Дело №...

УИД 54RS0№...-90

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 января 2020 г. г. Новосибирск

Новосибирский районный суд Новосибирской области в составе:

председательствующего судьи Лисиной Е.В.,

при секретаре Карпенко К.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о признании сделки недействительной,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском.

В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ответчиками заключен договор купли-продажи земельного участка, согласно которому ФИО3 продал ФИО2 земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> 

Полагает, что договор заключен с нарушением требований ст. ст. 166, 169, 10 ГК РФ. 

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец состояла в браке с ответчиком ФИО3 После расторжения брака она и ФИО3 проживали совместно до ноября 2003 года. В этот период она и ответчик приобрели недвижимое имущество – трехкомнатную квартиру и дачу – спорный земельный участок. 

ДД.ММ.ГГГГ она и ФИО3 заключили мировое соглашение, в котором разделили приобретенное имущество следующим образом: квартира по адресу: г. Новосибирск, 

<

адрес>, приобретенная в 1997 году, выставляется на продажу, в результате которой 2/3 от вырученной суммы достается ФИО1, а 1/3 достается ФИО3, при этом, сумма не должна быть менее 235000 руб., остальное имущество – автомобиль и дача в с/о «Энергостроитель» остается за ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ она полностью рассчиталась с ФИО3, передав ему денежные средства в общей сумму 235000 руб., ФИО3 составил расписку, в которой отказался от претензий на дачу и квартиру. 

С момента заключения мирового соглашения ФИО3 ни разу не был на земельном участке, не производил оплату членских взносов. 

Земельным участком пользуется истец, она выполнила работы по благоустройству дачного дома и земельного участка, построила баню. Она является членом СНТ, оплачивает членские взносы и земельный налог.

Полагает, что со стороны истца имеет место злоупотребление правом при заключении договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку он продал имущество, от права собственности, на которое отказался ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 при приобретении земельного участка не осматривал его, не получил от ФИО3 ключи, на территорию дачного дома и построек не проходил, к председателю СТ «Энергостроитель» с целью выяснения наличия или отсутствия задолженности не обращался. 

Полагает, что между ФИО3 и ФИО2 совершена сделка с целью противной основам нравственности и правопорядка.

Просит признать недействительным в силу ничтожности договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО2, указать, что решение суда является основанием для прекращения государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> 

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО4 исковые требования поддержали по доводам и основаниям, изложенным в иске. 

Истец пояснила, что в 1994 году брак между ней и ответчиком был расторгнут, но они продолжили проживать совместно с ответчиком до 2003 года. В 1999 году она решила приобрести дачу в СНТ «Энергостроитель» на свои денежные средства, купила её, однако, оформить решила на ответчика ФИО3, поскольку он в то время злоупотреблял спиртными напитками, этим она хотела стимулировать его на прекращение злоупотребления алкоголем. В 2004 году они с ответчиком заключили соглашение, в котором поделили квартиру приобретенную также после расторжения брака. В соглашении ответчик отказался от своих прав на земельный участок. Дачей всегда с момента покупки пользовалась она, ответчик после прекращения фактических брачных отношений на даче не появлялся. Она является членом СНТ с 2004 года, оплачивает членские взносы и земельный налог, ухаживает за земельным участком, полностью отремонтировала имеющийся там садовый дом, от прежнего дома остался только фундамент, остальное все было заменено, дом обшит сайдингом, построена баня. В соглашении ФИО5 указал, что отказывается от дачи. Она выплатила ему 235000 руб. за дачу и долю в квартире, как было оговорено, и полагала, что дача принадлежит ей. Отдельный договор не заключали, поскольку ей было неизвестно, где ФИО3 проживает. О том, что ФИО3 собирается продавать дачу он ей не говорил. В мае 2019 года на даче появился Бобровнич, сказал, что он купил эту дачу и потребовал ключи, после чего она обратилась в полицию. 

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании также пояснила, что требования истца основаны на ст. ст. 169, 10 ГК РФ, она полагает, что ФИО3 злоупотребил своими правами, поскольку он не пользовался участком 15 лет, отказался от своего права собственности, а впоследствии продал земельный участок. Полагает, что право собственности истца на земельный участок возникло на основании мирового соглашения. Истец является добросовестным владельцем, земельный участок приобретен на денежные средства истца. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, пояснил, что земельный участок принадлежал ему. Земельный участок он приобрел в 1999 году на денежные средства, вырученные от продажи квартиры, которые ему предоставила сестра от продажи наследственного имущества. Бывшей супруге он предоставил земельный участок в пользование, сам он земельным участком не пользовался. Продавать земельный участок бывшей супруге он не собирался. Истец требовала, чтобы он оформил на неё земельный участок, но он отказался. Поскольку сын сказал, что ему дача также не нужна, он решил её продать. Денежные средства по расписке от ФИО1 он получил за квартиру, за дачу он никаких денежных средств не получал. С заявлением об отказе от права собственности он не обращался. Членские взносы он не оплачивал, их оплачивала истец, поскольку с его разрешения она пользовалась дачей. Он на дачу не ездил. В 2018 году он говорил истцу, что дачу будет продавать. Она к нему не обращалась по поводу продажи дачи. У истца был его номер телефона, также его телефон был у сына. 

Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании также возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что основания для признания договора недействительным отсутствуют. Мировое соглашение не является доказательством перехода права собственности на дачу к истцу, поскольку в нем не согласованы условия, отсутствует предмет соглашения – не указан адрес дачи. То обстоятельство, что ФИО3 не пользовался дачей, не говорит о переходе прав на земельный участок к истцу. Право собственности ФИО3 зарегистрировано в ЕГРН. В расписке указано только о том, что ФИО3 получил деньги за квартиру, о получении денежных средств за дачу там ничего не указано. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, пояснил, что от знакомых узнал, что продается дача с «интересной ценой». Он решил её приобрести. Он посмотрел дачу, однако, на территорию земельного участка не проходил, так как там было закрыто. ФИО3 пояснил, что дачей пользуется его бывшая жена, ключи находятся у неё. Поскольку земельный участок и цена на него его устроили, он приобрел этот участок. Денежные средства он передал ФИО3 Перед покупкой он получил выписку из ЕГРН, убедился, что собственником является ФИО3 Поскольку дача приобреталась в ноябре, до мая он ей не собирался пользоваться и ключи не забирал. В мае он позвонил ФИО3, тот сообщил, что ключи у жены, и она передаст ему. Затем он позвонил истцу и сказал, что приедет на дачу, на что истец стала возмущаться. Он взял с собой знакомых и сотрудников полиции, и вместе они поехали на дачу, где произошел конфликт. 

Суд, исследовав материалы дела, заслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований, исходя из следующего.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 данной статьи).

В силу ст. 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Как следует из пункта 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

В качестве сделок, совершенных с целью заведомо противной основам правопорядка или нравственности, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. 

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес> с кадастровым номером №..., площадью 413 кв.м., на основании которого право собственности на вышеуказанный земельный участок перешло к ФИО2 Переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН. 

По условиям договора, цена земельного участка составила 200000 руб., расчет произведен полностью до подписания договора (п.п. 2.1, 2.2 договора). Договор имеет силу акта приема-передачи, о чем указано в п. 3.2 договора. 

В обоснование исковых требований о признании данного договора недействительным, истец ссылается на злоупотребление гражданскими правами, допущенное ответчиком ФИО3, поскольку ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО3 заключено мировое соглашение, по условиям которого ФИО3 отказался от своего права собственности на земельный участок и земельный участок остался у истца, за земельный участок она выплатила ответчику ФИО3 денежные средства. 

Проверив данные доводы, суд приходит к следующему. 

В ходе судебного разбирательства также установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 и ответчик ФИО3 состояли в зарегистрированном браке.

После прекращения брака до ноября 2003 года ФИО1 и ФИО3 продолжили проживать совместно, что в ходе судебного разбирательства не оспаривалось. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО3 заключен договор купли-продажи земельного участка с расположенными на нём садовым домом, и хозяйственными строениями, по условиям которого ФИО3 приобрел в собственность земельный участок с кадастровым номером №..., расположенный по адресу 

<

адрес>

В соответствии с п. 2 договора купли-продажи стоимость земельного участка с садовым домом определена в размере 12 000 руб., из которых покупатель до подписания договора передал продавцу в мае 1999 г. в качестве аванса 6000 руб., а оставшуюся сумму 6000 руб. покупатель уплачивает при подписании настоящего договора в помещении нотариальной конторы.

Договор купли-продажи удостоверен нотариусом Новосибирского района Новосибирской области ФИО8

ДД.ММ.ГГГГ земельный участок с принадлежностями в виде садового дома, строений и сооружений передан ФИО3 от ФИО7, что подтверждается актом приема-передачи.

ДД.ММ.ГГГГ в Единый государственный реестр недвижимости внесена запись №... о регистрации права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером №..., расположенный по адресу 

<

адрес>, что подтверждается материалами регистрационного дела.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом ФИО1 (ФИО5) и ФИО3, заключено мировое соглашение,, согласно которому стороны заключили мировое соглашение о нижеследующем: ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО3 и ФИО9 был расторгнут. Однако, семейные отношения продолжались до 2003 года, велось совместное хозяйство, приобреталось имущество. В результате совместных усилий в марте 1997 года была приобретена квартира по адресу: 

<

адрес>, которая приобреталась в общую долевую собственность. Настоящим мировым соглашением ФИО3 и ФИО10 решили разделить совместно нажитое имущество в следующем порядке: трехкомнатная квартира по вышеуказанному адресу выставляется на продажу, в результате которой 2/3 от вырученной суммы достается ФИО10, 1/3 достается ФИО3, но сумма 1/3 не должна быть менее 235000 руб., остальное имущество (автомобиль «ВАЗ 2107» государственный регистрационный знак №..., дача в с/о Энергостроитель) остается за ФИО9 

Из расписок ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ следует, что он получил от ФИО9 по 6000 руб. по каждой из расписок в счет погашения долга за комнату.

Из расписки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 получил денежные средства в сумме 223000 руб. Претензий к даче и квартире не имеет. 

Оценивая доводы истца о том, что на основании данных документов: мирового соглашения и расписок право собственности на земельный участок в СНТ «Энергостроитель» перешло к ней, суд не может с ними согласиться, поскольку такая договоренность между сторонами не была достигнута доказательств обратного суду не представлено.

Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии с нормами семейного законодательства изменение правового режима общего имущества супругов возможно на основании заключенного между ними брачного договора (статьи 41, 42 Семейного кодекса Российской Федерации), соглашения о разделе имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью (статья 37 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.

В силу пункта 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения соглашения о разделе совместно нажитого имущества) общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации супруги вправе определить в брачном договоре имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Таким образом, супруги (бывшие супруги) вправе по своему усмотрению изменить режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке (или его части), как на основании брачного договора, так и на основании любого иного соглашения (договора), не противоречащего нормам действующего законодательства.

Согласно нормам семейного законодательства (статья 7, пункт 1 статьи 35, пункты 1, 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации) супруги свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Из анализа приведенных норм следует, что супруги, в том числе бывшие, вправе по своему усмотрению не только изменять режим общей совместной собственности имущества, нажитого в браке, но и включать в брачный договор и в иное соглашение, определяющее имущественное положение его участников, любые, не противоречащие закону условия, в том числе и о распоряжении имуществом, являющимся личным имуществом каждого из супругов.

Однако, заключенное между ФИО3 и ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ мировое соглашение, суд не может признать соглашением о разделе общего имущества супругов, поскольку все имущество, о котором указано в данном соглашении, было приобретено после прекращения брака между истцом и ответчиком, а именно, квартира приобретена в 1997 году, о чем указано в соглашении, земельный участок в СО «Энергостроитель» приобретен в 1999 году, автомобиль – в 2002 году, а потому на данное имущество не распространяется режим общей совместной собственности супругов. 

То обстоятельство, что на момент приобретения данного имущества ФИО3 и ФИО11 продолжали проживать совместно и вести общее хозяйство не изменяет правой режим данного имущества, поскольку режим общей совместной собственности возникает в силу закона, в случае приобретения имущества в период брака. 

Основания возникновения общей собственности на имущество определены в ст. 244 ГК РФ.

По смыслу закона и разъяснений, данных в пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" право общей собственности на недвижимое имущество может возникнуть у двух и более лиц, в том числе при наличии между ними соглашения о создании объекта недвижимости за счет их обоюдных усилий и средств.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 31.07.1981 N 4 "О судебной практике по разрешению споров, связанных с правом собственности на жилой дом", признание права на долю в общей собственности на приобретенный по договору купли-продажи объект недвижимости возможно, если будет установлено, что между лицом, претендующим на эту долю и лицом, указанным в договоре в качестве покупателя, была достигнута договоренность о совместной покупке этого объекта и в этих целях вкладывались личные средства в его приобретение.

Каких-либо доказательств, подтверждающих наличие согласия ФИО3 на момент приобретения спорного земельного участка на возникновение права общей с ФИО1 долевой собственности на данный земельный участок, суду представлено не было. 

Таким образом, оснований полагать, что на основании договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО3 у ФИО1 возникло право собственности на земельный участок или долю в праве собственности не имеется. 

Ссылки ФИО1 на то, что для приобретения земельного участка использовались принадлежащие ей денежные средства, не имеют правого значения для дела, а потому подлежат отклонению. При наличии данных обстоятельств ФИО1 не лишена возможности защитить свои права иным законным способом, в том числе, путем предъявления иска о взыскании денежных средств. 

С учетом данных обстоятельств, показания допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14 о том, что истец ФИО1 несла расходы по приобретению спорного земельного участка и об обстоятельствах получения ФИО3 денежных средств от ФИО1 не имеют правового значения для дела. 

То обстоятельство, что положениями Семейного кодекса РФ не запрещено включение в соглашение о разделе общего имущества супругов положений о распоряжении личным имуществом каждого из супругов, не влияет на вышеприведенные выводы суда, поскольку ни один из объектов, указанных в мировом соглашении от ДД.ММ.ГГГГ не может быть отнесен к общему имуществу супругов ФИО3 и ФИО1, транспортное средство – «ВАЗ-2107» не принадлежало ни истцу, ни ответчику ФИО3, а находилось в собственности их сына – ФИО14, а потому данное мировое соглашение не может рассматриваться как соглашение о разделе имущества супругов. 

Оценить мировое соглашение от ДД.ММ.ГГГГ как иной договор, который мог бы повлечь переход права собственности на земельный участок, расположенный в СНТ «Энергостроитель» к ФИО9 невозможно, поскольку в нем отсутствует волеизъявление ФИО3 на отчуждение земельного участка в пользу ФИО1, и условия такого отчуждения, а именно: дарение, купля-продажа, мена или иной предусмотренный законом способ, в связи с чем отсутствует возможность определить было ли достигнуто сторонами соглашение по всем существенным условиям договора и о его фактическом исполнении сторонами. 

Указание в мировом соглашении на то, что земельный участок «остается за ФИО9» не позволяет сделать однозначный вывод о намерении ФИО3 передать право собственности на него ФИО11, поскольку в соглашении не указано на каком праве (собственности, владения, пользования, аренды и другое) земельный участок остается за ФИО1 и на какой срок. 

При этом, суд учитывает и то обстоятельство, что в период с 2004 года ни одна из сторон мирового соглашения не обратилась с заявлением о регистрации перехода права собственности на земельный участок в СНТ «Энергостроитель», с требованием о понуждении к регистрации перехода права собственности или же о признании за ФИО1 права собственности за земельный участок на основании данного соглашения в судебном порядке. 

Доводы истца о том, что ей было неизвестно местожительство ответчика ФИО9, судом отклоняются, поскольку из пояснений свидетеля ФИО14, который является сыном ФИО3 и ФИО1, суду известно, что он на протяжении всего этого времени он поддерживает отношении со своей бабушкой - матерью отца а, следовательно, при необходимости истец ФИО1 имела возможность установить место жительства ФИО3, либо предъявить свои требования по последнему известному месту жительства. 

Ссылки стороны истца на расписку от ДД.ММ.ГГГГ о получении ФИО3 денежных средств в сумме 223000 руб. и указание в ней на отсутствие претензий к даче, судом отклоняются, поскольку мировым соглашением от ДД.ММ.ГГГГ была предусмотрена выплата ФИО3 денежных средств в сумме не менее 2350000 руб. в качестве компенсации за принадлежащую ему 1/3 доли в праве собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> полагать, что данные денежные средства были выплачены ФИО1 в том числе, в счет компенсации за спорный земельный участок у суда не имеется. 

Не могут быть признаны обоснованными и доводы представителя истца о том, что на основании мирового соглашения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 отказался от своего права собственности на земельный участок. В заключенном мировом соглашении отсутствует какое-либо указание об отказе ФИО3 от права собственности. 

В силу ст. 236 ГК РФ гражданин может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

Из смысла абзаца 2 ст. 236 ГК РФ следует, что отказ лица от права собственности способами, указанными в ч. 1 ст. 236 ГК РФ, не рассматривается законом как окончательный. Права собственника сохраняются до того момента, пока иное лицо не станет собственником вещи в установленном законом порядке. Собственник может восстановить свое право на имущество и после отказа от него, пока иное лицо не станет собственником этого имущества.

Право собственности ФИО3 на земельный участок зарегистрировано в ЕГРН с 1999 года, с заявлением об отказе от своего права собственности ФИО3 в уполномоченный орган не обращался. 

Право собственности ФИО1 на земельный участок в установленном законом порядке не возникло, доказательств обратного, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ответчиком суду предоставлено не было. 

То обстоятельство, что ФИО3 с момента приобретения земельного участка им не пользовался, земельным участком пользовалась ФИО1, что подтвердили допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО15 и ФИО16, она же оплачивала членские взносы, ухаживала и облагораживала земельный участок, произвела ремонтные работы в отношении садового дома и бани, не являются безусловным доказательством отказа ФИО3 от своего права собственности на земельный участок, при наличии зарегистрированного в установленном порядке права собственности.

Как следует из положений ст. ст. 209, 454 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В свою очередь целью договора купли-продажи является переход права собственности на проданное имущество от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены.

ФИО3 как собственник спорного имущества, заключив договор купли-продажи с ФИО2, воспользуйся предоставленным ему законом правом по его отчуждению.

Зарегистрировав в установленном порядке переход права собственности на спорный земельный участок, стороны договора подтвердили свою действительную волю на продажу и, соответственно, покупку имущества.

Ссылки стороны истца на то, что ключи от земельного участка ФИО2 не были переданы при совершении сделки, он земельным участком не пользовался до мая 2019 года не свидетельствуют об отсутствии у ФИО2 намерения на приобретение земельного участка в собственность, поскольку договор купли-продажи был заключен в установленной форме, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН. Кроме того приобретение земельного участка осуществлялось поздней осенью – ДД.ММ.ГГГГ, что исключает возможность использования земельного участка по назначению до наступления весеннего периода, в мае 2019 года ФИО2 реализовал свои права собственника, приехал на приобретенный им земельный участок с целью его использования, что истцом в ходе судебного разбирательства не оспаривалось, а также подтверждено показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО17 Кроме того, при заключении договора купли-продажи ФИО2 было известно, о том что земельный участок находится в пользовании бывшей супруги ФИО3, ключи от участка находятся у неё, при данных условиях он согласился на совершение сделки. 

Ссылки на то, что земельный участок продан ФИО3 по заниженной цене также не подтверждены достаточными доказательствами, а кроме того, в силу положений Гражданского кодекса РФ действует принцип свободы при заключении договора, что предоставляет сторонам право заключить договор на любых условиях, не противоречащих закону. 

Довод истца о недобросовестности действий ответчиков, целью которых было причинить вред истцу и извлечь преимущество для себя, судом не принимается во внимание, поскольку каких-либо доказательств наличия у сторон оспариваемого договора подобного умысла в материалы дела не представлено.

При таких данных, суд приходит к выводу, что оспариваемый договор купи-продажи был заключен ответчиками в соответствии с требованиями ГК РФ, исполнен сторонами реально, переход права собственности на объект недвижимости зарегистрирован в установленном законом порядке, новый собственник приступил к осуществлению своих прав в отношении спорного имущества, в связи с чем, отсутствуют основания для признания договора недействительным.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно положениям статьи 11 ГК РФ и статьи 3 ГПК РФ обращаясь в суд, истец должен доказать, что его права или законные интересы нарушены, поскольку судебной защите подлежит только нарушенное право.

Однако, доказательства нарушения прав истца, предоставляющих ему право на судебную защиту в соответствии с требованиями ст. ст. 168, 169 ГК РФ отсутствуют, поскольку ФИО1 каких-либо прав на указанный земельный участок не имеет, стороной сделки (купли-продажи) она не является, доказательств заинтересованности в применении последствий недействительности ничтожной сделки, нарушения данной сделкой ее прав и законных интересов, истцом суду не представлено.

Доказательств фиктивности договора дарения истец не представила.

Не может служить основанием для удовлетворения требований истца и довод о том, что в результате заключения сделки между ответчиками нарушены права истца, т.к. она пользуется земельным участком с момента его приобретения ФИО3, поскольку возникновение или прекращение каких-либо прав в результате данной сделки у истицы не наступает. На момент заключения договора купли-продажи спорное имущество под арестом не находилось, не было обременено обязательствами перед третьими лицами, соответственно, могло свободно выступать предметом любой гражданско-правовой сделки.

С учетом изложенного, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194- 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Новосибирский районный суд Новосибирской области.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ. 

Судья (подпись) Е.В. Лисина