К делу № 2-963/2025

УИД 23RS0021-01-2025-001403-69

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

Ст-ца Полтавская, Краснодарского края, 15 сентября 2025 г.

ул. Коммунистическая, 197

Красноармейский районный суд Краснодарского края в составе: председательствующего судьи Красулиной О.А.

при секретаре судебного заседания Лебедь А.В.,

с участием представителя ответчика ФИО10 (ранее – ФИО2) Д.А. по доверенности ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО10 (ранее – ФИО2) Д.А. о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО5 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО10 (ранее – ФИО2) Д.А. о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки. 

В обоснование исковых требований указывает, что 28 марта 2023 г. между истцом и ответчиком заключен договор дарения земельного участка, площадью 296 кв.м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: 

<

адрес>. С момента заключения договора дарения земельного участка и по настоящее время, истец ухаживает за спорным земельным участком. Из справки, выданной администрацией Марьянского сельского поселения Красноармейского района, участок, находящийся по адресу: 

<

адрес> с 2011 г. принадлежал истцу, где всю хозяйственную деятельность производит он же, с ним же заключен договор на оказание услуг по уборке территории, расположенной по вышеуказанному адресу. 

17 апреля 2023 г. между истцом и ответчиком заключен договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка в размере 1/6 доли из 5/6 долей в праве общей долевой собственности, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Ссылается на то, что после заключения вышеуказанных договоров, реальных распорядительных действий в отношении спорного имущества фактически совершено не было. Кроме того, он по настоящее время проживает в домовладении, доля которого была отчуждена по договору дарения, несет расходы по содержанию указанным имуществом, оплачивает коммунальные платежи и другие текущие расходы. Договор энергоснабжения и договор поставки газа также заключены на имя истца и на сегодняшний день не переоформлены. Доля жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, является единственным жильем истца.

В настоящее время ответчик проживает в г. Москва, что свидетельствует об отсутствии прямого интереса к спорному имуществу. Приведенные выше факты свидетельствуют о том, что обе стороны сделки на момент ее заключения не имели намерение ее исполнять. Кроме того, из оспариваемого договора дарения не следует, что за истцом после совершения сделки сохраняется право пользования жилым помещением. 

С учетом уточненных исковых требований, просит суд признать недействительным договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес> а, площадью 296 кв.м, с кадастровым номером № от ДД.ММ.ГГГГ, и договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка в части 1/6 принадлежащей ФИО5, расположенных по адресу: 

<

адрес> кадастровым номером жилого дома № и кадастровым номером земельного участка №

Применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности ФИО6 на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> а, площадью 296 кв.м, с кадастровым номером № на 1/6 долю жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером № и на 1/6 долю земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №

Признать за ФИО5 право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> а, площадью 296 кв.м, с кадастровым номером №, на 1/6 долю жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, и на 1/6 долю земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №. 

Указать, что настоящее решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости записей о прекращении права собственности ФИО6 на долю жилого дома с долей земельного участка и земельного участка, а также основанием для государственной регистрации на них права собственности ФИО5

В судебное заседание истец ФИО5, будучи надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела, о чем имеются сведения в материалах дела, не явился, о причине не явки суд не уведомил.

В судебное заседание ответчик ФИО10 (ранее – ФИО2) Д.А. не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом, направила в суд представителя.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО10 (ранее – ФИО2) Д.А. по доверенности ФИО3 настаивала на рассмотрении дела по существу, поддержала позицию, изложенную в письменных возражениях на исковое заявление. Просила в удовлетворении уточненных исковых требований отказать.

В судебное заседание представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю по доверенности ФИО7 не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом, направила в суд ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя Управления, просила принять решение на усмотрение суда.

В судебное заседание третье лицо ФИО8 не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом. 

Помимо извещений лиц, участвующих в деле, информация о дате и времени судебного заседания размещена на официальном интернет-сайте Красноармейского районного суда Краснодарского края http://krasnoarmeisk.krd.sudrf.ru/.

Частью 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В силу части 2 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами. При неисполнении процессуальных обязанностей наступают последствия, предусмотренные законодательством о гражданском судопроизводстве.

Суд принял все необходимые меры для своевременного извещения истца, его представителя о времени и месте судебного заседания. Однако, в нарушение статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец в суд не явился, представителя для представления его интересов не направил. 

Ставя реализацию процессуальных прав в зависимость от принципов разумности и добросовестности, законодатель возлагает на лиц обязанность претерпевать негативные последствия в случае нарушения данных принципов.

Суд полагает, что нежелание истца непосредственно являться в суд для участия в судебном заседании, не направления своего представителя, свидетельствует об его уклонении от участия в состязательном процессе, и не должно отражаться на правах других лиц на доступ к правосудию.

При таких обстоятельствах судом приняты достаточные меры для извещения истца и обеспечения его явки в суд.

С учетом выполнения всех предусмотренных законом требований, направленных на обеспечение реализации истцом процессуальных прав, которые судом расцениваются, как свидетельствующие о наличии правовых оснований для рассмотрения дела в отсутствие истца, извещенного по правилам части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не сообщившего об уважительности причин неявки.

Заслушав пояснения представителя ответчика, установив фактические обстоятельства дела, изучив доводы истца, возражения ответчика, исследовав и оценив представленные в дело письменные доказательства, с учетом норм материального и процессуального права, суд приходит к следующему.

Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей положения части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, определено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В развитие указанных принципов часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статья 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Как следует из статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Судом установлено, и из материалов дела следует, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО5 принадлежал на праве собственности земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 296 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, расположенный по адресу: 

<

адрес>

На основании договора дарения 5/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом от 15 марта 2016 г. ФИО5 владел 1/6 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом, назначение: жилое, площадью 176 кв.м, количество этажей 1, кадастровый №, находящийся по адресу: 

<

адрес> и 1/6 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель населенных пунктов, виды разрешенного использования: ведение личного подсобного хозяйства, площадью 603 кв.м, кадастровый №, находящийся по адресу: 

<

адрес>. 

В соответствии с условиями заключенного 28 марта 2023 г. между ФИО5 (даритель) и ФИО9 (одаряемый) договора дарения земельного участка, даритель безвозмездно передает одаряемому – своей дочери земельный участок из категории земель населенных пунктов, площадью 296 кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>

12 апреля 2023 г. Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю произведена государственная регистрация указанного выше договора дарения земельного участка и переход права собственности на земельный участок с кадастровым номером № к приобретателю – ФИО10

17 апреля 2023 г. ФИО5 по нотариальной сделке договора дарения доли жилого дома и доли земельного участка № № безвозмездно подарил своей дочери ФИО9 1/6 долю в праве общей долевой собственности, а всего 2/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок, с кадастровым номером № и жилой дом, с кадастровым номером №, расположенные по адресу: 

<

адрес>

18 апреля 2024 г. Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю произведена государственная регистрация данного договора дарения недвижимости и переход права общей долевой собственности (2/6 доли) на земельный участок, с кадастровым номером № и жилой дом с кадастровым номером, №, расположенные по адресу: 

<

адрес> одаряемой – ФИО10

Пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Так, исходя из положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Существенным условием договора дарения является безвозмездность сделки.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положениями статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки недействительной возложено на истца.

Как следует из искового заявления истец в обоснование требований о признании сделок – договоров дарения недействительным ссылается на пункты 1 и 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, утверждая, что сделка является одновременно мнимой и притворной.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» приведены разъяснения о том, что следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для виде ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из разъяснений пунктов 87, 88 того же постановления Пленума следует, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основании своих требований и возражений.

Исходя из обстоятельств дела, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими выяснению по делу, являлись вопросы об установлении действительной воли истца, о понимании истцом сущности сделки по дарению недвижимого имущества, в частности утраты истцом права собственности на спорные объекты, без какого-либо возмещения с другой стороны, существенности заблуждения относительно характера такой сделки.

Из договора дарения земельного участка от 28 марта 2023 г. и договора дарения доли жилого дома и доли земельного участка от 17 апреля 2023 г. следует, что сторонами согласованы все существенные условия сделок, выражены предмет и воля сторон, договоры дарения подписаны истцом собственноручно, следовательно, оснований полагать, что подписывая договор, истец не был ознакомлен с его содержанием, у суда не имеется, поскольку текст договора дарения является ясным, однозначным, исключает многозначное толкование.

Согласно пункту 11 договора дарения земельного участка от 28 марта 2023 г., стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой или попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях.

Согласно пункту 4.2. договора дарения доли жилого дома и доли земельного участка от 17 апреля 2023 г., нотариусом получены и проверены от сторон следующие заверения об обстоятельствах и гарантии: на момент подписания настоящего договора в дееспособности они не ограничены, по состоянию здоровья могут самостоятельно осуществлять и защищать свои права, исполнять свои обязанности, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого ими договора и обстоятельств его заключения; действуют добросовестно и разумно в отсутствие обстоятельств, вынуждающих совершить данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях.

Изложенное подтверждает, что истец понимал природу сделки и значение своих действий, то есть не заблуждался относительно дарения вышеуказанных объектов недвижимости.

На момент заключения оспариваемых договоров волеизъявление истца, выразившееся в оформлении договоров дарения, полностью соответствовало его намерению безвозмездно передать дочери ФИО9 недвижимое имущество без встречных условий.

Доводы стороны истца о том, что он заблуждался относительно существа сделки, так как из оспариваемого договора дарения не следует, что за истцом после совершения сделки сохраняется право пользования жилым помещением, не могут быть приняты во внимание, поскольку договор дарения не содержит встречного обязательства ответчика по предоставлению права проживания в спорном имуществе. К тому же, по смыслу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно мотивов сделки не имеет правового значения.

Судом достоверно установлено, что действия дарителя и одаряемого при заключении договоров дарения были направлены на достижение конкретного результата – переход права собственности на спорное имущество от ФИО5 к ФИО10 (ранее – ФИО2) Д.А.

Договор дарения земельного участка от 28 марта 2023 г. и договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка от 17 апреля 2023 г. и переход права собственности зарегистрированы в установленном законом порядке на основании заявлений сторон договора. 

Ссылка истца на то, что ответчик проживает в г. Москва, что свидетельствует с ее стороны об отсутствии заинтересованности в спорном имуществе, несостоятельна, так как закон не обязывает собственника имущества, проживать по месту нахождения такого имущества.

Представленные в материалы дела договор на оказание услуг по уборке прилегающей территории, договор энергоснабжения, справки о проживании по месту нахождения спорного имущества, выданные третьими лицами, не являются документами, подтверждающими мнимость договора.

Более того, договор на оказание услуг по уборке прилегающей территории от 1 февраля 2018 г. прекратил свое действие 31 декабря 2021 г. 

Справки о проживании и регистрации истца по месту нахождения спорного имущества, выданные третьими лицами, подтверждают лишь обязанности истца нести расходы по оплате коммунальных услуг (часть 3 статьи 31, статья 153 Жилищного кодекса Российской Федерации, пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 г. № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по плате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности»). 

При этом суд учитывает, что в подтверждение доводов о несении расходов по содержанию спорного имущества, оплате коммунальных платежей и других текущих расходов истцом в материалы дела не представлено каких-либо подтверждающих документов. 

Указанные расходы согласно представленным платежным документам несет мать ответчика ФИО10 – третье лицо ФИО8 

Доводы о том, что отчуждаемая доля жилого помещения является для истца единственным жильем и заключение договора на таких условиях не могло соответствовать интересам истца, не соответствуют действительности, поскольку как усматривается из Выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ № №, истец ФИО5 является собственником помещения, назначение: жилое, площадью 51 кв.м, расположенного по адресу: 

<

адрес>

Кроме того, законом в отношении притворных сделок предусмотрены последствия в виде применения к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

Между тем в нарушение приведенных выше норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению истец лишь формально ссылается на иную цель оспариваемой сделки. 

На момент заключения оспариваемых договоров дарения запретов и ограничений на отчуждение спорного имущества не имелось, доказательств мнимости (притворности) оспариваемых договоров дарения либо отсутствия воли сторон на исполнение сделки, а также, что оспариваемые сделки совершены с заведомой целью ее неисполнения или ненадлежащего исполнения, что договора дарения осуществлены ответчиком исключительно с намерением причинить вред истцу или по иным недобросовестным мотивам, истцом не представлено и материалы дела таковых не содержат. 

Истцом также не представлено доказательств совершения договоров дарения под влиянием заблуждения, в том смысле как это предусмотрено статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, доказательств отсутствия его воли на совершение сделок дарения земельного участка, долей жилого дома и земельного участка либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования. 

Судом установлено, и материалами дела подтверждено то, что у истца в действительности имелись намерение и желание создать соответствующие данным сделкам правовые последствия, то есть передать право собственности на спорные объекты одаряемому – своей дочери, в результате сделки наступили правовые последствия соответствующие данным сделкам и закону.

Принимая во внимание изложенное, установленные в ходе судебного разбирательства конкретные обстоятельства, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая вышеприведенные положения закона, разъяснения по их применению, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения уточненных исковых требований истца. 

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

уточненные исковые требования ФИО5 к ФИО10 (ранее – ФИО2) Д.А. о признании недействительным договора дарения земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес> а, площадью 296 кв.м, с кадастровым номером № от ДД.ММ.ГГГГ и договора дарения доли жилого дома и доли земельного участка с части 1/6 принадлежащей ФИО5, расположенных по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером жилого дома № и кадастровым номером земельного участка №; применении последствий недействительности сделок; прекращении права собственности ФИО10 (ранее – ФИО13) ФИО4 А-вы на вышеуказанные объекты недвижимости и признании за ФИО1 право собственности на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес> площадью 296 кв.м, с кадастровым номером №, на 1/6 долю жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером № и на 1/6 долю земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером № – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд путем подачи жалобы в Красноармейский районный суд Краснодарского края в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья

Красноармейского районного суда Красулина О.А.

Мотивированное решение изготовлено 23 сентября 2025 г.

Судья

Красноармейского районного суда Красулина О.А.