Судья ... Дело № 22-70/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 февраля 2019 года г.Смоленск 

Смоленский областной суд апелляционной инстанции в составе:

председательствующего судьи Клименко Н.Ю.

при секретаре Зекир С.Г. 

с участием прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Лебедевой Н.Н.

осужденного ФИО1

адвоката Логвина Д.Д.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи материалы уголовного дела по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, его адвоката Логвина Д.Д. на приговор ... районного суда ... от 25 октября 2018 года, которым:

ФИО1, (дата) года рождения, уроженец ..., гражданин ..., зарегистрированный по адресу: ..., ранее судимый:

- 8.11.2005 г. приговором ... городского суда ... области по ч. 1 ст. 159, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в ИК строгого режима. Освобожден по отбытию наказания 20.02.2015 г.;

осужден: по ч. 1 ст.167 УК РФ (в отношении потерпевшей Т.) к 1 году 2 месяцам лишения свободы;

по ч. 1 ст.119 УК РФ (в отношении потерпевшего А.) к 1 году 3 месяцам лишения свободы;

по ч. 1 ст.112 УК РФ (в отношении потерпевшей Г.) к 2 годам лишения свободы;

по ч. 1 ст.119 УК РФ (в отношении потерпевшей Г.) к 1 году 3 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде 4 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием в ИК строгого режима.

Отдельным постановлением прекращено уголовное преследование ФИО1 по п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения.

Осужденный содержится под стражей. Срок отбывания наказания ФИО1 исчислен с 25 октября 2018 г. В этот срок зачтено время нахождения его под стражей с 11 января 2018 года по 24 октября 2018 года включительно (из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Клименко Н.Ю. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб, объяснение осужденного ФИО1 и выступление адвоката Логвина Д.Д., подержавших доводы жалоб, мнение прокурора, возражавшего против изменения приговора, суд 

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в умышленном уничтожении чужого имущества, причинившем значительный ущерб потерпевшей Т., угрозе убийством потерпевшему А., а также причинении средней тяжести вреда здоровью и угрозе убийством потерпевшей Г.

Преступления совершены (дата) и (дата) в г. Смоленске при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный вину в инкриминируемых преступлениях не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Логвин Д.Д., выражая несогласие с приговором суда, ставит вопрос об его отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что ФИО2 по окончании предварительного расследования уголовного дела, в нарушение ст. 217 УПК РФ, не был ознакомлен с его материалами. Так, (дата) года ФИО2 отказался от ознакомления с материалами дела по уважительной причине, что подтверждается справкой врача (фельдшера) ..., согласно которой он по состоянию здоровья не может участвовать в следственных действиях, однако следователь не предложил ему перенести данное процессуальное действие на другой день, направив материалы дела в суд.

В судебном заседании 07.08.2018 года была произведена замена секретаря судебного заседания с 

<

данные изъяты> на 

<

данные изъяты>, что не было отражено в протоколе судебного заседания, как и не выяснены председательствующим мнения участников судебного разбирательства относительно произведенной замены и возможных возражений.

Отмечает, что окончательное наказание ФИО2, несмотря на применение принципа частичного сложения наказаний, назначенных за отдельные преступления, образующие совокупность, оказалось практически тождественным размеру наказания, если бы оно назначалось путем полного сложения наказаний, что, по мнению защитника, очевидно свидетельствует о его чрезмерной суровости, поскольку все инкриминируемые ФИО2 преступления относились к категории небольшой тяжести, а в приговоре установлены обстоятельства, смягчающие его вину.

Также, с учетом категории преступления, находит чрезмерно завышенным размер компенсации морального вреда, взысканного с осужденного в пользу потерпевшей Г. в сумме 150000 рублей, явно не соответствующим тяжести вменяемого деяния, материальному положению осужденного, принципу разумности, справедливости и соразмерности вменяемому деликту.

Полагает, что (дата) года ... районным судом ... ФИО2 незаконно изменена мера пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу, так как ФИО1 выехал за пределы г. Смоленска только после фактической отмены избранной ему указанной меры пресечения в связи с не предъявлением ему обвинения в установленный уголовно-процессуальным законом 10-дневный срок.

Считает, что по эпизоду умышленного уничтожения имущества потерпевшей Т.., в действиях осужденного отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 167 УК РФ, поскольку не доказан факт утраты якобы поврежденными автомобильными покрышками своих потребительских качеств. В обоснование своей позиции ссылается на то, что в материалах дела отсутствует нож, которым ФИО2 якобы порезал принадлежащие потерпевшей автомобильные шины, а сама она продолжала пользоваться автомобилем, не смогла пояснить местонахождение якобы поврежденных колес, в результате чего эксперту не были представлены реальные объекты исследования, что объективно порождает сомнения в достоверности проведенного исследования. Находит недопустимым доказательством видеозапись с автомобильного регистратора свидетеля Д., на которой запечатлен якобы ФИО2, режущий автомобильные покрышки на машине Т., поскольку указанная видеозапись датирована 2012 годом, а в материалах дела отсутствует экспертиза установления тождества лица с видеозаписи с осужденным. 

По мнению защитника, по эпизоду преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ в отношении потерпевшей Г. в действиях ФИО2 отсутствует обязательный элемент инкриминируемого ему деяния – наличия у потерпевшей реальных оснований опасаться реализации высказанных угроз, так как органами следствия не доказано, чем и как именно намеревался ФИО2 привести их в исполнение. Полагает, что показания несовершеннолетнего свидетеля А., которые суд взял за основу обвинения, не могут служить убедительным доказательством вины ФИО2, поскольку малолетние дети чрезмерно склонны к фантазированию и подвержены влиянию взрослых, желающих получить от них ту или иную информацию, а свидетель Н. не являлась очевидцем произошедшего и ее показания даны лишь со слов потерпевшей и по этой причине также не могут быть положены в основу обвинительного приговора. Кроме того, ссылается на показания свидетеля Л.., согласно которым осужденный в инкриминируемый ему период времени находился дома, по иному адресу и не мог совершить данного преступления.

Оспаривая показания вышеперечисленных свидетелей по тем же основаниям, полагает, что вывод суда о виновности ФИО2 в причинении средней тяжести вреда здоровью потерпевшей Г.. основан в большей степени на предположениях и косвенных доказательствах, без учета всех обстоятельств произошедшего. Отмечает, что заключение судебно-медицинской экспертизы не содержит определения места нанесения телесных повреждений. 

Настаивает на отсутствии доказательств, подтверждающих наличие реальных оснований опасаться якобы высказанных угроз и по эпизоду в отношении потерпевшего А., обращая внимание на тот факт, что последний находился в это время закрытым в салоне автомобиля, а нож, наличием которого в руках осужденного обвинение обосновало реальность реализации угроз, в материалах дела не представлен.

Утверждает, что суд выделил из всей совокупности доказательств по делу лишь часть, представленную стороной обвинения, на основании которой установил виновность ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений, проигнорировав и не дав оценки доказательствам его невиновности, что противоречит положениям ст.ст. 17 и 88 УПК РФ.

Просит отменить обжалуемый приговор суда и оправдать ФИО1 в связи с отсутствием в его деяниях составов инкриминируемых преступлений.

Осужденный ФИО1 в апелляционной жалобе с дополнениями также находит приговор суда необоснованным, немотивированным и чрезмерно суровым. 

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда ввиду его незаконности, необоснованности и несправедливости, а также неправильной оценки судом имеющихся доказательств по делу. Не признавая себя виновным по всем предъявленным обвинениям, настаивает на необъективности и неполноте проведенного предварительного расследования, а также нарушении его прав в части незаконного заключения под стражу, мотивируя тем, что после заключения под стражу обвинение не было ему предъявлено в установленный законом срок, он не нарушал ранее избранную меру пресечения в виде подписки о невыезде, имеет постоянную регистрацию в г.Смоленске, страдает рядом хронических заболеваний, обвинялся в совершении преступлений средней тяжести, фактически работал, имел постоянный источник дохода. Со ссылкой на ч.3 ст.217 УПК РФ отмечает нарушение его конституционного права на защиту, выразившееся в рассмотрении судом уголовного дела без надлежащего ознакомления обвиняемого с его материалами. Настаивает на допущенных судом нарушениях в части исследования материалов дела не в полном объеме, отсутствии оценки всех обстоятельств дела. Указывает, что показания свидетелей А. А., Г. вызваны неприязненными отношениями к нему, свидетели и потерпевшие имели мотив для его оговора ввиду личных отношений с А. Указывает, что в своих показаниях очевидцы происшествия свидетели Н. и Д. не подтверждают высказывания им угроз в адрес А., опознание его личности данным свидетелями в рамках предварительного следствия не проводилось. Критикует признание допустимым доказательством видеозаписи с камеры видеорегистратора, поскольку личность мужчины на записи не устанавливалась, а датирование записи является несоответствующим действительности. Отмечает, что одежда, в которой он был в день преступления, не изымалась, нож не признан вещественным доказательством, поврежденные шины не осматривались, что исключало установление их стоимости и размера причиненного ущерба. По эпизоду угрозы убийством и причинения умышленного вреда здоровью Г. критикует показания малолетнего свидетеля А., полагая, что малолетний возраст, недостаточный уровень интеллектуального развития, а также возможное влияние на него в ходе допроса отца ребенка – А., с которым сложились неприязненные отношения. Находит незаконным оглашение показаний указанного свидетеля, данных в ходе предварительного следствия, без согласия на то стороны защиты. Отмечает, что факт наличия телесных повреждений у Г. не может свидетельствовать о причинении данных телесных повреждений именно им, поскольку вся доказательная база по данному эпизоду строится на показаниях потерпевшей. Полагает, что суд не в полном объеме проверил его доводы о наличии у него алиби по данному эпизоду, проигнорировав показания его матери о нахождении его в это время в другом месте, а также необоснованно отказав в удовлетворении ходатайства о вызове других, свидетелей, которые смогли бы подтвердить данный факт. Указывает на допущенные судом нарушения в части назначения ему наказания по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ, поскольку, по мнению осужденного, имеются основания для применения в отношении него положений ч.3 ст.68 УК РФ. 

, а также отсутствие указания во вводной части приговора ... городского суда ... области от 2006 года. Просит отменить приговор суда ввиду допущенного судом грубейшего нарушения закона и вынести в отношении него оправдательный приговор.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб с дополнениями, суд апелляционной инстанции находит приговор законным и обоснованным.

Виновность ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений установлена в ходе судебного разбирательства и подтверждена совокупностью собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании, полно и правильно приведенных в приговоре.

Доводы апелляционных жалоб осужденного и его адвоката о недоказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, являются несостоятельными, так как опровергаются следующими доказательствами:

по эпизодам уничтожения имущества Т. и угрозы убийством потерпевшему А..:

- показаниями потерпевшего А.., согласно которым (дата) его жене позвонила ее сестар А. которая поссорилась со своим сожителем ФИО1, и попросила забрать ее, чтобы некоторое время пожить у них дома. Поскольку накануне ФИО1 в ходе конфликта, возникшего из-за отказа его жены – И. написать по его требованию донос на бывшего мужа А. пробил колеса в его автомобиле, он одолжил машину у Т. Около 22 часов, когда они с А. двигались в районе ..., им перегородил дорогу автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением ФИО1, который затем вышел из машины и совершил ножом порезы передней правой и задней правой автошин на автомобиле Т., после чего уехал. Он вышел на улицу и стал звонить в полицию, когда услышал крик «Осторожно!», а обернувшись, увидел позади себя ФИО2, который, размахивая кухонным ножом, стал кидаться на него, намереваясь нанести удар в район груди и высказывая угрозы убийством, кричал, что зарежет его и его семью. Он успел увернуться от удара, сед а автомобиль и заблокировал двери. Угрозы ФИО2 он воспринял реально, поскольку тот вел себя агрессивно, порезал шины и кидался на него с ножом, а кроме того, ему было известно, что ФИО2 ранее был судим за убийство. Затем ФИО2 порезал еще одну шину, после чего скрылся.

- оказаниями потерпевшей Т. о том, что (дата) она по просьбе А. дала ему свой автомобиль «

<

данные изъяты>», чтобы тот съездил за А., так как в его автомашине ФИО2 порезал колеса. Вечером того же дня А. позвонил ей и сообщил, что ФИО2 порезал ножом колеса в ее автомашине, при этом кидался на него с ножом, высказывая угрозы убийством. Стоимость автошин, которые ФИО2 привел в полную негодность, с учетом износа составляет 7500 рублей, а причиненный ущерб, с учетом размера зарплаты и нахождения на иждивении ребенка, является значительным;

- показаниями свидетеля Д., который (дата) около 21 часа, проезжая на своей автомашине, в которой установлен видеорегисстратор, мимо ..., увидел две автомашины «

<

данные изъяты>», в одной из которых сидел потерпевший с женщиной, а вокруг нее бегал мужчина, похожий на ФИО2 с кухонным ножом в руках и резал шины. Видеозапись с регистратора была у него изъята впоследствии сотрудниками полиции. Дата и время, отображенные на видеорегистраторе, неверны, поскольку он постоянно отключается от сети и происходит сбой настроек;

- показаниями свидетелей И. и Х., из которых следует, что находясь (дата) на дежурстве в составе автопатруля ППСП, они поехали по вызову в район ..., где мужчина с ножом режет колеса автомашины. Прибыв на место, они обнаружили автомобиль «

<

данные изъяты>», рег. знак 

<

данные изъяты>, у которого три автошины были порезаны ножом, а А. пояснил, что это сделал ФИО1, который также угрожал ему убийством, пытаясь ударить ножом. В ходе расследования были установлены очевидцы произошедшего, один из которых предоставил видеорегистартор с записью, на которой зафиксирован момент, когда ФИО2 режет колеса, а второй увидев с балкона ФИО2 с ножом, предупредил А. об опасности и тот сумел увернуться от удара ножом;

- показаниями свидетеля Щ. о том, что (дата) , находясь в квартире, расположенной на втором этаже в ..., сначала услышал звук выходящего под давлением воздуха, а затем с балкона увидел осужденного, который бегал вокруг автомашины потерпевшего и резал ножом автошины. Затем ФИО2 сел в свою машину объехал ..., вернувшись к тому же месту, где потерпевший осматривал порезанные колеса и стал подкрадываться с ножом к нему сзади, но раздался чей-то крик «Берегись!», потерпевший обернулся и, увидев осужденного, стал отходить от него и сел в свою машину. ФИО2 еще какое-то время бегал вокруг машины потерпевшего, дергал за дверные ручки, потом порезал еще одну автошину и уехал;

- показаниями свидетеля А., содержание которых об обстоятельствах, при которых ФИО1 порезал автошины и, угрожая убийством, пытался нанести удары ножом А., совпадает с показаниями последнего;

- показаниями свидетеля Я., из которых следует, что (дата) он осматривал автомашину «

<

данные изъяты>», находящуюся между домами ..., который управлял потерпевший А., пояснивший, что колеса на ней порезал ФИО2, угрожая при этом ему убийством. В ходе осмотра установлено наличие порезов на покрышках трех колес, повреждения были зафиксированы в протоколе осмотра места происшествия.

- показаниями свидетеля И., подтвердившей показания А. об обстоятельствах повреждения Злобиным автошин на машине Г. и угрозы убийством ее мужу;

- показаниями свидетеля В., полностью подтверждающими показания потерпевшей Г. об обстоятельствах предоставления А. автомашины для того, чтобы он забрал А. с вещами и, известных ему со слов потерпевшего обстоятельства при которых ФИО2 пробил три колеса на машине, а также угрожал ему убийством, пытался ударить ножом;

- показаниями свидетеля К., согласно которым в ночь с (дата) на шиномонтаж, где он работал мастером, потерпевший доставил на эвакуаторе автомашину «

<

данные изъяты>», в которой были порезаны 3 колеса. Осмотр показал, что на каждом имеется по несколько порезов, они были непригодны для эксплуатации и не подлежали ремонту;

Кроме того, виновность осужденного подтверждается письменными материалами дела:

- заявлением потерпевшего А. от (дата) , в котором он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО1, который (дата) возле ... с ножом в руке угрожал его зарезать и порезал колеса в автомобиле (т. №), телефонным сообщением потерпевшего А. в полицию (дата) о том, что на него с ножом в руке напал знакомый и порезал колеса в автомобиле (т. №); заявлением потерпевшей Г. от (дата) о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, повредившего (дата) ножом 3 автомобильные покрышки, установленные на ее автомобиле, чем причинил ей значительный ущерб на сумму 7500 рублей (т. №), рапортом сотрудника полиции В. о том, что по указанию дежурного в 22.15 он направился по адресу: ..., где информация о порезе ФИО2 трех колес на автомобиле и угрозе убийством А. подтвердилась (т. №), протоколами осмотра места происшествия, в ходе которых были осмотрены: автомашина «

<

данные изъяты>» рег. знак 

<

данные изъяты>, зафиксированы повреждения – проколы сбоку покрышек на 3 колесах, и участок местности, расположенный между домами № и № по ул. ..., где А. показал место его нахождения во время высказывания ФИО2 угроз убийством в его адрес (т. №), протоколами изъятия и осмотра диска, содержащего видеозапись с изображением мужчины, которого А. опознал как ФИО1, наносящего предметом, находящимся в правой руке, 5 ударов в верхнюю часть заднего правого колеса (т. №), заключением товароведческой экспертизы о стоимости 3 автомобильных покрышек марки «Кординат» (т. №), копиями документов о нахождении автомобиля «

<

данные изъяты>» рег. знак 

<

данные изъяты> является Т. (т. №), другими доказательствами по делу;

по эпизодам умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью

и угрозы убийством Г.:

- показаниями потерпевшей Т. о том, что (дата) около 20.00, к ней в квартиру по адресу: ..., где она находилась с . проник сожитель ее бывшей невестки – подсудимый ФИО2, который сначала нанес ей сильный удар кулаком в лицо, отчего она упала на пол, а затем стал наносить многочисленные (не менее 10) удары ногами по голове, туловищу, грудной клетке, не давая подняться с пола, высказывая при этом угрозы убийством: «Я тебя убью, зарежу!», которые она воспринимала реально, опасаясь за свою жизнь и здоровье, так как тот вел себя очень агрессивно, и ей было известно о факте осуждения ФИО2 за причинение смерти человеку. Внук в это время сильно кричал, и она велела ему убежать в другую комнату. ФИО2 пошел за ним. Она также вошла в зал и взяла внука на руки. В этот момент ФИО2 снова ударил ее кулаком в область правого плеча, отчего она упала на диван, а он продолжил наносить ей многочисленные удары по голове и телу, нанеся более 5 ударов. Потом ФИО2 схватил ее за шиворот и вытолкал из квартиры, потребовав, чтобы она не обращалась в полицию, так как у него будет находиться ее «щенок», т.е. внук. Она позвонила соседке и дочери, которая вызвала полицию. В результате насильственных действий осужденного ей были нанесены телесные повреждения в виде сотрясения мозга, ушибов, ссадин, кровоподтеков и она находилась на стационарном лечении в больнице 23 дня;

- показаниями свидетеля П. о том, что (дата) около 20 часов ей позвонила мать – Г. и сообщила, что к ней в квартиру проник ФИО3, который сразу же ударом по лицу сбил ее с ног, а затем начал избивать ногами, угрожая убийством, после чего вышвырнул на улицу. Он вызвала полицию и поехала к матери, которая стояла на улице в халате, была избита, в связи с чем была госпитализирована;

- показаниями несовершеннолетнего свидетеля А. данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании на основании ч. 6 ст. 281 УПК РФ, согласно которым однажды, когда он находился с Г., к ним домой пришел дядя Саша и стал бить бабушку. Ударил ее в лицо, бабушка упала на пол и он бил ее ногами, сопровождая избиение угрозами, выраженными в словах: «Ты больше жить не будешь, я тебя убью!» Затем он продолжил бить Г. в комнате кулаками, после чего вытолкал ее на улицу, закрыл дверь и побил его (А..) (т. №); 

- показаниями свидетеля А., из которых следует, что (дата) ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, после ссоры забрал у нее ключи от квартиры ее бывшей свекрови Г., приехал к последней, избил ее, угрожая убийством, после чего выгнал из квартиры, забрал и привез к себе домой находившегося там ее сына; 

- показаниями свидетеля И. о том, что вечером (дата) ей позвонила Г.. и сообщила, что к ней домой ворвался ФИО2 и в присутствии А. избил ее, сначала в коридоре ногами, повалив ударом в голову, затем в комнате руками, угрожая при этом убийством, после чего выгнал из квартиры; 

- показаниями свидетеля А., согласно которым, со слов матери ему известно, что (дата) ФИО2 самовольно ворвался к ней в квартиру, избил ее, угрожая убийством и забрал А.;

- показаниями свидетеля Б. о том, что (дата) около 20.30 им был принят телефонный звонок от женщины, просившей направить наряд полиции по адресу: ..., где ее мать избил подсудимый ФИО2;

- показаниями свидетеля Ш.., согласно которым (дата) года ей позвонила соседка Г., которая очень сильно плакала и рассказала, что к ней в квартиру пришел ФИО1, в присутствии внука избил ее руками и ногами по голове и телу, затем выгнал из квартиры в халате и тапочках.

Виновность осужденного также подтверждается письменными материалами дела: рапортом от (дата) о поступлении в дежурную часть ОП № 2 УМВД России по г. Смоленску сообщения, что по адресу: ... ФИО2 избивает мать заявительницы (т. №), заявлением потерпевшей Г. о привлечении к уголовной ответственности ФИО1, который (дата) около 20.00 по указанному выше адресу причинил нанес ей телесные повреждения, угрожая при этом убийством, что она восприняла реально (т. №), справкой о нахождении Г. на стационарном лечении в СОКБ с 26.10.2017 г. с диагнозом: «

<

данные изъяты>» (т. №), актом судебно-медицинского освидетельствования и заключением эксперта, согласно выводам которых у Г. диагностированы телесные повреждения в виде: ушиба головного мозга I – II ст., кровоподтеки лица, задней поверхности правого надплечья, спины, передней поверхности грудной клетки, верхних конечностей, ссадины: шеи, затылочной области, правой верхней конечности, которые произошли от действия тупых твердых предметов, при ударах кулаками, ногами, возможно (дата) . Имело место свыше 10 травматических воздействий. Ушиб головного мозга и повреждения лица квалифицируются как средний тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья свыше 21 дня; прочие повреждения – как не причинившие вред здоровью человека (т.№), протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого осмотрена ... (т. №), другими доказательствами по делу.

Оценив исследованные доказательства в своей совокупности, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал верный вывод о виновности ФИО1 в содеянном, обоснованно отвергнув версию осужденного о своей непричастности к совершению инкриминируемых ему преступлений.

Суд привел мотивы, по которым он принял вышеперечисленные доказательства в качестве допустимых, достоверных, а в своей совокупности достаточных для разрешения дела, и, с другой стороны, критически оценил показания осужденного и свидетеля Л., признав их не правдивыми, данными с целью защиты от предъявленного обвинения.

Вопреки утверждениям стороны защиты, не доверять положенным в основу приговора показаниям потерпевших и свидетелей у суда оснований не имелось, поскольку они являются последовательными, согласуются друг с другом, существенных противоречий не имеют, сомнений не вызывают, подтверждаются взаимно, а также объективно - заключениями экспертиз и материалами исследованного судом уголовного дела.

Не усмотрел суд и оснований для оговора потерпевшими и свидетелями осужденного ввиду отсутствия убедительного подтверждения доводов осужденного в этой части.

Судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными, а принятые решения соответствующими закону и материалам дела. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, в том числе в показаниях свидетелей, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности его вины или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют. 

Доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника о недопустимости показаний свидетелей Ш. и несовершеннолетнего А. были предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные по мотивам, изложенным в приговоре, с которыми суд апелляционной инстанции полностью соглашается.

В соответствии с ч.ч. 1, 6 ст. 281 УПК РФ, оглашение в судебном заседании показаний несовершеннолетнего свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования, не требует обязательного согласия сторон, в связи с чем доводы апелляционной жалобы осужденного о недопустимости показаний свидетеля А. ввиду отсутствия такого согласия со стороны защиты, не основаны на законе и удовлетворению не подлежат. 

Не может согласиться суд апелляционной инстанции и с аргументами стороны защиты об исключении из числа допустимых доказательств видеозаписи с автомобильного регистратора свидетеля Д., поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при собирании и закреплении данной записи в ходе судебного следствия не установлено, а доводы о ее недопустимости ввиду несоответствия даты и времени ее производства, аналогичные озвученным в апелляционных жалобах, проверялись судом и обоснованно были признаны неубедительными, с учетом показаний свидетеля Д. о сбросе настроек даты и времени в связи с отключением видеорегистратора от системы питания.

Доводы апелляционных жалоб о нарушении требований ст. 217 УПК РФ при ознакомлении с материалами уголовного дела осужденного являются необоснованными, поскольку противоречат материалам уголовного дела, в которых справка от врача о невозможности участия ФИО1 в ознакомлении с материалами уголовного (дата) по состоянию здоровья, на которую ссылается в жалобе адвокат, отсутствует (подобные справки имеются только на (дата) и (дата) , т. №). Вместе с тем, согласно протоколу ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела от (дата) , ФИО2 в присутствии следователя и адвоката отказался от выхода из камеры, тем самым отказавшись от ознакомления с материалами дела, без каких-либо заявлений о плохом самочувствии. При таких обстоятельствах, т.е при отсутствии подтверждения уважительных причин отказа ФИО2 от участия в данном процессуальном действии, оснований для отложения его на другой день, у следователя не имелось, а процессуальные права обвиняемого нарушены не были. 

Не состоятельны и утверждения о не отражении в протоколе судебного заседания от (дата) факта замены секретаря судебного заседания и не выяснении председательствующим мнения участников судебного разбирательства относительно наличия оснований для его отвода, поскольку из содержания данного протокола (т. №), следует, что состав суда был объявлен, право на заявление отвода сторонам разъяснено, отводов и ходатайств от участников процесса не поступило.

Доводы о незаконности изменения ФИО1 меры пресечения на заключение под стражу не могут быть предметом апелляционной проверки в настоящем судебном заседании, поскольку данный вопрос был разрешен постановлением ... районного суда от (дата) , вступившим в законную силу.

Доводы адвоката и осужденного об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ ввиду не предоставления доказательств значительности причиненного потерпевшей Т. ущерба, необоснованны, поскольку судом был установлен как факт уничтожения автомобильных шин, т.е. полной утраты ими своих потребительских свойств, так и сумма материального ущерба, размер которого правильно признан значительным для потерпевшей, с учетом ее имущественного положения.

Вопреки доводам осужденного и его защитника, оснований ставить под сомнение изложенные в заключении выводы эксперта о стоимости указанного имущества у суда не имеется, поскольку порядок назначения и производства данной экспертизы соответствует требованиям уголовного процессуального закона, экспертное исследование проведено специалистом, обладающим специальными познаниями, имеющим необходимый стаж работы, выводы эксперта являются научно обоснованными и соответствуют материалам дела, оценка проведена с учетом износа автомобильных покрышек по состоянию на момент совершения преступления. 

С учетом установления на основе совокупности представленных доказательств факта и способа приведения Злобиным автомобильных шин в полную негодность, отсутствие в материалах дела ножа, которым он это сделал, не ставит под сомнение выводы суда о его виновности в содеянном.

При таких обстоятельствах оснований для проведения экспертизы в целях установления тождества лица с видеозаписи с осужденным, не имеется.

Доводы стороны защиты об отсутствии у потерпевших А. и А. реальных оснований опасаться реализации высказанных угроз так обязательного признака состава преступления, предусмотренного ст. 119 УКРФ, суд апелляционной инстанции находит необоснованными, поскольку они прямо противоречат совокупности вышеприведенных доказательств, анализ которых позволяет утверждать, что словесная угроза убийством воспринималась каждым из потерпевших как реальная, исходя из обстановки происходящих событий, агрессивного поведения ФИО2, который подкреплял свои высказывания А. демонстрацией опасного предмета (замахивался на него ножом), а в отношении А. сопровождал угрозы нанесением многочисленных ударов, повлекших вред здоровью средней тяжести, а так же известных потерпевшим данных о личности осужденного, свидетельствующих о наличии у него устойчивой насильственной ориентации.

Судом первой инстанции установлено, что угрозы убийством намеренно высказывались осужденным в целях устрашения потерпевших и именно в такой форме, которая давала основания всерьез воспринимать его слова и опасаться ее воплощения, что и является как раз показателем реальности угрозы как конструктивного признака данного состава преступления.

Иные доводы апелляционной жалобы о незаконности и необоснованности приговора, связанные с несогласием с оценкой доказательств судом, по существу сводятся к их переоценке, к чему оснований судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам стороны защиты, из материалов уголовного дела следует, что дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, с соблюдением процедуры судопроизводства, принципов состязательности и равноправия сторон, при этом нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства, в том числе нарушений прав осужденного на защиту, влекущих отмену приговора, по делу допущено не было.

Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий судья, выполнив требования ст. 15 УПК РФ, создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом осужденный и его защитник активно пользовались правами, предоставленными законом, в том числе исследуя доказательства, и участвуя в разрешении процессуальных вопросов.

Судебное разбирательство проведено полно, всесторонне и объективно. Все доводы и версии стороны защиты, которые имели существенное значение для правильного разрешения дела, судом были проверены.

Как следует из протокола судебного заседания, суд исследовал все представленные сторонами доказательства и в точном соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ разрешил по существу все заявленные ходатайства, в том числе об истребовании дополнительных доказательств, допросе свидетелей.

Каких-либо данных, свидетельствующих о незаконном и необоснованном отклонении судом ходатайств стороны защиты, на что сослался в своей жалобе осужденный, не установлено.

Уголовно-правовая оценка действиям ФИО1 дана верная. 

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, относящихся к категории небольшой тяжести, данные о личности осужденного, отклонения здоровья в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, и рецидив преступления – в качестве обстоятельства его отягчающего.

Суд первой инстанции в достаточной степени мотивировал в приговоре свои выводы о невозможности исправления осужденного без изоляции от общества и правильно не нашел оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст.ст. 73, 64 УК РФ. 

Оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ, о чем указывает в апелляционной жалобе осужденный, суд апелляционной инстанции также не усматривает, поскольку по делу отсутствуют исключительные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности совершенных им преступлений.

Назначенное ФИО1 наказание как за каждое из совершенных преступлений, так и по их совокупности, полностью соответствует ст. 60, ч. 2. ст. 69 УК РФ, является соразмерным содеянному и справедливым, оснований для признания его чрезмерно суровым, как на том настаивают осужденный и его защитник, не имеется. 

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы осужденному определен правильно согласно требованиям п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ. 

Заявленные потерпевшими гражданские иски разрешен судом в соответствии с нормами гражданского законодательства РФ на основании представленных документов и других доказательств, позволивших суду правильно определить размер причиненного Т. материального ущерба и оценить характер и степень нравственных страданий, причиненных потерпевшей Г. Определяя сумму компенсации морального вреда, суд учитывал конкретные обстоятельства дела, степень вины осужденного, его материальное положение, а также требования разумности и справедливости. Определенный судом размер компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции находит обоснованным, а доводы сторон в данной части - несостоятельными.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения приговора по доводам, изложенным в апелляционной жалобе адвоката, не имеется.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену приговора или его изменение, в ходе его рассмотрения судом первой инстанции, допущено не было.

Руководствуясь ст.ст.38913, 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Заднепровского районного суда г.Смоленска от 25 октября 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, доводы апелляционных жалоб – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящую инстанцию в порядке, установленном главами 47.1, 48.1 УПК РФ.

О своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции лицо, содержащееся под стражей, вправе ходатайствовать в кассационной жалобе, либо в течение трёх суток со дня вручения ему извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий Клименко Н.Ю.