Судья Астахова В.В. УИД 61RS0017-01-2024-003406-96

№ 33-1391/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 января 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующего судьи Мосинцевой О.В.,

судей Портновой И.А., Голованя Р.М.,

при секретаре Халиловой А.К.,

с участием прокурора Беллуяна Г.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-97/2025 по иску ФИО1 к ООО «Праксис» о признании договора на оказание платных медицинских услуг недействительным, взыскании денежных средств, уплаченных по договору на оказание платных медицинских услуг, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Красносулинского районного суда Ростовской области от 13 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Портновой И.А., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском к ответчику, ссылаясь на то, что 12.01.2024она обратилась в стоматологическую клинику ООО «Праксис» с болью в челюстях с левой стороны. Между ней и клиникой заключен договор на оказание платных медицинских услуг, в соответствии с которым ей оказаны платные медицинские стоматологические услуги, оплаченные в общей сумме на 231 500 руб.

Услуги в клинике ей оказывали ФИО2, ФИО3, ФИО4 При первичном осмотре пояснили, что работа сложная, и сделать могут только они. За консультацию истцом оплачено 18000 руб., которые попросили оплатить переводом или наличкой.

19.01.2024 посредством мессенджера «WhatsApp» истец отправила сообщение на ресепшн клиники с просьбой выслать план лечения для понимания стоимости предстоящих медицинских услуг, на что в клинике ответили, что стоимость будет понятна позже.

15.02.2024 доктор клиники ФИО4 обточила фронтальные зубы и на них были поставлены временные коронки прямого метода.

29.02.2024 с 12.00 час. до 23.00 час. врачи клиники пытались поставить временные коронки длительного ношения. К 17.00 час. врача ФИО2 пригласили посмотреть на частично установленные конструкции. В присутствии доктора ФИО4, техника Кирилла и ассистента Кристины, лечащий врач пояснил по поводу первой работы, так как в сумму 125000 руб. будет входить еще один комплект временных работ, более точный, и дал указания коллегам, что надо переделать.

Ортопед ФИО4 попросила работу оплатить наличкой по причине того, что она, якобы, не умеет пользоваться банковским терминалом, чек об оплате ей отдали месяц спустя, в котором была другая дата проведения его по кассе.

Установленные фронтальные коронки не соответствовали ни форме, ни размеру, ни расположению зубов относительно друг друга, под ними болели обточенные зубы. Конструкции на имплантах сразу же расшатались, а позднее вообще отломились во рту, так как одна из них изначально висела на одном импланте, а через время выпала по неизвестной причине.

В течение месяца со дня проведения ФИО1 стоматологических работ она страдала от боли, а когда приехала на прием для коррекции той работы, которую ей сделали месяц назад, сказали, что Носов принял решение делать постоянные конструкции.

03.05.2024 истцу вновь установили временные коронки, челюсть опять не смыкалась.13.05.2024 истцом отправлен запрос о предоставлении информации о состоянии здоровья. Ответ на запрос не получен.

29.08.2024 вновь приехав в клинику на коррекцию работы, ФИО2 предложил истцу подписать план лечения и акт выполненных работ без ознакомления, от чего ФИО1 отказалась.

05.09.2024 претензия была отправлена повторно, однако ответ на претензию не последовал.

Истец ссылается на то, что до настоящего времени ее состояние здоровья не улучшилось, после проведенного лечения качество жизни значительно ухудшилось. У истца нарушены жевательная, речевая и эстетическая функции. Фактически ею уплачены денежные средства за работу врачей, которая не соответствует качеству оказания медицинских услуг.

На основании изложенного, ФИО1 с учетом уточненных исковых требований просила суд признать договор на оказание платных медицинских услуг № 5539 от 12.01.2024 недействительным; взыскать с ООО «Праксис» денежные средства, уплаченные по договору на оказание платных медицинских услуг по договору № 5539 от 12.01.2024, в размере 231 500 руб., компенсацию морального вреда в размере 520 000 руб.

Решением Красносулинского районного суда Ростовской области от 13.10.2025 исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении исковых требований.

Апеллянт указывает, что согласно пунктам 1.6, 1.7, 2.1, 2.1.1, 2.1.8, 2.3.1 спорного договора план лечения является основным документом для предоставления платных медицинских услуг, который должен содержать весь объем и их стоимость. При этом истцу не был представлен план лечения для согласования и дальнейшего утверждения сторонами договора.

Апеллянт ссылается на то, что запрашивала у ответчика информацию, указанную в п. 2.3.2, 2.3.4 договора, однако до настоящего времени данные сведения не представлены. Кроме того, в материалы дела ответчиком не представлена медицинская карта несмотря на то, что суд неоднократно запрашивал данный документ.

Апеллянт обращает внимание на то, что материалы дела не содержат документ, подтверждающий ее добровольный отказ от продолжения лечения. Такой отказ истец не подписывала, в связи с чем вывод судебных экспертов в указанной части является необоснованным.

По мнению апеллянта, заключение судебной экспертизы является недопустимым доказательством по делу, ее выводы вызывают сомнения по причине недостаточной ясности заключения, противоречий в ответах на ряд вопросов, отсутствия указаний на примененные методики (данные лабораторных и специальных методов исследований), соответствующего оборудования и приспособлений, исследования специальной литературы, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций.

Апеллянт также утверждает, что экспертами не дана оценка КЛКТ – исследованию как до начала, так и во время лечения. Между тем, КЛКТ – исследование является базовым исследованием при производстве судебной медицинской экспертизы, поскольку позволяет подтвердить или опровергнуть доводы сторон спора, а также установить правильность постановки диагнозов и выбранной тактики лечения. Отсутствие КЛКТ- исследования лишило экспертов возможности дать полноценное и объективное заключение по делу.

Апеллянт считает, что экспертами при ответе на вопрос № 1 не дана оценка соответствия проведенного лечения клиническим рекомендациям и стандартам оказания медицинской помощи, полноты и своевременности внесения записей в медицинскую карту, наличия согласия пациента на выполнение медицинских вмешательств, изменениям на ренгеновских снимках, были ли правильно поставлены диагнозы и выбрана тактика лечения, были ли соблюдены сроки оказания медицинской помощи по поставленным диагнозам, был ли истец проинформирован в доступной форме о полной информации о возможном риске и его последствиях, о достижении поставленных целей лечения, наличия и тяжести возникших осложнений и иных обстоятельств, без оценки которых выводы эксперта являются необъективными.

Также апеллянт ссылается на то, что мнения экспертов не содержат указаний на нормативно-правовые акты, на основе которых ими сделаны выводы по поставленным вопросам.

Истец ФИО1 и ее представитель по устному заявлению ФИО5 в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержали доводы апелляционной жалобы, просили решение суда отменить, поданную истцом апелляционную жалобу удовлетворить.

Судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения дела применительно к положениям ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Кроме того, информация о времени и месте судебного заседания своевременно размещена на официальном сайте Ростовского областного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем лица, участвующие в деле, действуя добросовестно, могли ознакомиться и проследить дату рассмотрения апелляционной жалобы.

При таких обстоятельствах, в целях недопущения волокиты и скорейшего рассмотрения и разрешения гражданского дела судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы в пределах, установленных ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, заслушав истца и его представителя, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Судом первой инстанции установлено, что 12.01.2024 ФИО1 обратилась в стоматологическую клинику ООО «Праксис» с болью в челюстях с левой стороны. Между ней и клиникой заключен договор на оказание платных медицинских услуг, в соответствии с которым оказаны платные медицинские стоматологические услуги, оплаченные в общей сумме на 231 500 руб.

Истцу оказывали услуги в клинике ФИО2, ФИО3, ФИО4 При первичном осмотре истцом за консультацию оплачено 18000 руб.

ФИО1 указала, что 19.01.2024 посредством мессенджера «WhatsApp» истец отправила сообщение в клинику с просьбой о направлении плана лечения для понимания стоимости предстоящих медицинских услуг, однако план лечения направлен не был.

15.02.2024 доктор клиники - ФИО4 обточила истцу фронтальные зубы, на них были поставлены временные коронки прямого метода.

29.02.2024 с 12.00 час. до 23.00 час. врачи клиники пытались поставить истцу временные коронки длительного ношения.

Истец ссылалась на то, что установленные фронтальные коронки не соответствовали ни форме, ни размеру, ни расположению зубов относительно друг друга, под ними болели обточенные зубы. Конструкции на имплантах сразу же расшатались, а позднее отломились во рту, так как одна из них изначально висела на одном импланте, а через время выпала по неизвестной причине.В течение месяца со дня проведения стоматологических работ истец страдала от боли, а когда приехала на прием для коррекции той работы, которую ей провели месяц назад, сотрудники клиники пояснили, что врач Носов принял решение делать постоянные конструкции. 03.05.2024 ей вновь установили временные коронки, после чего опять челюсть не смыкалась. После этого истец пыталась попасть на личный прием к врачу ФИО2, о чем сообщила по телефону, однако в личном приеме ей было отказано.

13.05.2024 ФИО1 отправлен запрос ответчику о предоставлении информации о состоянии здоровья, однако ответ получен не был.

Также ФИО1 указывала, что 24.06.2024 у нее начались острые боли в области нижней правой челюсти, после чего она обратилась в стоматологию по месту жительства, но ей предложили лечить зубы в клинике, которой обтачивали зубы.

26.06.2024 ФИО1 обратилась в клинику ООО «Праксис», ей депульпировали зуб.

Истец указала, что произведенная работа дважды ломалась, справа внизу треснул мост, его просто приклеили.

ФИО1 29.08.2024 снова посетила клинику ответчика для коррекции работы врачей. Врач ФИО2 предложил истцу подписать план лечения и акт выполненных работ, однако истец отказалась.

05.09.2024 истцом направлена повторная претензия ответчику, ответ на которую не поступил.

Определением Красносулинского районного суда Ростовской области от 04.03.2025 по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Краснодарского края.

Согласно выводам заключения ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Краснодарского края № 189/43/2025 от 08.07.2025, анализом представленной медицинской документации (медицинской карты стоматологического больного № 5539) установлено, что первое обращение ФИО1 в ООО «Праксис» имело место 12.01.2024. ФИО1 обратилась с жалобами на эстетическую неудовлетворенность внешним видом зубов и улыбки, боли в ВНЧС (височно-нижнечелюстной сустав), периодическую щелкающую и ноющую боль в области виска, также жаловалась, что не может откусывать и нормально пережевывать пищу и не знает, в каком положении нужно смыкать зубные ряды, с ее слов «языку тесно во рту». ФИО1 попросила снять временные коронки и провести гигиену полости рта.

Из анамнеза выяснено, что ранее в клинике Ростова-на Дону было проведено лечение в объеме имплантации в проекции 14,16,24,26,35,36,45,47 зубов и изготовления временных коронок в технике МОСК-UP. Затем на приемах в ООО «Праксис» была еще 16 раз. Диагностика проводилась по результатам объективных обследований, данных компьютерной рентгенографии, аксиографическому обследованию височно-нижнечелюстного сустава.

С 12.01.2024 по 11.03.2024 истцу устанавливались диагнозы: К 07.6 Болезни ВНЧС К. Для восстановления целостности зубного ряда были изготовлены временные коронки с фиксацией на свои зубы и на установленные ранее в другом медицинском учреждении, зубные импланты. Временные комплекты коронок изготавливались ФИО1 многократно в связи с тем, что они ей не нравились внешне и функционально. Кроме того, часть временных коронок изготавливались несколько раз по причине поломки в процессе эксплуатации, так как, по настоянию ФИО1 они были сужены. Врачами неоднократно отмечалось, что пациентка постоянно вмешивается в лечебный процесс, отстаивает свою точку зрения. В период ортопедического лечения также было проведено лечение 44 зуба в связи с обострением хронического периодонтита. Последний раз на приеме в ООО «Праксис» ФИО1 была 29.08.2024, жаловалась на «кривую» эстетику. Было проведено лечение. Следующий визит был назначен на 30.08.2024, на данный прием пациент не явилась.

Таким образом, ФИО1 в период с 12.01.2024 по 29.08.2024 в ООО «Праксис» были проведены работы по частичному восстановлению зубных рядов временными коронками. Данный этап является временным в процессе изготовления постоянных коронок, был выполнен правильно. Ко второму этапу, ввиду отказа ФИО1 от продолжения лечения, не приступали.

Комиссия экспертов считает, что стоматологическая работа специалистами ООО «Праксис» не завершена. Проведенные стоматологические услуги в период с 12.01.2024 по 29.08.2024соответствуют требованиям качества и безопасности. ФИО1 был выполнен первый этап лечения - восстановление целостности зубного ряда временными пластмассовыми коронками.

Учитывая жалобы ФИО1, предъявляемые в начале и процессе лечения, а также при клиническом осмотре, клинические и рентгенологические данные, комиссия экспертов считает, что вред здоровью ФИО6 при оказании медицинских услуг в ООО «Праксис» не причинен.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд руководствовался положениями ст. 15, 46 Конституции Российской Федерации, ст. 15, 150, 151, 166-168, 779, 1064, 1068, 1085, 1098-1101 Гражданского кодекса РФ, ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст. 4, 13, 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1, разъяснениями, содержащимися в п. 9, 28 постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» и, положив в основу решения суда заключение судебной экспертизы, исходил из того, что дефектов при оказании медицинских стоматологических услуг ФИО1 в ООО «Праксис» не установлено, вред здоровью ФИО1 не причинен, лечение закончено не было ввиду добровольного отказа истца. С учетом данных обстоятельств суд не нашел оснований для признания договора недействительным, принимая во внимание, что договор исполнен сторонами, по договору оказаны услуги надлежащего качества, лечение не окончено по инициативе истца. Также суд указал, что истцом не представлены допустимые и достаточные доказательства, подтверждающие вину ответчика и причинение морального вреда с его стороны, в связи с чем не усмотрел оснований для взыскания компенсации морального вреда.

Судебная коллегия с изложенными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, соответствуют обстоятельствам дела и подтверждены имеющимися в деле доказательствами, оцененными судом в соответствии со статьей 67 ГПК РФ.

Доводы апеллянта о том, что ответчиком не был представлен план лечения, признаются судебной коллегией несостоятельными, поскольку опровергаются материалами дела.

Как следует из заключения судебной экспертизы, при исследовании медицинской карты стоматологического больного № 5539 в отношении ФИО1 судебный эксперт установил, что на втором приеме 01.02.2024 был составлен предварительный план лечения, который пациентка подписывать отказалась. Кроме того, на предоставление плана лечения также ссылалась ФИО1 в исковом заявлении, а именно на то, что 29.08.2024 она вновь приехала в клинику на коррекцию работы, Носов предложил подписать план лечения без ознакомления, однако она отказалась.

Таким образом, план лечения не был получен ФИО1 по ее волеизъявлению. При этом ею не опровергается, что он фактически был составлен ответчиком, предлагался ей для подписания. Ссылка истца на то, что ответчик не предоставил возможность ознакомления с планом лечения, какими-либо доказательствами не подтверждена. Кроме того, несогласие с предложенным планом лечения само по себе не свидетельствует о невыполнении ответчиком своих обязательств. Сведений о том, что ФИО1 пыталась согласовать с ответчиком иной план лечения, внести корректировки в предоставленный план, материалы дела не содержат, на наличие таких обстоятельств истец не ссылалась.

Кроме того, фактически ссылаясь на отсутствие плана лечения, истец выражает несогласие с действиями ответчика по надлежащему исполнению им обязательств в рамках заключенного договора. Между тем, данные обстоятельства не могут являться основанием для признания договора недействительным.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В данном случае доводы апеллянта вытекают из ненадлежащего исполнения обязательств ответчиком по предоставлению лечения в рамках заключенного договора. Между тем, данные обстоятельства не предусмотрены действующим законодательством в качестве оснований для недействительности сделки, а влекут иные правовые последствия, в том числе, расторжение договора. При этом таких требований ФИО1 в рамках настоящего спора не заявлено.

Доводы апеллянта о том, что она запрашивала у ответчика информацию, указанную в п. 2.3.2, 2.3.4 договора, которые ей представлены не были, об отсутствии медицинской карты, также фактически вытекают из несоблюдения ответчиком условий договора, однако не могут повлечь признание данной сделки недействительной. Кроме того, вопреки доводам апеллянта, в материалы дела ответчиком была представлена подлинная медицинская карта истца, которая в полном объеме исследовалась экспертом при проведении судебной экспертизы, послужила основанием для установления экспертом порядка лечения истца. В материалах дела также содержится копия медицинской карты ФИО1, представленная истцом.

Ссылка апеллянта на то, что материалы дела не содержат документ, подтверждающий ее добровольный отказ от прохождения лечения, а также о том, что она не подписывала данный документ, признается судебной коллегией несостоятельной, поскольку из материалов дела следует, что отказ от лечения осуществлен истцом в устной форме. При этом письменная форма отказа от продолжения лечения не является обязательной в силу действующего законодательства, отсутствие письменного отказа само по себе не свидетельствует о том, что он не был совершен истцом.

Кроме того, истец самостоятельно в исковом заявлении ссылалась на то, что 29.08.2024 отказалась от подписания плана лечения. Соответственно, данный отказ фактически свидетельствует об отсутствии у ответчика оснований для продолжения лечения. При этом материалы дела не содержат сведений, опровергающих нежелание истца продолжать дальнейшее лечениев клинике ответчика.Об обращениях к ответчику после 29.08.2024 за оказанием медицинской помощи истец также не ссылалась. Соответственно, неосуществление истцом фактических действий, направленных на продолжение лечения у ответчика, подтверждает ее добровольный отказ от такого лечения.

Доводы апеллянта о том, что заключение судебной экспертизы является ненадлежащим доказательством, имеет противоречия, недостаточно понятно и др. отклоняются судебной коллегией, поскольку каких-либо объективных и достоверных доказательств, подтверждающих данные обстоятельства, истцом не представлено. Каких-либо иных заключений, опровергающих правильность выводов судебных экспертов, в материалах дела не содержится, при этом для разрешения поставленных вопросов перед экспертами требовалось наличие специальных познаний, которыми суд и стороны не обладают. Выводы экспертов сомнения у судебной коллегии не вызывают, поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеют соответствующее образование. Заключение судебной экспертизы соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробный анализ и выводы по постановленным вопросам. Кроме того, выводы заключения какими-либо доказательствами не оспорены, порочность заключения судебной экспертизы сторонами не опровергнута.

При этом, вопреки доводам апеллянта, методика проведения экспертизы выбрана экспертами в соответствии с имеющимися у них специальными познаниями, в связи с чем правильность выбранных экспертами методов исследования не вызывает сомнений у судебной коллегии. В этой же связи подлежат отклонению доводы апеллянта о том, что при ответе на вопрос № 1 экспертом не дана оценка ряду факторов, принимая во внимание, что эксперты по результатам проведенного исследования ответили на все поставленные судом вопросы. При этом выяснение всех перечисленных апеллянтом обстоятельств в обязанности экспертов не входило, поскольку такие вопросы перед ними поставлены не были.

Доводы апеллянта о том, что заключение эксперта не содержит указаний на нормативно-правовые акты, на основе которых ими сделаны выводы по поставленным вопросам, отклоняется судебной коллегией ввиду следующего.

Согласно части 2 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Таким образом, отражение ссылок на нормативно-правовые акты в заключении в обязанности эксперта не входит. При этом выводы экспертов мотивированы в исследовательской части заключения, содержат подробное описание обстоятельств, позволяющих экспертам прийти к выводам по поставленным вопросам.

Ссылка апеллянта на то, что экспертами не дана оценка КЛКТ-исследованию, также отклоняется судебной коллегией, поскольку в распоряжении экспертов находились материалы гражданского дела и медицинская документация, которая в совокупности исследована экспертами и позволила прийти к категоричным выводам. При этом в обязанности эксперта не входит отражение в заключении оценки каждого исследованного им документа. На недостаточность предоставленных материалов для проведения экспертизы эксперты не ссылались, не заявляли ходатайств об истребовании дополнительных результатов исследований.

При разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Положенные в основу апелляционной жалобы доводы проверены судебной коллегией, но учтены быть не могут, так как не опровергают обстоятельств, установленных судом первой инстанции, соответственно не влияют на законность принятого судебного акта.

Выводы суда первой инстанции основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся по делу доказательств. Правовая оценка которым дана судом по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ с учетом положений статьи 12 Гражданского кодекса РФ, судебный спор разрешен в соответствии с требованиями норм процессуального и материального права, применимых к спорным правоотношениям, исходя из соразмерности нарушенного права и способа его защиты, а также баланса интересов всех участников спора.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Красносулинского районного суда Ростовской области от 13 октября 2025 годаоставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 05.02.2026.