Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

 

дело № 2-437/2017

г. Зима

15 мая 2017 года

Зиминский городской суд Иркутской области в составе судьи Гоголь Ю.Н., при секретаре судебного заседания Шепшилей Н.Н., с участием помощника Зиминского межрайонного прокурора Сивчик К.О., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по уточненному иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Локомотивному депо 

<

адрес> ВСЖД - филиал ОАО «РЖД» о компенсации морального вреда. В результате замены ненадлежащего ответчика и уточнения исковых требований на рассмотрение суда представлены исковые требования ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее - ОАО «РЖД») о компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истец указал, что с **.**.** по **.**.** обучался в Зиминском ГПТУ-6. С **.**.** по **.**.** проходил службу в Советской Армии. С **.**.** принят дублером помощника электровоза в Локомотивное депо Зима Восточно-Сибирской железной дороги. **.**.** назначен помощником машиниста электровоза. **.**.** командирован в Иркутскую техшколу на курсы машинистов электровозов постоянного тока. **.**.** назначен помощником машиниста электровоза после окончания курсов. **.**.** назначен машинистом электровоза. **.**.** присвоена квалификация «Машиниста 3-го класса «Электровозов». **.**.** командирован в Нижнеудинскую дорожно-техническую школу на курсы по подготовке машинистов крана на железнодорожном ходу. **.**.** зачислен на курсы машинистов кранов на железнодорожном ходу. **.**.** отчислен с курсов ввиду окончания занятий. **.**.** принят после окончания курсов машинистом электровоза Локомотивного депо Зима Восточно-Сибирской железной дороги. В **.**.** Локомотивное депо Зима Восточно-Сибирской железной дороги приватизировано, о чем имеется отметка от **.**.** в трудовой книжке ФИО1 **.**.** переведен сторожем в цех эксплуатации. **.**.** переведен на базу запаса слесарем по ремонту подвижного состава 2 разряда. **.**.** должность переименована на сторожа 1 разряда базы запаса. **.**.** в связи со структурным преобразованием в Локомотивном хозяйстве ВСЖД-филиала ОАО «РЖД» на основании приказа переведен на должность сторожа 1-го разряда. **.**.** в связи со структурными преобразованиями в локомотивном хозяйстве ВСЖД ОАО «РЖД» на основании приказа переведен на должность сторожа в структурное подразделение «Дирекция тяги» эксплуатационного локомотивного депо Зима ВСЖД - филиала ОАО «РЖД». **.**.** переведен в ремонтное локомотивное депо Зиминское Восточно-Сибирской дирекции по ремонту тягового подвижного состава - структурного подразделения Дирекции тягового подвижного состава - филиала ОАО «РЖД» на должность сторожа. **.**.** переведен слесарем-сантехником 1-го разряда. **.**.** уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ. При прохождении ФИО1 очередного медосмотра было выявлено профессиональное заболевание. В отношении заболевания ФИО1 составлен акт расследования профессионального заболевания от **.**.**, диагноз: профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость с умеренной степенью снижения слуха. В санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от **.**.** № в п. 22 указано, что ранее у истца профзаболевания установлено не было, в профцентр он не направлялся. Ввиду полученного профессионального заболевания истец проходил лечение в клинике НИИ медицины труда и экологии человека 

<

адрес>: **.**.**-**.**.** с диагнозом: профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость с умеренной степенью снижения слуха; далее - с диагнозом профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха в периоды: **.**.**-**.**.**, **.**.**-**.**.**, **.**.**-**.**.**; **.**.**-**.**.**; **.**.**-**.**.**; **.**.** по **.**.**. В периоды с **.**.** по **.**.**, **.**.** по **.**.** ФИО1 проходил лечение в клинике АФ ВСНЦ ЭЧ СО РАМН с диагнозом профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха. В период с **.**.** по **.**.** в клинике Ангарского филиала ФГБУ «ВСНЦ ЭЧ» СО РАМН с диагнозом профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха. Кроме того, в обратных талонах от **.**.**, **.**.**, выданных ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес> «Минтруда России Бюро МСЭ №» ФИО1 также указан основной диагноз: профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха. ФИО1 несколько раз направлялся на медицинское освидетельствование по определению степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, по результатам которой Государственной службой медико-социальной экспертизы 

<

адрес> выдана справка №, в которой установлена бессрочно третья группа инвалидности, справка №, в которой установлено 60 % степени утраты профессиональной трудоспособности бессрочно с **.**.** в связи с профзаболеванием. Наличие оснований для возложения на ОАО «Российские железные дороги» обязанности по компенсации причиненного истцу морального вреда достаточно, поскольку в период работы у ответчика у истца было выявлено профессиональное заболевание, находящиеся в причинно-следственной связи с воздействием повышенного уровня звука на его организм. В процессе выполнения истцом трудовых обязанностей ответчик не обеспечил здоровые и безопасные условия труда, предусмотренные статьями 209 и 210 ТК РФ, то есть не обеспечил безопасность работника. Таким образом, физические и нравственные страдания, причиненные ему в связи с получением профессионального заболевания по причине неблагоприятного воздействия на его организм повышенного уровня звука, подлежат компенсации. Причинение вреда здоровью истца, в том числе, выражается в физических страданиях, которые ФИО1 испытал и продолжает испытывать, его здоровье требует постоянного лечения, затрат на приобретение лекарств, прохождение медицинских процедур, в связи с чем истец не может вести активный образ жизни, испытывает чувство физической боли, ощущает неудобства в быту, в общении с другими людьми, ограничен в выборе профессии, поскольку ему противопоказан труд с воздействием шума, а также учитывая потерю профессиональной трудоспособности на 60 % и третью группу инвалидности. Именно с этим связаны нравственные страдания: психологические переживания человека, потерявшего здоровье. Указанные обстоятельства дают право просить суд об обязывании ответчика компенсировать истцу моральный вред в значительном размере с учетом утраты его здоровья и при наличии его индивидуальных особенностей. ФИО1 указывает на то, что вследствие получения профессионального заболевания ему был причинен моральный вред, выразившийся в причинении «подрыва здоровья значительной мере» и «психологических переживании человека, потерявшего здоровье». Истец просит взыскать с компании ОАО «Российские железные дороги» моральный вред в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, настаивал на их удовлетворении, дополнив, что ухудшение слуха он почувствовал в 2005 году. Потеря слуха была выявлена при прохождении медицинской комиссии. До 2005 года ни он, ни врачи не знали о потере слуха, и никто его от работы не отстранял. На момент установления профессионального заболевания он никакими общими заболеваниями не страдал, давление было в норме до 2009 года. Во время работы он получал в качестве средств защиты костюмы. От шума и вибрации никаких средств защиты не выдавали. После установления профзаболевания он проходил лечение в реабилитационном центре 

<

адрес>, путевку выделяло Управление социальной защиты. После установления профзаболевания примерно в 2011-2012 гг. он обращался к юристу ОАО «РЖД» за компенсацией морального вреда, но ему пояснили, что законом не предусмотрена выплата такой компенсации. Физические и нравственные страдания выражаются в том, что без слухового аппарата он вообще ничего не слышит. Утрата его профессиональной трудоспособности составляет 60 %. Он знал, что работа связана с повышенным уровнем шума, но работа машиниста ему нравилась, и он сознательно пошел работать машинистом. После установления профессионального заболевания он продолжил работать на железной дороге сторожем. Он получает страховые выплаты за счет Фонда социального страхования. 

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности № от **.**.**, уточненные исковые требования поддержал, пояснив, что медицинскими документами подтверждено получение ФИО1 профессионального заболевания, вина работодателя полностью установлена. ФИО1 в результате получения профессионального заболевания испытывает физические и нравственные страдания, он ничего не слышит. Когда он дома смотрит телевизор, то делает громко звук, на этой почве ругается с супругой и соседями. В связи с нравственными страданиями ухудшается общее состояние здоровья, появляются головные боли. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО3, действующая на основании доверенности от **.**.**, уточненные исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве, указав, что в соответствии со ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель осуществил обязательное социальное страхование работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в порядке, установленном федеральными законами. Истец, исходя из трудовой книжки, устроился на железную дорогу в 1978 году и фактически с этого времени по 2005 год работал на дороге то в качестве помощника машиниста электровоза, то в качестве машиниста электровоза. При трудоустройстве и переводах (в 1980 г.) истец не мог не знать о неблагоприятных производственных условиях своей работы, за что ему полагались льготы и компенсации. Ответчик принимал все зависимые от него меры и обеспечивал безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, истец обеспечивался спецодеждой, регулярно проходил профилактические медицинские осмотры, получал лечебно-профилактические средства индивидуальной защиты. О том, что условия работы являются вредными для здоровья, было истцу известно, тем не менее последний продолжал работать и исполнять свои трудовые обязанности, тем самым согласился на заведомо опасные трудовые обязанности. Согласно акту о случае профессионального заболевания от **.**.** проведено расследование случая профессионального заболевания, диагноз - профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость с умеренной степенью снижения слуха. В период работы на железной дороге истцу проводились мероприятия по обеспечению безопасными условиями труда. В соответствии со ст. 213 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель в целях предупреждения профессиональных заболеваний своевременно и регулярно направлял ФИО1 как работника, занятого на работах, связанных с движением транспорта, в учреждение здравоохранения для прохождения периодических медицинских осмотров. В соответствии с медицинскими рекомендациями, работодатель не препятствовал в прохождении внеочередных медицинских осмотров. Доказательств противоправного поведения работодателя истцом не представлено. Работодатель максимально компенсировал тяжелый труд. Кроме зарплаты, которая была выше зарплаты любого рядового сотрудника, осуществлялись различные компенсационные выплаты и льготы, санаторно-курортное лечение, путевки в базы отдыха (дома), которыми при желании истец по заявлению мог воспользоваться. На момент выявления профзаболевания (2005 г.) информации и документов о наличии инвалидности и степени утраты трудоспособности не представлено. С 2005 года до настоящего времени прошло уже более 11 лет. К факторам риска снижения слуха медики относят, прежде всего, пожилой возраст, нарушения слуха у родственников, отосклероз, онкологические болезни ушной области, а также аномалии строения слухового аппарата. На сегодняшний день на развитие заболевания у истца повлияло не только воздействие шума, но и такие объективные факторы, как сопутствующее заболевание, возраст и т.д. Представитель истца считает, что доказательств несения моральных и физических страданий в дело не представлено, а предъявляемые требования о компенсации морального вреда в размере 700000 рублей - чрезмерными и недоказанными. В дополнение представитель ответчика ФИО3 пояснила, что при заключении трудового договора с работником заключается дополнительное соглашение, в котором описаны те опасные условия труда, на которые соглашается сам работник. Таким образом, ФИО1 не мог не знать, какие условия труда имеют место на его работе. Работодателем регулярно проводились профилактические осмотры машинистов и помощников, на эти и другие цели работодателем выделялись огромные денежные средства, был разработан перечень мероприятий по проведению медицинской реабилитации. Это закреплено в коллективном договоре. Представители отделов кадров заставляли работников в период отпуска проходить реабилитацию. Это отражено в коллективном договоре. Акт о случае профессионального заболевания работодателем не оспорен. Профессиональное заболевание было выявлено именно при медицинском осмотре, что говорит о том, что именно работодатель, направив работника на медицинский осмотр, выполнил свою прямую обязанность по определению его пригодности и сохранению здоровья. Кроме того, в акте не установлены виновные лица. В п.18 указано, что причиной заболевания явилось длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. В Локомотивном депо Зиминское других условий для ФИО1 не было. В период работы истца устраивали и условия труда, и повышенная заработная плата, и дополнительные отпуска. ФИО1 действительно обращался по вопросу компенсации морального вреда. В коллективном договоре до 2017 года была предусмотрена выплата только единовременного пособия по инвалидности. С 2017 году в коллективный договор включили положение о выплате компенсации морального вреда.

Прокурор Сивчик К.О., давая заключение по делу, указала, что с учетом всех установленных фактических обстоятельств по делу, характера и степени нравственных страданий, понесенных истцом, уточненные исковые требования подлежат удовлетворению. При определении суммы компенсации морального вреда просит исходить из требований разумности и справедливости.

Выслушав ответчика, изучив материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 в период с **.**.** по до **.**.** работал в должностях дублера помощника машиниста электровоза в Локомотивном депо Зима Восточно-Сибирской железной дороги, с **.**.** до **.**.** - помощника машиниста электровоза. **.**.** командирован в Иркутскую техшколу на курсы машинистов электровозов постоянного тока. С **.**.** до **.**.** работал в должностях помощника машиниста электровоза, с **.**.** до **.**.** - машиниста электровоза. С **.**.** по **.**.** проходил обучение в Нижнеудинской дорожно-технической школе на курсах по подготовке машинистов крана на железнодорожном ходу. С **.**.** до **.**.** ФИО1 работал в должности машиниста электровоза Локомотивного депо Зима Восточно-Сибирской железной дороги. **.**.** переведен сторожем в цех эксплуатации. **.**.** переведен на базу запаса слесарем по ремонту подвижного состава 2 разряда. **.**.** должность переименована на сторожа 1 разряда базы запаса. **.**.** в связи с реорганизацией Локомотивного депо Зима ВСЖД - филиала ОАО «РЖД» ФИО1 переведен в Зиминское ремонтное локомотивное депо - Дирекция по ремонту тягового передвижного состава ВСЖД - филиала ОАО «РЖД» на должность сторожа. **.**.** переведен слесарем-сантехником 1-го разряда. **.**.** уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Из акта о случае профессионального заболевания от **.**.** следует, что у ФИО1 с **.**.** выявлено профессиональное заболевание - профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость с умеренной степенью снижения слуха. Профессиональное заболевание возникло в результате работы в условиях повышенных уровней шума и вибрации в течение длительного времени (электровозы ВЛ-10, 10у, 80, 85). Время воздействия повышенных уровней шума и вибрации - 80,5 % от рабочей смены. Вины работника в возникновении профессионального заболевания не имеется.

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника от **.**.**, его работа имела место при неудовлетворительных условиях труда по уровням производственного шума и транспортной вибрации.

Факт наличия профессионального заболевания подтверждается также заключениями №, №, №, №, №, №, № Клиники НИИ медицины труда и экологии человека, 

<

адрес>, №, № Клиники АФ ФГБУ «ВСНЦ ЭЧ» СО РАМН.

При освидетельствовании истца в бюро МСЭ **.**.** степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профзаболеванием установлена в размере 40% на срок с **.**.** до **.**.**, затем на срок с **.**.** до **.**.**, с **.**.** до **.**.**, что подтверждается выпиской из акта № освидетельствования в бюро МСЭ к справке серии № от **.**.**, выпиской к справке № от **.**.**, выпиской из акта № к справке № от **.**.** соответственно. 

**.**.** ФИО1 КЭК был поставлен диагноз: профессиональная двухсторонняя нейросенсорная тугоухость со значительной степенью снижения слуха (справка КЭК от **.**.**). Указанный диагноз подтверждается также справкой КЭК № от **.**.**. В связи с чем после освидетельствования в ФГУ МСЭ ФИО1 на основании акта освидетельствования № была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в связи с профзаболеванием в размере 60 % на срок с **.**.** до **.**.** (выписка из акта освидетельствования № к справке серии №). Срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности 60 % затем был продлен на период с **.**.** по **.**.** (выписка из акта освидетельствования № к справке серии №), с **.**.** до **.**.** (выписка из акта освидетельствования №-П к справке серии №), с **.**.** бессрочно (выписка из акта освидетельствования №-П к справке серии №). 

Исходя из смысла ст. 37 и ст. 41 Конституции РФ, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены. Каждый имеет право на охрану здоровья, в том числе при осуществлении профессиональной деятельности.

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ), одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, является обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, а также обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Согласно ст.212 ТК РФ, обязанность по обеспечению безопасности условий труда, в том числе обязанность по обеспечению соответствующих требований по охране труда на каждом рабочем месте, возложена на работодателя. 

В силу положений ст.22 ТК РФ, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из положений ст. 237 ТК РФ следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора, факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

На основании ч.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно п.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

При этом степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий, на что указывает п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что актом о случае профессионального заболевания от **.**.**, утвержденным Главным Государственным санитарным врачом по ВСЖД, у ФИО1 установлено наличие профессионального заболевания, которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых истец работал у ответчика, а ОАО "РЖД" не представлено доказательств того, что указанный акт признан незаконным либо изменен, отсутствия его вины в возникновении данного заболевания у истца, следовательно, суд приходит к выводу о том, что ОАО «РЖД» виновно в получении истцом профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, следовательно, моральный вред, причиненный истцу, должен быть возмещен ответчиком.

Таким образом, учитывая характер полученного истцом профзаболевания, его последствия, степень утраты профессиональной трудоспособности, причины, повлекшие возникновение у работника профзаболеваний, а именно: не обеспечение работодателем безопасных условий труда, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 100000 руб., соответственно, исковые требования в этой части обоснованы и подлежат удовлетворению, во взыскании больших сумм следует отказать.

Доводы стороны ответчика о том, что истец добровольно вступил в трудовые отношения и поддерживал их, осознавая возможные последствия работы, суд не принимает во внимание, поскольку истец в силу основополагающих конституционных принципов, гарантирующих право свободно трудиться, имеет право свободно распоряжаться своими трудовыми способностями и возможностями. Своего согласия на причинение ему вреда истец не давал, доказательств этого суду не представлено.

При этом доказательств, подтверждающих наличие вины истца в возникновении ухудшения состояния его здоровья при получении профессионального заболевания во время работы, ответчиком не представлено.

Доводы стороны ответчика о том, что со стороны работодателя принимались меры к профилактике профессиональных заболеваний, выдавались средства индивидуальной защиты, проводились профилактические процедуры, предоставлялся дополнительный отпуск, не являются основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В силу ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с пп. 8. п. 1 ст. 333.20 НК РФ, в случае если истец освобожден от уплаты госпошлины, то госпошлина уплачивается ответчиком пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истец, в силу ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты госпошлины, в связи с чем, госпошлина в размере 

<

данные изъяты> рублей, рассчитанная в соответствии со ст.333.19 НК РФ, подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> рублей отказать.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Зиминский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Ю.Н. Гоголь

Решение суда в окончательной форме изготовлено 19 мая 2017 г.

Судья Ю.Н.Гоголь