Дело № 2-1037/2020

61RS0017-01-2020-002289-85

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

(мотивированное)

17 ноября 2020 года г. Красный ФИО1

Ростовская область

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Мищенко Е.В.

при секретаре Аликиной А.В.,

с участием помощника Красносулинского городского прокурора Лариной А.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к АО "Донской Антрацит" о взыскании единовременной выплаты в счет возмещения компенсации морального вреда и судебных расходов

у с т а н о в и л :

Истец обратился в Красносулинский районный суд с иском к АО «Донской Антрацит» о взыскании компенсации морального вреда по тем основаниям, что 20 апреля 2016 года, в период работы у ответчика в должности 

<

данные изъяты> с полным рабочим днем на подземной работе, истцу установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> Решением Бюро МСЭ от 31 мая 2016 года истцу установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности. Из-за возникшего заболевания истец испытывает физические и нравственные страдания. Истец не может продолжать трудовую деятельность в прежних вредных условиях, уволен 12 сентября 2017 года, чувствует себя неполноценным и больным человеком, его беспокоят боли в 

<

данные изъяты> ему необходимо лечение, что требует значительных материальных вложений. Истец считает, что в его пользу подлежит взысканию с ответчика единовременная выплата в счет компенсации морального вреда, исходя из расчета: 65000 рублей (примерная средняя заработная плата) х 20% х 30% (утрата профтрудоспособности) – 27120 рублей 57 коп. (сумма выплаченная ФСС) = 362879 рублей 43 коп. Просит суд взыскать с АО «Донской Антрацит» в пользу ФИО2 компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 362879 рублей 43 коп., расходы на юридические услуги в размере 25000 рублей, расходы по оформлению доверенности – 1700 рублей, а всего 389579 рублей 43 коп. 

Впоследствии истец уточнил исковые требования, с учетом поступившей справки о среднем заработке истца, и просил взыскать сумму единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в размере 281161 рубль 23 коп., исходя из расчета: 51380 рублей 30 коп. (средняя заработная плата) х 20% х 30% (утрата профтрудоспособности) – 27120 рублей 57 коп. (сумма выплаченная ФСС) = 281161 рубль 23 коп. В остальной части заявленные требования остались без изменений.

Истец ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО3 в судебном заседании заявленные уточненные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, и просили их удовлетворить. 

Истец пояснил, что он с 1991 года работал на шахте «

<

данные изъяты> из них 20 лет проработал в лаве. АО «Донской Антрацит» стал работодателем с 2005 года. С этого времени он проходили ежегодные медицинские осмотры, никаких заболеваний ему не диагностировали. Впервые ему установлено профессиональное заболевание в 2016 году, при очередном профилактическом осмотре Он вышел на пенсию в 2017 году. Его жизнь после выявления заболевания ухудшилась, много денег уходит на лекарства, 

<

данные изъяты> На работу его никто не берет. Физическая активность снизилась, нагрузки не может себе позволять, как раньше до заболевания. Ежегодно проходит стационарное и амбулаторное лечение.

Представитель ответчика АО «Донской Антрацит» в судебное заседание не явился, о слушании дела были извещены надлежащим образом, с ходатайством об отложении слушания дела в суд не обращались, от представителя ответчика в суд поступил отзыв, в котором с исковыми требованиями не согласились, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ч. 3,4 ст. 167 ГПК РФ в отсутствие представителя ответчика.

Суд, выслушав истца и его представителя, мнение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены. 

Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В судебном заседании установлено, что стороны состояли в трудовых отношениях, истец работал в АО "Донской Антрацит" (до переименования ОАО "

<

данные изъяты> с 01 декабря 2005 года по 25 февраля 2017 года в должности 

<

данные изъяты> с полным рабочим днем на подземной работе, а с 25 февраля 2017 года по 12 сентября 2017 года в должности 

<

данные изъяты> с полным рабочим днем на подземной работе, что подтверждается копией трудовой книжки (л.д.8-9).

В период работы в АО "Донской Антрацит" ФИО2 причинен вред здоровью вследствие профессионального заболевания, о чем свидетельствуют: извещение об установлении предварительного диагноза от 20 апреля 2016 года (л.д.14), санитарно-гигиеническая характеристика условий труда № от 20 января 2016 года (л.д.10-12), медицинские документы (л.д.15-16, 88), Акт № от 11 мая 2016 года о случае профессионального заболевания (л.д.5-6), справка № от 25 мая 2020 года, согласно которой ФИО2 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности (л.д.7).

Приказом 

<

данные изъяты> (филиал № от 01 июля 2016 года истцу выплачена единовременная страховая выплата в размере 27120 рублей 57 коп. (л.д.13). 

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае, если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 Трудового кодекса РФ).

В силу ч. 2 ст. 5 Трудового кодекса РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Пунктом 9.3 «Коллективного договора по вопросам труда и социальных гарантий на 2015-2017 годы», заключенного между АО «Донской Антрацит» и 

<

данные изъяты> территориальной организацией Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности, действие которого продлено до 31 декабря 2020 года (дополнительное соглашение от 30 октября 2017 года), в редакции дополнительного соглашения от 25 апреля 2018 года (далее Коллективный договор), предусмотрено, что в случае установления впервые Работнику, занятому в Обществе и уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20 % среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации).

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений, данных в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации", следует, что в соответствии со ст.237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что соглашение о денежной компенсации морального вреда сторонами в судебном заседании не достигнуто. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из того, что факт причинения вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания подтвержден материалами дела.

Как указано в п. 13 Акта № о случае профессионального заболевания от 11 мая 2016 года - профессиональное заболевание выявлено при медицинском осмотре.

Ранее установленного профессионального заболевания у работника не имелось (п.14 Акта). 

Согласно п. 19 указанного акта - настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм вредных производственных факторов (л.д. 5-6). 

Вышеназванным актом подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью их воздействия по месту его работы у ответчика.

Доказательств того, что профессиональное заболевание возникло у истца до поступления его на работу к ответчику, суду не представлено. 

Таким образом, доказано, что истец испытывал воздействие вредных факторов при исполнении трудовых обязанностей в период работы у ответчика и что профзаболевание впервые установлено ему в период работы именно в АО "Донской Антрацит". Факт причинения вреда здоровью истца доказан.

В соответствии с требованиями ст.1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. 

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными ст.151 Гражданского кодекса РФ и ст.ст. 1099-1101 Гражданского кодекса РФ. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие материальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Суть морального вреда состоит в том, что работник переживает факт нарушения его прав. В целях обеспечения правильного и единообразного применения законодательства, регулирующего компенсацию морального вреда, наиболее полной и быстрой защиты интересов потерпевших, согласно Пленуму Верховного Суда РФ в Постановлении от 20.12.1994 г. № 10 указано, что суду, в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора, необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми актами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений, и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. Суду необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме, он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Закон не содержит ограничений для компенсации морального вреда в случаях, когда нарушены не только трудовые права работника, но и права принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.), поэтому, споры о компенсации морального вреда регулируются гражданским законодательством и иными Федеральными законами, регулирующими ответственность для случаев причинения гражданину морального вреда, действиями нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда, является вина причинителя. 

Судом установлена вина работодателя в получении профзаболевания на производстве истцом. 

Однако, истец не требует от ответчика компенсации морального вреда, сверх установленного Коллективным договором, согласно которого в случае установления впервые работнику общества утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднего заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из ФСС).

Истец просит взыскать с ответчика единовременную компенсацию в счет возмещения вреда здоровью, предусмотренную Коллективным договором из расчета: 51380 руб. 30 коп. (средний заработок) х 20 % (п.9.3 Коллективного договора) х 30 % (утраты трудоспособности) – 27120 рублей 57 коп. (пособие, выплаченное ФСС) = 281161 рубль 23 коп.

Суд соглашается с данным расчетом, поскольку он основан на требованиях закона, коллективного договора и является арифметически правильным.

Требуемый истцом размер компенсации морального вреда, по мнению суда, учитывает степень вины работодателя, и иные заслуживающие внимания обстоятельства, физические и нравственные страдания истца. Кроме того, компенсация морального вреда осуществляется, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности, которым в данном случае является АО "Донской Антрацит", где истец работал на вредном производстве. 

Доводы ответчика о необходимости учесть степень вины работодателя в размере 40,16 %, исходя из общего стажа работы истца во вредных условиях – 25 лет 2 мес., и стажа работы истца у ответчика – 10 лет 05 месяцев, суд находит несостоятельными, поскольку доказательств тому, что истец приобрел профессиональное заболевание на иных угледобывающих предприятиях материалы дела не содержат. 

В силу ст. 98, 100 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя, понесенные истцом, что подтверждается договором на оказание юридических услуг № от 18 августа 2020 года и квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 18 августа 2020 года о получении денежных средств в размере 25000 рублей и трудовым договором № от 20 ноября 2019 года на основании которого ФИО3 исполняет обязанности ведущего юрисконсульта (л.д.20,21, 24). 

При определении суммы взыскиваемых расходов на оказание юридической помощи необходимо учитывать объем дела и его сложность, характер возникшего спора, объем оказанной правовой помощи и фактическое участие представителя стороны в судебных заседаниях, а также расценки на услуги адвокатов, сложившиеся в регионе, а также ходатайство ответчика о снижении расходов на оказание юридической помощи, и считает сумму судебных расходов в размере 15000 рублей – разумной и справедливой, с учетом степени сложности рассматриваемого дела и объема выполненных представителем работ. В остальной части заявленных требований о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд полагает необходимым отказать.

Рассматривая требования истца о взыскании расходов на оплату доверенности, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку, согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

При этом из материалов дела усматривается, что представленная истцом доверенность (л.д. 18) имеет широкий круг полномочий и может быть использована для представления интересов истца в других органах.

На основании ст. 33.19 ч.1 п.3 НК РФ, суд взыскивает с ответчика госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. 12, 56, 194-198,209 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить в части.

Взыскать с АО "Донской Антрацит" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2:

- единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 281161 (двести восемьдесят одна тысяча сто шестьдесят один) рубль 23 коп.;

- судебные расходы в размере 15000 (пятнадцать тысяч) рублей 00 коп.,

а всего 296161 (двести девяносто шесть тысяч сто шестьдесят один) рубль 23 коп.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с АО "Донской Антрацит" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через Красносулинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Е.В. Мищенко

Мотивированное решение изготовлено 20 ноября 2020 года.