Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 04.02.2026.

УИД 66RS0007-01-2025-002211-28

Дело № 33-714/2026

(№ 2-3829/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 21.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Колесниковой О.Г., судей Мурашовой Ж.А. и Ершовой Е.Т.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи помощником судьи Амировым Э.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к ООО ЧОП «Горный Щит» о восстановлении нарушенных трудовых прав,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Чкаловского районного суда г.Екатеринбурга от 24.09.2025.

Заслушав доклад судьи Мурашовой Ж.А., объяснения истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, заключение прокурора Беловой К.С., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО ЧОП «Горный Щит» об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, возложении обязанностей. В обоснование исковых требований указал, что с 01.11.2023 работал в ООО ЧОП «Горный Щит» в должности «заместитель директора». Трудовой договор не заключался, приказ о приеме на работу не издавался, запись в трудовую книжку не внесена. Истец был фактически допущен работодателем к выполнению трудовой функции. 15.12.2024 руководитель ответчика сообщил истцу, что в нем как в работнике больше не нуждается. Оплатить задолженность по заработной плате, образовавшуюся с октября 2024 года ответчик отказался. Истец работал с окладом в 125 000 руб. Истец подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, работа осуществлялась по установленному графику, истец ежедневно отчитывался перед руководителем о проделанной работе. У истца было рабочее место в офисе: г. Екатеринбург, 

<

...>, оборудованное компьютером, он был обеспечен служебным телефоном и рабочей электронной корпоративной почтой. ФИО1 был уволен по инициативе работодателя в связи с заменой его другим работником.

С учетом уточнений исковых требований истец просил:

- установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОП «Горный Щит» с 01.11.2023 в должности «заместитель директора»;

- восстановить ФИО1 в должности «заместитель директора» в ООО ЧОП «Горный Щит», обязать не препятствовать ФИО1 в осуществлении его трудовой функции;

- возложить на ООО ЧОП «Горный Щит» обязанность внести соответствующие уточнения налоговой отчетности, отчетности по пенсионному и социальному страхованию СФР соответствующего отделения в отношении ФИО1;

- возложить на ООО ЧОП «Горный Щит» обязанность внести соответствующие записи о приеме на работу в трудовую книжку ФИО1;

- взыскать с ООО ЧОП «Горный Щит» задолженность по заработной плате в размере 375 000 руб., средний заработок за время вынужденного прогула с 16.12.2024 по 17.03.2025 в размере 350 806 руб. 62 коп. с продолжением начисления выплаты по день восстановления на работе; компенсацию за задержку причитающихся выплат в размере 59 325 руб. с продолжением начисления со дня, следующего за днем вынесения решения, до дня фактического исполнения обязательства по выплате заработной платы в полном объеме; компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.;

- в случае неисполнения судебного акта о возложении обязанностей, взыскать с ООО ЧОП «Горный Щит» в пользу ФИО1 денежную сумму в размере 3 000 руб., начиная со дня вступления в законную силу решения суда по делу до фактического исполнения судебного акта.

Решением Чкаловского районного суда г.Екатеринбурга от 24.09.2025 иск ФИО1 удовлетворен частично. Установлен факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО ЧОП «Горный Щит» в должности заместителя директора с 01.11.2023. На ООО ЧОП «Горный Щит» возложена обязанность внести соответствующую запись в трудовую книжку ФИО1; внести уточнения налоговой отчетности, отчетности по пенсионному и социальному страхованию в отношении ФИО1 в течение трех рабочих дней с даты вступления решения суда в законную силу. В случае неисполнения возложенных судом обязанностей взыскать с ООО ЧОП «Горный Щит» в пользу ФИО1 судебную неустойку в размере 300 руб. в день, начиная с 4-го рабочего дня после вступления решения суда в законную силу, и до дня исполнения обязанностей. Кроме того, с ООО ЧОП «Горный Щит» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по заработной плате в размере 375 000 руб. (с удержанием при выплате НДФЛ и отчислением страховых взносов); компенсация за задержку выплат за период с 16.12.2024 по 24.09.2025 в размере 124 127 руб. 25 коп. с продолжением начисления на сумму долга 326 250 руб. по правилам ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, начиная с 25.09.2025 по дату фактического погашения задолженности; компенсация морального вреда в размере 15 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. С ООО ЧОП «Горный Щит» в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 23 978 руб. 18 коп.

С таким решением не согласился ответчик, подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик указывает на неправильное установление судом первой инстанции фактических обстоятельств дела, а также неверное применение норм материального и процессуального права. Продолжает настаивать на том, что между сторонами возникли именно гражданско-правовые отношения, имели место партнерские отношения между ФИО1, ( / / )17 и ( / / )18, которые совместно осуществляли управление обществом и стремились к достижению общих экономических целей. Указывает, что истцом не представлены доказательства личного выполнения трудовой функции под управлением и контролем работодателя, подчинения правилам внутреннего трудового распорядка ответчика, факт выплаты заработной платы. Напротив, истец сам указывает на отсутствие какого-либо графика работы, принимая это за ненормированный рабочий день. Кроме того, судом первой инстанции не учтено, что истец в соответствии с нормами действующего законодательства не имел права занимать руководящую должность в частной охранной организации, поскольку не соответствовал установленным законом требования, предъявляемым к таким работникам, в частности, у истца отсутствовало удостоверение частного охранника и необходимое образование, а также имелась неснятая и непогашенная судимость по уголовному делу за совершение умышленных коррупционных преступлений. Полагает, что суд первой инстанции, обязывая ответчика надлежащим образом оформить трудовые отношения с истцом в должности, которую тот в силу закона занимать не мог, по существу, обязал ответчика нарушить федеральный закон. Указывает, что суд первой инстанции необоснованно отказал ответчику в удовлетворении ходатайства о назначении по делу почерковедческой экспертизы для определения подлинности подписи директора ответчика в документах, представленных истцом в обоснование своих доводов, чем поставил стороны в неравное положение, лишив ответчика возможности реализовать свои процессуальные права. Указывает на противоречивые показания свидетелей по делу, которым судом первой инстанции не дана надлежащая оценка. Не согласен с размером взысканной задолженности по заработной плате, полагая, что истцом не доказан как сам факт наличия задолженности, так и ее размер. Основания для удовлетворения требований о компенсации морального вреда у суда первой инстанции отсутствовали, поскольку истцом не доказан факт причинения ему каких-либо нравственных страданий в результате незаконных действий ответчика. Настаивает на пропуске истцом срока на обращение в суд, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 на доводах апелляционной жалобы настаивала, просила ее удовлетворить.

Истец ФИО1, его представитель ФИО2 в заседании суда апелляционной инстанции просили отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего решение суда в части отказа в удовлетворении требований о восстановлении истца на работе, не подлежащим отмене, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 об отказе в удовлетворении требований о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 16.12.2024 в соответствии с положениями ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, отказе в возложении обязанности не препятствовать в выполнении трудовой функции, никем из сторон не обжалуется, доводов о несогласии с решением суда в указанной части апелляционная жалоба ответчика не содержит.

Учитывая отсутствие оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы судебная коллегия полагает, что решение суда в указанной части предметом проверки суда апелляционной инстанции не является (ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Проверяя законность решения суда в обжалуемой части, судебная коллегия приходит к следующему.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч.1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ч. 2 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. При этом согласно ч. 2 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях и порядке, которые установлены трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации, трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате, в частности, признания отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений ст. ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. ст. 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3 ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, что между ФИО1 и ООО ЧОП «Горный Щит» достигнуто соглашение о выполнении истцом работы в должности заместителя директора с 01.11.2023.

Однако ответчиком соответствующий приказ о приеме на работу не издан, трудовой договор не подписан, данные о трудовой деятельности в трудовую книжку и в сведения, подаваемые в СФР, не внесены.

В обязанности истца входило организация деятельности общества, контроль исполнения обязательств перед клиентами; ведение переговоров с потенциальными клиентами, включая составление смет на установку систем охранной сигнализации, составление и подписание договоров; выезда на новые объекты для контроля деятельности организации; правовое обеспечение деятельности; закуп оборудования, расходников, спецодежды, инструмента; ведение дебиторской задолженности; разработка систем охрены для каждого отдельного объекта; разработка и внедрение методов повышения эффективности работы общества; организация рекламы; контроль трудовой дисциплины; поиск работников; ведение табелей учета рабочего времени; контроль проделанной работы сотрудниками ежедневно; постановка задач на неделю для сотрудников-техников; организация расчета и выплаты заработной платы; доставка сотрудников-техников; ведение документооборота.

В подтверждение факта выполнения работы истцом представлены рабочие переписки в мессенджерах, в которых обсуждались круг обязанностей, вопросы оплаты труда.

Из переписки следует, что учредителем ООО ЧОП «Горный Щит» ( / / )19 на ФИО1 были возложены управленческие функции, ставились оперативные задачи, которые ФИО1 решались, и он отчитывался перед ( / / )20 за деятельность общества.

Разрешая спор, суд первой инстанции, исследовав представленные сторонами доказательства в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что истец ФИО1 был фактически допущен ООО ЧОП «Горный Щит» к исполнению трудовых обязанностей в должности «заместитель директора», пришел к выводу о доказанности возникновения между сторонами трудовых отношений с 01.11.2023.

В качестве доказательств, подтверждающих наличие трудовых отношений, судом приняты, помимо переписки в мессенджерах, документы (договоры) с контрагентами, подписанные ФИО1 от имени Общества на основании выданных руководителем Общества доверенностей.

При этом, суд первой инстанции оставил без удовлетворения ходатайство ответчика о назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы относительно принадлежности подписей, проставленных в доверенности № 01112024 от 01.11.2024, выданной ООО ЧОП «Горный Щит» на имя ФИО1, а также в договорах № 356ПД от 10.08.2024, № 15-2000005295476 от 14.11.2023, указав на отсутствие оснований для проведения такой экспертизы.

Ссылаясь на необоснованность принятого судом решения по заявленному ходатайству представитель ответчика ФИО3 в заседании суда апелляционной инстанции аналогичное ходатайство не заявила.

При таких обстоятельствах, относимость и допустимость представленных стороной истца доказательств в подтверждение факта трудовых отношений, ответчиком не опровергнута.

Судебная коллегия полагает выводы суда первой инстанции о доказанности факта трудовых отношений между сторонами правильными, основанными на верной оценке представленных в материалы дела доказательств, осуществленной по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и правильном применении норм материального права, с учетом распределения бремени доказывания. Доводы жалобы о несогласии с этим выводом суда по сути сводятся к переоценке доказательств, оснований для которой не имеется.

В силу разъяснений, данных в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции правомерно основывался на показаниях свидетелей ( / / )25 пояснивших, что фактически работая у ответчика, они воспринимали ФИО1 как заместителя директора, на нем лежали все управленческие функции. ( / / )23 управлял организацией дистанционно. Сам директор ФИО4 фактически участия в деятельности общества не принимал.

Доводы апелляционной жалобы относительно необоснованного принятия судом показаний указанных свидетелей судебная коллегия находит несостоятельными.

Свидетели предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, являлись работниками ООО ЧОП «Горный Щит». Основания сомневаться в правдивости их показаний ответчиком не приведены.

В данном случае то обстоятельство, что трудовой договор между сторонами не был оформлен в письменной форме, прием истца на работу не оформлен приказом (распоряжением) работодателя, свидетельствует не об отсутствии трудовых отношений, а о допущенных нарушениях со стороны работодателя (ст. 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом установлено, что ФИО1 был допущен к работе с ведома и по поручению работодателя, лично выполнял трудовые обязанности согласно указаний непосредственного руководителя ( / / )24 с 01.11.2023 в интересах работодателя.

Как верно отметил суд первой инстанции, наличие в штате в качестве заместителя директора ( / / )22, не препятствует Обществу иметь еще одного заместителя директора, а также данный факт не свидетельствует об отсутствии необходимости в выполнении работы в интересах ООО ЧОП «Горный Щит».

Доводы ответчика о партнерских отношениях между ( / / )21 (учредителем общества) и ФИО1 судом первой инстанции обоснованно отклонены, поскольку стороной ответчика не представлено доказательств совместного ведения предпринимательской деятельности с ФИО1 Никаких договоров между ними, в том числе, договоров товарищества, договоров инвестиционного товарищества, не заключалось. Кроме того, ответчиком не конкретизировано, чем именно, по мнению ответчика, занимался ФИО1 как партнер, и чем его деятельность отличается от выполнения функций заместителя директора общества.

Проверяя законность решения суда в части взыскания с ответчика в пользу истца задолженности по заработной плате, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Исходя из положений ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Статьей 140 Трудового кодекса Российской федерации предусмотрено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Поскольку трудовое законодательство не содержит каких-либо ограничений в способах доказывания получения заработной платы в определенном размере, письменных доказательств о размере заработной платы не представлено (трудовой договор между сторонами не заключался), в связи с чем, при определении размера подлежащей выплате истцу заработной платы суд первой инстанции, приняв во внимание ответ Управления Федеральной службы государственной статистики по Свердловской области и Курганской области (Свердловскстат), исходя из заявленных требований обоснованно установил размер ежемесячной заработной платы истца в размере 125000 руб., и соответственно размер задолженности по заработной плате за последние три месяца в сумме 375000 руб. с удержанием при выплате НДФЛ.

Как обоснованно отметил суд первой инстанции, доказательств отсутствия перед истцом задолженности по оплате труда ответчиком не представлено.

Судебная коллегия находит правильным произведенный судом первой инстанции расчет задолженности по заработной плате.

Поскольку судом первой инстанции установлен факт наличия задолженности по заработной плате перед истцом, правомерно удовлетворены производные требования истца о взыскании денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы на основании ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации за период с 16.12.2024 по 24.09.2025 в размере 124 127 руб. 25 коп. с продолжением начисления на сумму долга 326 250 руб. по правилам ст. 236 Трудового кодекса РФ, начиная с 25.09.2025 по дату фактического погашения задолженности.

Придя к выводу об установлении факта трудовых отношений, наличии задолженности по заработной плате, суд первой инстанции обоснованно констатировал необходимость удовлетворения требований истца в части возложения обязанности на ООО ЧОП «Горный Щит» внести уточнения налоговой отчетности, отчетности по пенсионному и социальному страхованию в отношении ФИО1

Кроме того, судом первой инстанции в соответствии с п. 1 ст. 308.3 ГК РФ правомерно определена ко взысканию с ООО ЧОП «Горный Щит» в пользу ФИО1 судебная неустойка в размере 300 рублей в день, начиная с 4-го рабочего дня после вступления решения суда в законную силу, и до дня исполнения обязанностей, в случае неисполнения возложенных судом обязанностей.

Оснований для изменения взысканной судом суммы компенсации морального вреда судебная коллегия по доводам жалобы не усматривает в силу следующего.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзаце 2 пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личнуюнеприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.)

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции обоснованно взыскана с ответчика в пользу истца компенсация морального вреда, размер которой определен в сумме 15 000 руб. с учетом всех заслуживающих внимание фактических обстоятельств дела, степени нравственных страданий истца в связи с нарушением его трудовых прав, выразившееся в незаключении с работником трудового договора, несвоевременной выплате заработной платы, требований разумности и справедливости.

Доводы апелляционной жалобы о пропуске истцом срока на обращение в суд отклоняются судебной коллегией в силу следующего.

Положения ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат применению с учетом разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15, в пункте 13 которого указано, что по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав.

В соответствии с п.16 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. Обратить внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Согласно части 1 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

Как видно из материалов дела, отношения между истцом и ответчиком приобрели статус трудовых после установления их таковыми в судебном порядке. После установления факта трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями. В связи с чем, срок обращения в суд должен исчисляться с момента установления такого факта.

С учетом положений ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета обоснованно взыскана государственная пошлина.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке и могли повлиять на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, апелляционная жалоба не содержит.

Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции спор разрешен правильно, а доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на иное толкование норм действующего законодательства, и не могут служить основанием для отмены решения суда. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

Нарушений процессуальных норм, повлекших неправильное разрешение спора, а также процессуальных нарушений, которые в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены решения суда, по материалам дела судебной коллегией не усматривается.

Руководствуясь ст.ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 24.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий О.Г. Колесникова

Судьи Ж.А. Мурашова

ФИО5