Дело № 2-2205/2020

73RS0004-01-2020-002796-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 июля 2020 года город Ульяновск

Заволжский районный суд города Ульяновска в составе

председательствующего судьи Мочаловой О.И.,

с участием прокурора Дуниной Е.В.,

при секретаре Колесовой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО5 о взыскании морального вреда причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Григоренко–Болгарову И.В. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. 

ФИО2 также обратился в суд с иском к Григоренко–Болгарову И.В. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Определением от 30.06.2020 года дела объединены в одно производство, для полного и объективного рассмотрения. Свои исковые требования истцы мотивировали следующим образом. 

01.12.2019 года в 16.00 часов на 

<

адрес>, водитель транспортного средства 

<

данные изъяты> государственный номер №, под управлением ФИО5 не справившись с управлением выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с транспортным средством 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный номер №, под управлением ФИО1. Виновным в совершении ДТП признан ФИО5. В результате ДТП истцы получили телесные повреждения. У ФИО1 

<

данные изъяты>. У ФИО2 

<

данные изъяты>. Просят взыскать в свою пользу моральный вред по 200 000 рублей каждый и ФИО4 просит взыскать в счет возмещения расходов на юридические услуги 10 750 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что дорожно-транспортное происшествия произошло при следующих обстоятельствах: 1 декабря 2019 года он с женой, сыном и племянницей жены поехали домой из Карсуна в Ульяновск, на 134 км между Карсуном и Урено-Карлинским ехали в колонне машин, перед ним ехала бежевая ФИО6, он увидел, что навстречу по полосе встречного движения едет автомобиль ответчика ВАЗ 2110. На дороге был мокрый асфальт, рыхлый снег, в потоке ехали со скоростью не больше 80 км/ч, автомобиль ответчика стало заносить на встречную полосу движения, он начал тормозить, за истцом машин не было. Автомобиль ответчика занесло на его полосу движения перед автомобилем ФИО6, потом автомобиль ответчика выкинуло на свою полосу движения, машина ФИО6 в этот момент проехала. Истец пытался тормозить, но остановить машину было невозможно. Автомобиль ответчика примерно за 20 метров от машины истца развернуло, и он оказался на встречной полосе движения, задние колеса были на обочине, передние колеса на дороге и автомобиль несло боком по краю асфальта полосы движения истца прямо на него, он пытался маневрировать, уйти от удара и в это время автомашина ответчика наехала на его автомобиль. Когда оставалось менее 20 метров, он пытался увернуться от бокового столкновения и принял влево, произошло столкновения автомобиля ответчика левой передней частью на полосе движения истца. От столкновения автомобиль ответчика развернуло, он левой стороной автомобиля ударился в правую сторону автомобиля истца и после удара автомобиль ФИО1, через полосу встречного движения вынесло в кювет. А автомобиль ответчика опять развернуло, и он остановился на его полосе движения. Ответчик через лобовое стекло вылетел на дорогу, он был не пристегнут. ФИО7 с женой потеряли сознание и очнулись, когда закричал ребенок. Достали ребенка, у племянницы был 

<

данные изъяты>. У истца были 

<

данные изъяты>. От госпитализации отказались. Когда жена осматривала сына, он видел ответчика, который лежал на дороге, потом он поднялся. 

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, находиться в роддоме после рождения ребенка, ранее пояснила 1 декабря 2019 года выехали из Карсуна в Ульяновск, увидела автомобиль ответчика тогда, когда он боком ехал на их машину, оставалось 3-4 метра до нашего столкновения. Автомобиль ответчика боком приближался к ним по их полосе движения, при этом автомобиль ответчика задними колесами находился на обочине. Помнит только один удар, крикнула имя мужа и потеряла сознание, очнулась, когда заплакал ребенок. На момент аварии было 6 недель беременности, не могла сделать обследования из-за вреда для плода, сделала УЗИ, которое показало, что 

<

данные изъяты>. У нее был ушиб нижних конечностей, ссадины, царапины, ушиб левого плеча. Две недели находились на больничном, были назначены мази и таблетки. Хоть и вышла на работу, было тяжело работать, рука не поднималась.

Представитель истцов в судебном заседании позицию Л-вых поддержал.

Ответчик ФИО5 пояснил: ДТП произошло 1 декабря 2019 года, он на своей автомашине 

<

данные изъяты>, выехал из г. Ульяновск с супругой, около 16:00 часов произошло ДТП на 

<

адрес>, погода была плохая, на дороге гололед. Его машину занесло, скорость не превышал, ехал со скоростью около 60 км/ч, был пристегнут, ремень отскочил от удара. Его полоса была свободна, после поворота, его машину занесло на полосу встречного движения, там была машина 

<

данные изъяты> за 100 метров, за ними двигались автомобили. Во время заноса вырулил на свою полосу движения, в момент возвращения на свою полосу произошло столкновение на его полосе, так как истец совершил маневр поворота влево. После поворота его машину заносило, но он, чтобы предотвратить столкновение, вырулил на свою полосу движения. Истец, пытаясь его объехать, выехал на его полосу движения, где и произошло столкновение. Его автомобиль находился частично на полосе встречного движения задними колесами, передняя часть выехала на его полосу движения. Столкновение произошло левой передней частью его автомобиля, в правую переднюю часть автомобиля истца. После удара их автомобиль вылетел в кювет, его автомобиль остановился посреди автодороги в своем направлении. После столкновения его развернуло вокруг оси почти на 300 градусов, автомобиль остановился, а он вылетел из автомобиля через лобовое стекло. Иск не признает, оспаривает свою вину, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении него отменено. Просит в исках отказать.

Выслушав истца, представителя истцов и ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к следующему.

В силу ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу указанной нормы закона, обязательными условиями возложения гражданско-правовой ответственности на причинителя вреда являются - наличие самого вреда, противоправность поведения лица, причинившего вред, причинная связь между вредом и поведением причинителя вреда, вина последнего.

В судебном заседании установлено, что 01.12.2019 года около 16 час. 00 мин. На 134 км. автодороги 

<

адрес>, 

<

адрес> водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5 управляя автомашиной не справился с управлением допустил выезд на полосу встречного движения, в результате чего произошло столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1,. В результате ДТП водителям и пассажирам обоих автотранспортных средств причинены телесные повреждения, машины получили механические повреждения.

В рамках рассмотрения настоящего спора судом назначалась судебная автотехническая экспертиза.

Из заключения эксперта №125 от 17 июля 2020 года следует что водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО8 при движении перед происшествием должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.5, 10.1 (ч. 1) Правил дорожного движения РФ. Выполнение требований пунктов 1.5, 10.1 (ч. 1) Правил дорожного движения РФ обеспечивало бы водителю автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ФИО8 «возможность постоянного контроля над движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения», что исключило бы возникновение заноса с выездом на полосу встречного движения, что, в свою очередь, явилось необходимым условием возникновения данного ДТП. Поэтому, выполнение требований данных пунктов вышеуказанных Правил обеспечивало бы водителю автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ФИО8 наличие возможности избежать столкновения. 

Выезд автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в состоянии заноса на встречную полосу движения представлял опасность для движения, поэтому, действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1 при движении перед происшествием регламентировались требованием ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ: при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принимать возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. В представленной дорожно-транспортной обстановке расстояние между автомобилями, имевшееся на момент, когда водитель автомобиля «

<

данные изъяты>» мог обнаружить опасность для движения, сокращалось за счет движения обоих автомобилей навстречу друг другу, поэтому, в данной ситуации, остановка, автомобиля «

<

данные изъяты>», до момента столкновения, могла еще и не исключить возможность ДТП, в виду встречного движения, автомобиля №, в состоянии заноса, по полосе движения, автомобиля «

<

данные изъяты>», без торможения или полного выезда за пределы встречной полосы. Поэтому, рассматривать можно лишь вопрос о наличии у водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» технической возможности остановиться до момента его встречи с автомашиной №. Если водитель автомобиля № до момента столкновения не тормозил, то водитель автмобиля «

<

данные изъяты>» в представленной дорожно-транспортной обстановке, не меняя полосы движения, не располагал технической возможностью при своевременном применении торможения остановиться до места столкновения. При этом, следует отметить, что вопрос о технической возможности у водителя автомобиля «

<

данные изъяты>» предотвратить столкновение путем торможения не имеет смысла, так как ни снижение скорости, ни остановка автомобиля «

<

данные изъяты>», не исключали бы возможности столкновения. Если бы водитель автомобиля №, даже применил бы экстренное торможение, в момент созданной им самим опасности, то при своевременном применении торможения водителем, автомашины «

<

данные изъяты>», он, не меняя полосы движения, не располагал бы технической возможностью торможением предотвратить столкновение. 

В рассматриваемом ДТП столкновение произошло практически по центру проезжей части дороги, при этом большая часть кузова автомобиля ВАЗ-21100, находилась на полосе встречного движения для водителя этого автомобиля, практически перегораживая полосу движения автомобиля «

<

данные изъяты>». Поэтому, выполнение водителем автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1 при движении перед происшествием требования ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ не обеспечивало бы ему технической возможности предотвратить столкновение.

В рассматриваемом случае водитель автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1 выехал на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения, не с целью обгона какого-либо транспортного средства, а стремясь избежать столкновения с автмобилем №, который в состоянии заноса выехал на его полосу движения. С экспертной точки зрения, эти ситуации являются принципиально различными. Поэтому, и экспертная оценка действий водителя, применившего маневр влево, когда у него не было технической возможности предотвратить встречное столкновение торможением, будет иной, чем в случае, когда он выехал «на встречку», намереваясь совершить обгон. Поэтому, применение маневра, как такового, с целью избежать встречного столкновения со стороны водителя, автомобиля «

<

данные изъяты>», можно считать, с технической точки зрения, обоснованным. Так как применение торможения и продолжение движения по своей полосе, для водителя, автомобиля «

<

данные изъяты>», как требуют ПДД РФ (ч. 2 п. 10.1) и как показал расчет технической возможности, не предотвращали столкновение. ПДД РФ, объезд объекта, представляющего опасность, в том числе, движущегося навстречу, не регламентируют. Тем более, в них не указано для водителя, должен ли он совершать объезд справа или слева и насколько. То есть, у водителя нет правовой обязанности по применению объезда объекта, представляющего опасность, и такой объезд не конкретизируется. И поскольку водитель этого автомобиля не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты> торможением в момент возникновения опасности для движения, то в действиях водителя автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО3 причинно-связанных несоответствий с требованием ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ нет. Таким образом, в представленной дорожной обстановке действия водителя автомобиля «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1 нельзя рассматривать, с технической точки зрения, как несоответствующие требования Правил дорожного движения РФ или находящиеся в причинной связи с происшествием.

На основании исследования, эксперт сделал следующие выводы: 3. В представленной дорожно-транспортной обстановке: выполнение требований пунктов 1.5, 10.1 (ч. 1) Правил дорожного движения РФ обеспечивало бы водителю а/м 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ФИО8 наличие возможности избежать столкновение; выполнение водителем а/м «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак № ФИО1 при движении перед происшествием требования ч. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ не обеспечивало бы ему технической возможности предотвратить столкновение; действия водителя а/м «

<

данные изъяты>», государственный регистрационный знак 

<

***>, ФИО1 нельзя рассматривать, с технической точки зрения, как несоответствующие требования Правил дорожного движения РФ или находящиеся в причинной связи с происшествием.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства эксперт ФИО9, свое заключение поддержал, пояснив, что первопричиной столкновения ТС стало нарушение Правил дорожного движения водителем ФИО8, который не справился с управлением транспортного средства и его автомобиль вынесло на полосу встречного движения, что создало аварийную ситуацию, действия водителя ФИО10 соответствовали возникшей дорожной обстановке, если бы водитель не вырулил влево, уходя от лобового столкновения с едущим навстречу по его полосе движения боком автомобилем №, то последствия были бы более тяжелые, технической возможности избежать столкновения у ФИО1 не было, столкновение транспортных средств было на середине проезжей части дороги.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО5 не справился с управлением и его автомобиль занесло на полосу встречного движения, что сторонами не оспаривалось, привело к столкновению транспортах средств и причинения вреда здоровью участников ДТП и пассажиров ТС, при этом действия водителя ФИО1, в момент аварийной ситуации на дороге, не находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями, в результате которых истцам были причинены телесные повреждения.

Вышеизложенные обстоятельства являются основанием к выводу, что истцы имеют законное право требовать возмещения морального вреда.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии с ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность отнесены к числу принадлежащих гражданину нематериальных благ.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности: сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.. 

Исходя из указанных норм права, компенсация морального вреда подлежит взысканию, если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права или посягающими на другие материальные блага, принадлежащие потерпевшему.

Истцы просят суд взыскать с ответчика в возмещение морального вреда по 200 000 рублей каждому.

При изложенных выше обстоятельствах, учитывая тяжесть причиненных телесных повреждений истцам, беременность истицы ФИО2 в момент ДТП, исковые требования истцов в части компенсации причиненного морального вреда суд считает подлежащими удовлетворению частично.

Согласно, разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенным в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 06.02.2007г.), степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В результате описанного дорожно-транспортного происшествия, водителю ФИО1, из судебно-медицинской экспертизы от №028 от 27.01.2020 года следует, что у ФИО1 имеются следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>. Причинены данные повреждения действием тупого твердого предмета и могли образоваться в срок 01.12.2019 года, при обстоятельствах ДТП. 

<

данные изъяты>, имеющийся у ФИО1 влечёт за собой кратковременное расстройство здоровья соком менее 21 дня и квалифицируется как легкий вред здравью.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы №012 от 17.01.2020 года следует, что у ФИО2 имеются следующие телесные повреждения: ушиб 

<

данные изъяты>. Причинено данное повреждение под действием тупого предмета и могло образоваться при обстоятельствах ДТП. 

<

данные изъяты> не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расценивается как не причинившее вред здоровью человека, диагноз ушиб грудной клетки, ушиб обоих бедер, голеней, выставлен на основании жалоб, не подтвержден объективными данными, поэтому судебно-медицинской оценке не подлежит.

Принимая во внимание установление в ходе судебного разбирательства юридически значимых обстоятельств по делу: факт дорожно-транспортного происшествия, причинно-следственная связь между дорожно-транспортным происшествием и действиями водителей, причинением вреда здоровью истцов, а также степень вреда здоровью истцов, причиненного в результате ДТП, суд полагает, что вследствие причинения легкого вреда здоровью ФИО1 и не причинивший вред здоровью истице ФИО2 в результате дорожно-транспортного происшествия, им был причинен моральный вред, выразившийся в физических и нравственных страданиях, испытанных вследствие повреждения здоровья в ДТП.

Указанный вред здоровью истцам причинен в результате взаимодействия двух транспортных средств, являющихся источниками повышенной опасности, в связи с причинением вреда здоровью истцы испытывали физические и нравственные страдания, вследствие чего на ответчика виновного в ДТП должна быть возложена обязанность по компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из степени нравственных и физических страданий истцов, тяжесть вреда здоровью, продолжительность лечения, которое истцы проходили.

На основании изложенного, с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает возможным определить размер денежной компенсации причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия ФИО1 70 000руб., ФИО2 - 20 000 руб..

Истицей ФИО2 заявлены исковые требования о возмещении юридических расходов в сумме 10 750 руб.. из представленного договора №4042002 от 04.04.2020 года следует, что 10 750 руб., были оплачены ФИО2 за составление заявление в СК и составление проекта искового заявления. Именно за составление искового заявления, в рамках рассматриваемого спора, и с учетом принципа разумности и справедливости, сложности дела, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО2 в счет компенсации расходов на оплату юридических услуг 2 000 руб.

В силу ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец в силу п.4 ч.1 ст.333.36 НК РФ освобождается от уплаты государственной пошлины, ответчик от уплаты судебных расходов законом не освобожден, с ответчика в бюджет муниципального образования «город Ульяновск» подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб.

Также с ответчика подлежат ко взысканию расходы по проведению автотехнической экспертизы в сумме 30 380 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО5 о взыскании морального вреда причиненного, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 70 000 руб.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб. и судебные расходы в сумме 2 000 руб.. 

В остальной части иска ФИО1, ФИО2 к ФИО5 о взыскании морального вреда причиненного, в результате дорожно-транспортного происшествия, - отказать.

Взыскать с ФИО5 государственную пошлину в бюджет муниципального образования «город Ульяновск» в сумме 300 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО5 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский центр судебной экспертизы» расходы по проведению автотехнической экспертизы в сумме 30 380 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд, через Заволжский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.И. Мочалова