Решение

по делу № 2-182/2019

Именем Российской Федерации

13 марта 2019 года г. Бокситогорск

Бокситогорский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Гусаровой И.М.,

при секретаре Гранкиной А.А., 

с участием: 

помощника Бокситогорского городского прокурора Богдановой А.А., 

истца ФИО1 и его представителя ФИО2,

представителей ответчика Бокситогорского института (филиала) Государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Ленинградской области «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» ФИО3 и ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Бокситогорскому институту (филиалу) Государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Ленинградской области «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» о признании отказа в приеме на работу незаконным и о взыскании денежной компенсации морального вреда,-

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику Бокситогорскому институту (филиалу) Государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Ленинградской области «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» (далее Бокситогорский институт (филиал) ГАОУ ЛО «ЛГУ имени А.С. Пушкина») о признании отказа в приеме его на работу к данному работодателю необоснованным по дискриминационным основаниям и необоснованным его деловыми качествам, нарушающими гарантии трудовой занятости по отношению к нему, как к инвалиду; о восстановлении его нарушенных трудовых прав, возложении обязанности заключить с ним трудовой договор со дня обращения в ВУЗ 28.12.2018 года в соответствии с предложением, содержащемся в ранее указанном объявлении; о взыскании в счет компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя, денежной суммы в размере 25 000 руб. и взыскании госпошлины, уплаченной им в сумме 300 руб.

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на то, что он 26.12.2018 года совместно со своей матерью ФИО2 и в присутствии представителя общественной приемной Уполномоченного при 

<

адрес> по правам ребенка ФИО6 обратился к директору Бокситогорского института (филиала) ГАОУ ЛО «ЛГУ имени А.С. Пушкина» ФИО3, которая, узнав о наличии у него высшего спортивного образования, сказала, что он может идти подавать заявление о трудоустройстве, как только освободится должность инструктора по физической культуре в физкультурно-оздоровительном комплексе (далее - ФОК).

27.12.2018г. он принес в отдел кадров института копии документов: паспорта, диплома о высшем образовании, справки МСЭ, военного билета, справки об отсутствии судимости, СНИЛС, медицинского полиса, ИНН, зачетной книжки кандидата в мастера спорта. Уточнил о необходимости прохождения врачей (понадобилась только флюорография).

В 09 часов 15 минут 28.12.2018г. он написал заявление с предложением о приеме его на работу в Бокситогорский институт (филиал) Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина на неквотируемую должность инструктора по физической культуре в ФОК, расположенный в г. Бокситогорск и относящийся к педагогическому институту. Его обращение было основано на объявлении в сети интернет "ВКонтакте" в группе ФОК г. Бокситогорск, которое было размещено 27.12.2018г. около 15 часов (находилось на сайте до 15 часов 09.01.2019г.). Ответчик, ознакомившись с его документами и выслушав его, взял заявление о приеме на работу, вакансия освобождалась с 29.12.2018 года. Начальник отдела кадров института ФИО7 не отказала ему в приеме на работу, но потребовала предъявить индивидуальную программу реабилитации (далее - ИПР), так как он является инвали

<

адрес> группы. Он не нуждается в предоставлении ему особых условий труда, т.к. считает, что может работать по должности на данном рабочем месте без их применения. Устраивался он на работу на общих основаниях (не в счет квоты). Однако, с 09.01.2019г. на работу в ФОК вышел другой человек. Никакого собеседования или конкурса между ним и другим соискателем не было проведено. Работодатель даже не выяснял ни его деловых качеств, ни уровня его профессиональной подготовки. Он был лишен возможности доказать свою способность трудится по данной должности наравне с другим соискателем. Только 11.01.2019 после его телефонного обращения в отдел кадров ему пояснили, что взят на эту должность другой сотрудник. 

Согласно ч.5 ст.64 ТК РФ 11.01.2019 им было направлено по средствам факсимильной связи, заявление о предоставлении письменного мотивированного отказа. 21.01.2019 данный отказ был получен по почте.

В отказе фигурировала единственная причина- отсутствие ИПР, так как он является инвали

<

адрес> группы. При устройстве инвалида на работу на общих основаниях (не в счет квоты) работодатель не вправе требовать от него документы, не предусмотренные Трудовым кодексом РФ (в частности, документы, подтверждающие его инвалидность) (ст. 65 ТК РФ). Он не просил создания особых условий на рабочем месте, так как существующие соответствуют его возможностям, способностям, умениям и навыкам. В июне 2018 года он окончил Национальный государственный университет физической культуры, спорта и здоровья им. П.Ф. Лесгафта дневное отделение "Физическая культура для лиц с отклонениями в состоянии здоровья (адаптивная физическая культура)", за счет бюджетных средств. Программа обучения включала в себя предмет "базовые виды двигательной деятельности (плавание)". Им преподавались навыки спасения на воде. Проплыв в одежде 20 минут, со дна бассейна, глубиной около 5 метров, он вытаскивал манекен и оказывал "первую помощь", на равных со всеми студентами Университета. По этому предмету его знания, умения и навыки оценены на "отлично". Также он являюсь кандидатом в мастера спорта по бадминтону для лиц с повреждением опорно-двигательного аппарата. Он считает себя физически крепким и подготовленным человеком.

На его обучение государство потратило более 700 000 рублей бюджетных средств. Он хочет и может приносить пользу обществу, своему городу и району, так как его образование позволяет заниматься с людьми, не зависимо от их пола, возраста, физического состояния. Его специализация может быть использована для создания групп ЛФК по улучшению состояния здоровья граждан района. Данная должность была для него первой для трудоустройства по специальности. 

Он считает, что в отношении него был нарушен основной закон Российской Федерации- Конституция Российской Федерации, а именно его конституционное право на труд. 

Согласно ч.5 ст.11 Закона N181-ФЗ ИПР имеет для инвалида рекомендательный характер; он вправе отказаться от того или иного вида, формы и объема реабилитационных мероприятий, а также от реализации программы в целом, что, согласно части 7 данной статьи, освобождает соответствующие органы государственной власти, органы местного самоуправления, а также организации независимо от организационно правовых форм и форм собственности от ответственности за ее исполнение.

28.12.2018 он обратился в "Главное Бюро Медико-Социальной Экспертизы по 

<

адрес> филиал №" в Бокситогорске за разъяснением по поводу получения им ИПР. Сотрудники бюро подтвердили, что особых ограничений для выполнения работы по должности инструктора по физической культуре в ФОКе у него нет, по специальности он работать может, но в связи с тем, что врач-невролог Бокситогорской поликлиники находится до 16.01.2019 в очередном отпуске, оформление ИПР должным образом не представляется возможным. Эту информацию он сразу же сообщил начальнику отдела кадров института ФИО7 по телефону.

09.01.2019 он предпринял попытку пройти врача-невролога, приезжающего из 

<

адрес>, но получил отказ в оформлении документов. Тем не менее, ему были выданы направления на анализы, ЭКГ, которые он сдал до посещения врачей. В период с 16 по 17 января 2019 года им были пройдены врачи-специалисты невролог и терапевт, 18.01.2019 соответствующие документы были сданы в МСЭ для оформления ИПР, которую он получил 22 января 2019 года.

26.01.2019 он узнал о том, что с 01.02.2019 сотрудник, которого взяли на должность инструктора по физической культуре в ФОК с 09.01.2019 года - увольняется. 28.01.2019 на адрес электронной почты института, размещенный на официальном сайте в интернете, он выслал копию своей ИПР с просьбой еще раз рассмотреть его кандидатуру на вышеуказанную должность. Но ответа не последовало.

Данное обстоятельство, связанное с таким непродолжительным сроком работы принятого инструктора по физической культуре в ФОК (около трех недель всего и одна неделя до написания заявления об увольнении), он может рассматривать как предварительный сговор работодателя и сотрудника для того, чтобы намеренно отказать ему в трудоустройстве по специальности по дискриминационным основаниям. 

Впоследствии истец в связи с трудоустройством в ЛОГАУ «Бокситогорский комплексный центр социального обслуживания населения» на должность инструктора по лечебной физкультуре с 11.02.2019г. уточнил исковые требования (заявление от 05.03.2019г. и от 12.03.2019г.) и просил суд признать отказ ответчика от 15.01.2019г. № незаконным и взыскать в его пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 40 200 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные уточненные исковые требования поддержали и просили суд их удовлетворить в полном объеме по основаниям, указанным в иске.

В судебном заседании представители ответчика Бокситогорского института (филиала) Государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Ленинградской области «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» ФИО3 и ФИО4 с исковыми требованиями не согласились и представили письменные возражения на иск, согласно которых 28.12.2018г. в отдел кадров Бокситогорский институт (филиал) ГАОУ ЛО «ЛГУ имени А.С. Пушкина» обратился ФИО1 с документами о принятии его на работу, на должность инструктора по физической культуре на общих основаниях. Истцом были предоставлены документы, предъявляемые при заключении трудового договора в соответствии со ст. 65 ТК РФ. В добровольном порядке ФИО1 представил справку № № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ему установлена вторая группа инвалидности (инвалид с детства). Инвалид может умолчать о наличии группы, так как справка об инвалидности не входит в перечень обязательно предоставляемых документов. В данном случае работодатель не несет ответственности за свои действия, однако, если должность предусматривает медицинское освидетельствование, но работник по каким-то причинам избежал его прохождение, для работодателя это может обернуться серьезными правовыми последствиями. При приеме работника работодатель должен в первую очередь изучить ИПРА, чтобы удостовериться, что работа, на которую претендует человек, не противопоказана ему по состоянию здоровья. Официально лишь 1 группа является полностью нерабочей, 2 и 3 подразумевают возможность к труду, причем 2-я предполагает больше ограничений. Такое лицо может осуществлять трудовую деятельность, когда соблюдены определенные условия. Инвалиды второй группы трудятся на специально созданных рабочих местах. Вопрос об их соответствии состоянию здоровья работника решается совместно с медицинскими экспертами. Вторая группа инвалидности, как и другие две, имеет разные степени способности к трудовой деятельности. Степени эти определяются на медико-социальной экспертизе. Если комиссия установила первую степень, это означает, что человек может выполнять работу без особых усилий, но с понижением квалификации. Вторая степень требует создания на рабочем месте специальных условий, в том числе - средств реабилитации, в соответствии Приказом от 19 ноября 2013 г. N 685н Министерства труда и социальной защиты РФ. В соответствии с ИПРА инвалида № 27.1.47/2019 на имя ФИО1, медицинская комиссия установила следующее: способности к самообслуживанию - второй степени; к передвижению - первой степени; к трудовой деятельности - второй степени. А это значит, что истцу требуется создание на рабочем месте специальных условий труда, и он не в состоянии выполнять некоторые виды работ. Для него должны быть созданы особые условия труда, соответствующие состоянию его здоровья. То есть, он нуждается в помощи для выполнения своих рабочих обязанностей. Кроме того, в разделе ИПРА № 27.1.47/2019 - рекомендациях о показанных и противопоказанных видах трудовой деятельности с учетом нарушенных функций организма человека, обусловленных заболеванием, последствиями травм и дефектами отмечено, что у истца имеются стойкие нарушения функций организма, а именно нарушение функции верхних конечностей и нарушение функций нижних конечностей. В рекомендации о противопоказанных видах трудовой деятельности указаны виды трудовой и профессиональной деятельности, которые при утрате (отсутствии) двигательных функций верхних конечностей или нижних конечностей могут привести к угрозе жизни и/или потере здоровья инвалида и/или людей. Вместе с тем, в должностные обязанности инструктора по физической культуре входит организация и проведение физкультурно-спортивных праздников, соревнований, организация активного отдыха посетителей, ведение работы по овладению посетителями навыков и техникой выполнения физических упражнений, в плавательном бассейне контроль работы по обучению школьников плаванию, оказанию им помощи при переодевании и принятии душа, обеспечение охраны жизни и здоровья посетителей во время сеанса и оказание первой доврачебную помощи. В случае необходимости может привлекаться к выполнению своих обязанностей сверхурочно, в порядке, предусмотренном законодательством РФ. В процессе выполнения работ на инструктора могут воздействовать следующие опасные и вредные производственные факторы: острые кромки, заусенцы и неровности спортивного инвентаря, опасность падения на мокрых скользких поверхностях бассейна, опасность поражения электрическим током при использовании электрооборудования. Выше изложенные условия труда недопустимы в профессиональной деятельности инвалида с нарушениями статодинамических функций, о чем говорится в «ГОСТ Р 57958-2017 Условия труда инвалидов. Требования доступности и безопасности» и приводят к возникновению профессиональных рисков развития отклонения здоровья и/или усугублению имеющегося заболевания. В соответствии с ГОСТ Р 57958-2017 и ИПРА инвалида № 27.1.47,2019 состояние здоровья кандидата (истца) не позволяет ему занимать данную должность и выполнять должностные обязанности в полном объеме. В исполнение Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" от 24.11.1995 N 181-ФЗ, после предъявления истцом по собственной инициативе справки МСЭ-2012 № 0015275 от 25.03.2013, ответчик не мог принять его на работу без изучения ИПРА инвалида, чтобы не допустить возможное нарушение его законных прав. 11.01.2019 истцом в адрес ответчика было направлено заявление с требованиями о предоставлении письменного ответа на его заявление. ДД.ММ.ГГГГ истцу был направлен письменный ответ на поданное заявление (исх. №). По причине того, что на момент 09.01.2019 ответчиком не был предоставлен полный пакет документов, и, в связи с производственной необходимостью, на вакантную должность инструктора по физической культуры был принят на работу другой соискатель. 30.01.2019г. на имя ФИО1 было направлено письмо с сообщением об отсутствии вакансии инструктора в физкультурно-оздоровительном комплексе на момент его обращения, отправленного 28.01.2019г. по электронной почте вместе с копией ИПРА инвалида № ДД.ММ.ГГГГ/2019 от ДД.ММ.ГГГГ По причине расторжения трудового договора 31.01.2019г. по инициативе работника (принятого с 09.01.2019г), 25.01.2019г. был заключен новый трудовой договор с другим работником с 01.02.2019г. В целях согласования интересов работодателя и лица, желающего заключить трудовой договор, и с учетом того, что исходя из содержания ст.8, ч.1 ст.34, ч.1 и 2 ст.35 Конституции Российской Федерации и ст.22 Кодекса работодатель принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), при этом, заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя. Таким образом, отсутствие у соискателя определенных личностных качеств, которые необходимы для выполнения работы в рамках данной должности, а именно состояние здоровья кандидата, которое не позволяет ему занимать данную должность (согласно ИПРА), может создать определенные сложности при исполнении должностных обязанностей и привести к угрозе жизни или здоровья самого кандидата или посетителей учреждения. Считает, что при указанных обстоятельствах судом в удовлетворении иска должно быть отказано в полном объеме. 

Исследовав материалы дела, выслушав доводы истца ФИО1 и его представителя ФИО2, представителей ответчика ФИО3 и ФИО4, заключение помощника Бокситогорского городского прокурора Богдановой А.А., полагавшей отказать в удовлетворении иска в полном объеме, оценив показания свидетеля ФИО7, суд находит исковые требованиями необоснованными и неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям:

Как установлено судом, подтверждается представленными материалами и не оспорено ответчиком, 28.12.2018г. ФИО1 обратился с письменным заявлением к директору Бокситогорского института (филиала) ГАОУ ЛО «ЛГУ имени А.С. Пушкина» ФИО3, согласно которого просил принять его на работу в должности инструктора по физической культуре в ФОКе в объеме 1,0 ставки с межуровневым коэффициентом 1,75 на условиях основного места работы.

11.01.2019г. ФИО1 обратился с письменным заявлением к директору Бокситогорского института (филиала) ГАОУ ЛО «ЛГУ имени А.С. Пушкина» ФИО3 о предоставлении ему письменного мотивированного отказа в приеме на работу по должности инструктора по физической культуре в ФОКе.

Из ответа директора Бокситогорского института (филиала) ГАОУ ЛО «ЛГУ имени А.С. Пушкина» ФИО3 № от 15.01.2019г. на указанное заявление ФИО1 следует, что согласно представленной справке № от 25.03.2013г. ему установлена вторая группа инвалидности (инвалид с детства). Работник с инвалидностью может быть принят на должность, работа по которой не противоречит показаниям в индивидуальной реабилитационной карте. Представленная им ИПР была с истекшим сроком действия (до июня 2015г.). Она была ему возвращена с предложением принести свежую с медицинскими рекомендациями для трудоустройства, с учетом вступившего в законную силу Приказа Минздравсоцразвития РФ №н от 13.06.2017г., а не для обучения в ВУЗе, т.к. они должны быть убеждены в правильности своих действий при его трудоустройстве.

Дополнительно сообщено, что вакансия по должности инструктор по физической культуре не является квотируемым рабочим местом для устройства инвалидов.

Поскольку он не предоставил полный пакет документов для трудоустройства (действующую ИПР), и в связи с производственной необходимостью, 09.01.2019г. на должность инструктора по физической культуре было принято другое лицо, в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Истец просит суд признать данный отказ в приеме его на работу от 15.01.2019г. незаконным.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

По ходатайству ответчика в судебном заседании в качестве свидетеля была допрошена ФИО7, которая показала, что 27.12.2018г. ФИО1 пришел в приемную института и подал ей для трудоустройства диплом, паспорт, ИНН и справку МСЭ, а также ИПР. На следующий день 28.12.2018г. ФИО1 пришел вместе с мамой ФИО2, которая стала требовать, чтобы от ее сына приняли заявление о приеме на работу. Она продиктовала ФИО1 текст заявления о приеме на работу, после написания данного заявления он передал ей данное заявление. Она вернула им справку ИПРА, т.к. она у них была старая и попросила принести новую действующую. В тот же день 28.12.2018г пришел другой соискатель и подал полный пакет документов. 29.12.2018г. позвонила ФИО2, но получить ИПР они смогут только после новогодних праздников. Они не могли ждать от истца ИПРА и останавливать работу ФОК, поэтому 09.01.2019 с другим соискателем был заключен трудовой договор. По состоянию на 27.12.2018 и 28.12.2018 должность инструктора по физической культуре ФОК не была вакантна, сотрудник был уволен 29.12.2018.

В соответствии со ст.64 Трудового кодекса РФ запрещается необоснованный отказ в заключении трудового договора. Какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или установление прямых или косвенных преимуществ при заключении трудового договора в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства (в том числе наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работников, не допускается, за исключением случаев, в которых право или обязанность устанавливать такие ограничения или преимущества предусмотрены федеральными законами. Запрещается отказывать в заключении трудового договора женщинам по мотивам, связанным с беременностью или наличием детей. Запрещается отказывать в заключении трудового договора работникам, приглашенным в письменной форме на работу в порядке перевода от другого работодателя, в течение одного месяца со дня увольнения с прежнего места работы. По письменному требованию лица, которому отказано в заключении трудового договора, работодатель обязан сообщить причину отказа в письменной форме в срок не позднее чем в течение семи рабочих дней со дня предъявления такого требования. Отказ в заключении трудового договора может быть обжалован в суд.

Из материалов дела следует, что на письменное обращение ФИО1 к ответчику с требованием о сообщении причины отказа ему в приеме на работу, ответчиком истцу был дан письменный ответ в установленный законом срок, т.е. требование статьи 64 ТК РФ в данной части ответчиком в отношении истца было соблюдено.

В качестве критериев дискриминации, как статья 3 ТК РФ, так и статья 64 ТК РФ, указывают на пол, расу, цвет кожи, национальность, язык, происхождение, имущественное, социальное и должностное положение, возраст, место жительства.

Как следует из материалов дела, на момент обращения истца к ответчику с заявлением о предоставлении ему письменного мотивированного отказа в приеме на работу по должности инструктора по физической культуре в ФОКе не была вакантна, т.к. 09.01.2019г. на указанную должность был принят другой сотрудник. 

Согласно статье 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Между тем, Трудовой кодекс РФ не ограничивает право работодателя, предусмотренное статьей 22 ТК РФ, самостоятельно, под свою ответственность принимать кадровые решения, в том числе и по подбору персонала, что из конституционных норм и принципов не вытекает право гражданина занимать избранную им определенную должность, выполнять конкретную работу, как и обязанность кого бы то ни было предоставить гражданину такую работу на удобных для него условиях, что заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя, а сам трудовой договор является добровольным соглашением сторон.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 (ред. от 28 сентября 2010 года) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении споров, связанных с отказом в приеме на работу, необходимо иметь в виду, что труд свободен и каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также иметь равные возможности при заключении трудового договора без какой-либо дискриминации, т.е. какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав или установления прямых или косвенных преимуществ при заключении трудового договора в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства (в том числе наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работников, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статьи 19, 37 Конституции РФ, статьи 2, 3, 64 Кодекса, статья 1 Конвенции МОТ N 111 1958 г. о дискриминации в области труда и занятий, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 января 1961 г.).

Между тем при рассмотрении дел данной категории в целях оптимального согласования интересов работодателя и лица, желающего заключить трудовой договор, и с учетом того, что исходя из содержания статьи 8, части 1 статьи 34, частей 1 и 2 статьи 35 Конституции РФ и абзаца второго части первой статьи 22 Кодекса работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала) и заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя, а также того, что Кодекс не содержит норм, обязывающих работодателя заполнять вакантные должности или работы немедленно по мере их возникновения, необходимо проверить, делалось ли работодателем предложение об имеющихся у него вакансиях (например, сообщение о вакансиях передано в органы службы занятости, помещено в газете, объявлено по радио, оглашено во время выступлений перед выпускниками учебных заведений, размещено на доске объявлений), велись ли переговоры о приеме на работу с данным лицом и по каким основаниям ему было отказано в заключении трудового договора.

При этом необходимо учитывать, что запрещается отказывать в заключении трудового договора по обстоятельствам, носящим дискриминационный характер, в том числе женщинам по мотивам, связанным с беременностью или наличием детей (части вторая и третья статьи 64 Кодекса); работникам, приглашенным в письменной форме на работу в порядке перевода от другого работодателя, в течение одного месяца со дня увольнения с прежнего места работы (часть четвертая статьи 64 Кодекса).

Поскольку действующее законодательство содержит лишь примерный перечень причин, по которым работодатель не вправе отказать в приеме на работу лицу, ищущему работу, вопрос о том, имела ли место дискриминация при отказе в заключении трудового договора, решается судом при рассмотрении конкретного дела.

Если судом будет установлено, что работодатель отказал в приеме на работу по обстоятельствам, связанным с деловыми качествами данного работника, такой отказ является обоснованным.

Под деловыми качествами работника следует, в частности, понимать способности физического лица выполнять определенную трудовую функцию с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств (например, наличие определенной профессии, специальности, квалификации), личностных качеств работника (например, состояние здоровья, наличие определенного уровня образования, опыт работы по данной специальности, в данной отрасли).

Кроме того, работодатель вправе предъявить к лицу, претендующему на вакантную должность или работу, и иные требования, обязательные для заключения трудового договора в силу прямого предписания федерального закона, либо которые необходимы в дополнение к типовым или типичным профессионально-квалификационным требованиям в силу специфики той или иной работы (например, владение одним или несколькими иностранными языками, способность работать на компьютере).

Из материалов дела и объяснений сторон судом установлено, что 28.12.2018г. при обращении истца к ответчику с письменным заявлением о принятии его на работу на должность инструктора по физической культуре истцом, в том числе, были представлены: справка МСЭ-2012 № от 25.03.2013г., согласно которой ФИО1 установлена бессрочно вторая группа инвалидности (инвалид с детства); а также ИПР для обучения в ВУЗе со сроком действия до июня 2015г.

В соответствии с действующим законодательством, трудоустройство работника, которому установлена инвалидность, происходит в общем порядке, определенном ТК РФ. Для заключения трудового договора работник должен предоставить документы, перечисленные в ст. 65 ТК РФ. 

Согласно ст. 65 ТК РФ запрещается требовать от лица, поступающего на работу, документы помимо предусмотренных настоящим Кодексом, иными федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации.

Согласно статье 7 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" медико-социальная экспертиза - признание лица инвалидом и определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма.

Медико-социальная экспертиза осуществляется исходя из комплексной оценки состояния организма на основе анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических данных освидетельствуемого лица с использованием классификаций и критериев, разрабатываемых и утверждаемых в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 24.11.1995 N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида - комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности. Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы могут при необходимости привлекать к разработке индивидуальных программ реабилитации или абилитации инвалидов организации, осуществляющие деятельность по реабилитации, абилитации инвалидов. Порядок разработки и реализации индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида и ее форма определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации имеет для инвалида рекомендательный характер, он вправе отказаться от того или иного вида, формы и объема реабилитационных мероприятий, а также от реализации программы в целом. 

Отказ инвалида (или лица, представляющего его интересы) от индивидуальной программы реабилитации или абилитации в целом или от реализации отдельных ее частей освобождает соответствующие органы государственной власти, органы местного самоуправления, а также организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности от ответственности за ее исполнение и не дает инвалиду права на получение компенсации в размере стоимости реабилитационных мероприятий, предоставляемых бесплатно.

Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы направляют выписки из индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида в соответствующие органы исполнительной власти, органы местного самоуправления, организации независимо от их организационно-правовых форм, на которые возложено проведение мероприятий, предусмотренных индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида.

Указанные органы и организации предоставляют информацию об исполнении возложенных на них индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида мероприятий в федеральные учреждения медико-социальной экспертизы по форме и в порядке, которые утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

В ходе рассмотрения дела из объяснений сторон судом установлено, что истец ФИО1 своим правом на отказ от ИПРА не воспользовался, после предоставления справки МСЭ сообщил начальнику отдела кадров работодателя ФИО7, что намерен обратиться в учреждение медико-социальной экспертизы для предоставления ему действующей ИПРА, после чего, указанный документ будет им предоставлен для решения вопроса о принятии его на работу. Впоследствии истец реализовал свое намерение и 22.01.2019г. истцом была получена ИПРА инвалида №, которая 28.01.2019г. была им направлена ответчику по электронной почте.

Таким образом, оснований для решения вопроса о трудоустройстве истца в общем порядке, определенном ТК РФ, у ответчика не имелось, поскольку работодателю были представлены сведения об инвалидности истца, а заявления об отказе от получения ИПРА или об отказе от рекомендаций ИПРА со стороны истца представлено не было, в связи с чем основания для освобождения ответчика от ответственности за неисполнение ИПР отсутствовали.

Разрешая спор, оценив в совокупности, представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что предусмотренные статьей 64 ТК РФ признаки необоснованного отказа в приеме истца на работу отсутствуют, поскольку отказ ответчика в приеме на работу истца от 15.01.2019г. был обусловлен его личными качествами, а именно оценкой состояния здоровья истца и из совокупности представленных им документов. Следовательно, не имеется оснований полагать, что установленные обстоятельства подтверждают факт дискриминации в отношении истца со стороны ответчика, каким-то иным образом нарушают его права. Кроме того, бесспорных доказательств, отвечающих требованиям статьи 67 ГПК РФ, ФИО1 в обоснование своих доводов не представлено.

Само по себе несогласие истца с решением ответчика не свидетельствует о незаконности его действий и не является основанием для удовлетворения иска.

С учетом всех установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание, что судом не установлено нарушение каких-либо прав и интересов истца со стороны ответчика, суд также находит необходимым отказать истцу ФИО1 и в удовлетворении заявленных им требований о взыскании с ответчика в его пользу денежной компенсации морального вреда в размере 40 200 руб., как производных от первоначального требования, признанного судом не подлежащим удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Бокситогорскому институту (филиалу) Государственного автономного образовательного учреждения высшего образования Ленинградской области «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» о признании отказа в приеме на работу № от 15.01.2019 года незаконным и о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 40 200 рублей- отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Ленинградский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Бокситогорский городской суд.

Решение в окончательной форме принято 18 марта 2019 года. 

Судья: