Дело № 12-101/2020 (5-477/2019-92)

РЕШЕНИЕ

Санкт-Петербург 06 февраля 2020 года

Судья Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга Широкова И.В., 

рассмотрев материалы дела об административном правонарушении по жалобе директора АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес Санкт-Петербург, пр. Косыгина д. 27 к. 1 кв. 281), на постановление мирового судьи судебного участка № 92 Санкт-Петербурга от 30 декабря 2019 года, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 92 Санкт-Петербурга от 30 декабря 2019 года АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» признано виновной в совершении правонарушения, предусмотренного ст.19.7.5-2 Кодекса РФ об АП и назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Вина АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» установлена в том, что 16 октября 2019 года в 00 часов 01 минуту по адресу: Санкт-Петербург, пр. Косыгина, д. 27, к. 1, кв. 281, в непредставлении некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента, в государственный орган (должностному лицу) сведений (информации), представление которых предусмотрено законом и необходимо для осуществления этим государственным органом (должностным лицом) его законной деятельности, если это (бездействие не содержит уголовно наказуемого деяния, а именно: в нарушение абзаца 2 пункта 3 статьи 32 Федерального закона «О некоммерческих организациях», пункта 2 приказа Минюста России от 16.04.2013 № 50 «О форме и сроках представления в Министерство юстиции Российской Федерации отчетности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента» АНО «Действие» не представила в Министерство юстиции России в срок до 15 октября 2019 года отчет о целях расходования денежных средств и использования иного имущества, в том числе полученных от иностранных источников, и о фактическом расходовании и использовании денежных средств и иного имущества, полученных от иностранных источников за 3 квартал 2019 года.

Директором АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» ФИО1, на постановление мирового судьи судебного участка № 92 Санкт-Петербурга от 30 декабря 2019 года подана жалоба, в которой он просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить, указав, что с указанным постановлением заявитель не согласен, свою вину в совершении административного правонарушения не признает, считает вынесенное в отношении него постановление незаконным и необоснованным по следующим основаниям.

Организация не признает себя некоммерческой организацией, выполняющий функции иностранного агента и обжалует соответствующее решение Минюста РФ о включении ее в реестр, в связи с чем, не признает наложение на нее дополнительной нагрузки по сдачи отчетов.

Часть 1 статьи 19.34 КоАП РФ устанавливает административную ответственность за осуществление деятельности некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента, не включенной в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента. Для наличия указанного статуса в силу пункта 6 статьи 2 Федерального закона от 12.01.1996 года №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» должно быть доказано наличие в деятельности организации двух признаков: наличие финансирования деятельности Организации из иностранных источников; участие Организации в политической деятельности.

В ходе проведенной заместителем начальника отдела по делам некоммерческих организаций Главного управления Минюста России по Санкт-Петербургу проверки установлено получение Организацией финансирования от Фонда «Открытый институт здоровья населения» (ОГРН 

<

***>) за проверяемый период с 01.11.2015 по 31.10.2018 г.г. Доказательств получения Организацией денежных средств и иного имущества от иностранных государств материалы дела об административном правонарушении не содержат.

Вывод суда об осуществлении Организацией политической деятельности путем формирования общественно-политических взглядов, распространения, в том числе с использованием современных информационных технологий, мнений о принимаемых государственными органами решениях и проводимой ими политике, а также участия в действиях, оказывающих влияние на деятельность государственных органов, в том числе направленные на принятие, изменение, отмену законов или иных нормативно-правовых актов постановлен на основании данных проведенной Главным управлением Минюста России по Санкт-Петербургу проверки о размещении в группе социальной сети «Вконтакте» ссылок, направляющих на сайты в сети «Интернет».

Однако, информация, размещенная в социальной сети «Вконтакте» не является позицией или мнением Организации, так как сведения указанные Минюстом России по Санкт-Петербургу в качестве политической деятельности являются репостами (способ распространения информации созданной другим лицом, в том числе с отсылкой к первоисточнику для соблюдения авторских прав) и не отражают одобрительную или отрицательную позицию Организации на данные новостные сводки.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 08.04.2014 года № 10-П указал, что цели проведения политических акций должны быть присущи непосредственно некоммерческой организации. Организация в указанных репостах не высказывает своей позиции по вопросам содержащимся в постах, не дает каких-либо пояснений, сам по себе факт репоста новости не может свидетельствовать о деятельности, направленной на формирования мнения общества, государства, должностных лиц в вопросах политической деятельности. Оценивая правовые последствия репостов в сети «Интернет» Верховный суд в своем постановлении от 20.09.2018 года № 3 указал, что при оценке размещенной информации необходимо учитывать: «в частности, форму и содержание размещенной информации, ее контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица. ..». При вынесении постановления Красногвардейским районным судом какая-либо оценка не проводилась, в связи с чем, требования статей 24.1 и 26.1 КоАП РФ о выяснении всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, соблюдены не были.

В соответствии с п.6 ст.2 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» к политической деятельности не относится деятельность в области науки, культуры, искусства, здравоохранения, профилактики и охраны здоровья граждан, социального обслуживания, социальной поддержки и защиты граждан, защиты материнства и детства, социальной поддержки инвалидов, пропаганды здорового образа жизни, физической культуры и спорта, защиты растительного и животного мира, благотворительная деятельность. В докладе о ситуации с соблюдением прав и свобод человека в Санкт-Петербурге в 2018 году, представленном 20.03.2019 г. на заседании Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, Уполномоченным по правам человека в Санкт-Петербурге отмечается, что впервые деятельность петербургской НКО, занимающейся вопросами профилактики и охраны здоровья граждан, была отнесена к политической, что не может не вызывать обеспокоенность.

Устав Организации в качестве цели ее работы определяет: «противодействие эпидемии ВИЧ/СПИДа, охрана здоровья, помощь и содействие реализации права на здоровье социально-уязвимых групп населения, предотвращение социально опасных заболеваний, улучшение качества жизни людей живущих с ВИЧ/СПИДом в установленном законом порядке» (п. 3.1.1. Устава). Все программы и мероприятия Организации осуществлялись в рамках указанных выше сфер деятельности и за пределы этих сфер не выходили, что установлено Главным управлением Минюста России по Санкт-Петербургу. Вывод о том, что деятельность Организации в проверяемом периоде соответствовала уставным целям, и фактов нецелевого расходования Организацией денежных средств и использования иного имущества в период проверки в проверяемом периоде не установлено, содержится в Акте проверки от 29.11.2018г. № 40 (стр. 5). Однако, суд, исследовав материалы проверки, не применил указанную норму закона (п.6.ст.2 ФЗ «Об НКО»), пришел к необоснованному выводу о наличии политической деятельности Организации.

Заявитель полагает, что не являются четко определенными понятия «иностранное финансирование» и «политическая деятельность», одновременное наличие которых закон связывает с неизбежным присвоением статуса «иностранного агента». Как показывает практика применения закона, получение даже символической суммы, косвенной выгоды, или даже отказ организации от предложенных денег, рассматривается как «иностранное» финансирование, при этом не имеет значения, связано ли такое финансирование с содержанием конкретной «политической» деятельности организации. Что касается собственно «политической» деятельности, то заявитель утверждает, что по смыслу Федерального закона «О некоммерческих организациях» в части определения понятия «некоммерческой организации, определяющей функции иностранного агента» абсолютна любая деятельность российских некоммерческих организаций имеет признаки «политической», поскольку в отличие от общепринятого понимания «политической деятельности» как борьбы за власть, российский закон называет политической любую деятельность, имеющую общественный резонанс и способную воздействовать на общественное мнение. Это подтверждает и практика применения указанного закона. Соответственно, заявитель не может принять разумных мер для избежания внесения его в реестр «иностранных агентов» если они получают российские деньги или так называемое опосредованное иностранное финансирование. Именно в этом заявителям видится произвольный характер закона, поскольку он позволяет объявить политической любую деятельность НКО и тем самым включить такую организацию в реестр иностранных агентов.

Заявитель полагает, что требования к маркировке материалов некоммерческих организаций как материалов «иностранных агентов» также не являются достаточно ясными и поэтому приводят к произвольному применению. Указанный закон не определяет ни понятие материалов, подлежащих маркировке, ни формы такой маркировки, в результате чего даже упоминание об организации третьими лицами, или публикация организацией новостей, без указания на ее статус «иностранного агента» является достаточным основанием для привлечения к ответственности. 

Заявитель полагает, что получал российское финансирование через Фонд «Открытый институт здоровья», который является получателем российских денег (1), а именно средств Совета Европы, в котором Российская Федерация является одним из главных доноров. Ежегодный членский взнос в Совет Европы составляет более 33 миллионов евро или 2 миллиарда 343 миллиона рублей. Кроме того, указанный фонд является получателем средств от Глобального фонда ООН, в который Российская Федерация перечислила за последние 10 лет более 376,999,996 долларов США или 25 млр. рублей. Тем самым, заявитель настаивает, что средства, полученные Фондом «Открытый институт здоровья», который перечислил заявителю средства на проектную деятельность в рублях и на рублевый счет являются средствами, полученными из российских источников, так как доля взносов Российской Федерации в структуры ООН и Совета Европы - велика, а утверждение о том, что организация получила «опосредованное» иностранное финансирование в корне неверно. Исходя из выше описанного можно утверждать, что полученные средства Фонда «Открытый институт здоровья» являются средствами «опосредованного российского финансирования», а не иностранного.

Более того, в России отсутствует доступное финансирование деятельности некоммерческих организаций в тех сферах, которые наиболее часто объявляются «политической» деятельностью: права человека, экология, защита меньшинств и пр., так что для своей деятельности заявитель вынужден был искать средства в других российских источниках, не являющихся Президентскими грантами.

Кроме того, включение в реестр иностранных агентов выразилось для заявителя в запрете на участие в государственных программах поддержки социально-ориентированных НКО, работающих в социальной сфере, а также к многочисленным запретам на участие в диалоге с государственными структурами.

Заявитель полагает, что подобным решением нарушаются статьи 14 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в совокупности со статьями 10 и 11 Конвенции об основных правах и свобода, а также статьей 18.

Оценивая статью 18 Конвенции, отмечается, что это положение было «подготовлено для защиты против злоупотреблений ограничениями конвенционных прав и таким образом для того, чтобы предотвратить возрождение недемократических режимов в Европе. Статья 18 Конвенции была основана на намерении предоставить Европе новый подход, необходимый в битве с тоталитаризмом, основанный на понимании, что государства смогут и будут всегда находить оправдания или причины ограничивать, сокращать и, в конце концов, выхолащивать индивидуальные права и свободы: любым общественным интересом в морали, порядке, общественной безопасности и прежде всего в демократических правах можно злоупотребить для этих целей» (особое мнение судей Николау, Келлер и Дедова по делу Навальный и Офицеров против России, жалобы №№ 46632/13 и 28671/14, постановление от 23 февраля 2016 года).

В деле Мерабишвили против Грузии (№ 72508/13, 28 ноября 2017 года) Большая Палата признала, что рассмотрение жалоб на предполагаемое нарушение статьи 18 Конвенции возможно, когда ограничение конвенционных прав для целей, не предписанных Конвенцией, представляется фундаментальным аспектом дела (п. 291). Нарушение этого положения будет установлено Судом, когда допустимая цель была лишь прикрытием для достижения властями посторонней цели, которая была преобладающей (пп. 303 и 305).

В отношении доказательств по таким делам Суд не применяет принцип affirmanti incumbit probatio строго (Мерабишвили, п. 314) и принимает во внимание не только прямые, но и косвенные доказательства (п. 316), а также доклады международных наблюдателей, неправительственных организаций, сообщения СМИ, решения национальных и международных судов (п. 317).

Нарушение прав заявителей было обусловлено политической мотивацией, из-за содержания общественной деятельности заявителей, что является нарушением статьи 18 Конвенции в связи со статьями 10 и 11 Конвенции и представляет собой фундаментальный аспект настоящего дела.

При декларируемой цели повышения прозрачности деятельности НКО, власти не ввели норм, повышающих прозрачность, но ввели множество ограничений в деятельности НКО, которые были названы «иностранными агентами», запретили деятельность ряда доноров без объяснения причин, организовали кампанию травли в СМИ.

Заявитель утверждает, что их преследование, а именно проведение проверок, внесение в реестр «иностранных агентов», признание их виновными в совершении административных правонарушений, наказания в виде крупных штрафов, что в совокупности привело к вынужденному отказу от иностранного финансирования, существенным ограничениям деятельности или ликвидации многих организаций, преследуют цель наказать заявителей за их высказывания по поводу действий властей в различных областях общественной жизни и исключить возможность критики властей заявителем в дальнейшем.

В рамках системы ООН в Заключительных замечаниях Комитета по правам человека от 31 марта 2015 года в отношении седьмого периодического отчета Российской Федерации о соблюдении Международного Пакта о гражданских и политических правах был сделан вывод о том, что закон об «иностранных агентах» нарушает положения Пакта, приводит к ограничениям деятельности НКО и их закрытию. Комитет по правам человека потребовал от российских властей отменить закон либо, по меньшей мере, отказаться от термина «иностранный агент» и исключить полномочия властей по регистрации НКО как «иностранных агентов» без их согласия. К аналогичным выводам пришел и Комитет по экономическим социальным и культурным правам, рассмотрев шестой периодический отчет Российской Федерации. Комитет призвал, среди прочего, отменить законодательные положения, введенные законами «об иностранных агентах», и создать безопасную и благоприятную среду для работы НКО и правозащитников.

В деле Расул Джафаров против Азербайджана (жалоба № 69981/14, постановление от 16 марта 2016 года) Суд установил нарушение статьи 18 Конвенции в связи со статьей 5 Конвенции, поскольку помимо взятия заявителя под стражу в нарушение статьи 5, представители властей государства-ответчика называли заявителя «национал-предателем» и «американским агентом».

В реестр «иностранных агентов» были внесены наиболее активные НКО, которые критиковали работу действующей власти в наиболее «проблемных» областях российской действительности — защиты прав человека, защиты экологии и права граждан на благоприятную окружающую среду, защиты военнослужащих, защиты прав уязвимых групп (например, ЛГБТ, беженцев и т.п.) Данная критика была обоснованной, профессиональной и, безусловно, вызывала негативное отношение представителей власти к организациям, ее осуществляющим.

Заявитель полагает, что любая его деятельность была бы наказана властями после принятия закона «об иностранных агентах», вне зависимости от вида деятельности НКО, от содержания проектов, по которым работали НКО, от сумм получаемых денежных средств от доноров, от наименования доноров, источника происхождения по следующей причине. Заявитель считает, что реальная цель создания реестра «иностранных агентов» - дискредитация НКО, их отказ от иностранного финансирования и прекращения публичной активности НКО по критике работы институтов государства, и власти сделали все возможное, чтобы деятельность активного общественного сектора прекратила свое существование. Власти не хотели и не могли допустить, чтобы организации, их критиковавшие, думали, что они могут это делать постоянно и безнаказанно. Привлечением к административной ответственности, наложением несоразмерных штрафов, ликвидацией организаций, власти хотели запугать как самого Заявителя, так и других представителей некоммерческого сектора. Очевидно, что привлечение Заявителя к административной ответственности, наложение на них обязанности выплатить, сильно снизят их активность (это привело к незавершенной по вине ГУ Минюста РФ ликвидации), одновременно служит запугиванием и сдерживающим фактором как для Организации, так и для других организаций, которые планируют работу в схожей сфере. Такое вмешательство носит явно политический характер, с целью устранения Заявителя из общественного жизни, с целью ослабления, с целью запугивания и борьбы.

Приведенными фактами Заявитель доказывает, что реальная цель властей не совпадает с провозглашенной. Власти использовали свои полномочия для того, чтобы наказать Заявителя за общественную деятельность. Наказывая Заявителя, власти продемонстрировали большое желание исключить их из общественной деятельности. Вмешательство в публичную деятельность Заявителя не стремилось установить справедливость или защитить общество от их опасных действий, а было направлено на подавление законных прав, в нарушение Конвенции.

В связи с указанным Заявитель утверждает, что нарушение их прав было обусловлено политической мотивацией, из-за общественной активности Заявителя, что является нарушением ст. 18 Конвенции.

Кроме того, Правление Организации приняло решение о ликвидации Автономной некоммерческой организацию противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив Действие» в связи с невозможностью продолжения деятельности после включения в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента 25 февраля 2019 года, однако в связи со штрафом, по решению, которое не вступило в законную силу, в ликвидации завершающего этапа было отказано.

Кроме того, допущены нарушения процессуальных требований КоАП РФ. Так, в нарушение статьи 28.5 КоАП РФ должностным лицом не соблюдены сроки составления протокола об административном правонарушении, что оставлено судом без внимания.

О рассмотрении дела об административном правонарушении заявитель узнал из полученной 19 июля 2019 года копии постановления по делу об административном правонарушении. Согласно ч.2 ст. 25.1 КоАП РФ, дело об административном правонарушении рассматривается с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу, и в его отсутствие может быть рассмотрено, в том числе, если имеются данные о надлежащем извещении лица о месте и времени рассмотрения дела. Однако, никаких извещений в адрес Организации не поступало, что фактически лишило заявителя возможности участвовать в судебном процессе, представить позицию по делу и защитить свои права.

Таким образом, заявитель полагает, что выводы суда постановлены с нарушением норм материального и процессуального права, а в действиях Организации отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ст. 19.7.5-2 КоАП РФ.

Директор АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» ФИО1 и представитель юридического лица – адвокат Каневская М.А. в судебное заседание не явились, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли, в связи с чем, суд полагает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие директора АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» ФИО1 и представителя юридического лица – адвоката Каневской М.А., которые надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли. 

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд полагает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 32 Федерального закона от 12 января 1996 года № 7-ФЗ (в ред. от 29 июля 2018 года) «О некоммерческих организациях» некоммерческие организации, выполняющие функции иностранного агента, представляют в уполномоченный орган документы, содержащие отчет о своей деятельности, о персональном составе руководящих органов, один раз в полгода, документы о целях расходования денежных средств и использования иного имущества, в том числе полученных от иностранных источников, - ежеквартально, аудиторское - ежегодно. 

Согласно пункта 2 Приказа Минюста России от 16 апреля 2013 года № 50 «О форме и сроках представления в Министерство юстиции Российской Федерации» отчетности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента» некоммерческая организация представляет отчет о своей деятельности, о персональном составе руководящих органов один раз в полгода не позднее 15 числа месяца, следующего за окончанием полугодия (15 января, 15 июля); отчет о целях расходования денежных средств и использования иного имущества, в том числе полученных от иностранных источников, и о фактическом расходовании и использовании денежных средств и иного имущества, полученных от иностранных источников ежеквартально не позднее 15 числа месяца, следующего за окончанием квартала (15 января, 15 апреля, 15 июля, 15 октября); аудиторское заключение по итогам аудита годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности ежегодно не позднее 15 апреля года, следующего за отчетным.

Административная ответственность по ст. 19.7.5-2 КоАП РФ наступает за непредставление или несвоевременное представление некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента, в государственный орган (должностному лицу) сведений (информации), представление которых предусмотрено законом и необходимо для осуществления этим государственным органом (должностным лицом) его законной деятельности, либо представление в государственный орган (должностному лицу) таких сведений (информации) в неполном объеме или в искаженном виде, если эти действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния.

Как следует из материалов дела, и установлено мировым судьей, на основании распоряжения Министерства юстиции Российской Федерации (далее - Минюст России) № 1589-р от 24 декабря 2018 года АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» включена в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента, в связи с чем, 26 декабря 2018 года в адрес Организации было направлено уведомление о включении ее в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента, с указанием предусмотренных для данных организаций требований законодательства. В связи с тем, что документы, указанные в требовании, в адрес Минюста России в установленный срок представлены не были (не позднее 15 октября 2019 года), в связи с чем, 10 декабря 2019 года заместителем директора Департамента по делам некоммерческих организаций Министерства юстиции Российской Федерации ФИО2, которая согласно представленной справке состоит в указанной должности федеральной государственной гражданской службы с 31 декабря 2014 года по настоящее время, был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ст. 19.7.5-2 КоАП РФ.

Вывод мирового судьи о виновности АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» в совершении правонарушения, предусмотренного ст. 19.7.5-2 КоАП РФ обоснован и подтверждён исследованными доказательствами:

- протоколом об административном правонарушении от 10.12.2019 № 63, в котором зафиксированы факт, место, время и событие административного правонарушения, предусмотренного статьей 19.7.5-2 КоАП РФ; 

- выпиской из ЕГРЮЛ в отношении АНО «Действие»; 

- копией распоряжения Министерства юстиции Российской Федерации от 24.12.2018 № 1589-р «О включении некоммерческой организации в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента», согласно которого АНО «Действие» включено в соответствующий реестр;

- письмом Минюста России от 26.12.2018 № 11-170334/18 в адрес АНО «Действие» с разъяснением обязанности исполнения требований абзаца 2 пункта 3 статьи 32 Федерального закона «О некоммерческих организациях», приказа Минюста России от 16.04.2013 № 50 «О форме и сроках представления в Министерство юстиции Российской Федерации отчетности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента»;

- сведениями с информационного портала Минюста России, согласно которого АНО «Действие» отчет о целях расходования денежных средств и использования иного имущества, в том числе полученных от иностранных источников, и о фактическом расходовании и использовании денежных средств и иного имущества, полученных от иностранных источников за 3 квартал 2019 года в срок до 15.10.2019 не представила;

- копией уведомления АНО «Действие» о времени и месте составлении протокола об административном правонарушении от 05.11.2019 № 1 1-138721/19;

- копией сопроводительного письма от 10.12.2019 № 1 1-155831/19 о направлении АНО «Действие» копии протокола об административном правонарушении.

При получении доказательств, положенных в основу постановления мирового судьи о назначении административного наказания, существенных процессуальных нарушений, которые могли бы свидетельствовать об их недопустимости, допущено не было. Все собранные по делу доказательства мировым судьёй подробно исследовались в ходе судебного разбирательства и получили надлежащую оценку в постановлении в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Оснований не соглашаться с такой оценкой не имеется, каких-либо противоречий относительно обстоятельств правонарушения в материалах дела не усматривается.

Имеющиеся доказательства, являются достаточными, получили надлежащую проверку и оценку, и на их основании мировым судьёй сделан законный и обоснованный вывод о наличии в действиях АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 19.7.5-2 КоАП РФ. 

Как правильно указала мировой судья, АНО «Действие» распоряжением Министерства юстиции Российской Федерации от 24.12.2018 № 1589-р «О включении некоммерческой организации в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента» включена в соответствующий реестр, в настоящее время вступившее в законную силу решение суда о признании незаконным включения АНО «Действие» в данный реестр либо об исключении из реестра отсутствует, следовательно, АНО «Действие» обязано исполнять требования, предусмотренные абзацем 2 пункта 3 статьи 32 Федерального закона «О некоммерческих организациях», подпунктом «а» пункта 2 приказа Минюста России от 16.04.2013 № 50 «О форме и сроках представления в Министерство юстиции Российской Федерации отчетности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента», и направлять соответствующие сведения в уполномоченный орган.

Довод жалобы относительно того, что АНО «Действие» надлежащим образом не было извещено о дате и времени судебного заседания подлежит отклонению, поскольку согласно телеграмме (л.д. 32) в адрес АНО «Действие» направлено надлежащее извещении о дате и времени судебного заседания мирового судьи судебного участка № 92 Санкт-Петербурга, в судебное заседание явилась защитник-адвокат Каневская М.А., которая на основании удостоверения и ордера представляла интересы АНО «Действие», представила письменные объяснения.

Иные доводы жалобы заявителя не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства, основаны на субъективном толковании закона, направлены на переоценку исследованных судьёй доказательств, расцениваются как стремление избежать административной ответственности за совершённое правонарушение. 

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом, соответствует требованиям ст.28.2 КоАП РФ, сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в нем отражены, событие административного правонарушения должным образом описано, а потому он обоснованно признан судом в качестве допустимого доказательства по делу.

Постановление суда отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, является мотивированным. 

Существенных нарушений материального и процессуального права при составлении протокола и рассмотрении дела мировым судьёй допущено не было, оснований для отмены постановления мирового судьи, в том числе и по мотивам, изложенным в жалобе, не имеется. 

Вопреки доводам жалобы, при назначении наказания мировым судьей были учтены фактические обстоятельства дела, данные о юридическом лице, а также характер совершенного им административного правонарушения, имущественное положение Организации, а также отсутствие тяжких последствий, отягчающих и смягчающих административную ответственность обстоятельств. Назначенное наказание является справедливым и соразмерным тяжести совершённого правонарушения. Административное наказание назначено в пределах, установленных санкцией ст. 19.7.5-2 КоАП РФ.

Оснований для прекращения производства по делу на основании ст. 2.9 КоАП РФ не имеется, не имелось таких оснований и у мирового судьи. 

Доводы жалобы директора АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» ФИО1 фактически сводятся к повторению утверждений исследованных и правомерно отклоненных мировым судьёй, не могут служить основанием для отмены или изменения постановления, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

Существенных нарушений материального и процессуального права при составлении протокола об административном правонарушении и рассмотрении дела мировым судьёй допущено не было, оснований для отмены постановления мирового судьи, в том числе и по мотивам, изложенным в жалобе, не имеется. 

Наказание АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» назначено в пределах санкции статьи, в соответствии с требованиями ст. 3.1 и 4.1 КоАП РФ, с учётом всех обстоятельств дела, характера правонарушения. Назначенное наказание является справедливым и соразмерным тяжести совершённого правонарушения. 

Принцип презумпции невиновности, установленный статьей 1.5 Кодекса РФ об АП, при рассмотрении административного дела не нарушен.

Вынесенное мировым судьей постановление отвечает предусмотренным ст.29.10 Кодекса РФ об АП. 

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы о виновности АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.19.7.5-2 Кодекса РФ об АП, в материалах дела не имеется и с жалобой не представлено.

Юридически значимых обстоятельств, опровергающих выводы мирового судьи о виновности АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» в инкриминируемом правонарушении, судом не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменений обжалуемого судебного акта, в том числе по мотивам, изложенным в жалобе, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст.30.7 КоАП РФ, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 92 Санкт-Петербурга от 30 декабря 2019 года по делу № 5-477/2019-92, в соответствии с которым АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст.19.7.5-2 Кодекса РФ об АП и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 100 000 (сто тысяч) рублей – оставить без изменения, жалобу директора АНО противодействия эпидемии ВИЧ/СПИДа и охраны здоровья социально-уязвимых групп населения «Центр социально-информационных инициатив «Действие» ФИО1 – оставить без удовлетворения. 

Судья –