Дело №2-819/2019 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 27.03.2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 марта 2019 года г. Мурманск

Первомайский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Шурухиной Е.В.,

при секретаре Баюрове Р.Л.,

с участием истца ФИО3 и ее представителя ФИО4,

представителя ответчика УМВД России по Мурманской области ФИО5,

представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице управления федерального казначейства по Мурманской области ФИО6,

представителя Прокуратуры Мурманской области, Прокуратуры Первомайского административного округа г. Мурманска ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации, УМВД России по Мурманской области, Прокуратуре Первомайского административного округа города Мурманска о компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с названным иском, указав в обоснование, что в связи с незаконным длительным уголовным преследованием ее супруга ФИО1, она как член семьи испытывала тяжелые нравственные и физические страдания, сопереживая за супруга в сложившейся ситуации, понимая его невиновность и несправедливость предъявляемого обвинения. С *** года супругу истца было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 146 УК РФ, *** в отношении супруга истца было вынесено судебное постановление (вступившее в законную силу ***), которым было признано незаконным уголовное преследование в отношении ФИО1, за последним признано право на реабилитацию согласно ст.ст. 133, 134 УПК РФ.

Весь этот длительный период в течение пяти лет истец испытывала наравне с супругом тяжелейшие моральные, нравственные и физические страдания, переживая и беспокоясь за него и за свою семью, поскольку в ходе уголовного расследования проводились следственные действия, в том числе обыск, в ходе которого был изъят системный блок домашнего персонального компьютера истца и ее супруга, где содержалась конфиденциальная информация личного характера.

Поскольку истец как член семьи ФИО1, с которым она состоит в зарегистрированном браке ***, совместно проживает с ним в одной квартире, ввиду незаконного уголовного преследования супруга фактически также стала жертвой злоупотребления властью правоохранительных и иных органов власти и должностных лиц, наравне с супругом переживала все тяготы, связанные с несправедливым обвинением супруга, с проведением следственных мероприятий, судебных разбирательств, истец просила суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в общем размере 2 650 000 руб., которым истец оценивает моральные страдания в связи с:

- незаконным проведением обыска в квартире семьи истца - 100000 руб.,

-в связи с распространением среди соседей информации о проведении обыска в квартире истца - 60000 руб.,

- по факту незаконного изъятия персонального компьютера на год -240000 руб.,

- за потраченное время и нервы в участии на 45 судебных заседаниях - 450000 руб.,

- за переживания и волнения от того, что по вине правоохранительных органов страдают дети истца – 300000 руб.,

- за переживания по вине органов прокуратуры – 500000 руб.,

- за ухудшение и утрату здоровья – 1000000 руб.

Также истец просила взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации понесенные судебные расходы на оплату услуг адвоката и нотариальные расходы в общей сумме 9000 руб.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО3 заявила об увеличении размера компенсации морального вреда, окончательно просила взыскать в свою пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в общем размере 2 700 000 руб., судебные расходы на оплату услуг адвоката и нотариальные расходы в общей сумме 9000 руб.

В судебном заседании ФИО3 и ее представитель ФИО1 поддержали заявленные уточненные исковые требования, настаивали на их удовлетворении по основаниям ст.ст. 133, 134 УПК РФ и приведенным в исковом заявлении доводам, поскольку весь период в течение пяти лет незаконного уголовного преследования ФИО1 истец как его супруга и близкий человек, член семьи испытывала прессинг и негативные эмоции со стороны правоохранительных органов, органов власти, должностных лиц и прокуратуры, волнение и беспокойство за супруга и свою семью ввиду незаконного обвинения ФИО1

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице управления федерального казначейства по Мурманской области ФИО6 в судебном заседании возражала против иска, полагая его не подлежащим удовлетворению, поддержала представленные письменные возражения на иск, просила в удовлетворении иска отказать, поскольку истец по смыслу положений ст.ст. 133, 134 УПК РФ не относится к числу лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда в результате незаконного уголовного преследования ее супруга, к истцу не применялось каких-либо мер процессуального принуждения в ходе незаконного уголовного преследования ее супруга, доказательств обратного не представлено, также не представлено доказательств причинной связи и ухудшения состояния здоровья истца ввиду действий правоохранительных и иных государственных органов в период незаконного уголовного преследования супруга истца. 

Представитель ответчика УМВД России по Мурманской области ФИО5 также полагала иск не подлежащим удовлетворению, поддержала позицию ответчика Министерства финансов Российской Федерации.

Представитель Прокуратуры Мурманской области, Прокуратуры Первомайского административного округа г. Мурманска ФИО7 полагал его не подлежащим удовлетворению, поскольку истец по смыслу положений ст.ст. 133, 134 УПК РФ не относится к числу лиц, имеющих право на компенсацию морального вреда в результате незаконного уголовного преследования ее супруга, к истцу не применялось каких-либо мер процессуального принуждения в ходе незаконного уголовного преследования ее супруга.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, материалы по жалобам ФИО1 в порядке ст. 125 УПК РФ, материалы гражданского дела №*** по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, УМВД России по Мурманской области, Прокуратуре Мурманской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения дела, *** ОВД СЧ СУ при УВД по Мурманской области было возбуждено уголовное дело №*** в отношении неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 146 УК РФ.

*** произведен обыск в квартире супруга истца ФИО1, изъят системный блок персонального компьютера, получен ФИО1 ***.

ФИО1 в соответствии со ст. 91 УПК РФ не задерживался. *** в отношении супруга истца ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до окончания предварительного расследования, в этот же день ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого, с разъяснением ст. 46 УПК РФ. 

*** отменена ФИО1 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная ***, поскольку обвинение не было предъявлено. 

*** ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 146 УК РФ и избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до окончания предварительного расследования.

*** уголовное дело в отношении ФИО1 было прекращено на основании ч. 2 ст. 24 УПК РФ.

*** жалоба ФИО1 на постановление старшего следователя по ОВД СЧ СУ УМВД России по Мурманской области от *** о прекращении уголовного дела удовлетворена. Признано незаконным постановление старшего следователя по ОВД СЧ УМВД России по Мурманской области ФИО2 от *** о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 24 УПК РФ. В соответствие со ст. ст. 133, 134 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию, разъяснено ему, что в соответствие со ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Также установлено, что решением *** районного суда *** от ***, оставленным без изменения апелляционным определением Мурманского областного суда от ***) частично удовлетворен иск ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, УМВД России по Мурманской области, Прокуратуре Мурманской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования.

Вышеуказанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Первомайского районного суда города Мурманска от *** по гражданскому делу №*** по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, УМВД России по Мурманской области, Прокуратуре Мурманской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, и в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ являются обязательными для суда.

Также установлено, что в отношении истца ФИО3 не применялось мер процессуального принуждения в виде задержания, избрания меры пресечения, а также иных мер процессуального принуждения, предусмотренных ст. 111 УПК РФ, в ходе производства по уголовному делу в отношении ее супруга. Данное обстоятельство не отрицалось, не опровергалось, и было подтверждено самим истцом ФИО3 и ее представителем ФИО1 в ходе рассмотрения настоящего дела.

В силу статьи 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно части 34 статьи 5 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, реабилитацией является порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Согласно статье 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с положениями статей 133, 135 и 138 УПК РФ и пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке.

Как следует из части 2 статьи 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3).

Верховный Суд Российской Федерации в п. 8 Постановления Пленума «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» № 10 от 20 декабря 1994 года дал разъяснения о том, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Право на возмещение вреда в порядке реабилитации имеют только участники уголовного судопроизводства, уголовное преследование которых прекращено по реабилитирующим основаниям (ст. 27 УПК РФ, вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования), либо незаконно подвергнутые принудительным мерам медицинского характера, а равно иные лица, незаконно подвергнутые мерам процессуального принуждения.

Таким образом, перечень лиц, имеющих право на реабилитацию, является определенным и не подлежащим расширительному толкованию.

Как установлено судом, подтверждено стороной истца, в отношении ФИО3 не применялось мер процессуального принуждения в виде задержания, избрания меры пресечения, а также иных мер процессуального принуждения, предусмотренных ст. 111 УПК РФ, в ходе производства по уголовному делу.

Также судом установлено, что своим правом на реабилитацию ФИО1 воспользовался, в связи с незаконным уголовным преследованием в его пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны РФ взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 200 000 руб.

При таких обстоятельствах, по смыслу вышеприведенных положений истец ФИО3 не является лицом имеющим право на компенсацию морального вреда в порядке, определенном ч. 3 ст. 133 УПК РФ.

Истец обосновывала свои требования ссылками на положения ч. 5 ст. 133 УПК РФ и п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве».

По смыслу закона, лица, не имеющие права на реабилитацию и на возмещение вреда на основании ч. 3 ст. 133 УПК РФ, в случае причинения им вреда дознавателем, следователем, прокурором или судом в соответствии с ч. 5 ст. 133 УПК РФ имеют право на его возмещение в порядке гражданского судопроизводства (например, в случае причинения вреда при проведении оперативно-розыскных мероприятий до возбуждения уголовного дела; в случае причинения вреда лицам, к которым при производстве по уголовному делу непосредственно меры процессуального принуждения не применялись) (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве").

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В соответствии с пунктами 1 и 2 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 данного Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, в силу указанных выше положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред подлежит компенсации, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему личные нематериальные блага.

Однако в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ истцом не было представлено достоверных и допустимых доказательств, в подтверждении ее доводов о причинении ей морального вреда в результате виновных действий ответчиков.

Ссылки истца на ухудшение ее состояния здоровья, возникновение ишемической болезни сердца и учащения посещения врачей в связи с незаконным уголовным преследованием ее супруга, объективно бесспорными доказательствами не подтверждены. Из представленных истцом и исследованных судом медицинских документов, в том числе медицинской карты истца (оригинал которой представлялся на обозрение суду) не усматривается причинно-следственной связи между наличием возникающих у истца заболеваний, в том числе: остеохандроза шейно-грудного отдела, бронхита, острого трахиобранхита, ОРВИ и уголовным преследованием супруга истца (л.д. 21-23).

Доказательств возникновения ишемической болезни сердца ввиду наличия уголовного преследования супруга и виновных действий ответчиков суду в порядке ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено.

Судом в ходе рассмотрения дела были проверены все основания заявленных истцом требований, дающие, по мнению истца, право на взыскание с ответчиков компенсации морального вреда.

Между тем, по мнению суда, оценившего имеющиеся доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, истцом не представлено бесспорных, объективных, достоверных и допустимых доказательств в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ в подтверждение ее доводов о причинении ей морального вреда в результате виновных действий ответчиков, равно как не представлено согласно положениям ст. 56, 71 ГПК РФ доказательств утраты и невозможности продолжать активную общественную жизнь, потери работы, раскрытия семейной, врачебной тайны, распространением порочащих истца сведений, временного ограничения или лишения истца каких-либо прав именно по вине ответчиков ввиду незаконного уголовного преследования супруга истца.

При таком положении суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации, УМВД России по Мурманской области, Прокуратуре Первомайского административного округа города Мурманска о компенсации морального вреда - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Первомайский районный суд г. Мурманска в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Е.В. Шурухина