Дело № 2-425/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 октября 2017 года г. Анива

Анивский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Нужного И.В.

при секретаре ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО9 о взыскании неосновательного обогащения, причиненный ущерб,

установил:

19 апреля 2017 года истец обратился в суд с иском из которого следует, что ФИО2 является наследником умершей 20 декабря 2010 года ФИО4, проживавшей на момент смерти по адресу: 

<

адрес>.

При вступлении в наследство истцу стало известно, что жилое помещение, принадлежащее ФИО4 на праве собственности была продано ФИО10 по договору купли-продажи от 27 ноября 2010 года.

Указанный договор купли-продажи квартиры от 27 ноября 2010 года решением Южно-Сахалинского городского суда от 24 декабря 2012 года был признан недействительным; квартира включена в состав наследственного имущества. Истец наследовал указанную квартиру после смерти ФИО4, и на настоящее время является законным владельцем указанной квартиры.

С момента смерти ФИО4 в вышеуказанной квартире проживала и пользовалась ею ФИО11 22 ноября 2016 года во исполнение решения Южно-Сахалинского городского суда от 23 ноября 2015 года ФИО12 была выселена из квартиры, принадлежащей истцу судебными приставами.

Истец, как законный владелец имущества, которым незаконно пользовалась ФИО13 считает, что ответчик должна возместить ему полученное за его счет неосновательное обогащение, выразившееся в сбережении денежных средств как неоплаты аренды квартиры.

ФИО14 за время проживания в квартире, уборку не проводила, эксплуатировала жилое помещение в антисанитарных условиях. После выселения ФИО15 квартира требовала санитарной уборки и дезинсекции, которые были проведены истцом за свой счет. 

Также истец оплатил задолженность по коммунальным услугам за период пользования ФИО16 квартирой – ноябрь 2016 года.

Изложив указанные в заявлении обстоятельства, истец просит суд взыскать с ФИО17 сумму неосновательного обогащения в размере 

<

данные изъяты> сумму причиненного ущерба в размере 

<

данные изъяты>

15 августа 2017 года истец ФИО2 представил суду заявление об увеличении исковых требований, и окончательно просил суд взыскать с ФИО18 сумму неосновательного обогащения в размере 

<

данные изъяты>, сумму причиненного ущерба в размере 

<

данные изъяты>

В судебном заседании истец ФИО2, представитель истца ФИО7, действующий на основании доверенности, настаивали на удовлетворении уточненных исковых требований по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО19 и действующий на основании доверенности представитель ответчика ФИО8, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились. Представили суду возражения на исковое заявление, из которых следует, что закон, в частности часть 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации не предоставляет возможности сдачи гражданином в аренду жилого помещения другому гражданину, а также не устанавливает обязательного способа пользования жилым помещением гражданином только на платной основе, предусматривая и безвозмездное пользование им.

Решением Южно-Сахалинского городского суда по гражданскому делу №, вступившее в законную силу 26 марта 2013 года квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> была включена в состав наследственного имущества. Именно с этого момента у истца, при наличии определенных условий, возникает право требования у лица, которое приобрело или сберегло имущество за счет другого лица (потерпевшего), неосновательного обогащения.

Вместе с тем, решение суда по требованиям ФИО2 о выселении ответчика вступило в законную силу лишь 18 февраля 2016 года. Следовательно, лишь с этой даты, при определенных условиях, со стороны ответчика можно говорить о возникновении неосновательного обогащения.

Ответчик не раз заявляла о своем удержании квартиры в качестве меры обеспечения исполнения обязательства ФИО2 перед ней по возврату денежной суммы в размере 

<

данные изъяты> которые ей не возвращены до настоящего времени.

Также, с момента вступления решения суда о выселении ответчика из квартиры и до исполнения указанного решения, истцом не предпринимались попытки заключить соглашение о возмездном порядке пользования ответчиком жилым помещением, а также ответчик не уведомлялась истцом о намерении сдавать данную квартиру за деньги. Сам же ответчик никаких обязательств по денежной компенсации истцу за пользование квартирой на себя не брал, сделок свидетельствующих об этом не заключал. Доказательств того, что истец имел намерение сдавать квартиру в аренду или коммерческий наем и получать от этого прибыль, как и то, что проживание ответчика в квартире препятствовало сдаче квартиры в аренду или наем, истцом не представлено.

Истцом при расчете суммы неосновательного обогащения использованы данные о сдаче квартиры в аренду, то есть возмездной передачи квартиры юридическому лицу, а не гражданину в наем, и данная сумма принималась без учета того обстоятельства, что ответчик добросовестно оплачивала коммунальные услуги по содержанию занимаемой квартиры, услуги по водоснабжению, канализации и отоплению, газоснабжению, потребленную электроэнергию. Сведений о том, что в арендную плату или плату за наем эти расходы не входят, истцом не представлено.

Истец заявляет требование о взыскании арендной платы за полный месяц – ноябрь 2016 года, когда как согласно акта о выселении, составленном судебным приставом, ответчик выселена 22 ноября 2016 года.

Истцом также не представлено объективных доказательств того, что все указанные им затраты по уборке квартиры, были необходимы именно в указанном объеме и что они вообще были понесены. Нет объективных сведений о состоянии квартиры на момент выселения ответчика. Таким образом, истцом не доказана необходимость приобретения расходных материалов, а также, то обстоятельство, что все приобретенные расходные материалы им были израсходованы именно на указанные цели.

Ответчик ставит под сомнение понесенные затраты по договору от 23 ноября 2016 года, заключенного с ООО «ЮжСтройКом» по: сборке и упаковке мусора, негабаритного мусора, выносу мусора, влажной уборке помещения, дезинсекции, обработке средствами от тараканов, поскольку из выписки из ЕГРЮЛ следует, что ООО «ЮжСтройКом» нет ОКВЭДов, связанные с уборкой помещений, а следовательно эта компания не могла осуществлять указанные виды деятельности.

Ответчик признает требования истца лишь в части необходимости оплаты счета за электроэнергию и содержание жилого помещения за ноябрь 2016 года пропорционально времени, которое ответчик занимала жилое помещение по 22 ноября 2016 года включительно - в размере 

<

данные изъяты>

Ответчик ФИО20 в части доводов истца о том, что она за время проживания в квартире, содержала жилое помещение в антисанитарных условиях, пояснила, что до смерти умершей 20 декабря 2010 года ФИО4, квартира находилась в еще худшем состоянии. После смерти наследодателя она поддерживала порядок как могла. Когда её выселяли приставы, естественно, собирая в спешке вещи, она нарушила порядок в квартире, однако какой-либо необходимости истцу нанимать специальные организации для наведения порядка в квартире, не было.

Выслушав пояснения истца ФИО2, представителя истца ФИО7, ответчика ФИО21 представителя ответчика ФИО8, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно пункту 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Между тем, в силу части 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истцу на праве собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права серии 

<

адрес>, выданное Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> 01 июля 2014 года.

Решением Южно-Сахалинского городского суда от 23 ноября 2015 года по гражданскому делу № были удовлетворены исковые требования ФИО2 к ФИО22 ФИО5, последние были выселены из жилого помещения, расположенного по адресу 

<

адрес>. Решение вступило в законную силу 18 февраля 2016 года.

22 ноября 2016 года судебным приставом-исполнителем МОСП по исполнению особых исполнительных производств УФССП по 

<

адрес> составлен акт о выселении гражданки ФИО23 из жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Из статистической информации о средних потребительских ценах на услуги аренды однокомнатной квартиры у частных лиц по 

<

адрес> № АМ-67-01/748-ДР от 22 сентября 2017 года следует, что стоимость величины арендной платы составляет: в феврале 2016 года – 

<

данные изъяты>; в марте - мае 2016 года – 

<

данные изъяты>; в июне – августе 2016 года – 

<

данные изъяты>; в сентябре – ноябре 2016 года 

<

данные изъяты>. 

Учитывая, что ответчик в период времени с 18 февраля 2016 года по 22 ноября 2016 года, после вступления в законную силу решения Южно-Сахалинского городского суда от 23 ноября 2015 года, проживала в квартире истца без законных на то оснований, суд приходит к выводу о том, что ответчик сберег за счет истца сумму причитающейся платы за пользование жилым помещением, в связи с чем, в силу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации исковые требования о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежат частичному удовлетворению в размере 

<

данные изъяты> исчисленному следующим образом.

Февраль 2016 года 

<

данные изъяты> / 29 (количество дней в месяце) * 12 (количество дней проживания без законных оснований) – 

<

данные изъяты> март 2016 года – 

<

данные изъяты> апрель 2016 года – 

<

данные изъяты>; май 2016 года – 

<

данные изъяты>; июнь 2016 года – 

<

данные изъяты>; июль 

<

данные изъяты>; августа 2016 года 

<

данные изъяты>; сентябрь 2016 года – 

<

данные изъяты>; октябрь 2016 года 

<

данные изъяты>; ноябрь 2016 года (

<

данные изъяты> / 30 (количество дней в месяце) * 22 (количество дней проживания без законных оснований) = 

<

данные изъяты>., всего за период 

<

данные изъяты>

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании с ответчика суммы неосновательного обогащения за период с сентября 2014 года по 17 февраля 2016 года, суд полагает недоказанным истцом факт невозможности, в связи с действиями ответчика, заключать договора аренды квартиры с третьими лицами. Более того закон не устанавливает обязательного пользования жилым помещением только на платной основе, предусматривая и безвозмездное пользование им, в связи с чем суд не усматривает оснований для взыскания с ответчика денежных средств в виде неосновательного обогащения в размере 

<

данные изъяты>

В пункте 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Как следует из материалов дела 28 ноября 2016 года между истцом и ООО «Позитифф компании» был заключен договор на проведение работ по дератизации, дезинсекции. В пункте 2.1 настоящего договора предусмотрена общая стоимость работ в размере 

<

данные изъяты>, которая была оплачена истцом 28 ноября 2016 года, что подтверждается товарным чеком.

23 ноября 2016 года между истцом и ООО «ЮжСтройКом» был заключен договор №, предметом которого является проведение по адресу: 

<

адрес> сборки (упаковка мусора) 100 мешков по 50 литров, негабаритный мусор (объем 1,3 м2), вынос мусора, влажная уборка помещения: стены, пол, двери, откосы, окна, подоконники, кафель, ванная комната (фаянс, унитаз), холодильник, диван, шкафы (кухонный, платяной), дезинсекция, обработка средством от тараканов. В пункте 3.1 настоящего договора предусмотрена цена работ в размере 

<

данные изъяты> которая была истцом оплачена 24 ноября 2016 года, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №.

Истцом также были приобретены расходные материалы, а именно: мешок полиэтиленовый 120 л. 60 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; маска защитная на сумму 

<

данные изъяты>; белизна 4 шт. на сумму 

<

данные изъяты> перчатки резиновые 4 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; губка железная 4 шт. на сумму 

<

данные изъяты> губка посудная 4 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; ветошь 20 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; Дуст порошковая 10 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; Сиф гель 2 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; Сиф спрей 2 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; дизенфекцин 1 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; жидкое мыло 1 канистра на сумму 

<

данные изъяты>; освежитель 1 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; мешок полипропиленовый 4 шт. на сумму 

<

данные изъяты>; маска техническая 3 шт. на сумму 

<

данные изъяты> – что подтверждается товарными чеками от 23 ноября 2016 года.

Из счета № от 05 декабря 2016 года усматривается, что истцом оплачены услуги по содержанию и ремонту жилого помещения за ноябрь 2016 года в размере 

<

данные изъяты>

Из счета-извещения № от 03 декабря 2016 года усматривается, что истцом оплачены услуги по электроэнергии за ноябрь 2016 года в размере 

<

данные изъяты>

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании с ответчика убытков в виде причиненного ущерба, суд приходит к выводу, что стороной истца не было представлено доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, наличия причинно-следственной связи между проживанием ответчика в жилом помещении и необходимости проведения работ по дератизации, дезинсекции, уборке помещения, а также приобретения расходных материалов.

При таких обстоятельствах, поскольку факт наступления ущерба в виде оплаты услуг по дератизации, дезинсекции, уборке помещения, а также приобретения расходных материалов истцом не доказан, следовательно, законные основания для взыскания в пользу истца суммы в размере 

<

данные изъяты> у суда отсутствуют.

Вместе с тем, поскольку при проживании в квартире ответчик пользовался жилищными и коммунальными услугами, электроэнергией, оплату за пользование которыми за ноябрь 2016 года не произвел, суд полагает, что с ФИО24 в пользу ФИО2 подлежит взысканию сумма в размере 

<

данные изъяты> пропорционально времени проживания ответчика в квартире истца.

При подаче иска, истцом уплачена государственная пошлина в размере 

<

данные изъяты>. В соответствии с требованиями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса суд возлагает на ответчика в пользу истца расходы по уплате государственной пошлины пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в размере 

<

данные изъяты> 

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать ФИО25 в пользу ФИО2 неосновательное обогащение в размере 

<

данные изъяты>, убытки в размере 

<

данные изъяты>, государственную пошлину в размере 

<

данные изъяты>, а всего 

<

данные изъяты>

В части исковых требований о взыскании неосновательного обогащения в размере 

<

данные изъяты>, убытков в размере 

<

данные изъяты>, государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня принятия судом решения в мотивированной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 10 октября 2017 года.

Председательствующий: судья И.В. Нужный