Дело № 2-1222/19 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 15 мая 2019 года

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Левиной Е.В.,

при секретаре Хайретдиновой А.Х.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба в порядке индексации суммы материального ущерба, причиненного преступлением, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба в порядке индексации суммы материального ущерба, причиненного преступлением, указывая, что вступившим в законную силу приговором Верховного Суда Республики Дагестан от 15 июня 2017 года по уголовному делу № 2-7/2017 ответчики были признаны виновными в совершении преступлений: ФИО2 – признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, ст. 159 ч.4 УК РФ, ст. 163 ч.3 п. «б» УК РФ; ФИО3 – признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, ст. 159 ч.4 УК РФ; ФИО4 – признан винновым в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, ст. 159 ч.4 УК РФ. В результате совершенных преступлений ФИО5 был причинен материальный ущерб: 02.06.2005 года ФИО2, ФИО3, ФИО4 путем обмана и злоупотребления доверием ФИО6 (матери ФИО5) и ФИО5 совершили хищение пакета акций ЗАО «Маяк», причинив имущественный ущерб на сумму 366 000 000 рублей в ценах на июнь 2005 года; 20.10.2000 года ФИО2 похитил путем вымогательства 45 % долей ООО ШФ «Сайма», которые фактически принадлежали брату ФИО5 – ФИО7, чем был причинен ущерб на сумму 30 000 000 рублей. На основании договора цессии от 14.03.2018 года (в редакции дополнительного соглашения от 11.10.2018 года) ФИО5 передал истцу право требования возмещения материального ущерба, причиненного преступлением. Куйбышевским районным судом Санкт-Петербурга было рассмотрено гражданское дело № 2-782/18 по иску о возмещении ущерба, причиненного указанными преступлениями. Истец полагает, что ответчиками причинен ущерб, выраженный в экономических потерях потерпевшего, связанными с проходящими в стране инфляционными процессами, окончательный размер которого устанавливается путем индексации сумм номинального ущерба, установленного приговором суда на дату совершения преступлений. 

В ходе рассмотрения дела истец уточнил правовое обоснование заявленных требований, указав, что предъявляет требования о возмещении вреда в форме компенсации убытков (упущенной выгоды) в результате причинения ответчиками имущественного вреда потерпевшему ФИО5, размер упущенной выгоды представляет собой инфляционные потери.

В связи с чем истец в окончательной редакции просил взыскать:

- с ответчика ФИО2 сумму в размере 110 926 501, 37 рублей;

- солидарно с ответчиков ФИО2, ФИО3, ФИО4 сумму в размере 751 087 597, 41 рублей за период с 20.10.2000 года по 28.02.2019 года за период с 02.06.2005 года по 28.02.2019 года.

Истец в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, доверил представление своих интересов представителю, который в судебное заседание явился, по иску возражал по основаниям, указанным в письменных возражениях.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом как по месту регистрации, так по месту отбывания наказания.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом как по месту регистрации (телеграмма получена лично). При этом сведений об уважительности неявки в суд и ходатайств об отложении судебного заседания не представил. 

На основании чего суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков.

Суд, выслушав мнение участников процесса, изучив материалы дела, полагает, что иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В силу требований со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине, а в соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. 1 ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого, суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Как усматривается из материалов дела, приговором Верховного Суда Республики Дагестан от 15 июня 2017 года ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, ст. 159 ч.4 УК РФ, ст. 163 ч.3 п. «б» УК РФ; ФИО3 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, ст. 159 ч.4 УК РФ; ФИО4 признан винновым в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, ст. 159 ч.4 УК РФ; ФИО8 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, п.п. «ж», «з» ст. 105 УК РФ; с ФИО2 в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей; в пользу ФИО9 – компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей, в пользу ФИО10 – компенсация морального вреда в размере 50 000 рублей; с ФИО3 в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей, с ФИО4 в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей; за ФИО5 признано право обращения в суд с гражданским иском о возмещении имущественного вреда в порядке гражданского судопроизводства. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 09 ноября 2017 года указанный приговор изменен; действия ФИО2, ФИО3, ФИО4 переквалифицированы с п.п. «ж, з» ч.2 ст. 105 УК РФ на ч.5 ст. 33, п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, по которой ФИО2 назначено наказание в виде 10 лет лишения свободы, ФИО3 – 9 лет лишения свободы, ФИО4 – 8 лет лишения свободы; исключено осуждение ФИО8 по ч.5 ст. 33, п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ, ему назначенное наказание смягчено с применением ст. 64 УК РФ до 7 лет лишения свободы; взысканный с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО5 размер компенсации морального вреда уменьшен до 500 000 рублей с каждого. 

При рассмотрении уголовного дела 

<

...>

На основании договора цессии от 14.03.2018 года (в редакции дополнительного соглашения от 11.10.2018 года) ФИО5 передал истцу право требования возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Решением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 20 декабря 2018 года исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлением, процентов за пользование чужими денежными средствами были удовлетворены частично; с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба в 366 000 000 рублей, в остальной части требования оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 19 марта 2019 года решение суда от 20 декабря 2018 года изменено в части подлежащих взысканию денежных средств, с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба в 30 080 000 рублей. 

Указанными судебными актами было установлено, что собственником 45 % долей ООО ШФ «Сайма» являлся ФИО10, отсутствие у ФИО7, ФИО6 прав собственности или иных имущественных прав в отношении 45 % долей ООО ШФ «Сайма» исключает у них, а также у ФИО1 как правопреемника ФИО5, возникновения ущерба в результате выбытия указанных долей из владения ФИО10.

Исходя из чего, суд приходит к выводу о том, что в указанной части у истца не возникло право требования от причинителя вреда возмещения убытков (упущенной выгоды в результате совершенного преступления выгоды).

Согласно статье 15 (пункт 1) Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу данной правовой нормы возникновение у лица права требовать возмещения убытков обусловлено нарушением его прав.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.

Таким образом, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" содержится указание на то, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ст. 123 п.3 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено достаточных доказательств того, что он либо его предшественник ФИО5, имел реальную возможность получения выгоды, в частности, что спорное имущество могло быть использовано по целевому назначению либо реализовано, предпринял необходимые действия для получения выгоды и сделал с этой целью необходимые приготовления. 

На основании чего суд приходит к выводу о том, что при разрешении настоящего спора истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств того, что действия ответчиков находятся в прямой причинно-следственной связи с возникновением у истца упущенной выгоды в требуемом ко взысканию размере.

Оценивая обстоятельства данного дела и представленные доказательства, в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, суд полагает, что истцом не было представлено достаточных доказательств, отвечающим принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности в подтверждение заявленных требований, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения требований истца.

При этом суд считает необходимым обратить внимание истца на то, что он не лишен права в дальнейшем обратиться в суд с заявлением об индексации взысканных сумм на основании ст. 208 ГПК РФ, положения которой позволяют суду проиндексировать присужденную взыскателю денежную сумму с целью восстановления ее покупательной способности и этим защищая взыскателя от инфляционных рисков на время исполнения решения суда. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательном виде путем подачи апелляционной жалобы через Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Решение в окончательном виде изготовлено 20.05.2019 года.