Судья: Заварихина Я.С. № 22-239/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Самара 27 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда

в составе:

председательствующего судьи – Ивановой Т.Н.,

судей: Корепина В.А., Бузаевой О.А.,

при секретаре судебного заседания – ФИО3,

с участием:

прокурора – ФИО6,

осужденного – ФИО11, участвующего в судебном заседании в режиме видео-конференц-связи,

защитников – адвокатов Кочетовой Т.А., Елисеева Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитников-адвокатов Кочетовой Т.А., Елисеева Е.С., осужденного ФИО11 на приговор Сызранского городского суда Самарской области от 23 октября 2025 года в отношении ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ.

Заслушав доклад судьи Ивановой Т.Н., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, кратко доводы апелляционных жалоб, выслушав выступления осужденного и его защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора, полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия

установила:

приговором Сызранского городского суда Самарской области от 23 октября 2025 года

ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, со средним специальным образованием, разведенный, не трудоустроенный, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок ЧЕТЫРЕ года, с отбыванием наказания в исправительной колонии ОБЩЕГО режима.

Мера пресечения ФИО11 в виде домашнего ареста до вступления приговора в законную силу изменена на заключение под стражу, ФИО11 взят под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО11 постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу, засчитав в срок отбывания наказания время его содержания под стражей с 03.01.2025 года по 05.01.2025 года, и с 23.10.2025 года до дня вступления приговора в законную силу, в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также время его нахождения под домашним арестом в период с 06.01.2025 года по 22.10.2025 года в соответствии с ч. 3.4 ст.72 УК РФ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Взыскано с ФИО11 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 800 000 (восемьсот тысяч) рублей.

В приговоре разрешена судьба вещественных доказательств в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

ФИО11 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено ФИО11 в период времени и при обстоятельствах, которые подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Елисеев Е.С. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела.

При этом не оспаривая факт наличия у потерпевшего телесного повреждения, повлекшего тяжкий вред здоровью, и факт получения его в ходе конфликта с ФИО11, полагает, что суд тенденциозно, неполно и необъективно исследовал и оценил представленные стороной обвинения доказательства, чем нарушил основополагающий принцип презумпции невиновности, а равно положения уголовно-процессуального закона, касающиеся собирания, исследования и оценки доказательств.

Указывает, что, ссылаясь на показания свидетеля ФИО7, как подтверждающие версию потерпевшего, суд проигнорировал тот факт, что все трое непосредственных участников событий в квартире ФИО11, утверждают, что ФИО7 начала конфликта между подсудимым и потерпевшим не видел, так как отсутствовал в кухне, и ничего о причинах этого конфликта пояснить не может.

Несмотря на выводы суда о том, что свидетель ФИО7 утверждал, что видел, как ФИО11 наносил удар в область живота ФИО1, когда оба они находились на кухне квартиры, отмечает, что согласно показаниям и потерпевшего и осужденного, телесное повреждение ФИО1 получил в прихожей, а ФИО7 в это время находился в жилой комнате квартиры, что свидетельствует о наличии противоречий между показаниями ФИО7 и объективно установленными обстоятельствами, в связи с чем показания последнего следует оценивать критически, как недостоверные.

Полагает, что исключение из списка достоверных доказательств показаний свидетеля ФИО7 позволяет придти к выводу о том, что сведения о развитии объективной стороны преступления, а также о направленности умысла и мотивах действий подсудимого ФИО11 могут быть напрямую взяты только лишь из показаний потерпевшего и подсудимого, имеющих равное правовое значение как источник доказательств, однако их показания противоречат друг другу.

Считает, что версия ФИО11 подлежит проверке в части характера насилия, примененного к нему потерпевшим ФИО1 до того, как ФИО11 был вынужден взять в руки нож.

Обращает внимание на показания ФИО11 о том, что причинил вред здоровью ФИО1 в условиях наличного и продолжающегося противоправного посягательства на его жизнь и здоровье, которое он в силу обстановки на месте происшествия воспринимал как реальное, что исключает ответственность ФИО11 по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ. При этом принципиальное значение для оценки показаний потерпевшего и подсудимого с точки зрения их достоверности приобретает вопрос о наличии и характере телесных повреждений у ФИО11, полученных в ходе событий ночи с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, однако данный вопрос сознательно проигнорирован органами предварительного расследования.

В обоснование данного довода указывает, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 постоянно находился при сотрудниках полиции вплоть до вечера ДД.ММ.ГГГГ, когда ему была избрана мера пресечения; ДД.ММ.ГГГГ при задержании и помещении в ИВС у ФИО11 обнаружены видимые телесные повреждения, что послужило основанием направления ФИО11 ДД.ММ.ГГГГ на судебно-медицинскую экспертизу, однако она выполнена неполно, поверхностно, содержит противоречия, то есть не соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ.

Указывает, что судебно-медицинским экспертом не опрошен сам подэкспертный ФИО11 по обстоятельствам получения повреждений, а также по имеющимся жалобам, не собран анамнез, чем нарушены требования действующего законодательства. Несмотря на то, что экспертиза производилась целый месяц вплоть до ДД.ММ.ГГГГ не истребовались медицинские документы и не назначались инструментальные исследования для выявления скрытых телесных повреждений, а имеющая диагностическое значение окраска кровоподтеков в описательной части заключения и выводах описана по-разному, что исключает возможность достоверной оценки давности получения телесных повреждений, делая экспертизу неполной противоречивой, не соответствующей требованиям нормативных документов Минздрава РФ

Также отмечает, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 направлен на стационарное лечение в ГБУЗ «СЦГРБ» в связи с имеющимися телесными повреждениями, полученными в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, ему установлен диагноз: «Сочетанная травма, ЗЧМТ. Сотрясение головного мозга. Ушибы, гематомы мягких тканей лица. ЗТГК. Переломы 4,5 ребер слева. Закрытый перелом проксимальной фаланги III пальца левой кисти», что существенно противоречит выводам заключения судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО11, опровергает ее выводы.

Сообщает, что стороной защиты было заявлено ходатайство о назначении надлежащей судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО11, однако судом в удовлетворении заявленного ходатайства было отказано, так как, по мнению суда, телесные повреждения ФИО11 не имеют отношения к делу.

Обращает внимание, что отказав стороне защиты в получении надлежащего и единственно возможного по требованиям уголовно-процессуального закона доказательства, позволяющего оценивать телесные повреждения (их наличие, давность, механизм образования, степень тяжести), суд, в описательно-мотивировочной части приговора, оценил без участия эксперта, телесные повреждения ФИО11 самостоятельно.

Полагает, что приводя в приговоре показания эксперта ФИО9, суд опустил ключевое для оценки достоверности показаний потерпевшего и подсудимого пояснение о том, что, по мнению эксперта, удар (тороко-абдоминальное ранение) наносился в направлении снизу вверх, что соответствует показаниям подсудимого ФИО11, однако противоречит показаниям потерпевшего ФИО1

Обращает внимание, что упоминание о заключении генетической судебной экспертизы в приговоре отсутствует, поскольку в ней установлено, что ни на одном ноже, в том числе, на том, который потерпевший, якобы, опознал как орудие преступления, нет крови потерпевшего ФИО1; при этом на нескольких ножах обнаружена кровь иного человека, но ее принадлежность не исследована, как и не исследована принадлежность крови на полу и стенах кухни квартиры, учитывая, что ФИО11 утверждает, что это его кровь, появившаяся после избиения его потерпевшим.

Таким образом, полагает, что имея неустранимые сомнения в части характера телесных повреждений ФИО11, обстоятельств его избиения, в том числе образования следов крови на ножах, стенах и полу квартиры, суд эти неустранимые сомнения истолковал в пользу обвинения, чем грубо нарушил принцип презумпции невиновности, установленный ст. 14 УПК РФ.

Обращает внимание, что из предъявленного ФИО11 обвинения, показаний эксперта ФИО9, усматривается, что ФИО11 нанес потерпевшему один удар, однако суд в мотивировочной части приговора сделал вывод о наличии двух ударов со стороны осужденного, несмотря на наличие в материалах уголовного дела постановления следственного органа о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО11 по факту причинения потерпевшему раны в правой подмышечной области на уровне 3-го межреберья, где констатируется, что такого телесного повреждения ФИО11 ФИО1 не наносил

С учетом всех доводов, изложенных в жалобе, просит приговор суда отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе адвокат Кочетова Т.А. также выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным, несправедливым и несоответствующим фактическим обстоятельствам дела.

В обоснование доводов жалобы полагает, что в описательно-мотивировочной части приговора не указано какие конкретные объективные события предшествовали нанесению ФИО11 потерпевшему ФИО1 нескольких, но не менее двух ударов клинком ножа в область туловища, а именно: какие конкретно действия были совершены потерпевшим ФИО1, а также осужденным ФИО11 до указанных ударов клинком ножа потерпевшему, при этом отмечает, что установление указанных обстоятельств имеет важное значение для правильной юридической оценки содеянного ФИО11

Считает неверными выводы суда о том, что осуждённый ФИО11 действовал на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, поскольку все фактические обстоятельства указывают на наличие повода для самообороны осуждённого ФИО11 от противоправного поведения потерпевшего ФИО1, следовательно, установленный судом мотив действий ФИО11 не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Таким образом судом не был установленный истинный мотив преступления, что существенно повлияло на выводы суда.

Цитируя положения уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, в том числе о правилах оценки доказательств, приводя в жалобе дословное содержание выводов, изложенных в приговоре, полагает, что суд незаконно и необоснованно указал об отсутствии в действиях осужденного ФИО11 необходимой обороны, опровергая доводы защиты тем, что потерпевший защищался от осужденного, однако в действительности именно ФИО11 действовал в условиях необходимой обороны, защищаясь от потерпевшего, напавшего и применившего к осуждённому насилие в его жилом помещении.

Отмечает, что для оборонявшегося ФИО11 явились неожиданными действия посягавшего на него потерпевшего, вследствие чего обороняясь, он не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения.

Обращает внимание на обстоятельства, которые предшествовали совершенному деянию, которые привели к неожиданному посягательству, совершенному потерпевшим в ночное время с незаконным проникновением совместно с ФИО7 в жилище, когда оборонявшийся ФИО11 в состоянии испуга не смог объективно оценить степень и характер опасности такого посягательства.

Считает, что установленные судом фактические обстоятельства дела, противоречивы, основаны на предположениях, отмечает, что показания свидетелей ФИО4 и ФИО8 опровергают показания потерпевшего ФИО1,

Указывает, что потерпевший ФИО1 и свидетель ФИО4 в судебном заседании не смогли изложить суду подробности произошедшего, в том числе о событиях, предшествующих нанесению удара осужденным ФИО11, и имеющих существенное значение для выводов суда о юридической оценке произошедшего, а исследованные письменные материалы дела не устанавливают факт умышленных ударов потерпевшему, причинивших тяжкий вред его здоровью, они лишь свидетельствуют о нахождении осуждённого ФИО11 в состоянии необходимой обороны.

Полагает, что с учетом объективных данных осмотра места происшествия, расположения раневого канала, тяжести и количества ударов, очевиден вывод о достоверности показаний осуждённого о том, что он в своей квартире подвергся нападению и избиению потерпевшим, при этом, не предотвращающий нападение на ФИО11 свидетель ФИО4 был в комнате, где находились денежные средства.

Отмечает, что о наличии посягательства на жизнь и здоровье ФИО11 могут свидетельствовать, в частности, причинение вреда потерпевшим здоровью обороняющегося ФИО11, поскольку согласно выписному эпикризу, у ФИО11 констатировали черепно-мозговую травму, множественные ушибы, перелом 4 и 5 рёбер слева, закрытый перелом левого пальца, потерю сознания, сотрясение головного мозга; применение потерпевшим способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося ФИО11, а именно нанесение ударов потерпевшим в жизненно важные органы, по голове ФИО11 металлическим тяжёлым табуретом, нанесение обутыми в зимние тяжёлые ботинки ногами ударов и прыжками по голове и телу обороняющегося осуждённого; а также наличие высказываний потерпевшего о намерении немедленно причинить обороняющемуся осуждённому смерть.

Отмечает, что уголовная ответственность за причинение вреда исключается для оборонявшегося осуждённого ФИО11, поскольку им не было допущено превышения пределов необходимой обороны, фактические обстоятельства свидетельствуют о явном соответствии защиты оборонявшегося ФИО11 характеру и степени опасности посягательства, которое имело место со стороны потерпевшего.

Полагает, что выводы о наличии состояния необходимой обороны ФИО11, не были учтены судом, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, которое повлияло на исход уголовного дела и является основанием для отмены обвинительного приговора в отношении ФИО11

Обращает внимание, что обвинительный приговор суда нельзя признать законным, поскольку он не соответствует требованиям ст. ст. 297 УПК РФ, 307 УПК РФ, постановлен с существенными нарушениями норм УПК РФ, норм УК РФ, основан на предположениях; не все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, были установлены и исследованы судом, в частности, судом не учтены и не описаны предшествующие посягательству события; судом искажены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела; не были приняты во внимание и должным образом оценены выводы медицинских документов в отношении ФИО11 о физическом состоянии осужденного в момент совершения им преступления; не приняты во внимание время, место, обстановка и поведение потерпевшего, предшествующее совершенным осужденным действиям; суд в отношении ножа в руках ФИО11, несмотря на наличие отрицательной экспертизы о следах крови потерпевшего, не установил наличие удара ножом потерпевшего ФИО1; не дана оценка действиям потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО4, ввиду чего не доказан судом умысел осуждённого ФИО11 на причинение потерпевшему ФИО1 тяжкого вреда здоровью, судом не опровергнуты доводы стороны защиты о том, что в данных условиях осужденный ФИО11 защищался от неправомерных действий потерпевшего ФИО1

С учетом доводов, изложенных в жалобе, просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор в отношении ФИО11

В апелляционной жалобе осужденный ФИО11 фактически дословно излагает доводы, изложенные в апелляционной жалобе своего защитника – адвоката Кочетовой Т.А., также просит приговор суда отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы помощник прокурора 

<

адрес> ФИО5 полагает, что приговор является законным и обоснованным, вследствие чего апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Указывает, что вина ФИО11 в совершении инкриминируемого преступления доказана в полном объеме, что подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств, при назначении наказания судом в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства дела, личность подсудимого, наличие смягчающих и отягчающих обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, состояние его здоровья.

Просит апелляционные жалобы адвокатов Елисеева Е.С, Кочетовой Т.А., осужденного ФИО11 на приговор Сызранского городского суда Самарской области от 23.10.2025 года оставить без удовлетворения, а приговор без изменения.

В суде апелляционной инстанции:

– адвоката Кочетова Т.А., Елисеев Е.С., осужденный ФИО11 поддержали доводы апелляционных жалоб, просили их удовлетворить;

– прокурор ФИО6, обосновав несостоятельность доводов апелляционных жалоб, указала, что приговор суда является законным, обоснованным и мотивированным, а назначенное наказание справедливым, просила приговор оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, заслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Приговор отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его форме и содержанию. В нем изложены время, место и обстоятельства совершения ФИО11 преступления, приведены исследованные доказательства и сделанные судом на их основе выводы о событии преступления, причастности к нему осужденного и его виновности, содеянному дана правовая оценка применительно к нормам УК РФ, обоснован вид и размер назначенного ему наказания, а также разрешены иные вопросы из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО11 основаны на показаниях потерпевшего, свидетелей, заключениях экспертиз и на совокупности других доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании, получивших оценку в соответствии с требованиями статьи 88 УПК РФ и подробно приведенных в приговоре.

Причин для оговора осужденного со стороны лиц, показания которых положены в основу обвинительного приговора, судом первой инстанции при рассмотрении дела не установлено.

Уголовное дело в отношении ФИО11 рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, процессуальных и конституционных прав осужденного, в том числе, с соблюдением его права на защиту. Материалы дела, протокол судебного заседания, не содержат каких-либо сведений о ненадлежащем оказании ФИО11 юридической помощи.

В соответствии с требованиями закона суд раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний осужденного, потерпевшего и свидетелей, сведения, содержащиеся в письменных доказательствах. Мотивы и основания, почему принимаются одни доказательства и отвергаются другие, в приговоре приведены.

Доводы стороны защиты о том, что суд первой инстанции не принял во внимание время, место, обстановку и способ посягательства на самого ФИО11 со стороны потерпевшего, предшествовавшие событиям, указанным в приговоре, а также эмоциональное состояние оборонявшегося лица, то есть ФИО11, в связи с чем изложил в приговоре неверные выводы, нельзя признать состоятельными.

Аналогичные доводы проверялись судом первой инстанции и были опровергнуты исследованными доказательствами.

Судом тщательно проверена версия осужденного, однако своего объективного подтверждения по материалам дела она не нашла и справедливо была отвергнута как несостоятельная с указанием в приговоре оснований, по которым суд расценил ее в качестве защиты, поскольку занятая осужденным позиция по предъявленному обвинению с достаточной полнотой опровергается представленными стороной обвинения доказательствами, изложенными в приговоре.

Так, из показаний потерпевшего ФИО1 следует, что со своим знакомым ФИО4 находился в гостях у ФИО11, с которым в этот же день его познакомил ФИО7 Все вместе они распивали на кухне алкоголь, затем ФИО7 ушел спать в соседнюю комнату, а они с ФИО11 остались на кухне вдвоем, продолжая употреблять спиртное. В ходе общения ФИО11 предлагал сесть к нему на колени, клал ему руку на колено, от чего он растерялся, убрал его руку с колена, после чего ФИО11 резко ударил его кулаком в область грудной клетки, отчего он упал с табуретки на пол, а ФИО11 продолжал наносить ему удары в область лица, головы и туловища. Обороняясь, он в ответ стал наносить удары ФИО11 в область лица и туловища. Во время драки они с ФИО11 переместились в коридор, где ФИО11 стал терять равновесие, но он его придержал за туловище и положил на пол, после чего, удерживая за грудь, попросил не вставать, пока он не уйдет. В это время на шум, из комнаты вышел ФИО7, которому он сообщил, что ФИО11 набросился на него с кулаками, сказал собираться и ФИО7 вновь ушел в комнату. Когда он обувался, находился спиной к ФИО11, а повернувшись, увидел, что ФИО11 направляется в его сторону, сжав руки в кулак, в связи с чем, действуя на опережение, сам ударил ФИО11 два раза кулаком правой и левой руки по лицу. После того, как ФИО11 сходил на кухню и вновь вернулся в коридор, ФИО7 закричал: «Что ты творишь? Это статья!». Он видел у ФИО11 в руке нож, которым последний стал перед ним размахивать снизу вверх. Опасаясь за свою жизнь, он стал уворачиваться, но ФИО11 размахивал ножом быстро, и в какой-то момент смог нанести ему сначала один удар в область грудной клетки, а именно в область легкого, а затем в область живота (желудка). От нанесенных ударов, он испытал физическую боль, ему стало тяжело дышать, из ран обильно вытекала кровь. Когда они с ФИО7 вышли в подъезд, соседи, услышав крики, вызвали скорую помощь. Затем он потерял сознание, очнулся в реанимации.

Аналогичные показания потерпевшим ФИО1 были даны в ходе очной ставки с ФИО11 (том № л.д. №), протокол которой исследовался в судебном заседании.

Свидетель ФИО7 подтвердил, что вместе с ФИО1 находился в гостях у ФИО11, где они распивали спиртное, все было спокойно. Через некоторое время он ушел в комнату, чтобы поспать, а ФИО11 и ФИО1 остались на кухне. Проснулся от шума, выйдя в коридор, увидел, стоящего к нему спиной ФИО1, перед которым стоял ФИО11. Затем он видел, как ФИО11 сделал движение правой рукой снизу в область живота ФИО1, после чего увидел у ФИО11 в руке нож, который тот удерживал за рукоятку. Он стал уводить к выходу ФИО1, который согнулся и удерживал рану. Когда они вышли в коридор, ФИО11 закрыл за ними дверь. На шум в подъезд вышли соседи, которые вызвали скорую помощь и ФИО1 госпитализировали. Затем приехали сотрудники полиции, но ФИО11 дверь квартиры не открывал и никого к себе ни впускал, а также не отвечал на телефонные звонки.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 00 часов 30 минут она услышала шум на лестничной площадке, какой-то мужчина кричал «вызовите скорую», она вышла на лестничную площадку, где между 1-ым и 2-ым этажом увидела молодого парня, который лежал на полу, на его одежде была кровь, рядом с парнем находился мужчина возрастом значительно старше. Мужчина попросил вызвать скорую помощь. На вопрос, что произошло, мужчина ответил, что они были в гостях в 4-ой квартире, где живет его коллега, который «пырнул» молодого человека, лежащего на лестничной площадке. Она вызвала скорую помощь, вынесла кусок марли, мужчина приложил марлю молодому человеку к ране на животе.

Вместе с тем виновность ФИО11 подтверждается письменными доказательствами, в том числе: протоколами осмотра места происшествия, протоколами осмотра предметов, заключениями проведенных по делу экспертиз, иными материалами дела, содержание которых подробно раскрыто в приговоре.

Все эти доказательства получены в установленном законом порядке, полно и объективно изложены в приговоре, согласуются между собой, вопреки доводам жалоб не содержат существенных противоречий, в связи с чем правильно признаны судом допустимыми, достоверными и взяты за основу при постановлении обвинительного приговора.

Наличие у ФИО1 телесных повреждений подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой у потерпевшего имеется торакоабдоминальное ранение слева, с локализацией раны в 9-ом межреберье по передней подмышечной линии, проникающее в левую плевральную полость с ранением нижней доли левого легкого, через рану диафрагмы – в брюшную полость с ранением передней стенки желудка (2): в области тела и большой кривизны, причинившее тяжкий вред здоровью потерпевшего.

Экспертиза назначена и проведена в соответствии с требованиями статей 195-196 УПК РФ, оценена судом в совокупности с другими доказательствами. Заключение полностью отвечает требованиям ст.204 УПК РФ, а также Федеральному закону «О государственной экспертной деятельности в РФ». Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве указанной экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание их выводов, следователем и экспертами не было допущено. Выводы экспертизы аргументированы, объективны и научно обоснованы, имеют достаточную ясность, являются мотивированными и полными, не вызывают новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела.

Эксперт ФИО9 в судебном заседании подтвердила изложенные в заключении выводы, пояснив, что торакоабдоминальное ранение слева, с локализацией раны в 9-ом межреберье по передней подмышечной линии, проникающее в левую плевральную полость с ранением нижней доли левого легкого, через рану диафрагмы – в брюшную полость с двойным ранением передней стенки желудка: в области тела и большой кривизны являлось опасным для жизни и причинило тяжкий вред здоровью ФИО1 Полагает, что при условии вертикального положения потерпевшего удар наносился снизу вверх. Кроме того у ФИО1 имелось повреждение в виде раны в правой подмышечной области, на уровне 3-го межреберья, однако высказаться о степени тяжести вреда здоровью по данному повреждению не имелось возможности, поскольку в медицинских документах имелись противоречивые данные в части ее описания.

Допрошенный в качестве специалиста в области судебной медицины ФИО10 показал, что, несмотря на принятие Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 08.04.2025 года за № 172н, введенного в действие с 01.09.2025 года, которым был утвержден Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, заменившего ныне недействующий Приказ Министра здравоохранения и социального развития № 194н от 24.04.2008 года, имеющиеся у ФИО1 телесные повреждения и прежде и сейчас, относятся к категории тяжких, что становится очевидным при сопоставлении перечня повреждений, указанных в новом нормативном документе с перечнем, изложенном в ныне не действующем Приказе Министра здравоохранения и социального развития № 194н от 24.04.2008 года.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, их совокупность не находится в противоречии по отношению друг к другу, исследована в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу. Приведенные в приговоре доказательства были проверены и исследованы в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым одни доказательства были признаны достоверными, а другие отвергнуты.

Вопреки доводам позиции защиты у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для признания не соответствующими действительности, недостоверными либо основанными на оговоре показаний потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО7, поскольку они получены в соответствии с нормами и требованиями уголовно-процессуального закона, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам случившегося, подробны, последовательны и согласуются как между собой, так и с другими исследованными доказательствами.

Вопреки доводам жалобы адвоката Елисеева Е.С., показания потерпевшего ФИО1 и свидетеля ФИО7 в противоречие межу собой не вступают, в том числе в части показаний относительно месторасположения ФИО11 и ФИО1 в момент причинения последнему ножевого ранения, поскольку из протокола осмотра места происшествия с фототаблицей и схемой к нему (том № л.д. №) следует, что в квартире ФИО11 коридор и кухня фактически составляют единое пространство без каких-либо разделительных сооружений, следовательно, проснувшись от шума, по выходу из жилой комнаты ФИО7 беспрепятственно мог наблюдать за событиями, происходившими в кухонно-коридорной зоне, где в этот момент и находились ФИО11 и ФИО1

Вместе с тем несостоятельными являются и доводы защиты о том, что показания ФИО1 о направлении удара вступают в противоречие с показаниями эксперта ФИО9, поскольку потерпевший показал, что ФИО12 замахивался на него ножом снизу вверх, эксперт ФИО9 также пояснила, что при условии нахождения потерпевшего в вертикальном положении, удар ему наносился снизу вверх (протокол судебного заседания, том № л.д. №).

Доводы осужденного о том, что вред здоровью потерпевшего он умышленно не причинял, что он просто держал в руке нож, в то время как ФИО1 махал перед ним руками и ногами, в какой момент последний получил телесные повреждения, он не знает, по мнению судебной коллегии, являются преднамеренной и несостоятельной попыткой осужденного ввести суд в заблуждение относительно фактических обстоятельств дела, что обусловлено его очевидным стремлением убедить суд в заведомо опасном поведении самого потерпевшего, что как следствие должно уменьшить ответственность ФИО11 либо вовсе освободить от нее. Указанные доводы осужденного объективно опровергаются исследованными судом доказательствами, прежде всего показаниями потерпевшего ФИО1, свидетельскими показаниями ФИО7, ФИО8, а также медицинскими документами, содержащими сведения о поступлении ФИО1 в тяжелом состоянии с проникающим ножевым торако-абдоминальным ранением слева с повреждением органов грудной и брюшной полости (двойное сквозное ранение диафрагмы с выходом петли кишки и сальника в левую плевральную полость, слепое ранение нижней доли левого легкого, двойное ранение передней стенки желудка), заключением экспертизы о характере имеющихся у потерпевшего повреждений, глубине, имеющихся раневых каналов (от 1 до 3 см). Таким образом, совокупность доказательств, положенных судом в основу приговора полностью опровергает версию осужденного о том, что полученное ФИО1ранение является следствием случайного стечения обстоятельств.

Вопреки доводам стороны защиты о нахождении ФИО11 в состоянии самообороны суд достоверно установил, что в сложившейся ситуации осужденный действовал умышленно, поскольку никаких объективных доказательств тому, что ФИО11 оборонялся от действий ФИО1, не имеется. Согласно последовательных и неизменных показаний ФИО1 осужденный первым стал наносить ему удары (резко кулаком ударил его в область грудной клетки, отчего он упал с табуретки на пол, после чего от ФИО13 последовали удары в область лица, головы и туловища), после чего он тоже наносил удары ФИО11, обороняясь от него, однако это обстоятельство не свидетельствуют о реальной угрозе жизни и здоровью осужденного, требующей защиты, поскольку ФИО1 был безоружен, в процессе возникшего конфликта пытался уйти из квартиры ФИО11, обороняясь от которого наносил последнему ответные удары.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, судебная коллегия также не усматривает в действиях осужденного ни состояния необходимой обороны, ни превышения ее пределов, поскольку в деле отсутствуют доказательства, объективно подтверждающие, что со стороны потерпевшего имело место общественно-опасное посягательство, реально угрожающее здоровью или жизни ФИО11 Доводы осужденного о противоправном поведении потерпевшего обоснованно подвергнуты критике и мотивированно отвергнуты судом первой инстанции, с указанным выводом судебная коллегия полностью соглашается. При этом показания ФИО1 о том, что обороняясь от ударов ФИО11 он также наносил ему удары, а равно факт наличия у ФИО11 телесных повреждений не являются основанием для признания действий осужденного правомерными.

Эти доводы жалобы защитников являлись предметом проверки и исследования судом первой инстанции, который с приведением убедительных мотивов были признаны несостоятельными, поскольку опровергаются совокупностью исследованных и положенных в основу приговора доказательств и расценены, как способ защиты.

Как следует из протокола судебного заседания с иными доказательствами исследовалось и заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО11, согласно выводов которого установленные у ФИО11 множественные кровоподтеки разной давности не являлись опасными для жизни во время их причинения, не вызывают кратковременного расстройства здоровья и относятся к группе повреждений, не влекущих за собой какого-либо вреда здоровью. В этой связи неубедительны доводы защиты о том, что не дана оценка наличию у осужденного телесных повреждений. Более того, наличие у ФИО11 телесных повреждений, оцененных экспертом как не причинивших вреда здоровью человека, само по себе не свидетельствует о нахождении осужденного в состоянии необходимой обороны или о превышении ее пределов, а равно о его невиновности в совершении инкриминируемого преступления в отношении потерпевшего ФИО1, согласуясь с показаниями последнего о нанесении осужденному ответных ударов. В данном случае мотив преступления, обусловленный личной неприязнью вследствие возникшего конфликта, не изменяет формы вины осужденного, а напротив, свидетельствует о наличии у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Вопреки аргументам авторов апелляционных жалоб, процессуальных нарушений, связанных с получением вышеуказанного экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, по делу не установлено. Эксперту были разъяснены права и обязанности, он предупреждался об уголовной ответственности, заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, научно обосновано, выводы надлежащим образом мотивированы, ясны, сомнений в правильности не вызывают. Нарушений требований Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", при производстве экспертизы не усматривается. Несогласие осужденного и его защитников с данным заключением не ставит под сомнение его объективность и не требовало проведения новых либо дополнительных экспертных исследований.

Как видно из материалов дела, в квартире осужденного были изъяты лезвие ножа и четыре ножа (том № л.д. №), среди которых ФИО1 опознал нож, которым осужденный нанес ему ранение (л.д. №, № в томе №), в медицинском учреждении была изъята одежда потерпевшего ФИО1 (том № л.д. №), согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ повреждения на одежде потерпевшего могли быть образованы клинком ножа № 1, который был опознан ФИО1 (том № л.д. №, фото ножа л.д. №).

То обстоятельство, что в ходе предварительного расследования на вещественном доказательстве – ноже, который потерпевшим был опознан в качестве орудия преступления не было обнаружено крови потерпевшего, не свидетельствует о неприменении осужденным предмета, используемого в качестве оружия, поскольку его виновность в совершении преступления установлена судом на основе исследованных в судебном заседании допустимых доказательств, как потерпевший, так и свидетель ФИО7 указывали о причинении телесных повреждений ФИО1 именно ножом, который они видели в руке осужденного, более того сам ФИО11 не отрицал, что в процессе конфликта с ФИО1 он действительно держал в руках нож. Отсутствие же следов крови на ножах, изъятых в квартире осужденного, в том числе на том, который опознал потерпевший, свидетельствует не о невиновности ФИО11, а о предпринятых им попытках уничтожить следы преступления.

Делая вывод о наличии у ФИО11 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, судом обоснованно были приняты во внимание последовательность действий осужденного, характер, степень и локализация телесного повреждения, причинившего потерпевшему тяжкий вред здоровью, орудие преступления – кухонный нож, который опознал потерпевший. Несостоятельность доводов защиты о том, что ранение являлось следствием того, что ФИО11, обороняясь, всего лишь держал в руках нож, на который ФИО1 сам наткнулся, с учетом характера проникающего ранения с повреждением сразу нескольких органов, является заведомо очевидной.

Таким образом, всесторонне и полно исследовав материалы дела, дав собранным доказательствам в их совокупности надлежащую оценку, проверив версию осужденного ФИО11 и опровергнув ее, суд обоснованно пришел к выводу о его виновности и дал правильную юридическую оценку действиям осужденного по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, мотивировав в приговоре все установленные судом квалифицирующие признаки состава преступления.

Оснований для иной квалификации действий осужденного, а равно для оправдания ФИО11, на чем настаивают осужденный и его защитники, не имеется, поскольку по делу с бесспорностью установлено, что ФИО1 стал применять насилие в отношении ФИО11 только тогда, когда осужденный первым стал его избивать, нанося неоднократные удары.

Следует также обратить внимание, что после того, как ФИО11 в процессе обоюдной драки упал на пол, ФИО1 просил его не вставать, пока он не уйдет, на что ФИО11 дал согласие, однако, имея возможность прекратить конфликт и дальнейшие действия, осужденный выбрал другой способ развития событий, и вновь пытался наброситься на ФИО1, который уже обувался, чтобы уйти, в связи с чем потерпевший, обороняясь, ударил ФИО11, который после этого ушел в кухонную зону, откуда вернулся с ножом и нанес им удар ФИО1

Не соглашаясь с доводами жалобы об обвинительном уклоне суда при рассмотрении уголовного дела, односторонней оценке доказательств, нарушении принципа презумпции невиновности, судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции дело рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, требования ст. 14, 15 и 17 УПК РФ соблюдены, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Вопреки доводам защиты содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения имеющих значение для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц, протоколов следственных действий либо экспертных выводов или других документов таким образом, чтобы это искажало смысл исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судебной коллегией не установлено.

Иная позиция осужденного и его защитников на этот счет основана ни на чем ином, как на собственной интерпретации исследованных доказательств и признания их важности для дела без учета установленных ст. ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, в силу ст. 73 УПК РФ, установлены. Обстоятельств, которые не были учтены судом либо не получили оценки, и могли повлиять на вынесение законного и обоснованного решения, из материалов дела не усматривается.

В апелляционной жалобе защитников не приведено объективных данных, опровергающих выводы суда, изложенные в приговоре.

Включение в приговор формулировок, ставящих под сомнение виновность ФИО11, судом не допущено, каких-либо существенных противоречий в доказательствах, требующих их толкования в пользу осужденного и позволяющих поставить под сомнение его действия, отсутствуют. Вместе с тем, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению вывод суда о том, что рана в подмышечной области на уровне 3-го межреберья причинена потерпевшему в результате действий ФИО11, поскольку в материалах дела (том № л.д. №) имеется постановление следователя ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО11 по факту нанесения указанного повреждения по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, при этом следователем в постановлении изложен вывод о том, что ФИО11 не наносил потерпевшему такого ранения.

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО11 в настоящее время не страдает и в период совершения преступления не страдал хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики, он может отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими и мог в период совершения преступления осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в связи с чем подлежит уголовной ответственности на общих основаниях.

Материалы дела, характеризующие личность осужденного, исследованы полно, всесторонне и объективно.

Наказание осужденному назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных о его личности, наличия смягчающих обстоятельств, а также влияния назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При этом судом было обоснованно указано на наличие по делу таких смягчающих наказание обстоятельств, как состояние здоровья осужденного, наличие у него хронических заболеваний и инвалидности № группы, перенесенные травмы и операции, положительная характеристика по прежнему месту работы, прохождение военной службы как срочной, так и по контракту; состояние здоровья близкого родственника – матери, являющейся пенсионеркой, имеющей заболевания (ч. 2 ст. 61 УК РФ).

Суд справедливо пришел к выводу об отсутствии в деле смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, свои выводы в этой части подробно обосновал в приговоре, с чем судебная коллегия полностью соглашается.

Обстоятельств, отягчающих наказание в соответствии со ст. 63 УК РФ, не установлено.

Исходя из общественной опасности содеянного, обстоятельств совершения преступления, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения осужденному наказания в виде реального лишения свободы и отсутствии обстоятельств, дающих основание для назначения наказания с применением ст. ст. 64, 73, 53.1 УК РФ, а также об отсутствии оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вместе с тем суд обосновал в приговоре возможность не применять к ФИО11 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Для признания назначенного наказания несправедливым вследствие чрезмерной строгости и его снижения судебная коллегия оснований не усматривает, также полагая, что с учетом характера и степени общественной опасности преступления, его последствий для потерпевшего, цели наказания, в том числе восстановление социальной справедливости, будут достигнуты только в случае реального отбывания ФИО11 наказания в виде лишения свободы.

Вид исправительного учреждения – исправительная колония общего режима – назначен осужденному верно.

Вопросы по вещественным доказательствам, мере пресечения, зачете в срок лишения свободы периодов содержания ФИО11 под стражей и нахождения под домашним арестом, судом также решены правильно.

Гражданский иск потерпевшего о компенсации морального вреда разрешен судом первой инстанции правильно, в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ. Размер компенсации определен с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, на основе принципов разумности и справедливости, а также степени вины причинителя вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и характера, причиненных ему нравственных страданий, которые потерпевший вынужден был претерпевать в результате полученных телесных повреждений и их последствий для его здоровья.

Таким образом, существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, влекущих за собой отмену приговора, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Сызранского городского суда Самарской области от 23 октября 2025 года в отношении ФИО11 – изменить:

– исключить из описательно-мотивировочной части приговора выводы суда о том, что рана в подмышечной области, на уровне 3-го межреберья, причинена потерпевшему в результате действий ФИО11

В остальной части приговор – оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников – адвокатов Кочетовой Т.А., Елисеева Е.С., осужденного ФИО11 – оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путём подачи кассационной жалобы или представления:

– в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения, а содержащимся под стражей осуждённым – в тот же срок со дня вручения ему копии такого вступившего в законную силу судебного решения, – через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

– по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ порядке.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись.

Судьи: подписи.

Копия верна.

Судья: Т.Н. Иванова