Дело 2-199/2020

УИД 52RS0004-01-2019-003437-61

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

15 июля 2020 года.

Московский районный суд г. Нижнего Новгорода в составе председательствующего Якимова И.А. 

при секретаре Дружбиной О.А. 

с участием прокурора Сумина С.Д. 

представителей 

<

данные изъяты>

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода», министерству здравоохранения Нижегородской области о компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с иском к ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода», указывая, что ЧЧ*ММ*ГГ* в ЧЧ*ММ*ГГ* ФИО1 поступила в Родильный дом № 7 ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода». Первоначально медицинскую помощь оказывала врач акушер-гинеколог ФИО3 В ЧЧ*ММ*ГГ* пришла другая смена, врач акушер-гинеколог 

<

данные изъяты> осмотрела истицу, вскрыла плодный пузырь, и после обследования в ЧЧ*ММ*ГГ* провела операцию – кесарево сечение, но ребенка спасти не удалось. При оказании медицинской помощи при родовспоможении медицинским учреждением были допущены недостатки, подтвержденные заключениями судебно-медицинских экспертизы в рамках возбужденного уголовного дела: не проведение качественного непрерывного интранатального КТГ плода ФИО1 при наличии медицинских показаний со стороны плода (задержка развития плода); ведение медицинской документации (история родов *) – ведение партограммы (графического ведения родов) не соответствует требованиям регламентирующих документов. В ЧЧ*ММ*ГГ* истице была проведена операция кесарево сечение, но ребенка спасти не удалось. Причиной смерти пода ФИО1 явилась острая асфиксия в родах в результате аспирации мекониальными околоплодными водами. Согласно заключению экспертизы * от ЧЧ*ММ*ГГ*, проведенной 

<

данные изъяты>, при условии отсутствия недостатка (дефекта) оказания медицинской помощи – не проведение качественного непрерывного интранатального КТГ мониторинга вероятность развития острой асфиксии у плода ФИО1 снижалась, но не исключалась в связи с наличием у плода хронической гипоксии и задержки развития. 

Истцы указывают, что из-за непрофессионализма врачей Родильного дома № 7 ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода» и несвоевременным оказанием специализированной медицинской помощи у истцов погиб ребенок. Просят взыскать с ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода», компенсацию морального вреда в ФИО1 и ФИО2 в размере 2000000 руб. каждому, в пользу ФИО4 судебные расходы в сумме 10159 руб. 

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО2 исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода» 

<

данные изъяты>. исковые требования не признала. В возражениях и в письменном отзыве указывает, что материалами дела, в том числе заключениями экспертиз, не установлена причинно-следственная связь между действиями врачей и наступлением неблагоприятных последствий (асфиксия плода), а вследствие и причинение Роддомом моральных страданий истцам, выраженных в переживаниях об утрате ребенка. КТГ мониторирование производилось, аппаратура была исправна, вместе с тем, имела место потеря сигнала, в связи с чем ФИО1 производилась периодическая аскультация (физический метод медицинской диагностики). Вред здоровью ФИО1 не причинен, причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи и гибелью плода отсутствует. Просит отказать в иске в полном объеме (л.д. 236-241 т. 1). 

Представитель ответчика министерства здравоохранения Нижегородской области 

<

данные изъяты> иск не признала. В возражениях указывает, что согласно акту проверки качества и безопасности оказания медицинской помощи * от ЧЧ*ММ*ГГ* нарушений соблюдения стандартов оказания медицинской помощи не выявлено, что касается КТГ, запись представлена трудно читаемая. Также ссылается, что министерство не является лицом, причинившим моральный вред ФИО1 просит отказать в удовлетворении исковых требований истцам. 

Третье лицо – ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом. Суд считает возможным рассмотреть дело в ее отсутствие. 

Выслушав объяснения сторон, проверив материалы дела, суд приходит к следующему. 

Положениями п. 1 ст. 1085 ГК РФ установлено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В силу ст. 1064 ГПК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В числе способов защиты прав, установленных ст. 12 ГК РФ предусмотрена компенсация морального вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из п. 2 ст. 1064 ГК РФ ответственность за причинение вреда наступает за виновное причинение вреда, если законом не предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины причинителя.

В силу статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Согласно пунктам 3, 4 статьи 2 названного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Статьей 4 того же Федерального закона предусмотрено, что основными принципами охраны здоровья являются соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, приоритет охраны здоровья детей, ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья, доступность и качество медицинской помощи.

Доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются возможностью выбора медицинской организации и врача в соответствии с настоящим Федеральным законом и применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи (пункты 3, 4 статьи 10 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно статье 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Из материалов дела следует, что ФИО1 ЧЧ*ММ*ГГ* в 

<

данные изъяты>. поступила в ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода», родильный дом, с диагнозом начало I период I своевременных родов в головном предлежании. Холестаз беременных. Хроническая плацентарная недостаточность. 

Согласно заключительному диагнозу от ЧЧ*ММ*ГГ*: I срочные оперативные роды в головном предлежании. Интранатальная гибель плода. Острая гипоксия плода. Хроническая плацентарная недостаточность. НМППК А ст. ЗРП. Седловидная матка. Холестаз беременных. Язвенная болезнь 12 перстной кишки. ВСД по кардиальному типу. Лапаратомия по Пфанненштилю. Кесарево сечение в нижнем сегменте. Поперечным разрезом». 

Согласно патологоанатомическому вскрытию причиной смерти новорожденного ребенка ФИО1 явилось: интранатальная гипоксия с развитием геморрагического синдрома (л.д. 102-105 т. 1). 

Министерством здравоохранения Нижегородской области проведена проверка качества оказания и безопасности медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода». Согласно акту проверки от ЧЧ*ММ*ГГ* * не выявлено нарушений, в том числе Порядка оказания медицинской помощи по профилю акушерство и гинекология, утвержденных приказом Минздрава РФ 1.11.2012 г. № 572н «Об утверждении оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий»), и соблюдения медицинскими организациями стандартов медицинской помощи (л.д. 98-100 т. 1). 

Как следует из представленных материалов, старшим следователем следственного отдела по Автозаводскому району г. Н. Новгород ЧЧ*ММ*ГГ* было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 293 УК РФ по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40», повлекшего смерть новорожденного ребенка ФИО1 (л.д. 106-108 т. 1). При этом ФИО1 признана потерпевшей по уголовному делу (л.д. 109,110 т. 1). 

Вместе с тем, приговор по уголовному делу в отношении кого-либо из медицинских работников ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода», не вынесен, вина кого-либо из медицинских работников не установлена. 

Согласно проведенным в ходе расследования уголовного дела судебно-медицинских экспертиз, установлены недостатки при оказании медицинской помощи ФИО1 

Согласно заключению экспертизы * от ЧЧ*ММ*ГГ*, проведенной 

<

данные изъяты>, при анализе оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода», выявлены следующие недостатки (дефекты): недостаток диагностики – не проводился качественный непрерывный интранатльный КТГ мониторинг плода ФИО1 при наличии медицинских показаний со стороны плода (задержка развития плода);

Ведение медицинской документации (история родов *) - ведение партограммы (графического ведения родов) не соответствует требованиям регламентирующих документов. 

Наличие и сущность выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи ФИО1 свидетельствует о том, что медицинская помощи не соответствовала требованиям клинических рекомендаций (протокола лечения) «Оказание медицинской помощи при одноплодных родах и затылочном предлежании (без осложнений) и в послеродовом периоде» (письмо МЗ РФ от ЧЧ*ММ*ГГ* *), оказана не в полном объеме и, таким образом, не может быть признана правильной (л.д. 50-71 т. 1). 

Согласно заключению экспертизы * от ЧЧ*ММ*ГГ*, проведенной 

<

данные изъяты>, выявленные недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не явились причиной развития внутриутробной гипоксии плода в родах, послужившей причиной его смерти, и, следовательно, не состоят в прямой причинной связи со смертью плода у ФИО1 

При условии отсутствия недостатка (дефекта) оказания медицинской помощи – не проведение качественного непрерывного интранатального КТГ мониторинга вероятность развития острой асфиксии у плода ФИО1 снижалась, но не исключалась в связи с наличием у плода хронической гипоксии и задержки развития (л.д. 29-49 т. 1). 

Также истцами представлено в дело заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведенной комиссией экспертов: эксперта отдела криминалистки 

<

данные изъяты>, врача судебно-медицинского эксперт высшей квалификационной категории 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты> * от ЧЧ*ММ*ГГ* по материалам уголовного дела *, согласно выводам которого выявлены следующие недостатки оказания медицинской помощи ФИО1 в процессе родов в ГБУЗ НО « Городская клиническая больница № 40»:

Отсутствие проведения непрерывного интранатального КТГ- мониторинга в период с 

<

данные изъяты> при наличии показаний со стороны плода, что противоречит требованиям клинических рекомендаций. Проведение непрерывного интранатального КТГ- мониторинга дало бы возможность своевременно диагностировать начавшуюся острую гипоксию плода и быстро изменить тактику ведения родов, что увеличивало возможность благоприятного исхода. 

Отсутствие проведения допплерографии, показанной с учетом того, что имеющийся у ФИО1 холестаз является частой причиной антенатальной и интранатальной гибели плода.

Отсутствие определения уровня желчных кислот сыворотки крови в условиях стационара, показанного с учетом наличия у ФИО1 патологического состояния «Холетсаз беременных». 

Указанные дефекты оказания медицинской помощи вреда здоровью ФИО1 не причинили. 

Ненадлежащее оказание медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода» выразилось в не совершении медицинскими работниками указанного учреждения надлежащих действий. Согласно правилам установления причинно-следственных связей в логике, прямая причинно-следственная связь между не совершением надлежащего действия и наступлением неблагоприятного исхода устанавливается, если доказано, что надлежащее действие (в данном случае надлежащее оказание медицинской помощи) исключает закономерный неблагоприятный исход. Учитывая факт наличия у ФИО1 отягощенного акушерско-гинекологического анамнеза, седловидной матки, хронической маточно-плацентарной недостаточности, задержки развития плода, сопутствующей соматической патологии в виде язвенной болезни двенацатиперсной кишки, и внутрипеченочного холестаза беременных, комиссия экспертов полагает, что надлежащее оказание медицинской помощи ФИО1 не исключало наступления антенатальной и интранатальной смерти плода. Таким образом, прямая причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи ФИО1 и в ГБУЗ НО «ГКБ № 40» и интранатальной смертью плода отсутствует. 

Не проведение операции кесарева сечения в период с ЧЧ*ММ*ГГ* ЧЧ*ММ*ГГ* (после сомнительных записей КТГ), дефектом оказания медицинской помощи не является, поскольку только измерения на КТГ (которая не относится к высокоточным диагностическим исследованиям и имеет ориентирующее значение) сами по себе, без связи с акушесркой ситуацией, показаниями для проведения операции кесарева сечения не являются. 

Отсутствие проведения непрерывного интранатального КТГ- мониторинга в период с ЧЧ*ММ*ГГ* ЧЧ*ММ*ГГ* при наличии показаний со стороны плода является дефектом оказания медицинской помощи. 

Указанный дефект оказания медицинской помощи вреда здоровью ФИО1 не причинил. 

Реальной опасности для жизни и здоровья ФИО1 оказание медицинской помощи с наличием вышеуказанных дефектов не представляло (л.д. 189-235 т. 1). 

Допрошенная в качестве свидетеля по ходатайству истцов 

<

данные изъяты> в судебном заседании пояснила, что работает врачом акушером – гинекологом ГБУЗ НО «ГКБ № 40». ЧЧ*ММ*ГГ* она пришла на смену в ЧЧ*ММ*ГГ* часов утра, приняла пациентов, в том числе ФИО1 Она произвела осмотр истицы, прослушала сердцебиение плода, был установлен диагноз: острая гипоксия плода. С согласия истицы произведена операция кесарева сечения, была извлечена девочка, уже мертвая. Операцию произвела она и врач ФИО3. Гипоксию плода она выявила в результате прослушивания (аскультации). Было редкое сердцебиение. Полагает, что не применение КТГ мониторинга не могло способствовать несвоевременному обнаружению гипоксии плода. Кроме того, сигналы КТГ могут быть нечеткими из-за различных факторов: от расположения плода, характера вод, расположения датчика. При этом прослушивание сердцебиения плода рекомендовано Минздравом и является эффективным методом диагностики. Считает, что операция была произведена своевременно, до ЧЧ*ММ*ГГ* часов утра показаний к операции не было. При принятии смены ей врач ФИО3 пояснила, что пациентка ФИО1 с холестазом и плацентарной недостаточностью и требует внимания (л.д. 246-149 т. 1). 

В судебном заседании в качестве свидетеля по ходатайству представителя ответчика была допрошена 

<

данные изъяты> акушер –гинеколог, 

<

данные изъяты> которая пояснила, что выполняла судебно-медицинскую экспертизы в рамках уголовного дела по факту гибели плода ФИО1 В ходе экспертизы установлено одно нарушение в оказании медицинской помощи ФИО1, в ГБУЗ НО «ГКБ № 40», а именно не проведение постоянного КТГ мониторирования в период до ЧЧ*ММ*ГГ* утра ЧЧ*ММ*ГГ* Однако, смерть плода ФИО1 имела место не вследствие данного недостатка оказания медицинской помощи, а ввиду хронической гипоксии. Потеря сигнала КТГ может быть обусловлена многими факторами, в связи с чем проводится обследование - аускультация, которая является более достоверным методом. Нарушения были отмечены в ЧЧ*ММ*ГГ* часов утра. Поскольку в ЧЧ*ММ*ГГ* часов утра зафиксирована гипоксия плода, изменена тактика родов и проведена операция (л.д. 82-84 т. 2). 

Таким образом, заключением судебной медицинской экспертизы, а также другими материалами дела подтверждено, что при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода» были допущены нарушения, выразившиеся в дефектах диагностики, не проведении необходимых исследований, данные нарушения повлекли нарушение прав истца ФИО1 в сфере охраны здоровья, получение качественной и своевременной медицинской помощи, при этом истец ФИО1 испытывала нравственные страдания, страх потерять ребенка, опасения за свое здоровье. 

Поскольку установленные дефекты оказания медицинской помощи роженице ФИО1 непосредственно не самого истца ФИО2, представляли для него не меньшую важность, чем связанные с ним лично, ввиду отрицательных нравственных переживаний за его близких (супругу, будущего ребенка), а потому в данной ситуации наличие таких дефектов существенно затрагивает его личные неимущественные права, исходя из того, что супруги с уверенностью ожидали рождения ребенка, истец также испытывал нравственные страдания, переживания за свою супругу и не родившегося ребенка, суд находит, что имеются правовые основания для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности за причинение вреда истцу ФИО2 

Наличие указанных нарушений при оказании медицинской помощи ответчиками не опровергнуто, о назначении судебно-медицинской экспертизы по гражданскому делу они не ходатайствовали. 

Материалами дела, в том числе заключением экспертов подтверждается, что при госпитализации ФИО1 диагностические мероприятия проведены не в полном объеме, что свидетельствует о том, что сотрудниками ответчика приняты не все меры для недопущения наступивших вредных последствий и ненадлежащем оказании медицинских услуг, не выполнение требований клинических рекомендаций. 

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом, в том числе, понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.); моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

При этом действующее законодательство не устанавливает как круг лиц, имеющих право на денежную компенсацию морального вреда, так и конкретный перечень нематериальных благ.

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из конкретных обстоятельств дела, с учетом степени физических и нравственных страданий, их характера, связанных с индивидуальными особенностями истицы, с учетом требований разумности и справедливости, приняв во внимание, что ответчик является юридическим лицом, деятельность которого связана с оказанием медицинских услуг населению, полагает, что моральный вред должен быть компенсирован ответчиком истцу ФИО1 в размере 150 000 руб., истцу ФИО2 в размере 100 000 руб. 

Компенсация морального вреда подлежит взысканию с ответчика, ГБУЗ НО « Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода», то есть лечебного учреждения, которое оказывало медицинскую помощь ФИО1 

Согласно ч. 5 ст. 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения. Полномочия учредителя от имени Нижегородской области осуществляет министерство здравоохранения Нижегородской области, которое был привлечен судом к участию в деле в качестве соответчика. 

С учетом изложенного, при недостаточности у ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода» денежных средств обязанность по выплате суммы надлежит возложить на выполняющей полномочия учредителя и собственника министерство здравоохранения Нижегородской области. 

При вынесении решения с ответчика взыскиваются в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в соответствии со ст. 100 ГПК РФ, с учетом объема и сложности дела, в разумных пределах, в сумме 10 000 руб. 

Также с ответчика в соответствии со ст. 103 ГПК РФ взыскивается госпошлина в доход государства в сумме 300 руб. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ суд 

РЕШИЛ:

Иск ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично: взыскать с ГБУЗ НО « Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода» в пользу ФИО1, компенсацию морального вреда в размере 150000 руб., расходы по оплате услуг представителя 10000 руб., в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда 100000 руб., госпошлину в доход государства 300 руб. 

При недостаточности у ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 40 Автозаводского района г. Н. Новгорода» денежных средств возложить обязанность по выплате суммы на выполняющей полномочия учредителя и собственника министерство здравоохранения Нижегородской области. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через районный суд в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья И.А. Якимов