Дело № 1-20/2017 

П Р И Г О В О Р

 Именем Российской Федерации 

город Северодвинск 17 октября 2017 года

Судья Северодвинского городского суда Архангельской области Сенчуков А.С. 

при секретарях Максимовой Ю.С., Максимовой Т.А., Савицкой Н.М., Болотниковой О.В., Сабировой Р.М.,

с участием государственных обвинителей - помощников прокурора г.Северодвинска Башлачева Д.С., ФИО1, ФИО2,

подсудимых ФИО3, ФИО4,

защитников адвокатов Чертова А.А., Балабановой В.Ю., Казарина Э.Н., Игнатьева С.В., Жлобицкого А.В., Плетенецкого А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО3, 

<

данные изъяты> 

- судимого Северодвинским городским судом Архангельской области 20 марта 2012 г. по ч.1 ст.162 УК РФ, ч.1 ст.166 УК РФ, ч.3 ст.69 УК РФ к лишению свободы на срок 4 года, постановлением Плесецкого районного суда Архангельской области от 14 октября 2014 г. освобожден условно-досрочно на срок 1 год 3 месяца 23 дня,

- осужденного мировым судьей судебного участка №5 Северодвинского судебного района Архангельской области 22 октября 2015 г. по ч.3 ст.327 УК РФ к накаазнию в виде исправительных работ на срок 6 месяцев, с удержанием из зарплаты 10% в доход государства, на основании п. «б» ч.7 ст.79 УК РФ условно-досрочное освобождение по приговору Северодвинского городского суда от 20 марта 2012 г. отменено, на основании ст.70, п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединена неотбытая часть наказания по приговору Северодвинского городского суда Архангельской области от 20 марта 2012 г. и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 4 мес., срок наказания исчислен с 22 октября 2015 г., 

содержащегося под стражей по данному делу с 8 июля 2015 года, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, 

Бариновой (в связи с заключением брака ДД.ММ.ГГГГ изменила фамилию с Головач на Баринову) Марии Владимировны, 

<

данные изъяты>, несудимой,

содержащейся под стражей с 30 июля 2015 года, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, преступления, предусмотренного п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, преступления, предусмотренного ч.1 ст.228 УК РФ, преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО3 и ФИО4, каждый, виновны в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Кроме того, ФИО4 виновна в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном в крупном размере, и в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств, совершенных в крупном размере.

Преступления совершены ими при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО3 и ФИО4, имея прямой умысел на незаконный сбыт наркотических средств, действуя из корыстных побуждений, в апреле 2015 года вступили в г.Северодвинске друг с другом в преступный сговор с целью совместного незаконного сбыта наркотических средств, договорившись о том, что ФИО3 и ФИО4 в сети Интернет будут приобретать наркотические средства, оплачивать их безналичными денежными переводами в системе электронных платежей «QIWI», забирать данные наркотики из тайников, хранить их у как у ФИО3, так и у ФИО5 (Головач), совместно подыскивать покупателей наркотиков, которым совместно его сбывать, денежные средства, полученные от покупателей, делить между собой и тратить их на свои нужды, а также на приобретение новых партий наркотиков.

Таким образом, ФИО3 и ФИО4 достигли согласия друг с другом по вышеперечисленным условиям их совместной преступной деятельности, взаимно одобрили их, тем самым вступили друг с другом в преступный сговор с целью совместного незаконного сбыта наркотических средств. 

ФИО4, действуя в рамках достигнутой с ФИО3 договоренности, 08 июля 2015 г. около 15 часов в комнате ..... 

<

адрес> в 

<

адрес> при помощи своего мобильного телефона в сети «Интернет» произвела у неустановленного лица заказ наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производного наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид в количестве 0,59 грамма, то есть в крупном размере, и в этот же день около 16 часов извлекла из тайника, расположенного возле скамейки, находящейся у подъезда ..... 

<

адрес> в 

<

адрес>, то есть незаконно приобрела с целью последующего совместного с ФИО3 незаконного сбыта. 

08 июля 2015 года около 16 часов 30 минут в 

<

адрес> ФИО3, действуя в рамках достигнутой с ФИО5 (Головач) договоренности, в ходе телефонного разговора с другим лицом, договорился о продаже последнему наркотического средства. Реализуя совместный с ФИО4 преступный умысел, ФИО3 08 июля 2015 г. около 16 часов 35 минут приехал к дому ФИО4 по 

<

адрес>, где забрал у последней вышеуказанное наркотическое средство в количестве 0,59 грамм для незаконного сбыта другому лицу и в тот же день, 08 июля 2015 г. около 16 часов 50 минут у 

<

адрес> в 

<

адрес> встретился с другим лицом с целью незаконного сбыта ему данного наркотического средства, однако довести свои противоправные действия на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере другому лицу они (ФИО3 и ФИО5 (Головач) до конца не смогли по независящим от них обстоятельствам, так как 08 июля 2015 г. около 17 часов у 

<

адрес> в 

<

адрес> ФИО3 был задержан сотрудниками службы наркоконтроля, а наркотическое средство N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид в количестве 0,59 грамма, то есть в крупном размере, которое ФИО3 должен был совместно с ФИО4 незаконно сбыть другому лицу, было изъято у ФИО3 в период с 18 часов 00 минут до 18 часов 26 минут 08 июля 2015 г. в ходе его (ФИО3) личного досмотра.

Кроме того, ФИО4, имея прямой умысел на незаконный сбыт наркотических средств, действуя из корыстных побуждений, 07 июля 2015 г. около 20 часов 20 минут у 

<

адрес> в 

<

адрес> незаконно сбыла за 500 рублей Свидетель №2 наркотическое средство N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид в количестве 0,64 грамма, то есть в крупном размере.

Также ФИО4, имея прямой умысел на незаконное приобретение без цели сбыта наркотических средств, 30 июля 2015 г. около 05 часов в г.Северодвинске при помощи своего мобильного телефона в сети «Интернет» произвела у неустановленного лица заказ наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид в количестве 1,71 грамма, то есть в крупном размере, которое в тот же день 30 июля 2015 г. около 06 часов извлекла из тайника, расположенного во дворе 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес>, тем самым незаконно приобрела его без цели сбыта.

ФИО4, продолжая свои противоправные действия, имея прямой умысел на незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств, разделила вышеуказанное наркотическое средство на две части, одну из которых в количестве 1,22 грамма поместила в свою кожаную сумку, а вторую часть в количестве 0,49 грамм - в левый карман своей куртки, где незаконно хранила без цели сбыта данные наркотические средства в крупном размере до момента задержания, т.е. до 15 часов 30 минут 30 июля 2015 г.

30 июля 2015 г. около 15 часов 30 минут у 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес> ФИО4 была задержана сотрудниками службы наркоконтроля, а вышеуказанные наркотические средства в крупном размере, незаконно приобретенные и хранимые ею (ФИО5 (Головач), были изъяты у нее в ходе личного досмотра.

ФИО3 вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, ФИО4 – признала в полном объеме.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании показал, что является потребителем наркотических средств, оперативно-розыскные мероприятия в отношении него были инициированы Свидетель №7 из-за конфликта на школьной дискотеке в 1989 году, наркотические средства были подброшены ему (ФИО3) сотрудником наркоконтроля Свидетель №13 Сбытом наркотиков никогда не занимался, иногда возил Головач в режиме такси. Головач оговаривает его по личным причинам, так как они (ФИО3 и Головач) поддерживали близкие отношения, а затем расстались, а также под воздействием Свидетель №7, который испытывает к нему (ФИО3) давнюю неприязнь. 08 июля 2015 г. подъехал к Головач, чтобы та вынесла курительную смесь для личного потребления. С Свидетель №1 хотел встретиться, так как тот занимался продажей газа для автомобиля, думал, что купит у него газа на 1000 рублей, о наркотиках не договаривался. Поскольку полагал, что его (ФИО3) привлекут только к административной ответственности, то оговорил себя. Так как являлся потребителем наркотиков, то два раза направлял знакомых к Головач за наркотиками, желая просто помочь им.

Показания ФИО3, что наркотическое средство ему подкинули, подсудимая ФИО5 (Головач) оговорила его, а сам он наркотические средства не сбывал, а только употреблял, проверены судом тщательным образом и не нашли своего подтверждения, они противоречат всем исследованным судом доказательствам, в этой связи суд признает их противоречащими фактическим обстоятельствам дела, расценивает их как выбранную тактику защиты, направленную на избежание ответственности за содеянное, и отклоняет их как недостоверные.

Подсудимая ФИО4 на основании ст.51 Конституции РФ от дачи показаний в судебном заседании отказалась. Из оглашенных в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показаний обвиняемой ФИО4 в ходе предварительного следствия (том 2 л.д.17-19,29-31,38-40) следует, что она (ФИО5 (Головач) является потребителем наркотических средств. В 2011 г. познакомилась с ФИО3, который сбывал и употреблял наркотики. В 2015 году договорилась с ФИО3 о совместном сбыте наркотиков различным лицам, а получаемую от продажи наркотиков прибыль делить поровну между собой. С мая 2015 года они (ФИО3 и ФИО5 (Головач) начали заниматься совместным сбытом наркотиков. ФИО3 заказывал мелкооптовые партии наркотика через Интернет-магазины, производил их оплату через систему электронных платежей «QIWI», забирал наркотики из тайников-«закладок», часть приобретенных наркотиков ФИО3 употреблял лично, часть сбывал сам, а часть передавал ей (ФИО5 (Головач) для последующего сбыта. Она (ФИО5 (Головач) сама также употребляла часть наркотиков, передаваемых ей ФИО3, но большую часть сбывала, прибыль от реализации наркотиков они (ФИО3 и ФИО5 (Головач) делили пополам. 

07 июля 2015 года около 19 часов ей (ФИО5 (Головач) на сотовый телефон позвонил Свидетель №2 и сказал, что хотел бы приобрести у нее курительную смесь на 500 рублей, на что она предложила тому пройти к 

<

адрес>, где она и продала за указанную сумму сверток с наркотиком – курительной смесью. Данную смесь она (ФИО5 (Головач) извлекла из «закладки» у 

<

адрес>.

08 июля 2015 года около 17 часов ей (ФИО5 (Головач) позвонил ФИО3 и поинтересовался, осталась ли у нее «зеленка», имея ввиду курительную смесь. Она ответила утвердительно. Тогда ФИО3 сказал, что скоро подъедет к ней и попросил вынести ему курительную смесь в количестве «на рубль» (т.е. на 1 000 рублей), так как он нашел покупателя на данный наркотик. Она (ФИО5 (Головач) сказала ФИО3, что «зеленки» у нее осталось меньше, чем «на рубль», тогда тот ответил, чтобы она вынесла и передала ему весь остаток. Через несколько минут он (ФИО3) подъехал к ее дому и перезвонил. Она была чем-то занята, поэтому вынести курительную смесь ФИО3 попросила ФИО51 ФИО8, который в тот момент находился с ней в комнате. Она (ФИО5 (Головач) передала ФИО52 курительную смесь в пакетике, которую тот передал ФИО3. Она (ФИО5 (Головач) была задержана около 20 часов в тот же день сотрудниками наркоконтроля. В ходе личного досмотра у нее была изъята небольшая часть от наркотика, который она ранее извлекла из «закладки» у 

<

адрес> и часть которого сбыла Свидетель №2 накануне.

30 июля 2015 года около 05 часов утра в 

<

адрес> в Интернет-магазине «

<

данные изъяты>» при помощи своего телефона она (ФИО5 (Головач) также заказала наркотическое средство «соль» в количестве 0,5 грамма. Около 05 часов 20 минут пришел ответ, что «закладка» с наркотиком находится у 

<

адрес> часов в тот же день из указанного тайника извлекла наркотик «соль», к которому в качестве бонуса прилагалось еще 1,5 грамма курительной смеси. «Соль» употребила, а курительную смесь оставила при себе, чтобы употребить позже. Около 15 часов в тот же день ее задержали сотрудники наркоконтроля и в ходе личного досмотра изъяли данную курительную смесь.

Аналогичные обстоятельства по событиям 07-08 июля 2015 г. изложены ФИО5 (Головач) и в протоколе явки с повинной (т.1 л.д.50-52)

В судебном заседании подсудимая ФИО5 (Головач) оглашенные показания и явку с повинной, данные ею на предварительном следствии, подтвердила в полном объеме.

Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при допросах ФИО5 (Головач) в ходе предварительного следствия не установлено, показания в качестве обвиняемой были даны ею в присутствии адвоката, при допросах, а также явке с повинной ст.51 Конституции РФ разъяснялась, данные показания в судебном заседании подтверждены, они последовательны, подробны, в деталях согласуются между собой, подтверждаются другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, причин для самооговора подсудимой и оговора ФИО3 не установлено. При этом, оценивая показания ФИО5 (Головач), суд учитывает и то обстоятельство, что ранее подсудимые поддерживали близкие отношения, а также то обстоятельство, что, изобличая ФИО3 в совершении инкриминируемого тому преступления, она одновременно с этим изобличает и себя. В этой связи показания ФИО5 (Головач) и сведения, изложенные ею в явке с повинной, суд признает соответствующими действительности и наряду с другими доказательствами берет за основу обвинения подсудимых. 

Виновность ФИО3 и ФИО4 в совершении указанных преступлений подтверждается также иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

По обвинению ФИО3 и ФИО4 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере:

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показал, что среди его знакомых есть ФИО3, которому он (Свидетель №1) позвонил, узнать может ли тот продать ему наркотическое средство – гашиш, встретились у магазина «Южный», где их (Свидетель №1 и ФИО3) задержали сотрудники наркоконтроля. На вопросы участников процесса свидетель Свидетель №1 пояснил, что его интересовал только «натуральный наркотик», такой как гашиш, а не синтетические вещества («соли», «миксы»). После исследования стенограммы телефонных переговоров между ФИО3 и Свидетель №1 от 08 июля 2015 г. (том 1 л.д.140-142), последний пояснил, что в этом разговоре условными фразами договорился с ФИО3 встретиться по поводу возможного приобретения наркотического средства марихуаны или гашиша на 1000 рублей, что означает «рубас денег».

Аналогичные показания свидетель Свидетель №1 дал и в ходе первого судебного разбирательства (том 3 л.д.56-59).

Вместе с тем, из оглашенных, в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1 в ходе предварительного следствия (том 1 л.д.144-145) следует, что в 2015 г. он познакомился с ФИО3 (Николай по кличке «Плюс»), от которого узнал, что к нему можно обратиться за наркотическим средством «миксы» по цене 1000 рублей за 1 грамм. Они (ФИО3 и Свидетель №1) обменялись номерами телефонов. 08 июля 2015 г. около 16 час. 30 мин. он (Свидетель №1) обратился к ФИО3 и спросил, можно ли приобрести у него «миксы» на 1000 рублей. Из ответа того понял, что «миксы» у него есть и он (ФИО3) продаст их. Он (Свидетель №1) сообщил, что находится у гипермаркета «Южный». Примерно через 10-15 минут ФИО3 подъехал в указанное место на своем автомобиле «ВАЗ-2110». Он (Свидетель №1) сел к ФИО3 в машину и их задержали сотрудники наркоконтроля. В отделе наркоконтроля в ходе личного досмотра у него (Свидетель №1) были обнаружены 1 100 рублей, 1 000 рублей из которых он должен был передать ФИО3.

В судебном заседании Свидетель №1 противоречиво выразил свое отношение к показаниям, данным им в ходе предварительного следствия. Первоначально пояснил суду, что в ходе следствия дал правдивые показания, затем уточнил их, что намеривался купить не «миксы», а другое наркотическое средство. При этом, показал, что в ходе допроса следователь записывал текст с его (Свидетель №1) слов, по окончании допроса он (Свидетель №1) просмотрел протокол и, убедившись, что в него занесено все верно, подписал его. Объясняя противоречия в показаниях, данных в ходе расследования дела, и в суде, Свидетель №1 пояснил, что, возможно, недостаточно внимательно прочитал протокол своего допроса.

Анализируя различные показания Свидетель №1 во взаимосвязи с другими доказательствами, суд не доверяет показаниям последнего в ходе судебного разбирательства в той части, что он (Свидетель №1) намеревался купить у Плюснина наркотик марихуну, а не «миксы». Каких-либо заявлений и замечаний при допросе, а также по его окончании от Свидетель №1 не поступало, нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при допросе в ходе предварительного следствия не установлено, статья 51 Конституции РФ, а также иные права, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, ему разъяснялись. Показания Свидетель №1 в суде являются непоследовательными и опровергаются совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств. В связи с вышеизложенным суд берет за основу показания, данные Свидетель №1 в ходе предварительного следствия, т.к. они в деталях соответствуют показаниям других свидетелей, обвиняемой ФИО4, а также нашли подтверждение в собранных по делу объективных данных (протоколе личного досмотра ФИО3, заключениях экспертов, стенограмме телефонных переговоров ФИО3 с ФИО5 (Головач) и Свидетель №1 и т.д., протоколе осмотра диска), логичны, непротиворечивы, оснований для оговора ФИО3 в части вида наркотического средства, который он (Свидетель №1) намеревался приобрести у ФИО3, не установлено.

Из показаний свидетеля ФИО16, исследованных судом в порядке п.1 ч.2 ст.281 УПК РФ, следует, что в июле 2015 года совместно проживал с ФИО7 в комнате ..... 

<

адрес> в 

<

адрес>. Во время совместного проживания он (Воробьев) увидел, что Головач систематически созванивалась с ФИО3, с которым они оговаривали вопросы, связанные со сбытом и употреблением наркотиков-курительных смесей. 08 июля 2015 года около 16 часов Головач и ФИО3 созвонились, из разговора он понял, что ФИО3 должен подъехать к их дому. Головач что-то положила в пустую пачку из-под сигарет и попросила его (ФИО53), чтобы он спустился на улицу и передал ФИО3 эту пачку. Спустившись на улицу, возле подъезда он (ФИО54) увидел машину «ВАЗ-2110», ....., из которой вышел ФИО3. Он (ФИО55) передал тому пачку сигарет с содержимым, которую ему отдала Головач. ФИО3 забрал эту пачку и сразу уехал (том 1 л.д.146-147, том 2 л.д.221).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №3, супруги подсудимого, данных ею в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (показания в томе 1 на л.д.150-151 и томе 3 на л.д.4-6 оглашены в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ) Свидетель №3 в марте 2015 г. арендовал автомобиль «ВАЗ-2110», г.н.966. Замечала, что ФИО3 причастен к употреблению наркотиков.

Из показаний свидетеля Свидетель №5, оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что в феврале 2015 г. свой автомобиль «ВАЗ-2110» г.р.з. ....., сдавал в аренду ФИО3 09 июля 2015 г. супруга ФИО3 сообщила, что последний не сможет больше арендовать данный автомобиль, т.к. задержан (том 1 л.д.152-153).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №4, данных им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (показания в томе 1 на л.д.154-155 и в томе 3 на л.д.53-56 оглашены в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, после чего свидетель подтвердил их) следует, что среди его знакомых есть ФИО3 по кличке «Плюс», который употребляет и сбывает наркотические средства. Они (ФИО3 и Свидетель №4) обменялись номерами телефонов на тот случай, если ему (Свидетель №4) нужно будет наркотическое средство «соль». Начиная с февраля 2015 г он (Свидетель №4) несколько раз приобретал у ФИО3 «соль», деньги за них переводил на «Киви-кошелек», номера которых сообщал ФИО3. В один из дней, 27 июня 2015 г. он (Свидетель №4) договаривался о продаже наркотика с ФИО3, который назначил место встречи, а к нему подошла от ФИО3 девушка, которая непосредственно и передала наркотик.

Из показаний свидетеля Свидетель №7, сотрудника службы наркоконтроля, данных им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (показания в томе 1 на л.д.156-161 и в томе 3 на л.д.9-10 оглашены в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, после чего свидетель подтвердил их в полном объеме) следует, что в мае 2015 года к нему поступила оперативная информация о причастности ФИО3 и ФИО7 к незаконному обороту наркотических средств. В ходе проверки данная информация подтвердилась, ДД.ММ.ГГГГ при встрече ФИО3 с покупателем наркотических средств Свидетель №1 ФИО3 был задержан, в ходе личного досмотра у него было обнаружено и изъято наркотическое средство в количестве 0,59 грамма, которое он не успел передать Свидетель №1. В этот же день была задержана ФИО7, у которой при себе также было изъято наркотическое средство.

В соответствии с постановлением начальника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, в распоряжение следователя и суда были переданы результаты оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО3 и ФИО7 (том 1 л.д.31-32).

Из протокола личного досмотра ФИО3 следует, что 08 июля 2015 г. в период с 18 часов 00 минут до 18 часов 26 минут в присутствии понятых Свидетель №10 и Свидетель №11 проведен личный досмотр ФИО3, который перед началом досмотра заявил, что в правом наружном кармане его шорт, в сигаретной пачке, возможно, находятся наркотики. В ходе личного досмотра ФИО3 в правом наружном кармане его шорт обнаружена и изъята пачка из-под сигарет «KENT», внутри которой находится пакет из полимерного материала с веществом растительного происхождения желто-зеленого цвета. Из этого же кармана изъят медицинский шприц с иглой в колпачке со следами жидкого вещества. Из внутреннего кармана наплечной сумки изъяты три медицинских шприца с иглами в колпачке со следами жидкого вещества и металлическая ложка, завернутая в пакет из полимерного материала. По поводу обнаруженного и изъятого ФИО3 заявил, что все принадлежит ему (том 1 л.д.38).

Согласно справке об исследовании №317 (том 1 л.д.40) и заключению эксперта №740 (том 1 л.д.86-91) вещество, изъятое у ФИО3, содержит N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид и является наркотическим средством массой 0,59 г.; на внутренней поверхности четырех шприцев и ложки, изъятых у ФИО3, выявлены следы 2-пирролидиновалерофенона (PVP) – производного наркотического средства N-метилэфедрон в малом количестве.

Вопреки позиции ФИО3, сомнений в допустимости данных справки об исследовании и заключения эксперта как доказательств, у суда не имеется. Вещество поступило на исследование в опечатанном виде, объекты после первоначального исследования прошли повторное исследование в ходе химической судебной экспертизы, их выводы противоречий не имеют, исследования проведены компетентными специалистами, привлеченными к уголовному судопроизводству в установленном законом порядке.

По ходатайству защиты суд допросил Свидетель №10 и Свидетель №11 – лиц, участвующих в ходе личного досмотра ФИО3 в качестве понятых.

Свидетель Свидетель №10, учащийся медицинского колледжа, пояснил суду, что в 2015 г. полгода работал в частном охранном предприятии «Титан-Щит» и был привлечен в качестве понятого при проведении личного досмотра двух граждан, в т.ч. подсудимого ФИО3 Свидетель №10 подтвердил ход и результаты личного досмотра, а также подлинность своих подписей в протоколе личного досмотра ФИО3 Участие в качестве понятого никаким образом не оплачивалось, какой-либо заинтересованности в результатах его проведения у Свидетель №10 не имелось. 

Свидетель Свидетель №11, слесарь-монтажник цеха ..... АО «ПО «Севмашпредприятие», пояснил суду, что в 2015 г., когда он (Свидетель №11) шел по улице, возвращаясь с работы, сотрудник наркоконтроля попросил его принять участие в качестве понятого. Свидетель №11 подтвердил ход и результаты личного досмотра, а также подлинность своих подписей в протоколе личного досмотра ФИО3 Какой-либо личной заинтересованности в исходе указанного мероприятия не имел.

Из протокола личного досмотра ФИО7 от 08 июля 2015 г. следует, что у ФИО7 из заднего правого кармана брюк изъяты микрочастицы различных цветов (том 1 л.д.41)

Согласно справке об исследовании №318 (том 1 л.д.43) и заключению эксперта №741 (том 1 л.д.91-94) вещество растительного происхождения, изъятое 8 июля 2015 г. в ходе личного досмотра ФИО7, содержит в своем составе N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид массой 0,24 г. 

Наркотические средства и их первичные упаковки, в т.ч. пачка из-под сигарет «Кент» и пакеты из полимерного материала, изъятые в ходе личных досмотров ФИО3 и ФИО4, а также четыре шприца и ложка со следами наркотического средства, изъятые у ФИО3, осмотрены в ходе предварительного следствия и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (том 1 л.д.105-112).

По ходатайству защиты указанные вещественные доказательства осмотрены непосредственно в судебном заседании, результаты осмотра в полном объеме соответствуют содержанию протокола осмотра в томе 1 на л.д.105-112.

Довод защиты ФИО3 о том, что указанный протокол является недопустимым доказательством, поскольку один его лист на л.д.107 в томе 1 не содержит подписей понятых суд находит несостоятельным, поскольку уголовно-процессуальный закон не предъявляет к протоколам следственных действий обязательного требования подписания понятыми каждого листа. Протокол подписан понятыми в соответствии с положениями ст.156 УПК РФ, помимо этого в судебном заседании непосредственно осмотрены вещественные доказательства, достоверность сведений в протоколе осмотра подтверждена.

Согласно стенограммам телефонных переговоров ФИО3 и ФИО7, осуществляемых ими в период с 21 июня 2015 г. по 08 июля 2015 г. с мобильных телефонов, видно, что переговоры они производили как между собой, так и с иными лицами, в том числе из числа приобретателей наркотических средств, решая различные вопросы, связанные с передачей наркотических средств и оплатой за них, используя при этом зашифрованные, заранее обусловленные слова. 

Из стенограммы разговора ФИО3 и Свидетель №1 от 08 июля 2015 г. в 16 час. 28 мин. и в 16 час. 42 мин., следует, что указанные лица договариваются о встрече. Свидетель Свидетель №1 пояснил суду, что в ходе данных телефонных разговоров договаривался с ФИО3 о приобретении у последнего наркотического средства.

Из стенограммы разговоров ФИО3 и ФИО7 от 08 июля 2015 г. в 16 час. 28 мин. и в 16 час. 30 мин., следует, что ФИО3 интересуется у Головач, осталась ли у той «зеленка» на рубас», Головач отвечает, что «Вороба» вынесет все, что осталось».

Подсудимая ФИО7 в судебном заседании подтвердила содержание данных разговоров с ФИО3

Конституционное право на тайну телефонных переговоров ФИО3 и ФИО7 было ограничено судом в соответствии с требованиями закона, сведения, полученные в ходе проведения данных оперативно-розыскных мероприятий, рассекречены и переданы в распоряжение следователя и суда в установленном законом порядке в соответствии с постановлением начальника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. 

Компьютерный диск, содержащий файлы с данными телефонными переговорами, осмотрен и приобщен к делу в качестве вещественного доказательства (том 1 л.д.133-143).

По ходатайству защиты диск, содержащий файлы с указанными телефонными переговорами, непосредственно осмотрен и прослушан в судебном заседании, результаты осмотра и прослушивания в полном объеме соответствуют содержанию протокола осмотра в томе 1 на л.д.133-143. В этой связи суд отклоняет довод ФИО3, что стенограмма телефонных переговоров сфальсифицирована следователем.

По ходатайству защиты судом были допрошены ФИО18 и ФИО19 – лица, принимавшие участие в ходе осмотра вышеуказанного диска, содержащего файлы с телефонными переговорами подсудимых. 

Свидетель ФИО19 пояснил суду, что с марта 2015 г. находится на пенсии, ранее проходил службу в органах наркоконтроля. Следователь ФИО20 попросил принять участие в качестве понятого при осмотре вещественных доказательств – диска, содержащего телефонные переговоры, а также наркотических средств и шприцев. Поскольку личной заинтересованности в деле, а также отношения к органам власти не имел и было свободное время, то согласился. В суде ФИО19 подтвердил ход и результаты данных следственных действий, а также подлинность своих подписей в протоколах осмотров.

Свидетель ФИО18, военнослужащий, пояснил суду, что на улице к нему обратились сотрудники наркоконтроля с просьбой принять участие в качестве понятого при осмотре вещественных доказательств. Он согласился, и дважды принимал участие в данных следственных действиях. В суде ФИО18 подтвердил ход и результаты данных следственных действий, а также подлинность своих подписей в протоколах осмотров. Какой-либо личной заинтересованности в проведении данных мероприятий не имел.

Принимавшие участие в проведении доследственных мероприятий и следственных действиях в качестве понятых гр-не: Свидетель №10, Свидетель №11, ФИО18, ФИО19 не относятся к категории лиц, которым ч.2 ст.60 УПК РФ запрещает принимать участие в деле в качестве понятых. Данные лица не являются участниками уголовного судопроизводства и их близкими родственниками, не являются представителями власти, наделенными правом проведения оперативно-розыскной деятельности и предварительного следствия. Доказательств иной личной заинтересованности указанных понятых в исходе дела суду стороной защиты не представлено. То обстоятельство, что понятой ФИО19 ранее проходил службу в органах наркоконтроля и в 2009 г. принимал участие в расследовании иного дела в отношении ФИО7 не является безусловным основанием для его отвода, на момент производства следственного действия он сотрудником правоохранительных органов не являлся, личной заинтересованности в деле не имел, по настоящему уголовному делу в ином процессуальном статусе, кроме понятого, не выступал. Привлечение к делу в качестве понятых сотрудников частного охранного предприятия, в т.ч. Свидетель №10, также не противоречит уголовно-процессуальному закону, заинтересованности данных лиц в деле не установлено. Довод подсудимого ФИО3, что частные охранные предприятия зависят от органов МВД, поскольку последние лицензируют их деятельность, суд находит неубедительным, поскольку органы ФСКН РФ, проводившие мероприятия в отношении ФИО3 и ФИО4, не имели никакого отношения к лицензированию охранных предприятий, между сотрудниками охранных предприятий и органами ФСКН РФ отсутствовала какая-либо зависимость. Довод ФИО3, что ранее он проживал в одном доме с понятым ФИО18, в связи с чем тот заинтересован в исходе дела, опровергнут самим ФИО18, который пояснил суду, что с подсудимыми не знаком. Оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов следственных действий, в которых принимали участия вышеуказанные лица, суд не находит.

Стороной защиты по собственной инициативе на основании договора с специалистом-криминалистом проведено почерковедческое исследование подписей понятого ФИО19, имеющихся в материалах настоящего уголовного дела. Специалисту представлены копии подписей ФИО19 в томе 1 на л.д.133-134 из настоящего уголовного дела и копии подписей ФИО19 из уголовных дел, которые он расследовал в предыдущие годы в качестве следователя. Специалистом сделан вывод, что подписи от имени ФИО19 выполнены в данном протоколе не самим понятым, а иным лицом, что, по мнению защиты, свидетельствует о недопустимости данного протокола осмотра предметов (диска) как доказательства.

Анализируя доводы защиты о недопустимости данного доказательства, суд исходит из того, что протокол осмотра диска содержит все необходимые реквизиты, данное следственное действие произведено в присутствии двух понятых. Оба понятых – ФИО19 и ФИО18 допрошены в судебном заседании, каждый из них подтвердил ход и результаты следственного действия, а также однозначно подтвердили подлинность своих подписей в протоколе. Доказательств личной заинтересованности в деле данных понятых суду не представлено, обстоятельств, исключающих возможность их участия в деле, суд не установил. Диск, содержащий файлы с указанными телефонными переговорами, непосредственно прослушан в судебном заседании, стенограмма переговоров, содержащаяся в протоколе осмотра, дословно отражает содержание переговоров, подсудимая ФИО5 (Головач) подтвердила их подлинность. В этой связи каких-либо оснований для признания данного доказательства – протокола осмотра диска недопустимым доказательством суд не находит, учитывает при этом, что исследование подписей назначалось не судом, в установленном законом порядке свободные образцы подписей ФИО19 специалисту не предоставлялись.

Показания свидетелей Свидетель №1, ФИО16, Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №7, Свидетель №10, Свидетель №11, ФИО18, ФИО19, Свидетель №3, последовательны и непротиворечивы, в деталях согласуются между собой, с протоколами личных досмотров, заключениями экспертов, вещественными доказательствами, показаниями обвиняемой ФИО4, иными доказательствами по делу, оснований не доверять им у суда нет, причин для оговора ФИО3 и ФИО4 не установлено. Суд признаёт показания указанных свидетелей достоверными, они были надлежащим образом в судебном заседании проверены и нашли своё полное подтверждение в представленных доказательствах.

Вопреки доводам подсудимого ФИО3 и его защиты о нарушениях уголовно-процессуального законодательства по настоящему делу, суд таковых не усматривает. Оснований для признания каких-либо из доказательств недопустимыми не имеется.

Допрошенная судом по ходатайству защиты свидетель ФИО21 пояснила, что являлась очевидцем конфликта ФИО3 и Свидетель №7 на школьной дискотеке в 1989 году. 

Свидетель №7 в суде показал, что ФИО21 училась с ним в одном классе, после окончания школы никаких отношений с ней не поддерживал. Наличие конфликта на дискотеке с Плюсниным не подтвердил, пояснив, что никакой неприязни к Плюснину не имеет.

По мнению подсудимого ФИО3, его защиты, а также свидетеля Свидетель №3, супруги подсудимого, все оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО3 были инициированы Свидетель №7 именно из-за конфликта на школьной дискотеке.

Суд проанализировал показания ФИО3, ФИО4, ФИО21, Свидетель №7, Свидетель №3, другие материалы дела и пришел к однозначному выводу о надуманности версии ФИО3 о какой-то личной неприязни Свидетель №7 к нему (ФИО3). Оперативно-розыскные мероприятия проведены сотрудниками службы наркоконтроля в строгом соответствии с действующим законодательством, их результаты отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, проверены судом. Конфликт на школьной дискотеке, о котором сообщают ФИО3 и свидетель ФИО9 имел место более 25 лет назад, по незначительному поводу, после этих событий ФИО3 и Свидетель №7 конфликтов не имели. Оперативно-розыскные мероприятия проведены Свидетель №7 в рамках возложенных на него полномочий и его служебных обязанностей, как сотрудника отдела по контролю за оборотом наркотических средств. 

Сотрудник Северодвинского отдела службы наркоконтроля Свидетель №13, который, согласно показаниям ФИО3, подбросил ему (ФИО3) наркотические средства при задержании, в судебном заседании опроверг свое участие в проведении мероприятий в отношении ФИО3.

Следственным отделом по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес> и НАО проведена соответствующая процессуальная проверка версии ФИО3, в отношении Свидетель №13 09 октября 2017 г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события какого-либо преступления. 

В ходе судебного заседания достоверно установлено, что информация, полученная сотрудниками правоохранительных органов о причастности ФИО3 и ФИО5 (Головач) к сбыту наркотических средств, носила оперативный характер и подлежала проверке, способом которой являлось проведение в отношении последних оперативно-розыскных мероприятий, о достоверности данной информации свидетельствуют как последующие результаты указанных мероприятий, так и показания подсудимой ФИО5 (Головач) о совместном с Плюсниным незаконном сбыте наркотиков, и показания свидетелей Свидетель №4, Свидетель №1, которым было известно о причастности подсудимых к незаконному сбыту наркотиков. Таким образом, суд приходит к выводу, что умысел подсудимых на продажу 08 июля 2015 г. наркотического средства не был сформирован в результате деятельности правоохранительных органов, со стороны которых по указанным событиям отсутствуют признаки провокации. 

По смыслу уголовного закона, под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать любые способы их возмездной либо безвозмездной передачи другому лицу. Оконченным преступление считается с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче приобретателю наркотического средства. При этом, поскольку преступная деятельность подсудимых была пресечена, наркотическое средство были изъято до его передачи покупателю, но при этом действия, направленные на исполнение преступного умысла уже начали выполняться, а преступление не было доведено до конца по причинам, не зависящим от соисполнителей, в действиях ФИО3 и ФИО4 имеет место покушение на незаконный сбыт наркотического средства в количестве 0,59 грамма.

Факт предварительного сговора подсудимых на совместный сбыт наркотического средства нашел полное подтверждение в результате судебного следствия, об этом помимо показаний подсудимой ФИО4 свидетельствует согласованность их действий, единый мотив преступления – извлечение дохода, выполнение каждым из соисполнителей своей роли при совместном сбыте наркотика покупателю.

В ходе судебного следствия установлено, что, когда покупатель наркотиков Свидетель №1 обратился к ФИО3, последний согласно договоренности с ФИО5 (Головач) получил от нее необходимый наркотик, после чего поехал на встречу с Свидетель №1 сбывать тому данный наркотик. Указанные факты приводят суд к убеждению, что ФИО3 и Головач, предварительно договорившись, являлись каждый соисполнителем преступления. В этой связи доводы ФИО3, что он являлся только потребителем наркотиков, суд находит неубедительными. Версию ФИО3, что он встретился с Свидетель №1 в связи с вопросами приобретения газа для автомобиля, не подтвердил в суде сам Свидетель №1, указав, что встречался с ФИО3 08 июля 2015 г. в связи с желанием приобрести у того наркотическое средство.

Несмотря на заявление ФИО3 в прениях, на выводы суда не влияет то обстоятельство, что Свидетель №1 звонил ФИО3 08 июля 2015 г. не со своего телефона, для квалификации действий подсудимых это значения не имеет.

Доводы ФИО3 и его защиты, что Воробьев не привлечен к уголовной ответственности за пособничество в сбыте наркотического средства, Свидетель №1 - за покушение на приобретение наркотических средств, а ему (ФИО3) не инкриминируется сбыт группой лиц наркотического средства Свидетель №2, суд оставляет без внимания, поскольку рассматривает дело только в отношении обвиняемых и только по предъявленному им обвинению. По этим же причинам никаким образом не влияет на выводы суда и то обстоятельство, что в отношении Свидетель №2 было возбуждено уголовное дело по незаконному приобретению наркотиков у Головач спустя более чем, через месяц после его (Свидетель №2) задержания, на что обращает внимание суда ФИО3

В части доводов ФИО3, что при доставлении в отдел службы наркоконтроля, ему не было обеспечено право на защиту, а при его личном досмотре вправе был присутствовать защитник, суд исходит из следующего.

Конституция Российской Федерации гарантирует защиту прав и свобод человека и гражданина, предоставляет каждому право на получение квалифицированной юридической помощи, а также прямо предусматривает право каждого задержанного, заключенного под стражу, обвиняемого в совершении преступления пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

Право пользоваться помощью адвоката (защитника), как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27 июня 2000 года N11-П, принадлежит каждому лицу с момента, когда в отношении него в уголовном судопроизводстве начинает осуществляться публичное уголовное преследование в любых его формах. 

Вместе с тем, как следует из правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 17 февраля 2015 г. N 415-О, требование о незамедлительном обеспечении права на помощь адвоката (защитника) не может быть распространено на случаи проведения действий, не связанных с дачей лицом показаний и носящих безотлагательный характер, подготавливаемых и проводимых без предварительного уведомления лица об их проведении ввиду угрозы уничтожения (утраты) доказательств. Это, однако, не означает лишение лица, в отношении которого проводилась данные действия, права на получение квалифицированной юридической помощи во время данного действия или после его окончания.

Как следует из протокола личного досмотра ФИО3, он был проведен на основании ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах», а также ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» через короткий промежуток времени после задержания ФИО3 в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, в присутствии двух понятых, ФИО3 была разъяснена ст.51 Конституции РФ. Личный досмотр был проведен с целью возможного изъятия предметов, запрещенных к гражданскому обороту на территории Российской Федерации, и данное мероприятие носило безотлагательный характер, его промедление могло привести к утрате вещественного доказательства. Изъятие вещественного доказательства не связано с дачей ФИО3 показаний. Указанные обстоятельства приводят суд к убеждению, что нарушений права ФИО3 на защиту при его задержании в ходе оперативно-розыскных мероприятий и изъятии у него наркотического средства, допущено не было. Оснований для признания протокола личного досмотра ФИО3 (том 1 л.д.38) недопустимым доказательством не имеется. Данный протокол соответствует всем предъявляемым законом требованиям, вопреки утверждению ФИО3, содержит подписи всех участников указанного мероприятия во всех необходимых графах, на обеих сторонах данного протокола, проведение личного досмотра не на месте задержания не противоречит законодательству, каких-либо доказательств фальсификации данного протокола суду не представлено.

Доводы ФИО3, что все свидетели по делу, а также подсудимая ФИО5 (Головач) являются наркозависимыми лицами, в связи с чем оговорили его, суд отклоняет, поскольку как подсудимая, так и свидетели были допрошены в судебном заседании, при том неоднократно и спустя значительное время после задержания, все свидетели, как и подсудимая ФИО5 (Головач) во время судебного разбирательства находились в адекватном и спокойном состоянии, оснований сомневаться в правдивости их показаний на том основании, что они причастны к немедицинскому потреблению наркотиков, не имеется.

Высказанные ФИО3 в прениях сомнения в законности проведенных в отношении него оперативно-розыскных мероприятий в связи с тем, что отсутствовала видеофиксация инкриминируемого ему преступления, суду представлены не все телефонные переговоры подсудимых, не проведено медицинское освидетельствование задержанных лиц, а также то, что он был задержан через 20 дней после получения санкции суда на ограничение его конституционного права на телефонные переговоры, суд оставляет без внимания, поскольку ход и тактика проведения оперативно-розыскных мероприятий не оценивается судом, их выбор входит в компетенцию органов, осуществляющих данную деятельность. Суд дает лишь оценку представленным сторонами доказательствам. 

При вышеуказанных обстоятельствах доводы ФИО3 и его защиты о том, что подсудимый подлежит оправданию по указанному обвинению, суд признает неубедительными и не соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела.

Исследовав и оценив все доказательства в совокупности, суд находит, что вина подсудимых ФИО3 и ФИО4 в совершении указанного преступления доказана. Суд квалифицирует действия ФИО3 и ФИО4, каждого, по ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, поскольку исследованными доказательствами достоверно установлено, что ФИО3 и ФИО5 (Головач), предварительно договорившись между собой, действуя совместно и согласованно в составе группы лиц по предварительному сговору, 08 июля 2015 г. около 16 часов 50 минут у 

<

адрес> в 

<

адрес> намеревались незаконно сбыть другому лицу наркотическое средство в количестве 0,59 грамм, при этом данный наркотик ФИО4, действуя в рамках достигнутой с ФИО3 договоренности, 08 июля 2015 г. около 15 часов в комнате ..... 

<

адрес> в 

<

адрес> заказала в сети «Интернет» у неустановленного лица, которое в этот же день около 16 часов извлекла из тайника у подъезда ..... 

<

адрес> в 

<

адрес>, а затем около 16 часов 35 минут передала ФИО3, который, в свою очередь, по предварительной договоренности встретился с покупателем, но непосредственно передать ему наркотик не смог по независящим от него обстоятельствам, так как был задержан сотрудниками службы наркоконтроля, а наркотическое средство – изъято у ФИО3 из незаконного оборота.

Согласно Постановлению Правительства РФ от 01.10.2012 г. № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ» N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил–1Н-индазол-3-карбоксамид и его производные, входит в список (Список 1) наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством и международными договорами Российской Федерации.

Крупным размером N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил–1Н-индазол-3-карбоксамида и его производных является его количество свыше 0,25 грамма (до 500 грамм), в связи с чем размер наркотического средства 0,59 грамм, которое подсудимые намеревались незаконно сбыть, относится к крупному размеру.

По обвинению ФИО4 в незаконном сбыте наркотических средств, совершенном в крупном размере:

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №2, данных им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (показания в томе 1 на л.д.148-149 и в томе 3 на л.д.2-3 оглашены в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, после чего свидетель подтвердил их) среди его знакомых есть ФИО7, от которой узнал, что у нее можно приобрести наркотическое средство «миксы». 07 июля 2015 г. он (Свидетель №2) решил употребить «миксы» и около 19 часов позвонил по этому поводу Головач, которая сказала подъезжать к дому 52 по 

<

адрес> встрече он (Свидетель №2) за 500 рублей приобрел у Головач сверток с «миксами». В тот же день, около 20 часов он был задержан сотрудниками службы наркоконтроля, наркотическое средство было у него изъято, сам был привлечен к уголовной ответственности за приобретение наркотического средства.

Из протокола личного досмотра Свидетель №2 следует, что 07 июля 2015 г. в период с 21 часов 05 минут до 21 часов 32 минут в присутствии понятых Свидетель №8 и Свидетель №9 проведен личный досмотр Свидетель №2, в ходе которого в левом боковом наружном кармане куртки последнего обнаружен и изъят сверток из изоленты, внутри которого находится бумажный сверток с веществом растительного происхождения желто-зеленого цвета (том 1 л.д.34).

Из показаний свидетеля Свидетель №7, сотрудника службы наркоконтроля, данных им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (показания в томе 1 на л.д.156-161 и в томе 3 на л.д.9-10 оглашены в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, после чего свидетель подтвердил их в полном объеме) следует, что в мае 2015 года к нему поступила оперативная информация о причастности ФИО7 к незаконному обороту наркотических средств. В ходе проверки данная информация подтвердилась, ДД.ММ.ГГГГ около 20 часов 40 минут после встречи с Головач и приобретения у той наркотиков был задержан Свидетель №2, у которого было изъято наркотическое средство в количестве 0,64 грамма, а затем и ФИО7, у которой при себе было обнаружено и изъято 0,24 грамма. 

В соответствии с постановлением начальника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, в распоряжение следователя и суда были переданы результаты оперативно-розыскных мероприятий, в т.ч. в отношении ФИО7 (том 1 л.д.31-32).

Согласно справке об исследовании №316 (том 1 л.д.36) и заключению эксперта №738 (том 1 л.д.82-85) вещество, изъятое 7 июля 2015 г. в ходе личного досмотра Свидетель №2, содержит в своем составе N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид и является наркотическим средством массой 0,64 г. 

По ходатайству защиты суд допросил Свидетель №8 и Свидетель №9 – лиц, участвовавших в ходе личного досмотра Свидетель №2 в качестве понятых.

Свидетели Свидетель №8 и Свидетель №9 пояснили суду, что в 2015 г. работали в частном охранном предприятии «Титан-Щит» и были привлечены в качестве понятых при проведении личного досмотра двух граждан, в т.ч. Свидетель №2 Они (Свидетель №8 и Свидетель №9) подтвердили ход и результаты личного досмотра, а также подлинность своих подписей в протоколе личного досмотра Свидетель №2 Какой-либо личной заинтересованности в исходе указанного мероприятия не имели.

Из протокола личного досмотра ФИО7 от 08 июля 2015 г. следует, что у ФИО7 из заднего правого кармана брюк изъяты микрочастицы различных цветов (том 1 л.д.41).

Согласно справке об исследовании №318 (том 1 л.д.43) и заключению эксперта №741 (том 1 л.д.91-94) вещество растительного происхождения, изъятое 8 июля 2015 г. в ходе личного досмотра ФИО7, содержит в своем составе N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид массой 0,24 г. 

Наркотические средства и их первичные упаковки, изъятые в ходе личных досмотров Свидетель №2 и ФИО4, осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.105-112).

По ходатайству защиты указанные вещественные доказательства осмотрены непосредственно в судебном заседании, результаты осмотра в полном объеме соответствуют содержанию протокола осмотра в томе 1 на л.д.105-112.

Довод защиты ФИО3 о том, что указанный протокол является недопустимым доказательством, поскольку один его лист на л.д.107 в томе 1 не содержит подписей понятых суд находит несостоятельным, поскольку уголовно-процессуальный закон не предъявляет к протоколам следственных действий обязательного требования подписания понятыми каждого листа. Протокол подписан понятыми в соответствии с положениями ст.156 УПК РФ, помимо этого в судебном заседании непосредственно осмотрены вещественные доказательства, достоверность сведений в протоколе осмотра подтверждена.

Согласно стенограммам телефонных переговоров ФИО7 и Свидетель №2 07 июля 2015 г. по мобильным телефонам договариваются о встрече, решая вопросы, связанные с передачей наркотических средств и оплатой за них, используя при этом зашифрованные, заранее обусловленные слова. 

Подсудимая ФИО7 в судебном заседании подтвердила содержание данных разговоров с Свидетель №2

Конституционное право на тайну телефонных переговоров ФИО7 было ограничено судом в соответствии с требованиями закона, сведения, полученные в ходе проведения данных оперативно-розыскных мероприятий, рассекречены и переданы в распоряжение следователя и суда в установленном законом порядке в соответствии с постановлением начальника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. 

Компьютерный диск, содержащий файлы с данными телефонными переговорами, осмотрен и приобщен к делу в качестве вещественного доказательства (том 1 л.д.133-143).

По ходатайству защиты диск, содержащий файлы с указанными телефонными переговорами, непосредственно осмотрен и прослушан в судебном заседании, результаты осмотра и прослушивания в полном объеме соответствуют содержанию протокола осмотра в томе 1 на л.д.133-143. В этой связи суд отклоняет довод ФИО3, что стенограмма телефонных переговоров сфальсифицирована следователем.

По ходатайству защиты судом были допрошены ФИО18 и ФИО19 – лица, принимавшие участие в ходе осмотра вышеуказанного диска, содержащего файлы с телефонными переговорами подсудимой. 

Свидетель ФИО19 пояснил суду, что с марта 2015 г. находится на пенсии, ранее проходил службу в органах наркоконтроля. Следователь ФИО20 попросил принять участие в качестве понятого при осмотре вещественных доказательств – диска, содержащего телефонные переговоры, а также наркотических средств и шприцев. Поскольку личной заинтересованности в деле, а также отношения к органам власти не имел и было свободное время, то согласился. В суде ФИО19 подтвердил ход и результаты данных следственных действий, а также подлинность своих подписей в протоколах осмотров.

Свидетель ФИО18 в суде также подтвердил ход и результаты следственных действий, а также подлинность своих подписей в протоколах осмотров. Какой-либо личной заинтересованности в проведении данных мероприятий не имел.

Принимавшие участие в проведении доследственных мероприятий и следственных действиях в качестве понятых гр-не: Свидетель №8, Свидетель №9, ФИО18, ФИО19 не относятся к категории лиц, которым ч.2 ст.60 УПК РФ запрещает принимать участие в деле в качестве понятых. Данные лица не являются участниками уголовного судопроизводства и их близкими родственниками, не являются представителями власти, наделенными правом проведения оперативно-розыскной деятельности и предварительного следствия. Фактов иной личной заинтересованности указанных понятых в исходе дела суду стороной защиты не представлено. То обстоятельство, что ФИО19 ранее проходил службу в органах наркоконтроля не является безусловным основанием для его отвода, на момент производства следственного действия он сотрудником правоохранительных органов не являлся, личной заинтересованности в деле не имел. Привлечение к делу в качестве понятых сотрудников частного охранного предприятия, в т.ч. Свидетель №8 и Свидетель №9, также не противоречит уголовно-процессуальному закону, заинтересованности данных лиц в деле не установлено. Довод подсудимого ФИО3, что частные охранные предприятия зависят от органов МВД, поскольку последние лицензируют их деятельность, суд находит неубедительным, поскольку органы ФСКН РФ, проводившие мероприятия в отношении ФИО3 и ФИО4, не имели никакого отношения к лицензированию охранных предприятий, между сотрудниками охранных предприятий и органами ФСКН РФ отсутствовала какая-либо зависимость. Оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов следственных действий, в которых принимали участия вышеуказанные лица, суд не находит, в том числе и по основаниям приведенным выше в приговоре.

Согласно приговору Северодвинского городского суда от 17 ноября 2015 г. Свидетель №2 признан виновным в незаконном приобретении без цели сбыта 07 июля 2015 г. у 

<

адрес> в 

<

адрес> наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) – производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид в количестве 0,64 грамма (том 4 л.д.187-189).

Выводы суда в приговоре от 17.11.2015 соответствуют выводам, к которым приходит суд в ходе настоящего судебного разбирательства.

Показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №7, Свидетель №8, Свидетель №9, ФИО18, ФИО19, последовательны и непротиворечивы, в деталях согласуются между собой, с протоколами личных досмотров, заключениями экспертов, вещественными доказательствами, показаниями обвиняемой ФИО4, иными доказательствами по делу, оснований не доверять им у суда нет, причин для оговора ФИО4 не установлено. Суд признаёт показания указанных свидетелей достоверными, они были надлежащим образом в судебном заседании проверены и нашли своё полное подтверждение в представленных доказательствах.

Представленные суду доказательства вины подсудимой суд признает достоверными и допустимыми, полученными с соблюдением требований закона.

В ходе судебного заседания достоверно установлено, что информация, полученная сотрудниками правоохранительных органов о причастности ФИО5 (Головач) к сбыту наркотических средств, носила оперативный характер и подлежала проверке, способом которой являлось проведение в отношении последней оперативно-розыскных мероприятий, о достоверности данной информации свидетельствуют как последующие результаты указанных мероприятий, так показания подсудимой ФИО5 (Головач) о незаконном сбыте наркотиков и показания свидетеля Свидетель №2, которому было известно о причастности подсудимой к незаконному сбыту наркотиков. Таким образом, суд приходит к выводу, что умысел подсудимой на продажу 07 июля 2015 г. наркотического средства не был сформирован в результате деятельности правоохранительных органов, со стороны которых по указанным событиям отсутствуют признаки провокации. 

По смыслу уголовного закона, под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать любые способы их возмездной либо безвозмездной передачи другому лицу. Оконченным преступление считается с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче приобретателю наркотического средства. Поскольку наркотическое средство было передано покупателю, то действия подсудимой суд квалифицирует как оконченное преступление.

Исследовав и оценив все доказательства в совокупности, суд находит, что вина подсудимой ФИО4 в совершении указанного преступления доказана. Суд квалифицирует действия ФИО4 по п.«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ как незаконный сбыт наркотических средств, совершенный в крупном размере, поскольку исследованными доказательствами достоверно установлено, что ФИО4 07 июля 2015 г. у 

<

адрес> в 

<

адрес> незаконно сбыла за 500 рублей Свидетель №2 наркотическое средство в количестве 0,64 грамма.

Согласно Постановлению Правительства РФ от 01.10.2012 г. № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ» N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил–1Н-индазол-3-карбоксамид и его производные, входит в список (Список 1) наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством и международными договорами Российской Федерации.

Крупным размером N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил–1Н-индазол-3-карбоксамида и его производных является его количество свыше 0,25 грамма (до 500 грамм), в связи с чем размер наркотического средства 0,64 грамма, которое подсудимая незаконно сбыла покупателю, относится к крупному размеру.

По обвинению ФИО4 в незаконном приобретении, хранении наркотических средств без цели сбыта, совершенном в крупном размере:

Из показаний свидетеля Свидетель №7, сотрудника службы наркоконтроля, данных им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования (показания в томе 1 на л.д.156-161 и в томе 3 на л.д.9-10 оглашены в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, после чего свидетель подтвердил их в полном объеме) следует, что в мае 2015 года к нему поступила оперативная информация о причастности ФИО7 к незаконному обороту наркотических средств. В ходе проверки данная информация подтвердилась, 08 июля 2015 г. ФИО7 была задержана при сбыте наркотиков. В отношении нее было возбуждено уголовное дело и избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Однако была получена информация, что ФИО7 продолжает приобретать наркотические средства для собственного потребления. 30 июля 2015 г. около 15 часов у 

<

адрес> ФИО7 была задержана, в ходе ее личного досмотра у последней было изъято наркотическое средство, а также медицинский шприц.

Показания свидетеля Свидетель №7 последовательны и непротиворечивы, в деталях согласуются с протоколом личного досмотра ФИО7, заключением эксперта, вещественными доказательствами, показаниями обвиняемой ФИО4, иными доказательствами по делу, оснований не доверять им у суда нет, причин для оговора ФИО4 не установлено. Суд признаёт показания указанного свидетеля достоверными, они были надлежащим образом в судебном заседании проверены и нашли своё полное подтверждение в представленных доказательствах.

В соответствии с постановлением начальника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, в распоряжение следователя и суда были переданы результаты оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО7 (том 1 л.д.59).

Из протокола личного досмотра ФИО7 следует, что 30 июля 2015 г. в период с 16 часов 15 минут до 16 часов 55 минут был проведен личный досмотр ФИО7 Перед началом досмотра ФИО7 заявила, что в ее сумке находится полимерный пакет с «миксами». В кожаной сумке ФИО7 обнаружен кошелек, в кармане которого обнаружен и изъят пакет из полимерного материала с веществом растительного происхождения желто-зеленого цвета. В той же сумке обнаружен и изъят медицинский шприц с иглой емкостью 1 мл с жидкостью красного цвета. В левом кармане куртки обнаружен и изъят сверток из бумаги розового цвета. По поводу изъятого ФИО7 пояснила, что все принадлежит ей (том 1 л.д.60-61).

Согласно справке об исследовании №350 (том 1 л.д.63) и заключению эксперта №775 (том 1 л.д.95-100) вещество растительного происхождения в пакете из полимерного материала, а также в свертке из фрагмента бумаги розового цвета, изъятое 30 июля 2015 г. в ходе личного досмотра ФИО7, содержит в своем составе N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-(циклогексилметил)-1Н-индазол-3-карбоксамид (AB-РINACA-CHM; MBA(N)-CHM) - производное наркотического средства N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид и является наркотическим средством массой 1,22 г. и 0,49 грамм соответственно; в шприце имеются следы 2-пирролидиновалерофенона (PVP) - производного наркотического средства N-метилэфедрон в малом количестве.

Наркотические средства, шприц со следами наркотического средства, их первичные упаковки, изъятые в ходе личного досмотра ФИО7, осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (том 1 л.д.113-118).

По ходатайству защиты указанные вещественные доказательства осмотрены непосредственно в судебном заседании, целостность упаковки вещества не нарушена, подписи понятых имеются.

Несмотря на то, что ФИО5 (Головач) не оспаривает обоснованность предъявленного ей обвинения и не оспаривает допустимость доказательств, представленных стороной обвинения, защитой ФИО3 заявлено ходатайство о признании протокола осмотра вещественных доказательств недопустимым доказательством, поскольку один его лист на л.д.114 в томе 1 не содержит подписей понятых. Суд находит данный довод несостоятельным, поскольку уголовно-процессуальный закон не предъявляет к протоколам следственных действий обязательного требования подписания понятыми каждого листа, протокол подписан понятыми в соответствии с положениями ст.156 УПК РФ.

Представленные суду доказательства вины подсудимой суд признает достоверными и допустимыми, полученными с соблюдением требований закона, а их совокупность достаточна для разрешения дела по существу. Оснований для признания недопустимыми каких-либо доказательств, суд не находит, в том числе и по основаниям приведенным выше в приговоре.

В ходе судебного заседания достоверно установлено, что информация, полученная сотрудниками правоохранительных органов о причастности ФИО5 (Головач) к обороту наркотических средств, носила оперативный характер и подлежала проверке, способом которой являлось проведение в отношении последней оперативно-розыскных мероприятий, о достоверности данной информации свидетельствуют как последующие результаты указанных мероприятий, так показания подсудимой ФИО5 (Головач) о незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства по собственной инициативе 30 июля 2015 г. Таким образом, суд приходит к выводу, что умысел подсудимой на приобретение и хранение 30 июля 2015 г. наркотического средства не был сформирован в результате деятельности правоохранительных органов, со стороны которых по указанным событиям отсутствуют признаки провокации. 

В части доводов подсудимого ФИО3, что нарушено право на защиту ФИО5 (Головач), поскольку уголовное дело в отношении нее было возбуждено по факту незаконного приобретении и хранения 30 июля 2015 г. 1,22 грамма наркотического средства, тогда как обвинение ей предъявлено в отношении 1,71 грамма данного наркотического средства, суд находит их подлежащими отклонению. Как установлено в ходе судебного разбирательства, ФИО5 (Головач) 30 июля 2015 г. незаконно приобрела 1,71 грамм наркотического средства, которое разделила на две части (1,22 грамма и 0,49 грамма) и хранила их при себе. Данные наркотики были изъяты у подсудимой при задержании, по факту приобретения и хранения 1,22 грамма было возбуждено уголовное дело. В данном случае уголовно-процессуальный закон не требует возбуждения дополнительного уголовного дела по факту незаконного приобретения и хранения 0,49 грамм наркотического средства, поскольку новыми признаками преступления обвинение не дополнилось, фактические обстоятельства: время, место, способ, другие обстоятельства совершения инкриминируемого преступления не изменились и полностью описаны в постановлении о возбуждении уголовного дела, каких-либо иных действий применительно к данному преступлению подсудимая не совершала, каждый из размеров (0,49 грамма, 1,22 грамма, как и их сумма 1,71 грамма) относится к крупному размеру, право подсудимой ФИО5 (Головач) на защиту не нарушено, к тому же ею не оспаривается обоснованность обвинения, квалификация преступления и представленные стороной обвинения доказательства. 

Исследовав и оценив все доказательства в совокупности, суд находит, что вина подсудимой ФИО4 в совершении указанного преступления доказана. Суд квалифицирует действия ФИО4 по ч.2 ст.228 УК РФ как незаконное приобретение, хранение наркотических средств без цели сбыта, совершенное в крупном размере, поскольку исследованными доказательствами достоверно установлено, что ФИО4 30 июля 2015 г. в период около 05-06 часов в г.Северодвинске незаконно приобрела без цели сбыта у неустановленного лица наркотическое средство в количестве 1,71 грамма, которое незаконно хранила без цели сбыта при себе до момента задержания, т.е. до 15 часов 30 минут 30 июля 2015 г.

Согласно Постановлению Правительства РФ от 01.10.2012 г. №1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ» N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил–1Н-индазол-3-карбоксамид и его производные, входит в список (Список 1) наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством и международными договорами Российской Федерации.

Крупным размером N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил–1Н-индазол-3-карбоксамида и его производных является его количество свыше 0,25 грамма (до 500 грамм), в связи с чем размер наркотического средства 1,71 грамма, которое подсудимая незаконно приобрела и хранила без цели сбыта, относится к крупному размеру.

Кроме того, органом предварительного следствия ФИО4 обвинялась в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.228 УК РФ. Поскольку сроки давности привлечения к уголовной ответственности за вышеуказанное преступление истекли, судом отдельным постановлением принято решение о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО4 по указанному преступлению.

ФИО3 и ФИО4 на учете у врача-психиатра и нарколога не состоят (том 1 л.д.165, том 2 л.д.13), их поведение в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не дает суду оснований сомневаться в их психическом здоровье, в связи с чем суд признает их способными нести ответственность за содеянное.

При решении вопросов, связанных с определением вида и размера назначаемого наказания, суд в соответствии со ст.ст.6,43, ч.3 ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного подсудимыми, мотив и роль каждого в их совершении, данные о их личности, смягчающие и отягчающие обстоятельства, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных, на условия жизни их семей, состояние их здоровья и возраст, а также иные обстоятельства, влияющие на наказание.

ФИО3 совершено покушение на особо тяжкое преступление, ФИО4 совершено покушение на особо тяжкое преступление, а также особо тяжкое и тяжкое преступления. Оснований для изменения их категории в порядке части 6 ст. 15 УК РФ суд не усматривает.

ФИО3 имеет двух малолетних детей (том 1 л.д.182), что согласно п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ суд учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание. В силу ч.2 ст.61 УК РФ в качестве такового суд считает возможным признать и то обстоятельство, что во время проведения мероприятий по личному досмотру ФИО3 добровольно сообщил сотруднику службы наркоконтроля о том, что в карманах его одежды находится принадлежащее ему наркотическое средство (том 1 л.д.38).

Поскольку ФИО3 судим за тяжкое преступление, за которое отбывал лишение свободы, и настоящим приговором осуждается за особо тяжкое преступление, его действия образуют опасный рецидив преступлений.

Рецидив преступлений суд признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО3

ФИО3 судим (том 1 л.д.162-164,169-171), имеет постоянное место жительства, семью, работу, жалоб в быту не поступало (том 1 л.д.173), к административной ответственности не привлекался (том 1 л.д.177), инспектором полиции по административному надзору характеризуется отрицательно (том 1 л.д.175), по месту работы, администрацией изолятора временного содержания, настоятелем Свято-Троицкого Антониево-Сийского мужского монастыря, а также супругой – положительно (том 3 л.д.92, том 5 л.д.188-192, том 6 л.д.18), имеет ряд заболеваний (том 5 л.д.52).

При назначении подсудимому ФИО3 наказания суд принимает во внимание обстоятельства совершения преступления в сфере незаконного оборота наркотических средств, представляющих повышенную общественную опасность, вид наркотического средства, его размер, свойства, данные о личности подсудимого, характер и степень его фактического участия в совершении преступления, значение этого участия для достижения цели преступления, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, состояние его здоровья, материальное положение, и назначает ФИО3 наказание в виде лишения свободы с изоляцией от общества, учитывает при этом, что данное преступление совершено им в период неснятой и непогашенной судимости за тяжкое преступление, что свидетельствует об общественной опасности личности виновного, считает, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания и исправления осужденного. Назначая наказание, суд не находит оснований для применения положений ст.64, ч.3 ст.68 УК РФ, ст.73 УК РФ, постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания. По мнению суда, назначаемое ФИО3 наказание в виде лишения свободы соизмеримо как с особенностями личности подсудимого, так и обстоятельствами совершенных им преступлений, будет отвечать целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

Наказание ФИО3 суд назначает с учетом положений ч.3 ст.66 УК РФ, ч.1 ст.67 УК РФ, ч.2 ст.68 УК РФ.

Поскольку преступление совершено подсудимым до вынесения в отношении него предыдущего приговора, ФИО3 следует назначить окончательное наказание по правилам, предусмотренным ч.5 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, с зачетом наказания, отбытого по приговору мирового судьи судебного участка №5 Северодвинского судебного района от 22 октября 2015 г.

Принимая во внимание обстоятельства дела и имущественное положение ФИО3, суд не назначает ему дополнительного наказания в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, которые предусмотрены санкцией ч.4 ст.228.1 УК РФ.

В соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает ФИО3 отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима, поскольку он осуждается за совершение преступления при опасном рецидиве преступлений и ранее отбывал лишение свободы.

В целях обеспечения исполнения приговора мера пресечения ФИО3 заключение под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения. Срок содержания его под стражей подлежит зачету в срок отбытия наказания.

ФИО4 вину признала полностью, раскаялась, по преступлениям, предусмотренным ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ и п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ дала явку с повинной (том 1 л.д.41), а по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.228 УК РФ, дала объяснение сотруднику службы наркоконтроля, которое суд также признает явкой с повинной (том 1 л.д.64-65), активно способствовала раскрытию и расследованию преступлений, что признается судом смягчающими наказание обстоятельствами по каждому из совершенных подсудимой преступлений. Кроме того, по преступлению, предусмотренному ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, ФИО4 активно способствовала изобличению и уголовному преследованию соучастника преступлений, а по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.228 УК РФ, во время проведения мероприятий по ее личному досмотру добровольно сообщила сотруднику службы наркоконтроля о том, что при ней находится принадлежащее ей наркотическое средство (том 1 л.д.60-61).

Суд не признает в качестве смягчающего наказание обстоятельства по всем совершенным подсудимой преступлениям, наличие у ФИО4 детей, поскольку решением Северодвинского городского суда от 26 марта 2012 г. она лишена родительских прав в отношении обеих дочерей (том 2 л.д.11).

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, суд не усматривает.

ФИО4 не судима (том 2 л.д.1-2), к административной ответственности не привлекалась (том 2 л.д.12), имеет постоянное место жительства, семью, жалоб в быту не поступало (том 2 л.д.6).

При назначении подсудимой ФИО4 наказания суд принимает во внимание обстоятельства совершения преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств, представляющих повышенную общественную опасность, вид наркотических средств, их размер, свойства, данные о личности подсудимой, характер и степень ее фактического участия в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, значение этого участия для достижения цели преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, состояние ее здоровья, материальное положение, и назначает ФИО4 по каждому из совершенных ею преступлений наказание в виде лишения свободы с изоляцией от общества, считает, что менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания и исправления осужденной. Назначая наказание по каждому совершенному преступлению, суд не находит оснований для применения положений ст.73 УК РФ, постановления приговора без назначения наказания или освобождения от наказания. По мнению суда, назначаемое ФИО4 наказание в виде лишения свободы соизмеримо как с особенностями личности подсудимой, так и обстоятельствами совершенных ею преступлений, будет отвечать целям исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений.

Наказание ФИО4 суд назначает по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.228 УК РФ, с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ, а по преступлению, предусмотренному ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ – с учетом ч.1 ст.62 УК РФ, ч.3 ст.66 УК РФ, ч.1 ст.67 УК РФ.

Кроме того, принимая во внимание конкретные обстоятельства совершения ФИО4 преступления, предусмотренного п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и ее поведения после его совершения, явки с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, признания вины, раскаяния, что существенно уменьшает степень общественной опасности совершенного подсудимой преступления, в соответствии с принципами справедливости и гуманизма, закрепленными в ст.ст.6 и 7 УК РФ, суд находит возможным признать совокупность данных смягчающих наказание обстоятельств исключительными и назначает ФИО4 по указанному преступлению наказание с применением положений ст.64 УК РФ. Назначение длительного наказания за данное преступление не будет отвечать целям и задачам исправления осужденной.

Учитывая, что в совокупность совершенных подсудимой преступлений входит особо тяжкое преступление, суд при назначении окончательного наказания применяет правила части 3 ст.69 УК РФ и назначает ФИО4 наказание по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний.

Принимая во внимание обстоятельства дела и имущественное положение ФИО4, суд не назначает ей дополнительного наказания в виде штрафа, ограничения свободы и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, которые предусмотрены санкциями ч.2 ст.228 УК РФ и ч.4 ст.228.1 УК РФ.

В соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает ФИО4 отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В целях обеспечения исполнения приговора мера пресечения ФИО4 заключение под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит оставлению без изменения. Срок содержания ее под стражей подлежит зачету в срок отбытия наказания.

Вещественные доказательства, по вступлении приговора в законную силу, в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ:

- наркотические средства в количестве 0,49 грамма, 0,44 грамма, 0,14 грамма, 1,02 грамма, 0,39 грамма (остатки после проведенных исследований), а также их первичные упаковки (пакеты из полимерного материала, фрагмент изоленты, пачка из-под сигарет «Кент», фрагмент из бумаги розового цвета), пять медицинских шприцев, металлическая ложка, находящиеся на хранении в УМВД России по 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, подлежат хранению до разрешения материала в отношении неустановленных лиц, выделенных в отдельное производство (том 1 л.д. 125);

- диск СD-R, содержащий аудиозаписи телефонных переговоров ФИО3 и ФИО4, хранящийся при деле, подлежит хранению при уголовном деле в течении всего срока хранения последнего.

Процессуальные издержки по делу составили:

- на предварительном следствии - оплата услуг адвоката Шильниковского В.В. в сумме 7 260 рублей и адвоката Савельевой В.П. в сумме 2420 рублей за защиту обвиняемого ФИО3, адвоката Дрокина И.И. в сумме 16 148 рублей за защиту обвиняемой ФИО4;

- в ходе судебного разбирательства под председательством судьи ФИО22 - оплата услуг адвоката Шильниковского В.В. в сумме 45 276 рублей за защиту обвиняемого ФИО3, адвоката Дрокина И.И. в сумме 34 496 рублей за защиту обвиняемой ФИО4;

- в ходе апелляционного судебного разбирательства - оплата услуг адвоката Чертова А.А. в сумме 4 998 рублей за защиту обвиняемого ФИО3, адвоката Голенищевой М.А. в сумме 3 332 рубля за защиту обвиняемой ФИО4;

- в ходе судебного разбирательства под председательством судьи ФИО23 - оплата услуг адвоката Пленецкого А.А. в сумме 8 624 рубля за защиту обвиняемой ФИО4;

- в ходе судебного разбирательства под председательством судьи Сенчукова А.С. - оплата услуг адвоката Балабановой В.Ю. в сумме 15092 рубля, адвоката Казарина Э.Н. в сумме 10 780 рублей, адвоката Игнатьева С.В. в сумме 4 312 рублей за защиту обвиняемого ФИО3, адвоката Плетенецкого А.А. в сумме 51 744 рубля за защиту обвиняемой ФИО4.

При решении вопроса о распределении процессуальных издержек суд учитывает следующие обстоятельства.

Уголовное дело в отношении ФИО3 и ФИО4 поступило в Северодвинский городской суд 13 ноября 2015 года, и было передано в производство судьи ФИО22, которым был постановлен в отношении подсудимых приговор. Данный приговор в связи с допущенными судом процессуальными нарушениями был отменен, дело направлено на новое рассмотрение в Северодвинский городской суд и было передано в производство судьи ФИО23 В связи с предстоящим уходом судьи ФИО23 в отставку, с 17 января 2017 г. дело было передано в производство судьи Сенчукова А.С. и его рассмотрение было начато сначала. При производстве уголовного дела под председательством судьи ФИО22 и ФИО23, а также в ходе апелляционного судебного разбирательства, в результате которого обвинительный приговор был отменен, защиту подсудимых осуществляли адвокаты Шильниковский В.В., Дрокин И.И., Чертов А.А., ФИО25, ФИО10, оплата вознаграждения указанным адвокатам в общей сумме составила 96 726 рублей. Суд считает, что указанная сумма процессуальных издержек подлежит возмещению за счет средств федерального бюджета РФ и освобождает подсудимых от их выплаты, при этом учитывает, что уголовное дело находилось в производстве суда длительное время, но в связи с отменой обвинительного приговора и передачей от одного судьи к другому в связи с предстоящим уходом судьи в отставку рассмотрение дела было начато сначала не по вине подсудимых. 

Вместе с тем, в соответствии со ст.ст.131,132 УПК РФ:

- процессуальные издержки, выразившиеся в оплате вознаграждения адвоката Шильниковского В.В. в сумме 7 260 рублей и адвоката Савельевой В.П. в сумме 2420 рублей за защиту обвиняемого ФИО3 в ходе предварительного расследования, а также адвоката Балабановой В.Ю. в сумме 15092 рубля, адвоката Казарина Э.Н. в сумме 10 780 рублей, адвоката Игнатьева С.В. в сумме 4 312 рублей за его защиту в суде при производстве по уголовному делу под председательством судьи Сенчукова А.С., а всего в сумме 39 846 рублей, подлежат взысканию с ФИО3 в доход федерального бюджета РФ, поскольку от услуг защитников он не отказывался, находится в трудоспособном возрасте, доказательств имущественной несостоятельности суду не представил, законных оснований для полного освобождения его от уплаты процессуальных издержек суд не находит;

- процессуальные издержки, выразившиеся в оплате вознаграждения адвоката Дрокина И.И. в сумме 16 148 рублей за защиту обвиняемой ФИО4 в ходе предварительного расследования, а также адвоката Плетенецкого А.А. в сумме 51 744 рубля за ее защиту в суде при производстве по уголовному делу под председательством судьи Сенчукова А.С., а всего в сумме 67 892 рубля, подлежат взысканию с ФИО4 в доход федерального бюджета РФ, поскольку от услуг защитников она не отказывалась, находится в трудоспособном возрасте, доказательств имущественной несостоятельности суду не представила, законных оснований для полного освобождения ее от уплаты процессуальных издержек суд не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенного наказания с наказанием, назначенным по приговору мирового судьи судебного участка №5 Северодвинского судебного района Архангельской области от 22 октября 2015 г., окончательно назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО3 исчислять с 17 октября 2017 года. Зачесть в окончательное наказание отбытое наказание по приговору мирового судьи судебного участка №5 Северодвинского судебного района Архангельской области от 22 октября 2015 г. и время нахождения под стражей по настоящему делу, а всего зачесть период с 08 июля 2015 г. по 16 октября 2017 года.

Меру пресечения ФИО3 в виде заключения под стражей оставить прежней до вступления приговора в законную силу.

Признать ФИО4 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, преступления, предусмотренного п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, преступления, предусмотренного ч.2 ст.228 УК РФ, и назначить ей наказание:

- по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев;

- по п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением положений ст.64 УК РФ в виде лишения свободы на срок 5 лет;

- по ч.2 ст.228 УК РФ в виде лишения свободы на срок 3 года.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО4 наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания ФИО4 исчислять с 17 октября 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО4 под стражей с 08 июля 2015 г. по 16 октября 2017 года.

Меру пресечения ФИО4 в виде заключения под стражей оставить прежней до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства: 

- наркотические средства в количестве 0,49 грамма, 0,44 грамма, 0,14 грамма, 1,02 грамма, 0,39 грамма и их первичные упаковки (пакеты из полимерного материала, фрагмент изоленты, пачка из-под сигарет «Кент», фрагмент из бумаги розового цвета), пять медицинских шприцев, металлическую ложку – хранить в УМВД России по 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес> до разрешения материала в отношении неустановленных лиц, выделенных в отдельное производство;

- диск СD-R, содержащий аудиозаписи телефонных переговоров ФИО3 и ФИО4 - хранить при уголовном деле в течении всего срока хранения последнего.

Взыскать с ФИО3 процессуальные издержки в размере 39 846 рублей (тридцать девять тысяч восемьсот сорок шесть) рублей в доход федерального бюджета РФ.

Взыскать с ФИО4 процессуальные издержки в размере 67 892 (шестьдесят семь тысяч восемьсот девяносто два) рубля в доход федерального бюджета РФ.

Процессуальные издержки в сумме 96726 (девяносто шесть тысяч семьсот двадцать шесть) рублей возместить за счет средств федерального бюджета РФ.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Архангельский областной суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, осужденными ФИО3 и ФИО4 - в тот же срок со дня вручения им копии приговора, с подачей жалобы через Северодвинский городской суд.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем должны указать в жалобе, в случае подачи апелляционного представления или жалобы другого лица – в отдельных ходатайствах или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления).

Осужденные вправе ходатайствовать об апелляционном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должны подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на апелляционную жалобу (представление).

Председательствующий А.С. Сенчуков