дело № 2-2490/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

11 июля 2019 года г. Ростов – на – Дону 

Пролетарский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

председательствующего судьи Черникова С.Г., при секретаре Минаенко К.В.,

с участием:

-от истца: представителя по ордеру адвоката Осеннего В.В.,

-от МВД РФ: представителя по доверенности ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 ФИО7 к Министерству финансов РФ, в лице УФК по Ростовской области, МВД Российской Федерации - о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Пролетарский районный суд города Ростова-на-Дону с исковым заявлением, в котором просит: «Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны РФ в пользу истца в счет компенсации морального вреда сумму в размере 500 000 руб., а также расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 руб.».

Свою просьбу заявитель объясняет тем, что за ним признано право на реабилитацию по ст. 133, 134 ГПК РФ, в связи с вынесением оправдательного приговора в части совершения преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УКРФ, по основаниям ст. 302 ч.2 п.3 УПКРФ, за отсутствием состава преступления.

Поскольку, положения ст. 133 ГПКРФ предусматривают право на реабилитацию, заявитель просит взыскать компенсацию морального вреда за необоснованное привлечение к уголовной ответственности на основании ст. 1070, 1071, 1069, 1100, 1101, 151 ГК РФ. Он же в порядке ст. 100 ГПК РФ просит взыскать расходы по оплате услуг адвоката.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным в порядке подготовки дела к судебному разбирательству, к участию в деле в качестве соответчика привлечено МВД РФ, как главный распорядитель бюджетных средств, работниками которого истцу причинён моральный вред. Кроме этого к участию в деле в порядке ст. 45 ГПК РФ привлечена прокуратура Ростовской области.

В судебном заседании от 11.07.2019 представитель истца адвокат Осенний В.В. поддержал заявленные требования и показал, что поскольку реабилитация включает в себя в том числе право на устранение последствий морального вреда, данное требование предусматривает безусловное право на его возмещение.

В том же судебном заседании представитель МВД РФ ФИО1 исковые требования не признала и показала, что МВД РФ не причиняло истцу физических или нравственных страданий, нарушающих его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие ему другие нематериальные блага. Во-вторых, МВД РФ является ненадлежащим ответчиком, поскольку возмещение вреда подлежит за счет казны РФ, от имени казны РФ выступают соответствующие финансовые органы (Министерство финансов РФ). 

Дело рассмотрено в отсутствие истца, который в настоящее время содержится в местах лишения свободы, а также в отсутствие представителя Министерства финансов РФ и прокуратуры Ростовской области по ст. 167 ГПК РФ. Отсутствующие лица (представители) извещены о времени и месте рассмотрения дела, уважительность причин их неявки в суд не представлена.

Со слов адвоката Осеннего В.В. известно, что ФИО2 также извещен о времени и месте рассмотрения дела, не возражает против рассмотрения искового заявления в его отсутствие.

Рассмотрев дело, суд приходит к следующему.

На основании ст. 133 УПК РФ, – право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда.

Защита нематериальных благ: жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, и другие личные неимущественные права, предусмотрена ст. 151 ГК РФ.

Из материалов дела известно, что ДД.ММ.ГГГГ г., Матвеево-Курганским районным судом Ростовской области вынесен приговор, которым ФИО2 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.226.1 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима и оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, - за отсутствием состава преступления.

В соответствии с п.1 ч.2 ст. 133 и ч.1 ст. 134 УПК РФ, - за ФИО2 признано право на реабилитацию в связи с оправданием по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ., апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда приговор в этой части оставлен без изменения.

Таким образом, факт нарушения прав и интересов заявителя в виде незаконного привлечения к уголовной ответственности по ч.2 ст. 228 УК РФ и содержания под стражей подтвердился.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими изменениями и дополнениями) разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г., с изменениями от 13 мая 2004 г.) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации.

Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками. Понятие "семейная жизнь" не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе связь между родителями и совершеннолетними детьми.

В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 (с последующими изменениями и дополнениями) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Требования о компенсации морального вреда истцом были мотивированны, в частности причинением нравственных и физических страданий, выразившихся в нахождении вне дома (привычной обстановки) в условиях изоляции, где он испытал стрессовое состояние.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Учитывая данные разъяснения, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из фактических обстоятельств дела, периода уголовного преследования, характера и степени причиненных истцу нравственных страданий, данных о личности истца, а также требований разумности и справедливости, в связи с чем, полагает достаточным определить компенсацию в размере 70000 руб.

Однако рассматривая требования о взыскании расходов по оплате услуг представителя в размере 25000 руб., суд приходит к выводу об оставлении данных требований без удовлетворения по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от дата от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

В судебном заседании представитель истца адвокат Осенний В.В. не отрицал, что оплату его услуг фактически оплатил знакомый истца ФИО3, а не сам ФИО2

При таком положении и учитывая, что ФИО2 расходов не понёс, суд не видит оснований для взыскания исследуемой суммы (25000 руб.) в пользу ФИО2

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГК РФ,

Решил:

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны РФ в пользу ФИО2 ФИО8 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 70000 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в областной суд через Пролетарский районный суд г.Ростова-на-Дону в течение месяца с момента составления полного текста. 

Судья С.Г.Черников 

полный текст составлен:

16.07.2019.