалами проверки сообщения о преступлении не установлено, что ФИО5 выдал ФИО1 концентрированный не приготовленный в соответствии с инструкцией 2 процентный рабочий раствор "Мерафоам Термекс".

Судом установлено, что ФИО1, свидетель ФИО13 не видели момент приготовления рабочего раствора. Вина ФИО4, ФИО5 в приготовлении рабочего раствора большей концентрации не установлена актом несчастного случая на производстве от 20.02.2018 №1. Объяснения должностных лиц содержат сведения о приготовлении рабочего раствора необходимой концентрации. Сами работники дезинфекторы не приготавливали рабочие растворы дезинфицирующих веществ. 

Кроме того, судом установлено, что вина работодателя в несвоевременном оказании первой медицинской помощи работнику отсутствует. 

Доводы ФИО1 о том, что он по вине работодателя не может трудиться, утратил средства к существованию, признаются несостоятельными и отвергаются, поскольку по делу установлено, что трудоспособность ФИО1 утрачена не более 35 процентов. Срок, на который устанавливалась инвалидность 3 группы, истек. Доказательств обратного, истцом не представлено. Зрение левого глаза восстановлено на 100 процентов. 

Трудовой договор с ОАО "Токаревская птицефабрика" расторгнут по инициативе работника. Работодатель после несчастного случая по программе реабилитации, переводил ФИО1 на более легкий труд, что подтверждено приказами о переводе на работу у одного работодателя.

ФИО1 после несчастного случая был переведен картонажником с заработком 68 руб. в час. Заработок дезинфектора составлял 62 руб. в час.

15.10.2018 ФИО1 переведен по его заявлению грузчиком в склад НК с заработком 11500 рублей в месяц. 

29.01.2019 ФИО1 уволился по собственному желанию и получил окончательный расчет. 

Доказательств того, что ФИО1 по состоянию здоровья (по причине потери зрения и сильных болей) не может трудиться, суду не представлено. 

Ходатайств о вызове свидетелей, специалистов, ходатайство о назначении судебных медицинских экспертиз по делу сторонами не заявлено. Суд рассмотрел дело в пределах заявленных исковых требований по представленным сторонами доказательствам. 

Судом установлено, что защитные очки, выданные ФИО1 31.01.2018, не имеют определенных размеров. Размер резинки очков регулируется работником по голове индивидуально. Очки ФИО1 были выданы новые. В момент несчастного случая очки слетели с глаз из-за неосторожных действий самого работника, что учтено судом. Умысла ФИО1 на работу без защитных очков не установлено. 

Доводы представителей ответчика ОАО "Токаревская птицефабрика" о том, что инструктаж и стажировка проводилась, грубая неосторожность потерпевшего способствовала причинению вреда, не могут послужить причиной освобождения работодателя от возмещения компенсации морального вреда, поскольку работодатель в первый рабочий день допустил работника к работе без обучения техники безопасности, что запрещено законом и является основанием компенсации морального вреда. 

На основании изложенного, доводы представителей ответчика ОАО "Токаревская птицефабрика", изложенные в судебном заседании в опровержение иска ФИО1 о компенсации морального вреда, судом признаются не состоятельными и отвергаются.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к ОАО "Токаревская птицефабрика" о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества "Токаревская птицефабрика", ИНН №, КПП №, ОГРН № от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве в размере 250 000 рублей.

В удовлетворении иска ФИО1 к ОАО "Токаревская птицефабрика" о взыскании компенсации морального вреда в остальной части отказать. 

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тамбовский областной суд через Жердевский районный суд Тамбовской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 19.05.2019.

Председательствующий А.В. Власов