Председательствующий – судья Козлова Е.К. № 22-7463/2024 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Красноярск 29 октября 2024 года

Судебная коллегия по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе 

председательствующего Бондаренко Е.А., 

судей Измаденова А.И., Кундрюковой Е.В., 

при помощнике судьи Иголкиной Е.К., 

с участием прокурора Красноярской краевой прокуратуры Анисимовой И.А., 

осужденного ФИО14, его законного представителя ФИО12, посредством видео-конференц-связи,

защитника адвоката Рукосуева Л.В., 

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению исполняющего обязанности Канского межрайонного прокурора Жилкина П.А., по апелляционным жалобам осужденного ФИО14, адвоката Рукосуева Л.В. на приговор Канского городского суда Красноярского края от 9 июля 2024 года, которым

ФИО14, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес> гражданин РФ, не судимый,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к лишению свободы сроком на 6 лет с отбыванием наказания в воспитательной колонии,

мера пресечения изменена на заключение под стражу, 

срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, 

зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей с 9 июля 2024 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в воспитательной колонии, 

разрешена судьба вещественных доказательств по делу.

Заслушав доклад судьи Бондаренко Е.А. по материалам уголовного дела, доводам апелляционных представления и жалоб, выслушав осужденного ФИО14, его законного представителя ФИО12, адвоката Рукосуева Л.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Анисимовой И.А., поддержавшей доводы апелляционного представления, судебная коллегия 

УСТАНОВИЛА:

Органами предварительного расследования несовершеннолетний ФИО14 обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлекшее по неосторожности его смерть, при следующих обстоятельствах.

16 декабря 2023 года в период времени с 3 часов 45 минут до 7 часов 01 минуты несовершеннолетние ФИО14 и ФИО4 находились в коридоре первого этажа дома по адресу: 

<

адрес>, куда из комнаты № вышеуказанного дома вышел ФИО1, который высказал недовольство в отношении несовершеннолетних, при этом нанес один удар имеющимся при нем ножом несовершеннолетнему ФИО14 в область живота. После чего у ФИО14 на почве личных неприязненных отношений возник умысел на причинение ФИО1 тяжкого вреда здоровью, реализуя который он умышленно нанес своей правой ногой один удар ФИО1 в область груди, от чего он упал на пол, после чего ФИО14 подошел к лежащему на полу ФИО1 и нанес ему кулаками не менее 3 ударов в область головы.

После того как ФИО14 была оказана первая доврачебная помощь, а ФИО1 отнесли в его комнату, ФИО14, продолжая реализовывать свой умысел, прошел в комнату № дома по вышеуказанному адресу, где умышленно нанес своей правой ногой не менее одного удара по голове лежащему на полу ФИО1, не предпринимавшему в тот момент каких-либо действий по причинению физического насилия или угрозы его применения в отношении ФИО14

Своими действиями ФИО14 причинил ФИО1 закрытую черепно-мозговая травму в виде ушибов мягких тканей (ссадины, оттек мягких тканей) лица, волосистой части головы, височной области слева, окологлазничной области с обеих сторон, субдуральной гематомы в правом полушарии (110 мл), ушиба вещества головного мозга тяжелой степени с развитием тетрапареза, моторной афазии, дисфагии, которая отнесена к критериям вреда здоровью, опасного для жизни человека, и по указанному признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью, состоит в прямой причиной связи с наступившей смертью. 

С наступившей смертью состоит в опосредованной через развившиеся осложнения причинной связи. 

Смерть ФИО1 наступила 7 февраля 2024 года от вышеуказанной травмы, осложнившейся развитием интерстициальной правосторонней пневмонии (гипостатической) с экнодотоксикозом, отека вещества мозга разной степени выраженности в коре больших полушарий, подкорковой области и стволе.

Суд первой инстанции, установив те же обстоятельства совершенного преступления, признал ФИО14 виновным в совершении данного преступления, квалифицировав его действия по ч. 4 ст. 111 УК РФ. 

В судебном заседании осужденный ФИО14 свою вину не признал, пояснив, что причинил тяжкий вред здоровью ФИО1, находясь в состоянии необходимой обороны.

В апелляционном представлении (с дополнением) исполняющий обязанности Канского межрайонного прокурора Жилкин П.А. просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. 

Указывает, что в ходе судебного заседания не установлено какими из нанесенных ФИО14 ударов ФИО1 были причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть, имеющиеся противоречия в части причинно-следственной связи между причинением ФИО1 закрытой черепно-мозговой травмы и наступлением его смерти не устранены, данные обстоятельства требовали разъяснения судебного медицинского эксперта, проводившего судебно-медицинскую экспертизу трупа ФИО1, который в ходе судебного следствия не допрошен.

Кроме того, судом не разрешен вопрос о наличии оснований для проведения дополнительной судебно-медицинской экспертизы с целью установления возможности образования у потерпевшего телесных повреждений при обстоятельствах, указанных ФИО14 в ходе проведения проверки показаний на месте, то есть при нанесении им одного удара ногой потерпевшему в область шеи. Не устранены противоречия в показаниях свидетеля ФИО2 о том, что первым удар потерпевшему нанес ФИО14, после чего ФИО1 ударил подсудимого ножом в живот, а также о том, что он слышал доносящиеся из комнаты погибшего звуки ударов в тот момент, когда там находился ФИО14

Обращает внимание на то, что именно потерпевший ФИО1 первоначально явился инициатором конфликта, вел себя агрессивно и первым нанес удар ножом ФИО14, причинив ему рану, повлекшую тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. ФИО14 нанес три удара рукой по голове потерпевшего непосредственно после того, как тот неожиданно ударил его ножом. Указанным обстоятельствам суд надлежащей оценки не дал, и пришел к выводу о том, что действия ФИО14 не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а совершены из чувства личной неприязни к потерпевшему, поэтому не являются необходимой обороной или превышением ее пределов в соответствии с положениями ст. 37 УК РФ.

Таким образом, фактически данные обстоятельства ставят под сомнение выводы суда о причинении ФИО14 телесных повреждений ФИО1, повлекших его смерть.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО14 просит приговор отменить, квалифицировать его действия, как совершенные в условиях необходимой обороны. 

Указывает, что в момент конфликта потерпевший находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивен, нанес ему ножевое ранение в область живота, в связи с чем он стал наносить удары потерпевшему в рамках самообороны.

Обращает внимание на то, что смерть потерпевшего ФИО1 наступила спустя два месяца после конфликта, и могла быть обусловлена иными причинами.

В апелляционной жалобе адвокат Рукосуев Л.В. в интересах осужденного ФИО14 также выражает несогласие с решением суда, просит приговор отменить, прекратить уголовное дело за отсутствием в действиях ФИО14 состава преступления.

Подробно излагая обстоятельства произошедших событий, указывает, что у ФИО14 отсутствовал умысел на причинение ФИО1 тяжкого вреда здоровья, поскольку потерпевший первым нанес ФИО14 тяжкое телесное повреждение в виде ножевого ранения брюшной полости. 

Кроме того, в судебном заседании было подтверждено, что в день конфликта ФИО1 получил пенсию и выпивал с неизвестными лицами в другом общежитии, перед встречей с ФИО14 был избит другими неизвестными лицами.

Обращает внимание на то, что судебно-медицинская экспертиза установила, что внутричерепные гематомы головного мозга у ФИО1, повлекшие его смерть, наступили от полученных множественных ударов по голове в течение суток 16 декабря 2023 года, при этом экспертиза не подтверждает, что данные повреждения ФИО1 причинены именно ударами ФИО14

Кроме того, органами предварительного следствия не была проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, устанавливающая наличие либо отсутствие состояние аффекта у обвиняемого ФИО14 вследствие получения ножевого проникающего ранения и последующего стрессового состояния.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и жалоб, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене с вынесением апелляционного оправдательного приговора, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

При этом каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела (ч. 1 ст. 88 УПК РФ).

Обжалуемый приговор суда указанным требованиям закона не соответствует.

Признавая ФИО14 виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлекшем по неосторожности его смерть, суд первой инстанции исходил из того, что после нанесенного потерпевшим удара ножом ФИО14, у последнего возникли личные неприязненные отношения к ФИО1 и умысел на причинение ему тяжкого вреда здоровью, реализуя который ФИО14 сначала ударом ноги в область груди повалил ФИО1 на пол, после чего нанес лежащему на полу ФИО1 не менее 3 ударов кулаками в область головы, а после того как ФИО1 занесли в комнату, ФИО14, продолжая реализовывать свой умысел, умышленно нанес своей правой ногой не менее одного удара по голове лежащему на полу ФИО1, чем причинил ему тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности его смерть. 

При этом суд отверг доводы стороны защиты о причинении ФИО14 потерпевшему тяжкого вреда здоровью в условиях необходимой обороны, сославшись на характер и локализацию телесных повреждений, нанесение ФИО14 ударов с достаточной силой в область головы потерпевшего, то есть в место расположения жизненно - важных органов, а также указав о том, что поскольку после нанесенного потерпевшим ножевого ранения ФИО14 ударом ноги повалил его на пол, прижал его руку с ножом коленом, тем самым обезвредив его, ФИО1 в силу возраста, наличия заболеваний, нахождения в состоянии алкогольного опьянения, не мог представлять для ФИО14 опасности, а впоследствии, находясь в своей комнате, потерпевший был без ножа и какого-либо посягательства с его стороны в отношении ФИО14 не имелось.

Однако доказательств, которые бы подтверждали возможность пресечь в коридоре общежития противоправные действия ФИО1 без причинения ему вреда здоровью, а также свидетельствующих о том, что нападение со стороны потерпевшего пресечено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, и у ФИО14 на почве личных неприязненных отношений сформировался умысел на причинение тяжкого вреда здоровью судом не приведено, равно как и не приведено доказательств, подтверждающих тот факт, что в результате впоследствии нанесенного ФИО14 удара потерпевшему в комнате общежития ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью.

Напротив, из показаний ФИО14 следует, что когда он вместе с ФИО4 находился в коридоре общежития, туда в состоянии алкогольного опьянения вышел ФИО1, который в грубой форме сделал им замечание, после чего зашел в свою комнату, откуда вышел с ножом в руках. Увидев это, он (ФИО14) спрятал за себя ФИО4 и когда также начал пятиться назад, ФИО1 нанес ему удар ножом в живот. После этого он нанес ФИО1 удар ногой в грудь, от которого последний упал, но нож не выпустил. Он прижал своим коленом руку ФИО1, в которой находился нож, после чего нанес ему еще три удара по лицу. При этом не отрицал нанесение в комнате ФИО1 одного удара ногой, который пришелся потерпевшему в область шеи. 

Данные осужденным показания об оборонительном характере его действий в коридоре общежития в ответ на противоправные действия ФИО1 в ходе судебного разбирательства подтвердил свидетель ФИО4

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО2 также пояснил, что спустившись в коридор общежития, увидел ФИО14, который сидел, облокотившись на стену и рассказал ему, что ФИО1 нанес ему один удар ножом в живот, после чего он несколько раз ударил ФИО1 кулаком.

Об обстоятельствах произошедшего ФИО14 рассказал и свидетелю ФИО3, о чем последний пояснил в ходе судебного заседания. 

Однако надлежащая оценка показаниям осужденного, свидетелей ФИО4, ФИО2 и ФИО3 в данной части судом не дана. 

Кроме того, суд принял и привел в приговоре в качестве доказательств виновности ФИО14 показания свидетеля ФИО2, данные им в ходе предварительного расследования о том, что в его присутствии ФИО14 неоднократно заходил в комнату ФИО1, откуда доносились звуки ударов, а также показания ФИО2 и ФИО13 о том, что со слов ФИО14 им известно, что ФИО14 сам спровоцировал ФИО1 на конфликт и первым нанес удары, после чего ФИО1 взял нож, что не вменялось осужденному и противоречит установленным судом первой инстанции обстоятельствам дела.

Помимо этого, приведя в обоснование виновности ФИО14 заключение судебно-медицинской экспертизы о характере и локализации обнаруженных у ФИО1 повреждений, а также о причине его смерти, суд не дал данному заключению оценки в совокупности с приведенными в приговоре протоколом проверки показаний на месте с участием ФИО14, в ходе которого он продемонстрировал механизм нанесения ударов ФИО1 в коридоре общежития в область головы, а в комнате потерпевшего в область его шеи, а также с видеозаписью, на которой запечатлен данный момент. 

Судом не дана оценка и заключению судебно-медицинской экспертизы в отношении самого ФИО14 о тяжести причиненного вреда здоровью в результате нанесения потерпевшим ножевого ранения, постановлению о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ в связи со смертью последнего. 

Таким образом, отвергнув показания ФИО14 и, оставив без оценки согласующиеся с ними иные доказательства, суд нарушил положения уголовно-процессуального закона, регламентирующего правила проверки и оценки доказательств, неверно установил фактические обстоятельства дела, поскольку выводы суда противоречат исследованным доказательствам, соответственно, неправильно применил уголовный закон, признав ФИО14 виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1, повлекшего по неосторожности его смерть.

В этой связи приговор не может быть признанным законным и обоснованным, и подлежит отмене.

Оценив имеющиеся в деле доказательства, которые были исследованы в судебном заседании суда первой и апелляционной инстанции, судебной коллегией установлено следующее.

16 декабря 2023 года в период с 3 часов 45 минут до 7 часов 01 минуты несовершеннолетние ФИО14 и ФИО4 находились в коридоре первого этажа дома по адресу: 

<

адрес>, куда из комнаты № вышел ФИО1, который высказал недовольство в отношении несовершеннолетних и направился в их сторону. 

Увидев в руках ФИО1 нож, ФИО14 оттолкнул находившегося рядом ФИО4, после чего ФИО1 нанес имеющимся при себе ножом удар в область живота ФИО14, причинив ему телесное повреждение в виде раны живота, проникающей в брюшную полость без повреждения внутренних органов, с локализацией на передней стенке живота справа, которая отнесена к критерию вреда, опасного для жизни человека, создающей угрозу для жизни, и по указанному признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. ФИО14, действуя в состоянии необходимой обороны, и, отражая нападение, нанес своей правой ногой один удар в область груди ФИО1, от которого последний упал на пол, затем своим коленом прижал руку ФИО1, в которой последний держал нож, и нанес кулаками не менее 3 ударов в область головы ФИО1

В результате этого ФИО1 была причинена закрытая черепно-мозговая травма в виде ушибов мягких тканей (ссадины, оттек мягких тканей) лица, волосистой части головы, височной области слева, окологлазничной области с обеих сторон, субдуральной гематомы в правом полушарии (110 мл), ушиба вещества головного мозга тяжелой степени с развитием тетрапареза, моторной афазии, дисфагии, которая соответствует критериям вреда здоровью, опасного для жизни человека, вызвавшее развитие угрожающего жизни состояния, и расценивается как тяжкий вред здоровью, состоит в прямой причиной связи с наступившей смертью. 

Смерть ФИО1 наступила 7 февраля 2024 года в 6 часов 15 минут в КГБУЗ «Филиал № 4 Чечеульская участковая больница» в результате причиненной несовершеннолетним ФИО14 закрытой черепно-мозговой травмы в виде ушибов мягких тканей (ссадины, отек мягких тканей) лица, волосистой части головы височной области слева, окологлазничной области обеих сторон, субдуральной гематомы в правом полушарии (110 мл), ушиба вещества головного мозга тяжелой степени, осложнившейся развитием интерстициальной правосторонней пневмонии (гипостатической) с экнодотоксикозом, отека вещества мозга разной степени выраженности в коре больших полушарий, подкорковой области и стволе.

Установленные судебной коллегией обстоятельства дела подтверждаются показаниями ФИО14, из которых следует, что до произошедшего никаких конфликтов между ним и ФИО1 не было. Последний в состоянии опьянения стал выражаться нецензурной бранью, после чего вышел в коридор с ножом, которым ударил его (ФИО14) в область живота. Испугавшись за свою жизнь, он нанес ФИО1 один удар ногой в область груди, от которого потерпевший упал, но нож из рук не выпускал, в связи с чем он прижал ему коленом на руку и нанес еще 3 удара в область головы, после чего ФИО1 выпустил нож. Также пояснил, что когда ФИО1 отвели в комнату, слышали грохот, раздававшийся из нее, после чего обнаружили ФИО1 лежащим на полу. Не отрицал, что находясь в комнате потерпевшего, снимая все на видео, нанес ему один удар, который пришелся ФИО1 в область шеи.

Об аналогичных обстоятельствах причинения вреда здоровью ФИО1 в ходе судебного разбирательства пояснил свидетель ФИО4, подтвердивший свои показания, данные в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 226-235, л.д. 236-240), согласно которым когда в коридор общежития вышел ФИО1, ФИО14 лишь попросил у него сигарету. ФИО1 что-то пробормотал, зашел в комнату, после чего вышел и направился в их сторону. ФИО14 оттолкнул его (ФИО15) в сторону, после чего ФИО1 ударил ФИО14 ножом в живот. Последний отпрыгнул назад и нанес ФИО1 удар ногой в грудь, от которого ФИО1 упал, после чего ФИО14 несколько раз ударил ФИО1 руками по лицу, а затем присел, держась за живот. Он позвонил ФИО2, вместе с которым отнесли ФИО1 в его комнату. Позже, находясь в коридоре, они слышали грохот, доносившийся из комнаты потерпевшего, а когда зашли, ФИО1 лежал на полу. В его присутствии ФИО14 один раз ударил ФИО1 ногой в область головы.

Будучи допрошенным в судебном заседании свидетель ФИО2 пояснил, что 16 декабря 2023 года в ночное время ему позвонил ФИО4, сообщив, что ФИО1 ударил ножом ФИО14 Спустившись на этаж, он увидел ФИО14, который рассказал, что ФИО1 вышел из своей комнаты и нанес ему удар ножом в живот, после этого ФИО14 три раза ударил кулаком ФИО1 Он обработал рану ФИО14 и прошел в комнату ФИО1, последний лежал на полу, тяжело дышал, в связи с чем он вызвал скорую помощь. В его присутствии ФИО14 ударов ФИО1 не наносил. 

У судебной коллегии нет оснований не доверять показаниям ФИО14 и свидетеля ФИО4 об обстоятельствах причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью, которые являются последовательными, согласуются между собой и другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Показания ФИО14 и ФИО4 согласуются с показаниями свидетеля ФИО2, данными им в ходе судебного разбирательства.

Оглашенные судом первой инстанции по ходатайству государственного обвинителя показания свидетеля ФИО2 в ходе предварительного расследования от 09 февраля 2024 года (т. 1 л.д. 219-221) о том, что в его присутствии ФИО14 неоднократно заходил в комнату ФИО1, оттуда были слышны звуки ударов, а также о том, что со слов ФИО14 ему известно, что он сам зашел в комнату ФИО1 с целью провокации конфликта, где стал причинять ему телесные повреждения, после чего ФИО1 взял нож, которым нанес ФИО14 ножевое ранение объективно ничем не подтверждены, опровергаются как показаниями ФИО14 и свидетеля ФИО2, данные им в ходе предварительного следствия непосредственно после произошедшего (т. 1 л.д. 216-218), а также в ходе судебного следствия, так и совокупностью иных исследованных доказательств.

В этой связи указанные показания свидетеля ФИО2, равно как и показания свидетеля обвинения ФИО13, пояснившего в суде первой инстанции о том, что со слов ФИО14 ему известно о причинении ФИО1 ножевого ранения ФИО14 в комнате общежития в ответ на действия самого ФИО14, не могут являться достоверным доказательством виновности ФИО14 в умышленном причинении вреда здоровью потерпевшего, учитывая также, что они непосредственными свидетелями произошедшего не являлись, их показания в данной части противоречат предъявленному ФИО14 обвинению и установленным судебной коллегией обстоятельствам дела.

Достоверность показаний ФИО14 подтверждается также показаниями свидетеля ФИО3, которому ФИО14 направил видеообращение, в котором показал рану на животе, пояснив, что данное ранение причинил ему мужчина, которого он впоследствии несколько раз ударил, протоколом проверки показаний ФИО14 на месте, в ходе которого он подтвердил обстоятельства причинения ему ФИО1 ножевого ранения в коридоре первого этажа общежития, а также нанесение им ФИО1 удара ногой в область груди, а затем нескольких ударов кулаком по лицу, а после того как ФИО1 отнесли в комнату, также одного удара ногой в область его шеи (т. 2 л.д. 77-85), протоколом осмотра места происшествия – комнаты ФИО14, в ходе которого изъята футболка с повреждением в виде разреза и сотовый телефон «Самсунг» (т. 1 л.д. 27-32), протоколом их осмотра (т. 1 л.д. 33-38), видеозаписью с камеры сотового телефона, исследованной, в том числе судом апелляционной инстанции.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 35 от 24 января 2024 года, ФИО14 была причинена рана живота, проникающая в брюшную полость, без повреждения внутренних органов, с локализацией на передней стенке живота справа, которая относится к критериям, характеризующим вред, опасный для жизни человека, по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни и по указанному признаку квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Данная рана могла образоваться от однократного воздействия предмета (орудия), обладающего колюще-режущими свойствами (т. 1 л.д. 147-148).

Кроме того, факт нападения со стороны ФИО1 установлен органами предварительного расследования, однако в связи со смертью ФИО1 производство по уголовному делу по признакам преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ прекращено (т. 2 л.д. 175-181).

В ходе рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции по ходатайству стороны обвинения также допрошены свидетели ФИО5, ФИО6, пояснившие об образе жизни потерпевшего ФИО1 и об отсутствии у него 15 декабря 2023 года видимых синяков, медицинские работники ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО10, которые осматривали ФИО1 после причинения ему повреждений, а также исследованы протокол места происшествия – комната ФИО1, протокол последующего осмотра трупа ФИО1, протокол осмотра медицинской карты на его имя и заключение судебно-медицинской экспертизы о характере и локализации выявленных повреждений, тяжести вреда, причиненного здоровью и причине смерти.

Однако указанные доказательства подтверждают лишь факт причинения ФИО14 вреда здоровью, и его показания об оборонительном характере своих действий не опровергают.

При этом, вопреки доводам жалобы адвоката, каких-либо оснований полагать, что указанные повреждения были причинены ФИО1 при иных обстоятельствах, у судебной коллегии не имеется. Сам ФИО14 в ходе рассмотрения дела судом первой и апелляционной инстанции не отрицал факт нанесения ФИО1 телесных повреждений, защищаясь от посягательства, в связи с этим его показания и показания свидетелей ФИО4 и ФИО2 в суде первой инстанции о том, что до указанных событий у ФИО1 имелись повреждения на лице выводы судебной коллегии не опровергают.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 2, 10 Постановления Пленума ВС РФ от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица.

О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов), применение способа посягательства (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).

При этом при защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.

Оценив исследованные доказательства, подтверждающие содеянное и поведение ФИО1, судебная коллегия пришла к выводу, что именно ФИО1 напал на несовершеннолетнего ФИО14, что для последнего являлось неожиданным, поскольку до нападения конфликтов между ними не было, при этом нанес ему ножом удар в область живота как в место расположения жизненно-важных органов, то есть потерпевший осуществлял общественно опасное посягательство на ФИО14, сопряженное с насилием, опасным для его жизни, при этом данное посягательство не прекращалось. 

Тот факт, что после нанесенного ФИО14 удара ногой в грудь потерпевшего, последний упал на пол, об окончании посягательства не свидетельствует, поскольку с учетом возраста несовершеннолетнего ФИО14, сложившейся обстановки, агрессивного поведения взрослого ФИО1, находившегося в состоянии опьянения, который, несмотря на то, что находился на полу, нож из руки не выпускал, для ФИО14 сохранилась реальная угроза продолжения такого посягательства. В этой связи последующее нанесение ФИО14 ударов кулаком в область головы ФИО1 соответствовали характеру и степени общественной опасности посягательства и являются правомерными, осуществленными в состоянии необходимой обороны.

Органами предварительного расследования ФИО14 также вменено нанесение не менее одного удара ногой в область головы потерпевшему ФИО1 в комнате последнего.

Вместе с тем, доказательств, подтверждающих тот факт, что в результате данного удара ФИО1 был причинен вред здоровью, стороной обвинения не представлено и в ходе рассмотрения дела не установлено.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, у ФИО1 при обращении за медицинской помощью имелась закрытая черепно-мозговая травма в виде ушибов мягких тканей (ссадины, отек мягких тканей) лица, волосистой части головы, височной области слева, окологлазничной области с обеих сторон, субдуральной гематомы в правом полушарии (110 мл), ушиба вещества головного мозга тяжелой степени с развитием тетрапареза, моторной афазии, дисфагии, которая причинена в результате многократного, не менее 4-х воздействий тупого твердого предмета (предметов) с силой, превышающей пределы упругости травмирующих тканей, с точкой приложения травмирующей силы в области лица и головы (т. 1 л.д. 110-117).

Будучи допрошенной судом апелляционной инстанции эксперт ФИО11 пояснила, что при проведении экспертизы количество травмирующих воздействий (не менее 4-х) определялось исходя из данных медицинской карты ФИО1 о наличии у него при поступлении в стационар ушибов мягких тканей лица, волосистой части головы и т.д. Определить какое именно повреждение стало причиной возникновения травмы, впоследствии приведшей к смерти, не представляется возможным. Количество внешних и внутренних повреждений, как правило, не совпадает. При этом характер внутренних повреждений, обнаруженных у ФИО1, входящих в комплекс черепно-мозговой травмы, не исключает их образование при обстоятельствах, указанных ФИО14, то есть в результате нанесения им трех ударов кулаком в область головы потерпевшему. Высказаться о том имеет ли отношение к черепно-мозговой травме удар, нанесенный ФИО14 в комнате потерпевшего, зафиксированный на видеозаписи с телефона, не представляется возможным. Также пояснила, что обнаруженная закрытая черепно-мозговая травма состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти, а развившиеся от травмы осложнения в опосредованной связи, что ею отражено в заключении.

Таким образом, учитывая установленные судом апелляционной инстанции фактические обстоятельства дела, положения ст. 14 УПК РФ, согласно которой все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого, судебная коллегия приходит к выводу, что в деянии ФИО14 отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и любого другого преступления, в связи с чем он подлежит оправданию по предъявленному обвинению на основании п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, с признанием за ним права на реабилитацию.

Мера пресечения ФИО14 в виде заключения под стражу подлежит отмене, с освобождением ФИО14 из-под стражи немедленно.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28-389.30, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Канского городского суда Красноярского края от 9 июля 2024 года в отношении ФИО14 отменить.

ФИО14 признать невиновным и оправдать по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, на основании п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ, п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

Признать за ФИО14 право на реабилитацию, предусмотренное ст.ст. 133, 134 УПК РФ.

Меру пресечения ФИО14 в виде заключения под стражу отменить, освободить ФИО14 из-под стражи немедленно.

Вещественные доказательства: 

- мобильный телефон «Самсунг», хранящийся в камере хранения вещественных доказательств СО по Канскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия, вернуть ФИО14, 

- медицинскую карту ФИО1, хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств СО по Канскому району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия, вернуть в КГБУЗ «Канская межрайонная больница», 

- два оптических диска, хранящиеся в материалах уголовного дела, хранить при деле.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения. 

Оправданный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи

Копия верна. Судья