Дело № 2-2131/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 сентября 2018 г. г. Миасс 

Миасский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Гонибесова Д.А.,

при секретаре судебного заседания Халевинской М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании сделки недействительной, в обоснование которого указала, что ДАТА между ними был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: АДРЕС. При заключении договора ответчик не имела намерения передавать ей квартиру в собственность, так как по сей день проживает в ней, несет бремя ее содержания. Договор дарения со стороны ответчика был заключен, поскольку ФИО2 было необходимо зарегистрировать переход права собственности, а передавать квартиру в собственность она не планировала. 

Просит признать недействительным договор дарения квартиры от ДАТА, применить последствий недействительности сделки путем признания регистрации права собственности недействительной, обязать Управление Росреестра по Челябинской области аннулировать запись о регистрации права и зарегистрировать право за ответчиком.

Истец ФИО1 в судебном заседании иск поддержала, суду пояснила аналогично доводам, изложенным в иске. 

Ответчик ФИО2 признала исковые требования, суду пояснила, что намерения дарить квартиру у нее не было, ей необходимо было скрыть от своих детей факт принадлежности ей данной квартиры.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Челябинской области, привлеченный к участию в деле определением суда от 14 сентября 2018 г. в судебное заседание не явился, извещен. 

Заслушав стороны, исследовав все материалы дела, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В силу п.1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Согласно п.1 ст. 129 ГК РФ объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица) либо иным способом, если они не изъяты из оборота или не ограничены в обороте.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц. В том числе собственник вправе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п.1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Судом установлено, что ДАТА между ФИО2 (даритель) и ФИО1 (одаряемая) был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: АДРЕС, по которому даритель безвозмездно передает, а одаряемый принимает указанную квартиру (л.д. 7).

Согласно копии реестрового дела на вышеуказанный объект недвижимости, представленного Управлением Россреестра по Челябинской области в день заключения сделки ФИО3 и ФИО1 обратились в Управление Росреестра по Челябинской области с заявлениями о государственной регистрации перехода права собственности на вышеназванный объект недвижимости, подали заявление о государственной регистрации права.

ДАТА произведена государственная регистрация перехода собственности на указанный объект недвижимости к истцу ФИО1 (л.д. 21-29).

Из объяснений истца в судебном заседании следует, что указанная сделка была совершена ответчиком без намерения произвести дарение квартиры. В настоящее время ответчик продолжает проживать в квартире и желает вернуть ее в собственность обратно. ФИО1 не имеет намерение сохранять за собой право собственности на указанную квартиру. К ответчику с просьбой принять обратно квартиру она не обращалась. Полагает, что сделка должна быть признана недействительной в судебном порядке. 

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1, суд исходит из того, что пунктом 4 статьи 1 ГК РФ установлен прямой запрет на извлечение преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, положения п. 5 ст. 166 ГК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению закрепляют принцип утраты права на возражение при недобросовестном или противоречивом поведении (эстоппель). В результате такого поведения сторона может лишиться права оспорить договор. 

Из пояснений истца и ответчика усматривается, что ФИО2 предложила ФИО1 оформить договор дарения квартиры и произвести государственную регистрацию перехода права собственности. При этом фактически ни истец, ни ответчик не имели намерения создать определенные правовые последствия, при которых собственником квартиры становится ФИО1 Ответчик не намеревался передавать истцу жилое помещение, а истец не намерен был получать в собственность указанную квартиру и нести бремя по ее содержанию. 

Из иска также следует, что ответчику необходимо было лишь зарегистрировать переход права собственности, а передавать квартиру в собственность ответчик не планировал. 

Указанное противоречивое поведение фактически свидетельствует о сговоре, как истца, так и ответчика относительно совершения сделки лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, при этом каждый из сторон должна была осознавать недобросовестность такого поведения. 

Суд не может признать указанные действия сторон сделки как добросовестное поведение, следовательно, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения.

Согласно части 1 статьи 3 ГПК РФ абзаца 3 статьи 12 ГК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

При этом избираемый истцом способ защиты права должен соответствовать характеру и последствиям нарушения и обеспечивать восстановление нарушенных прав. Ненадлежащий способ судебной защиты является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

В силу положений ч. 1 ст. 3 и ч. 1 ст. 4 ГПК РФ условием реализации этих прав является указание в исковом заявлении на то, в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.

В данном случае необходимость признания договора дарения от ДАТА недействительным истцом не обоснованна. Нарушение прав истца ФИО1 указанной сделкой отсутствуют. 

Истец ФИО1 не лишена возможности при отсутствии у нее намерения иметь указанную квартиру в собственности, распорядится принадлежащей ей по праву собственности квартирой по собственному усмотрению, в том числе, передать на основании сделки данное имущество в собственность ответчика или иных лиц.

В данном случае спор между сторонами фактически отсутствует, поскольку ответчик намерен принять от истца обратно в собственность спорное имущество, а истец согласен передать данную квартиру в собственность ответчика. 

Ссылка истца на то, что сделка должна быть признана недействительной в судебном порядке является несостоятельной. 

При отсутствии между сторонами спора о праве, нарушенного или оспоренного со стороны ответчика права истца условия для обращения в суд, предусмотренные ст. 3 ГПК РФ, отсутствуют. 

Наличие объективной возможности реализовать свои субъективные права во внесудебном порядке исключает возможность реализации таких прав посредством обращения в суд, поэтому при таких обстоятельствах в иске должно быть отказано.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении всех исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры от ДАТА между ФИО1 и ФИО2, применении последствий недействительности сделки отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий