Дело № 2-59/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 мая 2019 года 

Троицкий городской суд Челябинской области в составе председательствующего судьи Фроловой О.Ж., при секретаре Назаровой Н.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный Пенсионный Фонд «Открытие» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании процентов, убытков, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 с учетом измененных требований обратилась в суд с иском к акционерному обществу «Негосударственный Пенсионный Фонд «Открытие» (далее - АО НПФ «Открытие») о признании договора об обязательном пенсионном страховании № от 22 ноября 2016 года, заключенного между ФИО1 и ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС», недействительным, о возложении обязанности в срок 30 дней со дня получения решения суда о признании договора об обязательном пенсионном страховании № от 22 ноября 2016 года недействительным передать предыдущему страховщику АО «НПФ Сбербанк» для зачисления на пенсионный счет истца средства пенсионных накоплений в размере 225 055 рублей 61 копейка, средства, направленные на формирование собственных средств Фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений на формирование накопительной пенсии ФИО1, о взыскании в пользу ФИО1 процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений в соответствии со ст. 395 ГК РФ в размере 23 765, 45 рублей в период с 30 марта 2017 года по 09 июля 2018 года, убытков в размере 49189 рублей 27 копеек, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходов по оплате экспертизы в размере 18000 руб. 

В обоснование требований истец ФИО1 указала, что между ней и АО «НПФ Сбербанка» 27 августа 2015 года был заключен договор об обязательном пенсионном страховании № №. Из полученного в 2017 году от АО "НПФ Сбербанка" уведомления о прекращении договора об обязательном пенсионном страховании ей стало известно, что средства пенсионных накоплений переведены в ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС» на основании договора об обязательном пенсионном страховании № от 22 ноября 2016 года. Между тем, договоры об обязательном пенсионном страховании с другими негосударственными пенсионными фондами, в том числе с ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС» она не заключала, заявлений о переходе в иные негосударственные пенсионные фонды не подавала, подпись в договоре ей не принадлежит. 

В связи с досрочным переводом пенсионных накоплений к ответчику, АО "НПФ Сбербанка" при передаче средств пенсионных накоплений новому страховщику был удержан инвестиционный доход в размере 16223 рубля 24 копейки, полученный за время действия договора, заключенного с АО "НГФ Сбербанка". Кроме того, при действии прежнего договора, ей мог быть начислен инвестиционный доход в размере 20313,94 руб. за 2017 год, 12652,09 руб. за 2018 год. Таким образом, из-за действий ответчика, правопреемником которого в настоящее время является АО НПФ «Открытие», ей причинены убытки в размере 49189 рублей 27 копеек. 

Кроме того, действиями ответчика ей причинен моральный вред, т.к. она испытала нравственные страдания, у нее обострились болезни.

В судебном заседании истец ФИО1 не участвовала, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. 

Представители истицы - ФИО2, ФИО3, Чеховских Т.М. не участвовали в судебном заседании, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Представитель АО НПФ «Открытие» в судебном заседании не участвовал, извещен о времени и месте судебного заседания надлежащим образом. В отзыве иск не признал.Просил применить к требованиям срок исковой давности, поскольку истице о прекращении ранее действовавшего договора об обязательном пенсионном страховании стало известно из письма АО «НПФ Сбербанк» 24 апреля 2017 года, срок исковой давности истек 25 апреля 2018 года, с иском истица обратилась по истечения срока давности - 10 июля 2018 года.

Представитель АО "Негосударственный Пенсионный фонд Сбербанка" в судебное заседание не явился, надлежаще извещался о времени и месте судебного заседания. В отзыве на иск просил удовлетворить исковые требования ФИО1 о признании договора недействительным, с применением последствий его недействительности (л.д.35-37).

Представитель Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда в городе Троицке и Троицком районе Челябинской области в судебном заседании участия не принимал, надлежаще извещен.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Пунктом 3 ст. 154 ГК РФ предусмотрено, что для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу положений статей 160, 161 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. 

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

Согласно ст.3 Федерального закона от 07.05.1998 года №75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» под договором об обязательном пенсионном страховании понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной пенсии и (или) срочной пенсионной выплаты или единовременной выплаты либо осуществлять выплаты правопреемникам застрахованного лица. 

В соответствии с п.1 ст.36.11 указанного Федерального закона застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход из фонда в фонд не чаще одного раза в год путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направления в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления о переходе (заявления о досрочном переходе) из фонда в фонд.

На основании п.3 ст.36.11 Федерального закона от 07.05.1998 года №75-ФЗ заявление застрахованного лица о переходе (заявление застрахованного лица о досрочном переходе) из фонда в фонд направляется им в Пенсионный фонд Российской Федерации не позднее 31 декабря текущего года. Застрахованное лицо может подать указанное заявление в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации лично или направить иным способом (в том числе направить заявление в форме электронного документа, порядок оформления которого определяется Правительством Российской Федерации и который направляется с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, либо направить заявление через многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг). В случае направления указанного уведомления иным способом установление личности и проверка подлинности подписи застрахованного лица осуществляются: нотариусом или в порядке, установленном п.2 ст.185.1 ГК РФ; должностными лицами консульских учреждений Российской Федерации в случае, если застрахованное лицо находится за пределами территории Российской Федерации; фондом, с которым застрахованным лицом заключен действующий договор об обязательном пенсионном страховании; в порядке, установленном Правительством Российской Федерации; многофункциональным центром предоставления государственных и муниципальных услуг.

Согласно ст.36.3 Федерального закона «О негосударственных пенсионных фондах» договор об обязательном пенсионном страховании заключается на неопределенный срок и может быть изменен или расторгнут в соответствии с данным Федеральным законом. Типовая форма договора об обязательном пенсионном страховании утверждается уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти, которым в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 04.11.2003 года №669, является Минздравсоцразвития РФ.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации.

Пунктом 6.1 статьи 36.4 названного Федерального закона предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц договор об обязательном пенсионном страховании признан судом недействительным, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абзацем седьмым пункта 2 статьи 36.5 настоящего Федерального закона.

В судебном заседании установлено, что 27 августа 2015 года между истцом и АО «НПФ «Сбербанка» был заключен договор об обязательном пенсионном страховании № №, в соответствии с условиями которого АО «НПФ Сбербанк» приняло на себя обязательства действуя в качестве страховщика по обязательному пенсионному страхованию осуществлять деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений ФИО1, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица (том 1 л.д. 192-193).

Согласно полученному 24 апреля 2017 года ФИО1 уведомлению от АО «НПФ «Сбербанк», договор об обязательном пенсионном страховании от 27 августа 2015 года № № прекращен в связи с заключением истицей нового договора об обязательном пенсионном страховании с ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС». Средства пенсионных накоплений, учтенные на пенсионном счете накопительной пенсии по состоянию на 30 марта 2017 года в размере 227078,27 руб. переданы в ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС». Указанные средства переведены 30 марта 2017 года (том 1 л.д.9,47).

Из сообщения Центрального Банка РФ от 09 августа 2017 года усматривается, что средства пенсионных накоплений переведены новому страховщику на основании договора об обязательном пенсионном страховании от 22 ноября 2016 года (том 1 л.д.15).

Из предоставленного суду оригинала договора об обязательном пенсионном страховании от 22 ноября 2016 года № усматривается, что договор содержит подписи застрахованного лица ФИО1 и представителя страховщика - ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС» (том 1 л.д.243). 

В обоснование заявленных требований истица указала, что она не подписывала договор об обязательном пенсионном страховании от 22 ноября 2016 года №.

С целью проверки доводов истца определением суда от 27 февраля 2019 года была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению ФБУ «Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» от 05 апреля 2019 года № подписи от имени ФИО1 в договоре об обязательном пенсионном страховании от 22 ноября 2016 года № между ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС» и застрахованным лицом (ФИО1), выполнены не самой ФИО1, а другим лицом (лицами) с подражанием какой-то подлинной ее подписи (том 2 л.д.2-8).

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Заключение эксперта, как одно из доказательств по делу, для суда не обязательно и оценивается по общим правилам оценки доказательств, т.е. объективно, всесторонне, с учетом всех доказательств по делу в их совокупности. 

Не доверять выводам судебной экспертизы у суда оснований не имеется. Заключение судебной экспертизы аргументировано, подготовлено в соответствии с ГПК РФ. Судебная экспертиза проведена экспертами, имеющими специальные познания, стаж работы, квалификацию. Эксперты являются объективно незаинтересованными лицами в деле, предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение судебной экспертизы является допустимым доказательством по делу и может быть положено в основу решения суда.

Поскольку из представленных доказательств установлено, что ФИО1 договор об обязательном пенсионном страховании от 22 ноября 2016 года № не подписывала, это свидетельствует об отсутствии ее волеизъявления на досрочный переход в ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС», договор об обязательном пенсионном страховании от 22 ноября 2016 года № подлежит признанию недействительным.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Согласно положений п. 5.3. ст. 36.6 ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» при наступлении обстоятельства, указанного в абзаце седьмом пункта 1 настоящей статьи, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня получения фондом соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Пенсионный фонд Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, включая единый портал государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика.

Порядок расчета средств, направленных на формирование собственных средств фонда, сформированных за счет дохода от инвестирования неправомерно полученных средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица и подлежащих передаче предыдущему страховщику в соответствии с абзацем первым настоящего пункта, устанавливается уполномоченным федеральным органом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что накопительная часть пенсии истца в размере 227078,27 руб. была переведена в ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС».

Ответчик является правопреемником ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС».

Из ответа ответчика от 27.12.18г. следует, что в настоящее время на пенсионном счете ФИО1 аккумулируются средства пенсионных накоплений в размере 225055,61 руб. (том 1 л.д.141).

Поскольку спорный договор признан судом недействительным, следует применить последствия недействительности сделки предусмотренные законом, и возложить на ответчика обязанность в срок не позднее 30 дней со дня получения решения суда передать в акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Сбербанк» средства пенсионных накоплений ФИО1, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 ФЗ № 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах" в размере 225055 руб. 61 коп. (ва пределах заявленных требований), средства, направленные на формирование собственных средств Фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, в размере 23765 руб.45 коп., за период с 30.03.17г. по 09.07.18г.

Расчет процентов произведен истцом верно, в соответствии со ст.395 ГК РФ.

Относительно требования истца о взыскании указанных процентов с ответчика в ее пользу, суд считает необходимым указать следующее. 

Исходя из содержания п. 5.3. ст. 36.6 ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах», проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений подлежат выплате негосударственным пенсионным фондом предыдущему страховщику и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика, как последствие недействительности сделки, а не застрахованному физическому лицу (в настоящем деле истцу ФИО1), иные последствия недействительности договора об обязательном пенсионном страховании законом не предусмотрены, в связи с чем, ФИО1 в удовлетворении требований о взыскании с ответчика в ее пользу процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений в размере 23765 руб.45 коп. за период с 30.03.17г. по 09.07.18г., следует отказать.

Истицей также заявлены требования о возмещении убытков. 

Заявляя указанные требования ФИО1 указала, что в связи с досрочным переводом пенсионных накоплений к ответчику, АО "НПФ Сбербанка" при передаче средств пенсионных накоплений был удержан инвестиционный доход в размере 16223 рубля 24 копейки, кроме того, в случае действия прежнего договора, ей мог быть начислен инвестиционный доход в размере 20313,94 руб. за 2017 год, в размере 12652,09 руб. за 2018 год, таким образом, по мнению истца из-за действий ответчика ей причинены убытки в сумме 49189 рублей 27 копеек. 

Согласно пункту 2 ст. 36.2.1. Закона о негосударственных пенсионных фондах размер средств пенсионных накоплений, подлежащих отражению на пенсионном счете накопительной пенсии застрахованного лица по состоянию на 31 декабря года, в котором истекает пятилетний срок с года вступления в силу договора об обязательном пенсионном страховании с фондом, рассчитывается в порядке, установленном Банком России, исходя из средств пенсионных накоплений, поступивших в фонд при вступлении в силу договора об обязательном пенсионном страховании с фондом, а также поступивших в фонд с момента вступления в силу договора об обязательном пенсионном страховании с фондом, и результатов инвестирования средств пенсионных накоплений, не включенных в резервы фонда, с даты вступления в силу договора об обязательном пенсионном страховании с фондом за вычетом средств (части средств) материнского (семейного) капитала, переданных в случае отказа застрахованного лица от направления их на формирование накопительной пенсии и выбора другого направления использования в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года N 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей", включая доход, полученный от их инвестирования.

В силу пункта 2 ст. 36.6.1. Закона при переходе застрахованного лица из одного фонда в другой фонд или в Пенсионный фонд Российской Федерации на основании заявления застрахованного лица о переходе в фонд, с которым договор об обязательном пенсионном страховании прекращен, обязан перевести средства пенсионных накоплений в размере, составляющем большую из следующих величин: 1) величина средств пенсионных накоплений, определенная, исходя из средств пенсионных накоплений, поступивших в фонд от предыдущего страховщика, средств пенсионных накоплений, поступивших в фонд с даты вступления в силу договора об обязательном пенсионном страховании с фондом, а также сумм гарантийного восполнения, отраженных на пенсионном счете накопительной пенсии, и результатов инвестирования средств пенсионных накоплений, не включенных в резервы фонда, с даты вступления в силу договора об обязательном пенсионном страховании с фондом за вычетом средств (части средств) материнского (семейного) капитала, переданных в случае отказа застрахованного лица от направления их на формирование накопительной пенсии и выбора другого направления использования в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года N 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей", включая доход, полученный от их инвестирования (пункт 1 ст. 36.6.1); 2) величина средств пенсионных накоплений, определенная как сумма средств пенсионных накоплений, определенных при последнем расчете в соответствии со статьей 36.2.1 настоящего Федерального закона, и средств пенсионных накоплений, поступивших в фонд с даты, по состоянию на которую был осуществлен такой расчет, до даты такого перевода (за вычетом средств (части средств) материнского (семейного) капитала, переданных в случае отказа застрахованного лица от направления их на формирование накопительной пенсии и выбора другого направления использования в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года N 256-ФЗ "О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей", включая доход, полученный от их инвестирования).

Из материалов дела усматривается, что в АО "НПФ "РГС" были переданы средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 227078,27 руб., в связи с досрочным переводом пенсионных накоплений АО "НГФ Сбербанка" удержан инвестиционный доход за время действия договора в размере 16223,24 руб. (том 2 л.д.23).

Поскольку в статье 36.6. Закона о негосударственных пенсионных фондах такого последствия недействительности сделки как возмещение удержанного предыдущим фондом при переходе инвестиционного дохода не предусмотрено, постольку правовые основания для возложения на АО "НГС "РГС" обязанности выплатить застрахованному лицу удержанный АО "НГФ Сбербанка" инвестиционный доход за время действия договора в размере 16223,24 руб. отсутствуют.

Кроме того, по убеждению суда, в рассматриваемом случае признание судом недействительным договора обязательного пенсионного страхования между ФИО1 и АО "НПФ "РГС" влечет не только применение последствий его недействительности, предусмотренных пунктом 2 ст. 36.6.1. Закона РФ от 7 мая 1998 года N 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах", но и восстановление положения, существовавшего до нарушения права, путем возврата АО "НПФ Сбербанка" удержанного инвестиционного дохода.

Рассматривая требования о возмещении убытков в виде не начисленного инвестиционного дохода в размере 20313,94 руб. за 2017 год и 12652,09 руб. за 2018 год, суд исходит из следующего.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как определено пунктами 1 - 3 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

По смыслу приведенных правовых норм, основанием гражданско-правовой ответственности субъекта является совокупность следующих элементов: факта причинения вреда, его размера, вина лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения и причинная связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий, необходимых для применения ответственности в виде возмещения убытков, влечет отказ в удовлетворении исковых требований. При этом по правилу статьи 56 ГПК РФ именно истец должен доказать все факты, входящие в предмет доказывания, за исключением вины.

Учитывая, что правовым последствием признания договора недействительным является передача ответчиком средств пенсионных накоплений предыдущему страховщику, истица не может являться собственником инвестиционного дохода, поэтому оснований полагать, что действиями ответчика ей причинены убытки в виде не начисленного инвестиционного дохода в размере 20313,94 руб. за 2017 год и в размере 12652,09 руб. за 2018 год, не имеется. 

На основании изложенного, требования истицы о взыскании в ее пользу убытков в размере 49189 рублей 27 копеек, удовлетворению не подлежат.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Принципы компенсации морального вреда сводятся к следующему: моральный вред компенсируется в случаях нарушения или посягательства на личные нематериальные блага (права) граждан; компенсация морального вреда по общему правилу допускается при наличии вины причинителя.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (п. 2 ст. 1099 ГК РФ).

Поскольку истицей заявлены требования материального характера, законодательство об обязательном пенсионном страховании не содержат указаний на возможность компенсации морального вреда, то оснований для взыскания в пользу истицы компенсации морального вреда не имеется, в связи с чем в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда следует отказать.

Довод ответчика о пропуске срока исковой давности для оспаривания договора от 22 ноября 2016 года является несостоятельным.

В силу положений ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ч.2 ст.199 ГК РФ).

Согласно правилам ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются ГК РФ и иными законами.

Так, специальные сроки исковой давности и особые правила их исчисления установлены, в том числе, при рассмотрении требований о признании сделок недействительными ст.181 ГК РФ.

В силу ч.2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (ч.1 ст.179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Ответчиком в возражениях на исковое заявление указаны требования о применении срока исковой давности в связи с тем, что истцу о переводе ее пенсионных накоплений стало известно из письма АО «НПФ Сбербанк» 24 апреля 2017 года, срок исковой давности истек 25 апреля 2018 года, с иском истица обратилась по истечения срока давности - 10 июля 2018 года.

Между тем судом установлено, что несмотря на то, что о переводе пенсионных накоплений истице стало известно из письма АО «НПФ Сбербанк» от 24 апреля 2017 года, копию оспариваемого договора она получила только 28 июля 2017 года (л.д.12). Учитывая то, что истцом оспаривался договор, суд полагает, что именно 28 июля 2017 года она узнала об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Кроме того, к письму АО «НПФ Сбербанк» от 24 апреля 2017 года была приложена выписка о состоянии пенсионного счета накопительной пенсии застрахованного лица по состоянию на 30 марта 2017 года, из которой следует, что на счете имеются пенсионные накопления в размере 227078,27 руб., выписку по счету, подтверждающую списание денежных средств, истцу прежний страховщик не направлял. 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что истицей не пропущен срок по оспариванию договора об обязательном пенсионном страховании № от 22 ноября 2016 года, поскольку о нарушенном праве ей стало известно 28 июля 2017 года, с иском в суд она обратилась 10 июля 2018 года, то есть в установленные законом сроки.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, в том числе расходы на оплату услуг представителя. 

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ст.88 ГПК РФ). 

Согласно ст.94 ГПК РФ к судебным издержкам относятся также другие признанные судом необходимые расходы. 

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 300 руб. (том 1 л.д.7). Кроме того, определением суда о назначении судебной почерковедческой экспертизы на истца была возложена обязанность оплаты услуг экспертов, истица оплатила стоимость экспертизы в размере 18000 руб. (том 2 л.д.11). Разрешая данный вопрос, суд руководствовался статьей 96 ГПК РФ, предусматривающей предварительную оплату труда экспертов при назначении судом судебных экспертиз. Последующее распределение данных расходов между сторонами по результатам разрешения спора регулируется ст. ст. 98, 101- 103 ГПК РФ. 

Поскольку иск о признании договора недействительным судом удовлетворен, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 300 руб., по оплате стоимости экспертизы в размере 18000 руб.

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный Пенсионный Фонд «Открытие» удовлетворить частично.

Признать договор об обязательном пенсионном страховании № от 22 ноября 2016 года, заключенный от имени ФИО1 с ОАО «Негосударственный Пенсионный Фонд «РГС», недействительным. 

Возложить обязанность на акционерное общество «Негосударственный Пенсионный Фонд «Открытие» в срок не позднее 30 дней со дня получения решения суда передать в акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Сбербанк» средства пенсионных накоплений ФИО1, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 ФЗ № 75-ФЗ "О негосударственных пенсионных фондах", в размере 225055 руб. 61 коп., проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений в размере 23765 руб.45 коп., за период с 30.03.17г. по 09.07.18г., средства, направленные на формирование собственных средств Фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица.

ФИО1 в удовлетворении требований о взыскании в ее пользу процентов за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений в размере 23765 руб.45 коп. за период с 30.03.17г. по 09.07.18г., убытков в размере 49189 рублей 27 копеек, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, расходов по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходов по оплате экспертизы в размере 18000 руб., отказать.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный Пенсионный Фонд «Открытие» в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 18 000 руб. 

Решение может быть обжаловано путем подачи в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме апелляционной жалобы в Челябинский областной суд через Троицкий городской суд. 

Председательствующий Фролова О.Ж.