Дело № 2-5749/2025

УИД 35RS0010-01-2025-006899-63

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Вологда 06 августа 2025 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Подгорной И.Н., 

при секретаре Беляевой Е.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, указав, что 17 сентября 2021 года старшим следователем второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) следственного управления Следственного комитета Российской Федерации в отношении него было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. В тот же день в отношении него было возбуждено еще одно уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое впоследствии было переквалифицировано на часть 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации. 20 сентября 2021 года уголовные дела объединены в одно производство. 07 ноября 2022 года постановлением старшего следователя уголовное преследование в отношении истца по факту совершения преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием состава преступления, за ФИО2 признано право на реабилитацию. 

Полагая, что незаконным уголовным преследованием ему причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, в лишении возможности жить полноценной жизнью, исполнять свои должностные обязанности по месту работы, что привело к увольнению со службы, при том, что он более 22 лет отдал работе в уголовно-исполнительной системе, неоднократно поощрялся за безупречную службу; изменению о нем мнения окружающих (бывших и действующих сослуживцев), знакомых, а также специального контингента, ухудшению состояния здоровья, просил взыскать с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда за незаконное и необоснованное уголовное преследование в размере 500 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 50 000 рублей, почтовые расходы.

Определением суда от 12 мая 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прокуратура Вологодской области, Следственный комитет Российской Федерации (далее - СК РФ), Следственное Управление Следственного комитета Российской Федерации по Вологодской области (далее – СУ СК России по Вологодской области).

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель адвокат Лядова Ю.С. исковые требования поддержали по доводам и основаниям, приведенным в иске. В судебных заседаниях ФИО2 пояснял, что службу в системе ФСИН начал с 2000 года с должности стажера и дослужился до заместителя начальника УФСИН России по Вологодской области. За время службы поощрялся более 50 раз. После возбуждения в отношении него уголовного дела по поведению коллег стало понятно, что они избегают с ним общения, чувствовалась напряженность. Ожидание результатов рассмотрения уголовного дела тягостно отражалось на его физическом и моральном состоянии, 

<

данные изъяты>. Вместе с тем, с данными жалобами к врачу он не обращался. Подписки о невыезде и надлежащем поведении не было, однако, ему неоднократно приходилось приезжать на допросы, которые длились более 1 часа. 

Представитель ответчика Минфина России по доверенности ФИО3 с исковыми требованиями не согласилась по доводам, изложенным в письменном отзыве, просила снизить размер испрашиваемой компенсации морального вреда, а также размер судебных расходов.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Вологодской области ФИО4 полагал, что имеются основания для удовлетворения иска, размер компенсации морального вреда просил определить с учетом требований разумности и справедливости. 

В судебное заседание представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, СК РФ, СУ СК России по Вологодской области не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. 

Суд, заслушав стороны, изучив материалы настоящего гражданского дела, материалы уголовного дела №, приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса (пункт 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, учитывая, что уголовное преследование в отношении ФИО2 прекращено на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, он в силу закона имеет право на возмещение компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть вторая статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Материалами дела установлено, что 17 сентября 2021 года старшим следователем второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) СУ СК России по Вологодской области в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из постановления о возбуждении уголовного дела следует, что органами предварительного расследования ФИО2 обвинялся в том, что, являясь должностным лицом, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, дал указание руководству ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области на привлечение осужденных ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области к труду без документального оформления данного факта, что повлекло существенное нарушение прав осужденных. В результате превышения им должностных полномочий были существенно нарушены законные интересы и права осужденных, что подорвало авторитет уголовно-исполнительной системы Российской Федерации.

Кроме того, 17 сентября 2021 года в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 285 Уголовного кодекса Российской Федерации.

20 сентября 2021 года указанные уголовные дела соединены в одно производство, уголовному делу присвоен номер №.

19 октября 2022 года с ним в одно производство соединено уголовное дело №, возбужденное 18 октября 2022 года в отношении бывшего начальника ФКУ КП-7 УФСИН России по Вологодской области ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Срок предварительного расследования по уголовному делу последовательно продлевался, последний раз 03 сентября 2022 года всего до 15 месяцев, то есть до 17 декабря 2022 года.

24 сентября 2021 года, 01 октября 2021 года, 14 октября 2021 года, 15 апреля 2022 года, 22 июня 2022 года, 14 июля 2022 года, 02 ноября 2022 года ФИО2 допрашивался в качестве подозреваемого.

Постановлением старшего следователя второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) СУ СК России по Вологодской области от 07 ноября 2022 года уголовное преследование в отношении ФИО2 по факту совершения преступления, предусмотренного частью 1 статьи 286 Уголовного кодекса Российской Федерации, по факту привлечения осужденных к труду с нарушением порядка оформления документов о трудоустройстве прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного статьей 286 Уголовного кодекса Российской Федерации. За ФИО2 признано право на реабилитацию.

При этом, в отношении ФИО2 продолжено уголовное преследование по факту халатности при осуществлении ФКУ КП-7 УФСИН России по Вологодской области деятельности по государственным контрактам на поставку и производство муки хлебопекарной по части 1 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. Арест на денежные средства ФИО2, наложенный по постановлению Вологодского городского суда Вологодской области от 30 ноября 2021 года, сохранен в связи с продолжением уголовного преследования по части 1 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Постановлением старшего следователя второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) СУ СК России по Вологодской области от 16 декабря 2022 года прекращено уголовное преследование в отношении ФИО2 по части 1 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Определяя размер компенсации морального вреда, учитывая тяжесть преступления, в котором подозревался ФИО2 (преступление средней тяжести), период уголовного преследования (около 14 месяцев), тот факт, что меры пресечения, ограничивающие свободу передвижения, такие как подписка о невыезде, домашний арест, заключение под стражу (по данному преступлению), к ФИО2 не применялись, личность истца, который ранее не привлекался к уголовной ответственности, имеет положительные характеристики, медали и благодарности Федеральной службы исполнения наказаний, почетную грамоту Губернатора Вологодской области, благодарственные письма Вологодской городской думы, Администрации города Вологды, почетную грамоту Законодательного собрания Вологодской области; что сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности за совершение преступления, связанного с профессиональной деятельностью ФИО2 нарушил личные неимущественные права последнего, принадлежащие ему от рождения: достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которые он не совершал, честное и доброе имя, деловую репутацию, вызов в органы следствия на допрос, безусловно, повлекли за собой нарушение нравственного и психологического состояния истца, это стало причиной нервного напряжения, нравственных переживаний в связи с невозможностью вести активный образ жизни, в том числе и общественной, полноценно общаться с семьей и близкими, принимая во внимание требования разумности и справедливости, а также, что компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан, суд полагает, что с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей.

Ссылки ФИО2 на то, что в период производства по уголовному делу у него ухудшилось состояние здоровья, несостоятельны, поскольку доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между ухудшением состояния здоровья истца и уголовным преследованием, в материалы дела не представлено. Как не представлено и доказательств того, что уголовное преследование негативно отразилось на профессиональной деятельности истца, факты наличия прямой причинно-следственной связи между уголовным преследованием и увольнением ФИО2 со службы не нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. 

Далее, в соответствии с частью 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В пункте 12 того же постановления указано, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 13 того же постановления разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Из анализа действующего законодательства следует, что разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства.

Для установления разумности расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание юридической помощи, характеру услуг, оказанных по договору, а равно принимает во внимание доказательства, представленные другой стороной и свидетельствующие о чрезмерности заявленных расходов.

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ, статьи 106, 129 КАС РФ, статьи 106, 148 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что 10 февраля 2025 года между адвокатом Лядовой Ю.С. (адвокат) и ФИО2 (доверитель) заключено соглашение об оказании юридической помощи по гражданскому делу №, по условиям которого адвокат обязался оказать доверителю квалифицированную юридическую помощь в виде представления интересов в деле о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием по делу № в связи с реабилитацией, в том числе: подготовка искового заявления и сбор доказательств; участие в судебных заседаниях, а также совершение иных процессуальных действий необходимых для защиты интересов доверителя. 

Стоимость услуг по соглашению составила 50 000 рублей, оплата которых подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 31 марта 2025 года. 

Принимая во внимание объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, затраченное время на его рассмотрение и непосредственное участие представителя в судебных заседаниях суда первой инстанции (04 июня 2025 года, продолжительностью 30 минут, 26 июня 2025 года, продолжительностью 13 минут, 06 августа 2025 года продолжительностью 34 минуты), а также, что рекомендуемые минимальные ставки вознаграждения за юридическую помощь, в том числе, оказываемую адвокатами, не являются обязательными и не исключают возможность снижения судебных расходов в случае, если они носят явно неразумный (чрезмерный) характер, совокупность представленных сторонами в подтверждение своей правовой позиции документов и фактические результаты рассмотрения заявленных требований, суд признает размер расходов на представителя в размере 50 000 рублей завышенным и не соответствующим объему оказанных услуг, и полагает возможным снизить их размер до 30 000 рублей. 

На основании статей 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию подтвержденные документально почтовые расходы в размере 365 рублей, поскольку данные расходы были понесены истцом в связи с обращением с иском в суд.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

взыскать с Министерства финансов Российской Федерации (ОГРН 

<

***>) за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения) компенсацию морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием в размере 50 000 рублей, расходы на оказание юридической помощи в размере 30 000 рублей, почтовые расходы в размере 365 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части ФИО2 отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Вологодский городской суд Вологодской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.Н. Подгорная

Мотивированное решение изготовлено 20.08.2025.