Дело 12-7-2019года

Поступило 14.12.2018 года

Р Е Ш Е Н И Е

23.01.2018 года г. Каргат

Судья Чулымского районного суда Новосибирской области Г.М. Смагина

С участием адвоката Е. В. Языкова 

При секретаре Н.А. Иванеко

Рассмотрев жалобу ФИО2 на постановление мирового судьи 1-го судебного участка Чулымского судебного района и.о. мирового судьи 3-го судебного участка Чулымского судебного района Новосибирской области ФИО3 № 5-593 от 22.11.2018 года.

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой на постановление мирового судьи 1-го судебного участка Чулымского судебного района и.о. мирового судьи 3-го судебного участка Чулымского судебного района Новосибирской области ФИО3 № 5-593 от 22.11.2018 года, в которой просит отменить постановление по делу об административном правонарушении, прекратить производство по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В судебном заседании ФИО2 поддержал свою жалобу и пояснил, что постановлением мирового судьи судебного участка № 1, и.о. мирового судьи судебного участка № 3 Чулымского судебного района Новосибирской области от 22 ноября 2018 года он признан виновным в совершении административного наказания, предусмотренного ч. 1 статьи 12.26 КРФоАП, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев. С данным постановлением не согласен, считает его не законным и не обоснованным. Поскольку на момент составления протокола об административном правонарушении он не являлся водителем.

Просит постановление мирового судьи 1-го судебного участка Чулымского судебного района и.о. мирового судьи 3-го судебного участка Чулымского судебного района Новосибирской области ФИО3 

№ 5-593 от 22.11.2018 года отменить, прекратить производство по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Адвокат Языков Е. В. жалобу ФИО2 поддержал. Указывая, что постановление мирового судьи противоречит положениям ч. 1 ст. 1.6 КРФоАП, в соответствии с которой лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом, поэтому подлежит отмене.

В соответствии со ст. 24.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 (ред. от 19.12.2013) «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» несмотря на обязательность указания в протоколе об административном правонарушении наряду с другими сведениями, перечисленными в части 2 статьи 28.2 КоАП РФ, конкретной статьи КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации, предусматривающей административную ответственность за совершенное лицом правонарушение, право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица КРФоАП относит к полномочиям судьи.

Если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) КРФоАП, предусматривающую состав правонарушения, имеющий единый родовой объект посягательства.

С объективной стороны правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП, выражается в невыполнении законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. При этом наличие состояния опьянения в данном случае только предполагается. Административная ответственность по ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП установлена за невыполнение требования ПДД о запрещении водителю употреблять алкогольные напитки после ДТП, к которому он причастен, до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования на состояние опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

В данном случае составы правонарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 12.26 и ч. 3 ст. 12.27 КРФоАП, имеют разный родовой объект посягательства. Таким образом, переквалификация действий правонарушителя с ч. 3 ст. 12.27 на ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП не допустима, поскольку данные составы правонарушений имеют различный родовой объект посягательства.

Согласно статье 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в числе иных обстоятельств по делу об административном правонарушении выяснению подлежит наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые названным Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, а также его виновность в совершении административного правонарушения.

Субъектом административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является водитель транспортного средства.

В силу пункта 1.2 Правил дорожного движения водителем признается лицо, управляющее каким-либо транспортным средством.

При определении субъекта административного правонарушения, предусмотренного главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, следует учитывать, что водителем является лицо, управляющее транспортным средством, независимо от того, имеется ли у него право управления транспортными средствами всех категорий или только определенной категории либо такое право отсутствует вообще (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

При этом обязательным условием правильной квалификации действий (бездействия) лица по части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях является установление законности требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Материалами дела об административном правонарушении установлено, что в момент, когда сотрудники ДПС прибыли к месту жительства он находился дома по месту жительства и не являлся лицом, управляющим транспортным средством, после чего сотрудники ДПС доставили его в отделение полиции Каргатского района на своем служебном автомобили и уже в отделении полиции предложили пройти медицинское освидетельствование. Данный факт подтвержден сотрудниками ДПС и понятыми.

Таким образом, при рассмотрении дела судом установлено, что с момента управления транспортным средством до предъявления требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования прошел значительный промежуток времени, в момент, относящийся к событию административного правонарушения, он не являлся водителем транспортного средства.

Более того, в соответствии с частью 1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, а также лица, совершившие административные правонарушения, предусмотренные частью 1 статьи 12.3, частью 2 статьи 12.5, частями 1 и 2 статьи 12.7 указанного Кодекса, подлежат отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения.

Протокол об отстранении от управления транспортным средством также составлен в отделении полиции, тогда как автомобиль ФИО2 находился по его месту жительства, адрес: 

<

адрес>, что в совокупности с иными доказательствами подтверждает доводы о том, что в момент приезда сотрудников ГИБДД транспортным средством он не управлял.

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что событие правонарушения, описанное в протоколе об административном правонарушении, содержит признаки ст. 12.27 ч. 3 КРФоАП. Иного нарушения протокол об административном правонарушении не содержит, что исключало возможность переквалификации действий ФИО2 с ч. 3 ст. 12.27 на ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, так как суд не вправе выйти за пределы обвинения, предъявленного лицу на стадии возбуждения дела.

В силу положений частей 1 и 4 статьи 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Просит постановление мирового судьи 1-го судебного участка Чулымского судебного района и.о. мирового судьи 3-го судебного участка Чулымского судебного района Новосибирской области ФИО3 

№ 5-593 от 22.11.2018 года отменить, прекратить производство по делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Представитель ДПС МО МВД России «Каргатский» ФИО5 с постановлением мирового судьи согласен. В удовлетворении жалобы ФИО2 просит отказать. Указывая, что 06.10.2018 г. в ночное время ФИО2 было совершено ДТП. В результате которого пешеходу были причинены телесные повреждения, поврежден был и автомобиль ФИО2. До проведения освидетельствования с целью установления состояния опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования ФИО2 употребил спиртное. От него пахло спиртным, ФИО2 в присутствии понятых подтвердил, что после ДТП, по приезду домой от волнения и стресса выпил водки. От прохождения освидетельствования на состояние опьянения ФИО2 отказался. В отношении него был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 3, ст. 12.27 КРФоАП за употребление спиртных напитков после ДТП.

Проверив материалы дела выслушав доводы сторон, прихожу к следующему.

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года N 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Пункт 2.7 ПДД РФ запрещает водителю после дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, употреблять алкогольные напитки, наркотические, психотропные или иные одурманивающие вещества до проведения освидетельствования с целью установления состояния опьянения или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

В силу положений статьи 2 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" (далее - Закон о безопасности дорожного движения) и пункта 1.2 Правил дорожного движения дорожно-транспортное происшествие - событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

Как усматривается из материалов дела, 06.10.2018 г. ФИО2 управляя транспортным средством Мазда 3 государственный регистрационный номер № регион, совершил наезд на пешехода, так как сотовая связь отсутствовала ФИО2 поместив пешехода в автомобиль, приехал домой, о случившемся сообщил в ЦРБ. Приехавшей скорой помощью потерпевший был госпитализирован в больницу. После чего, употребил спиртное. По прибытию сотрудников полиции, ФИО2 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а также медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что ФИО2 отказался.

Указанные обстоятельства объективно подтверждаются всей совокупностью собранных по делу об административном правонарушении доказательств, в том числе: протоколом об административном правонарушении

<

адрес> от 06.10.2018 г. (л.д. 1), согласно которому 06.10.2018 г. в 02-00 час. ФИО2 после совершения ДТП, находясь по адресу 

<

адрес> употребил алкогольные напитки, протоколом о направлении на медицинское освидетельствование

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 2) и актом освидетельствования 

<

адрес>9 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 3) в которых ФИО2 собственноручно, в присутствии понятых написал - «отказываюсь», рапортом ФИО6 (л.д. 12), показаниями свидетелей ФИО7 и ФИО8, подтвердившими, что от ФИО2 пахло спиртным, со слов ФИО2 им известно, что после ДТП от выпил дома водки, от прохождения освидетельствование в ГИБДД и в мед. учреждении ФИО2 отказался, объяснениями самого ФИО2 не отрицавшего факта совершения ДТП и употребления спиртного дома после ДТП. 

Как следует из содержания протокола об административном правонарушении и объяснений ФИО2, он знал о том, что стал участником ДТП. 

Будучи осведомленным об участии в дорожно-транспортном происшествии, ФИО2 не выполнил предъявляемое к водителям, ставшим участниками дорожно-транспортного происшествия, требование пункта 2.7 Правил дорожного движения о запрещении употреблять алкогольные напитки после дорожно-транспортного происшествия, за что наступает административная ответственность, предусмотренная частью 3 статьи 12.27 КоАП РФ. 

В соответствии с примечанием к статье 12.8 КРФоАП употребление веществ, вызывающих алкогольное опьянение, запрещается. Административная ответственность, предусмотренная статьей 12.8 и частью 3 статьи 12.27 КРФоАП, наступает в случае установленного факта употребления вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием абсолютного этилового спирта в концентрации превышающей возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0.16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в п. 7 постановления Пленума от 24.10.2006 г. 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года N 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее - Правила).

В силу пункта 3 указанных Правил достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Как следует из протокола о направлении ФИО2 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 06.10.2018 г. основание для направления на освидетельствование послужило наличие признаков опьянения: запах алкоголя изо рта, нарушение речи.

Вместе с тем в материалах дела акт освидетельствования на состояние опьянения, акт медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отсутствуют в связи с отказом ФИО1 от прохождения освидетельствования.

Несмотря на признание ФИО2 факта употребления после ДТП алкогольного напитка, каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии у него в выдыхаемом воздухе этилового спирта в концентрации, установленной в примечании к статье 12.8 КРФоАП, в материалах дела не имеется.

От прохождения освидетельствования ФИО2 отказался, что подтверждается его собственноручной записью в протоколе о направлении ФИО2 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 06.10.2018 г. (л.д.2), актом освидетельствования на состояние опьянения от 06.10.2018 г. (л.д. 4).

Поскольку действующим законодательством не предусмотрено освобождение водителя, оставившего место дорожно-транспортного происшествия, к которому он причастен, от соблюдения предусмотренного 

п. 2.7 Правил дорожного движения РФ запрета употреблять алкогольные напитки после ДТП до проведения уполномоченным должностным лицом освидетельствования или до принятия решения об освобождении от проведения такого освидетельствования.

Учитывая, что в нарушение требований абзаца 4 пункта 2.7 Правил дорожного движения ФИО2 употребил алкогольные напитки после дорожно-транспортного происшествия, к которому он был причастен, требование о прохождении освидетельствования в целях установления состояния опьянения предъявлялись сотрудником полиции в связи с дорожно-транспортным происшествием, которое произошло в период управления ФИО2 транспортным средством, данное требование является законным независимо от того, оставил водитель место дорожно-транспортного происшествия либо нет, имелись ли претензии у потерпевшего в связи с ДТП, а также от того, были ли у него признаки опьянения в момент управления транспортным средством.

В этой связи в случае подтверждения факта невыполнения ФИО2 законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения его действия подлежат квалификации по ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», если при рассмотрении дела будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, судья может переквалифицировать действия (бездействие) лица на другую статью, предусматривающую состав правонарушения, имеющий единый родовой объект посягательства, при условии, что это не ухудшает положения лица, в отношении которого возбуждено дело, и не изменяет подведомственности его рассмотрения.

Поскольку составы, предусмотренные ч. 3, ст. 12.27 и ч. 1, ст. 12.26 КРФоАП имеют единые родовой объект посягательства. Санкции указанных статей предусматривают одинаковое административное наказание, подведомственность данного дела не изменяется, доводы ФИО2 и его адвоката Языкова Е. Д. о незаконности переквалификации действий ФИО2 с ч. 3, ст. 12.27 КРФоАП на ч. 1, ст. 12.26 КРФоАП не состоятельны.

Доводы жалобы направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств. Аналогичные доводы были предметом рассмотрения суда первой инстанций, не нашли своего подтверждения в материалах настоящего дела об административном правонарушении, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, обоснованно отвергнуты по основаниям, изложенным в судебном акте, и не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО2 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1, ст. 12.26 КРФоАП.

Постановление о привлечении ФИО2 к административной ответственности вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 КРФоАП для данной категории дел.

Административное наказание назначено ФИО2 в пределах санкции части 1 статьи 12.26 КРФоАП.

Обстоятельств, которые в силу пунктов 2 - 4 статьи 30.17 КРФоАП могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемого постановления, при рассмотрении настоящей жалобы не установлено.

Доводы жалобы ФИО2 о том, что протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен в отделе полиции, тогда, как его автомобиль находился по месту жительства: 

<

адрес>, 

<

адрес> в отсутствии понятых и в момент приезда сотрудников полиции транспортным средством он не управлял, не влияет на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах оснований для отмены постановления мирового судьи 1-го судебного участка Чулымского судебного района и.о. мирового судьи 3-го судебного участка Чулымского судебного района Новосибирской области ФИО3 № 5-593 от 22.11.2018 года не усматривается, а жалоба ФИО2 подлежит оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь п. 1, ч. 1, ст. 30.7 КРФ об АП, суд

Р Е Ш И Л:

Постановление мирового судьи 1-го судебного участка Чулымского судебного района и.о. мирового судьи 3-го судебного участка Чулымского судебного района Новосибирской области ФИО3 № 5-593 от 22.11.2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КРФоАП, в отношении ФИО2, оставить без изменения, а жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Председательствующий -