Дело № 2-271/2024

УИД- 75RS0008-01-2024-000237-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

22 марта 2024 года город Борзя 

Борзинский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Слепцова И.В., единолично

при секретаре судебного заседания Кымпан А.С.,

с участием заместителя Борзинского транспортного прокурора Галинецкого К.Л.,

истца ФИО1, его представителя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просит суд восстановить его на работе в ОАО «Российские железные дороги» в должности помощника машиниста тепловоза (вспомогательная работа при депо); взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула с 23 января 2024 года по день принятия решения судом по делу, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей.

Свои исковые требования ФИО1 мотивирует тем, что он работал в Эксплуатационном локомотивном депо Борзя – структурном подразделении Забайкальской дирекции тяги – структурном подразделении Дирекции тяги – филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» с 10 февраля 2011 года. Приказом начальника Эксплуатационного локомотивного депо Борзя от 22 января 2024 года № 26/к истец уволен с работы 23 января 2024 года по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (по соглашению сторон).

Истец считает, что он был уволен с работы без законного основания и с нарушением установленного порядка увольнения. Заявление об увольнении по соглашению сторон было написано под давлением работодателя, волеизъявления истца на увольнение не имелось. Соглашения между сторонами о расторжении трудового договора достигнуто не было.

20 января 2024 года, работая в дневную смену по ст. Шахтерская, истец проходил предрейсовый медицинский осмотр. Дежурный фельдшер ФИО3 составила в отношении истца акт об отстранении, в связи с тем, что у истца обнаружены признаки алкогольного опьянения, что, в свою очередь, отрицалось истцом. 22 января 2024 года в ходе разбора в кабинете начальника локомотивного депо со стороны начальника отдела кадров ФИО12. на истца оказывалось давление об увольнении по соглашению сторон. Принимая во внимание, что разбор проходил всего около 10 минут, истец растерялся, испугавшись, что его уволят по порочащим основаниям, если он не напишет заявление об увольнении.

Истец отмечает, что с актом об отстранении от работы и с протоколом разбора он не ознакомлен, медицинское освидетельствование в медицинском учреждении не проходил, объяснение не писал. Работодатель не предоставил возможность осознать свое волеизъявление и решение, нарушил трудовые права связанные с увольнением по соглашению сторон.

Таким образом, соглашение истцом подписано вынуждено, под давлением со стороны работодателя.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2, исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, просили их удовлетворить, дополнительно пояснив, что приказ о его увольнении является незаконным и подлежит отмене. Опасаясь, что его могут уволить по отрицательным основаниям за появление на работе в состоянии опьянения, с чем он был категорически не согласен, по предложению работодателя во время разбора написал вышеуказанное заявление об увольнении. 

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила в иске отказать, считая незаконными и необоснованными, поскольку причиной написания заявления об увольнении по соглашению сторон ФИО1 послужило то, что ранее 20 января истец был вызван для работы на ст. Шахтерская. При прохождении ФИО1 предрейсового медосмотра он был отстранен от работы фельдшером ФИО3 в связи с наличием признаков употребления алкоголя.

22 января 2024 года ФИО1 был вызван в кабинет начальника эксплуатационного локомотивного депо Борзя для проведения разбора по факту появления на рабочем месте с признаками алкогольного опьянения. В кабинете присутствовали главный инженер локомотивного депо Борзя ФИО5, заместитель начальника локомотивного депо Борзя по эксплуатации ФИО6, заместитель начальника локомотивного депо Борзя по кадрам ФИО8 и заместитель председателя профсоюзного комитета локомотивного депо Борзя ФИО7 При запросе объяснений ФИО1, о причинах допущенного проступка, четких объяснений получено не было. Так же учитывая тот факт, что ранее 14 июня 2023 года у ФИО1 уже имелось действующее дисциплинарное взыскание в виде выговора за аналогичное нарушение во избежание увольнения ФИО1 по отрицательным мотивам, принимая во внимание его стаж работы и карьерные достижения, заместителем начальника депо по кадрам ФИО8 было предложено увольнение по соглашению сторон. Давления и принуждения к написанию данного заявления работодателем не оказывалось. ФИО1 лично написал данное заявление, предоставил его ФИО8, затем 23 января 2024 ФИО1 ознакомился с приказом, проставил свою подпись.

В своем заключении заместитель Борзинского транспортного прокурора Галинецкий К.Л. указал на отсутствие законных оснований для увольнения истца по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (по соглашению сторон), в связи с чем, исковые требования о восстановлении на работе являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетеля ФИО8, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, пункта 1 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Согласно статье 15 Трудового кодекса РФ, трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно абзацу второму части 1 статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены данным кодексом, иными федеральными законами.

В силу статьи 56 Трудового кодекса РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ основанием прекращения трудового договора является соглашение сторон (статья 78 Трудового кодекса РФ).

Статьей 78 Трудового кодекса РФ установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

В части 1 статьи 37 Конституции РФ закреплен принцип свободы труда и право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

В Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2009 г. №, от 19 июня 2012 г. № 1077-О, от 17 июля 2014 г. № 1704-О и других неоднократно приводились правовые позиции о том, что свобода труда в сфере трудовых отношений, проявляется прежде всего в договорном характере труда, в свободе трудового договора. Свобода труда предполагает также возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, т.е. на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения.

Как разъяснено в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон как форма реализации свободы труда обусловлена необходимостью достижения такого соглашения на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя, без принуждения кого-либо к подписанию данного соглашения без возможности его аннулирования в дальнейшем в силу закона.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 27 декабря 1999 г. №19-П и от 15 марта 2005 г. №3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1, статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, увольнение по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ возможно лишь при взаимном согласии и договоренности работодателя и работника на прекращение трудовых отношений, основанных на добровольном соглашении сторон трудовых отношений. При установлении порока воли работника на заключение соглашения о расторжении трудового договора последнее может быть признано недействительным.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон, принятие такого решения должно быть основано на добровольном волеизъявлении каждой из сторон трудового договора, в том числе и работника.

При этом такая договоренность в соответствии со статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации должна быть оформлена в письменном виде и порождает для обеих сторон трудового договора юридически значимые последствия. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению является следующие обстоятельства: были ли действия работника при подаче заявления об увольнении по соглашению сторон добровольными и осознанными; понимал ли ФИО1 последствия написания такого заявления и были ли работодателем разъяснены последствия и право работника отозвать свое заявление об увольнении по соглашению сторон и в какие сроки; достижение работодателем и работником соглашения об увольнении истца, в том числе о дате увольнения.

Судом установлено, что истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ОАО «Российскией железные дороги», где работал в должности помощника машиниста тепловоза (вспомогательная работа при депо) на основании трудового договора от 10 февраля 2011 года № 3.

На основании приказа Эксплуатационного локомотивного депо Борзя – структурного подразделения Забайкальской дирекции тяги – структурного подразделения Дирекции тяги – филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» от 22 января 2024 года № 26/к трудовой договор с ФИО1 прекращен по соглашению сторон на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ.

Как установлено в судебном заседании основанием для прекращения трудового договора между ФИО1 и ОАО «Российскией железные дороги» послужило заявление ФИО1, написанное им 22 января 2024 года с просьбой уволить его по соглашению сторон.

Вместе с тем, как следует из пояснений истца в судебном заседании, 20 января 2024 года, работая в дневную смену по ст. Шахтерская, истец проходил предрейсовый медицинский осмотр. Дежурный фельдшер ФИО3 составила в отношении истца акт об отстранении, в связи с тем, что у истца обнаружены признаки алкогольного опьянения, что, в свою очередь, отрицалось истцом. 22 января 2024 года в ходе разбора в кабинете начальника локомотивного депо со стороны начальника отдела кадров ФИО8 на истца оказывалось давление об увольнении по соглашению сторон. Принимая во внимание, что разбор проходил всего около 10 минут, истец растерялся, испугавшись, что его уволят по порочащим основаниям, если он не напишет заявление об увольнении.

При этом, представитель ответчика в судебном заседании пояснила, что учитывая тот факт, что ранее 14 июня 2023 года у ФИО1 уже имелось действующее дисциплинарное взыскание в виде выговора за аналогичное нарушение, во избежание увольнения ФИО1 по отрицательным мотивам, заместителем начальника депо по кадрам ФИО8 было предложено увольнение по соглашению сторон. Давления и принуждения к написанию данного заявления работодателем не оказывалось. ФИО1 лично написал данное заявление, предоставил его ФИО8, затем 23 января 2024 ФИО1 ознакомился с приказом, проставил свою подпись. Аналогичные показания дал суду свидетель ФИО8

Как следует из материалов дела, заявление об увольнении по соглашению сторон, написанное ФИО1 22 января 2024 года не содержит даты, когда стороны решили прекратить трудовые отношения. 

Оценив в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что между сторонами не было достигнуто соглашение о расторжении трудового договора. 

В приказе о прекращении (расторжении) трудового договора от 22 января 2024 года № 26/к основанием для прекращения трудовых отношений с ФИО1 указано личное его заявление.

В заявлении ФИО1 об увольнении по соглашению сторон дата увольнения не указана, как и не имеется даты составления этого заявления. То обстоятельство, что оно зарегистрировано работодателем 22 января 2024 года само по себе не указывает на волеизъявление ФИО1 уволиться по соглашению сторон с указанной даты. Тем самым, сторонами трудового договора не было достигнуто соглашение о дате увольнения.

Несмотря на то, что трудовое законодательство не содержит определенных правил заключения соглашения о прекращении трудового договора, тем не менее, исходя из смысла указанного основания прекращения трудового договора, зависящего от взаимного волеизъявления двух сторон договора, каждая из сторон должна понимать и дать согласие не только на саму возможность прекращения трудового договора по указанному основанию, но и понимать момент заключения соглашения и форму этого соглашения, когда соглашение будет считаться окончательно оформленным и порождать юридические последствия.

Следует отметить, что суть соглашения между работником и работодателем об увольнении заключается в том, что стороны оговаривают условия, в том числе о дате увольнения, и приходят к единогласному решению об их утверждении, при наличии волеизъявления обоих сторон на увольнение по соглашению.

В отсутствие оформленного письменного соглашения о расторжении трудового договора по статье 77 Трудового кодекса Российской Федерации, данное основание увольнения практически идентично с основанием увольнения работника по собственному желанию, которое может по соглашению сторон в силу части 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации состояться ранее установленного двухнедельного срока предупреждения работодателя о волеизъявлении работника.

По данному делу не нашло своего подтверждения заключение соглашения сторон, поскольку заявление ФИО1 о прекращении трудовых отношений по соглашению сторон не содержит в себе даты увольнения, соответственно, истец не выразил свою волю на прекращение трудовых отношений по соглашению сторон 23 января 2024 года. 

В судебном заседании истец пояснил, что намерения уволиться не имел, желал продолжить трудовые отношения. Опасаясь, что его могут уволить по отрицательным основаниям за появление на работе в состоянии опьянения, с чем он был категорически не согласен, по предложению работодателя во время разбора написал вышеуказанное заявление. Возможности отозвать свое заявление об увольнении у него не было.

Таким образом, суд считает, что между работодателем и работником ФИО1 не было достигнуто соглашение об увольнении по соглашению сторон, истцом не совершены последовательные действия, свидетельствующие о наличии у него намерения расторгнуть трудовой договор.

Суд, установив отсутствие добровольного волеизъявления истца на увольнение, отсутствие соглашения между работником и работодателем о прекращении трудового договора, в том числе дате увольнения, приходит к выводу об отсутствии у ответчика оснований для расторжения трудового договора с ФИО1 23 января 2024 года по пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового договора Российской Федерации.

Соответственно, приказ Эксплуатационного локомотивного депо Борзя – структурного подразделения Забайкальской дирекции тяги – структурного подразделения Дирекции тяги – филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» от 22 января 2024 года № 26/к о расторжении трудового договора с ФИО1 по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ) подлежит признанию незаконным и отмене.

Из положений статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, а также пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что работник может быть восстановлен на работе только в случае, если увольнение его было произведено без законного основания и (или) с нарушением установленного порядка.

Установив факт незаконного увольнения истца, суд в соответствии с частью 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации приходит к выводу о восстановлении ФИО1 в должности помощника машиниста тепловоза (вспомогательная работа при депо) Эксплуатационного локомотивного депо Борзя – структурного подразделения Забайкальской дирекции тяги – структурного подразделения Дирекции тяги – филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» с 23 января 2024 года.

В пользу ФИО1 с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула в размере 107118 руб. 13 коп., рассчитанная ответчиком за период с 24 января 2024 года по 22 марта 2024 года, исходя из тарифной ставки, количества часов и количества смен.

С данным расчетом согласился истец ФИО1, который также проверен судом и признан правомерным, соответствующим положениям статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации и постановлению Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. №922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

В силу ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Установив факт нарушения трудовых прав истца, учитывая положения статьи 237, части девятой статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в пункте 63 постановления Пленума от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», принимая во внимание, что незаконным увольнением истцу был причинен моральный вред, учитывая конкретные обстоятельства дела, степень вины ответчика, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, а также требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 20000 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела").

Разрешая требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд, учитывая сложность дела, время, затраченное представителем ответчика, количество судебных заседаний, с учетом требований разумности и справедливости, в отсутствие обоснованных возражений со стороны ответчика, приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в счет возмещения понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя 30 000 рублей (за консультации, представление интересов в суде и подготовку процессуальных документов).

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с учетом удовлетворенных исковых требований с ОАО «Российские железные дороги» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3642 руб. 36 коп., принимая во внимание взыскание среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 107118 руб. 13 коп., за что государственная пошлина составляет 3342 руб. 36 коп., учитывая взыскание с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, за что государственная пошлина составит 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ Эксплуатационного локомотивного депо Борзя – структурного подразделения Забайкальской дирекции тяги – структурного подразделения Дирекции тяги – филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» от 22 января 2024 года № 26/к о расторжении трудового договора с ФИО1 по соглашению сторон (пункт 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ).

Восстановить ФИО1 , паспорт № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ ОУФМС России по Забайкальскому краю в Борзинском районе в должности помощника машиниста тепловоза (вспомогательная работа при депо) Эксплуатационного локомотивного депо Борзя – структурного подразделения Забайкальской дирекции тяги – структурного подразделения Дирекции тяги – филиала открытого акционерного общества «Российские железные дороги» с 23 января 2024 года.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 107118 рублей 13 копеек, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 30000 рублей.

Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в бюджет муниципального района «Борзинский район» государственную пошлину в размере 3642 рубля 36 копеек.

Решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд через Борзинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья И.В. Слепцов

Решение суда в окончательной форме принято 27 марта 2024 года.