Судья ФИО7

№

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 

21 мая 2024 года 

Нижегородский областной суд в составе:

председательствующего судьи ФИО40,

с участием прокурора ФИО25,

при секретаре судебного заседания ФИО8, 

осужденной ФИО1,

защитника осужденной ФИО1 – адвоката ФИО21,

защитника осужденного ФИО2 – адвоката ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката ФИО24, апелляционной жалобой с дополнениями защитника осужденного ФИО2 - адвоката ФИО9, апелляционной жалобой с дополнениями защитника осужденной ФИО1 – адвоката ФИО21 на приговор Советского районного суда г.Нижнего Новгорода от 22 января 2024 года, которым

ФИО1, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> 

<

адрес>, гражданка РФ, состоящая на регистрационном учёте по месту жительства по адресу: 

<

адрес>; имеющая высшее образование, на момент преступления являвшаяся сотрудником правоохранительного органа, в настоящее время работающая 

<

данные изъяты> состоящая в браке, детей и иных иждивенцев не имеющая, невоеннообязанная, не судимая,

осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев в исправительной колонии общего режима, с лишением права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах Российской Федерации, наделенные в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от неё в служебной зависимости, на 2 года 6 месяцев. 

Срок основного наказания в виде лишения свободы ФИО1 постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу; срок дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах РФ – с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы. На основании п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы ФИО1 время её содержания под стражей в качестве меры пресечения с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора суда в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима. 

Мера пресечения осужденной ФИО1 до вступления приговора суда в законную силу изменена с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, взята под стражу в зале суда немедленно;

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, состоящий на регистрационном учёте по месту жительства по адресу: 

<

адрес>; имеющий высшее образование, на момент совершения преступления являвшийся сотрудником правоохранительного органа, работающий 

<

данные изъяты> состоящий в браке, имеющий на иждивении несовершеннолетнюю дочь ДД.ММ.ГГГГ г.р., и малолетнюю дочь ДД.ММ.ГГГГ г.р.; военнообязанный, не судимый, 

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев с лишением права занимать должности на государственной службе в правоохранительных органах Российской Федерации, наделенные в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, на 2 года 6 месяцев.

На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы ФИО2 постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч.5 ст. 73 УК РФ на условно осужденного ФИО2 возложено исполнение следующих обязанностей в период испытательного срока:

- своевременно встать по месту жительства на учет в государственный специализированный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных; 

- один раз в месяц являться на регистрацию в данный специализированный государственный орган в день, установленный должностным лицом указанного органа;

- не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного;

- трудиться, осуществлять материальную поддержку своей семьи, возмещать вред, взысканный настоящим приговором в пользу потерпевшей Потерпевший №1

Срок основного и дополнительного наказания ФИО2 постановлено исчислять с даты вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения ФИО2 оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу.

Исковые требования потерпевшей Потерпевший №1 удовлетворены: постановлено взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 500 000 (пятьсот тысяч) рублей в счёт денежной компенсации морального вреда от преступления; взыскать со ФИО2 в пользу Потерпевший №1 в счёт денежной компенсации морального вреда от преступления 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Судьба вещественных доказательств разрешена в соответствии со ст.81 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи ФИО40, выслушав мнения участников процесса, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Судом первой инстанции ФИО1 и ФИО2 каждый признаны виновными и осуждены за использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов гражданина, охраняемых законом интересов общества и государства.

В апелляционной жалобе представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката ФИО24 изложено несогласие потерпевшей Потерпевший №1 с приговором в части назначенного осужденному ФИО2 наказания с применением ст. 73 УК РФ в связи с чрезмерной мягкостью судебного акта. В обоснование доводов жалобы указывает, что ФИО2 вину в содеянном не признал, не раскаялся, не предпринял каких-либо попыток загладить причиненный преступлением вред, в том числе принести извинения потерпевшей Потерпевший №1, хотя осведомлен, что на её иждивении находятся двое несовершеннолетних детей и понесенная утрата является для нее невосполнимой. Напротив, поведение подсудимого в судебном заседании было вызывающе циничным, в том числе в ходе допроса потерпевшей Потерпевший №1, хотя из приобщенных к материалам дела характеристик и благодарностей очевидно, что находясь на службе в полиции в течении длительного времени, имея соответствующие поощрения, ФИО2 не может не осознавать характер, степень общественной опасности и последствия совершенного им преступления. Обращает внимание, что какими-либо заболеваниями осужденный не страдает, малолетних детей на иждивении не имеет. Полагает, что восстановление социальной справедливости и исправление осужденного ФИО2 возможно только в условиях реального лишения свободы, а решение суда о назначении наказания ФИО2 в виде условного осуждения противоречит назначению уголовного судопроизводства, способствует утверждению чувства вседозволенности со стороны общественности.

Просит приговор Советского районного суда г. Нижнего Новгорода от 22.01.2024 в отношении ФИО2, ФИО1 изменить, назначить ФИО2 наказание, связанное с реальным лишением свободы.

В апелляционной жалобе с дополнениями защитник осужденного ФИО2 – адвокат ФИО9 выражает несогласие с постановленным приговором, считает его незаконным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов жалобы, приводит анализ законодательства, судебной практики и содержания обжалуемого приговора. Указывает, что органами предварительного расследования не добыто и не представлено объективных, достоверных, относимых и допустимых доказательств причастности ФИО2 к совершению инкриминируемого ему преступления, поскольку из показаний ФИО2, данных им в ходе судебного разбирательства, установлено, что он впустил ФИО13 в фойе здания 

<

данные изъяты>, указал ему на место, где можно присесть и при необходимости составить заявление. Войдя в помещение дежурной части отдела полиции, он доложил ФИО1 о пришедшем в отдел полиции гражданине ФИО13 Далее, по указанию ФИО1, ФИО2 передал, как он предполагал - дежурному оперуполномоченному ФИО10, информацию о пришедшем в здание отдела полиции заявителе ФИО13, чтобы тот в свою очередь принял меры по выяснению обстоятельств произошедшего, дальнейшему оформлению необходимых процессуальных документов и в случае наличия признаков преступления, направлению данного материала, в орган предварительного следствия для принятия решения в порядке ст. 144, 145 УПК РФ. После чего, ФИО2 продолжил исполнять свои должностные обязанности - занимался оформлением необходимых документов по находящемуся в камере административно задержанных гражданину. О том, что возле здания отдела полиции произошел конфликт между ФИО13 и ФИО27 ему стало известно в дневное время ДД.ММ.ГГГГ от руководства отдела полиции.

Показания ФИО2 в данной части подтверждаются показаниями ФИО1, показаниями свидетеля Свидетель №15 о том, что ФИО2 никогда не занимался приемом и регистрацией сообщений и заявлений о преступлениях; показаниями свидетеля Свидетель №1 о том, что ФИО2 в их дежурной смене выполняет обязанности по разбору с доставленными лицами и непосредственно работает с задержанными, а ФИО1 более подготовлена к работе оперативного дежурного, поэтому она осталась старшей в дежурной части на период ее (Свидетель №1) отсутствия.

Кроме того, защитник указывает, что свидетель Свидетель №2 подтвердил позицию ФИО2, показав, что по приезду в отдел полиции, он препроводил задержанного гражданина в дежурную часть отдела полиции, где передал его ФИО2

Также позиция ФИО2 нашла свое подтверждение исследованными в ходе судебного разбирательства видеозаписями с камер видеонаблюдения 

<

данные изъяты>, на которых отчетливо виден момент входа ФИО13 совместно со ФИО2 в фойе отдела полиции, где ФИО2 указывает ФИО13 на стол со стулом, на котором ФИО13 может присесть. Далее просматривается как ФИО2 заходит в дежурную часть отдела полиции, где передает информацию о пришедшем заявителе ФИО1, после чего по просьбе ФИО1 ФИО2 вызывает дежурного оперуполномоченного. Далее к ФИО13 выходит Свидетель №3, после чего ФИО13 передает Свидетель №3 сотовый телефон, по которому Свидетель №3 продолжительное время разговаривает. Затем после непродолжительной беседы между друг другом ФИО13 покидает фойе отдела полиции совместно с Свидетель №3 Полагает, что данные видеозаписи опровергают показания потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей ФИО15, ФИО16, Свидетель №4, Свидетель №5

Относительно состояния потерпевшего и необходимости оказания ему медицинской помощи, адвокат приводит показания свидетелей ФИО17, ФИО18, ФИО16 о том, что по внешним признакам не было понятно, что ФИО13 нуждается в скорой медицинской помощи.

Полагает, что к показаниям потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей ФИО15, ФИО16, Свидетель №4, Свидетель №5, в части действий ФИО2 необходимо отнестись критически, так как потерпевшая Потерпевший №1 и свидетели ФИО15 и ФИО16 находятся в родственных отношениях, а свидетели Свидетель №4 и Свидетель №5, являются сослуживцами ФИО13 и находились в близких дружеских отношениях с ФИО13, так и до настоящего времени находятся в близких дружеских отношениях с членами семьи ФИО13 Показания указанных лиц, в части действий ФИО2 в момент нахождения ФИО13 в здании 

<

данные изъяты> опровергаются имеющимися в материалах дела видеозаписями. Обращает внимание, что до настоящего момента не установлена причастность сотрудника полиции К. к причинению телесных повреждений ФИО13 При этом обжалуемым приговором установлено, что ФИО2 желал помочь из корпоративной солидарности сотруднику полиции К. избежать возможного привлечения к уголовной ответственности за причинение ФИО13 телесных повреждений, чем использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности. Сотрудник полиции К. в рамках рассмотрения данного уголовного дела не был заявлен в качестве свидетеля обвинения и не был допрошен по всем обстоятельствами дела, являясь основным фигурантом произошедших событий.

Также, по мнению стороны защиты, удовлетворенные в полном объеме требования гражданского истца Потерпевший №1 о взыскании со ФИО2 компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей, являются чрезмерно завышенными и гражданским истцом не представлено убедительных данных в подтверждении своих доводов о том, что именно действиями ФИО2 ей причинен моральный вред.

Анализируя Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», полагает, что гражданским истцом Потерпевший №1 не представлено убедительных данных в подтверждение своих доводов о том, что именно действиями ФИО2 ей причинен моральный вред, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форма и степень вины причинителя вреда и полнота мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. ФИО2 телесные повреждения ФИО13 не причинял. Причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО13 отсутствует.

Просит приговор Советского районного суда г.Нижнего Новгорода от 22.01.2024 года в отношении ФИО2 отменить, ФИО2 оправдать, в удовлетворении исковых требований Потерпевший №1 к ФИО2 отказать.

В апелляционной жалобе с дополнениями защитник осужденной ФИО1 – адвокат ФИО21 выражает несогласие с постановленным приговором, считает его незаконным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов жалобы, приводит анализ законодательства, судебной практики, содержания обжалуемого приговора со ссылкой на показания свидетелей стороны обвинения. 

Анализируя положения ст.ст. 171, 220, 252 УПК РФ, указывает, что из обвинительного заключения но уголовному делу № предъявленное ФИО1 обвинение указанным требованиям закона в полном объеме не отвечает, поскольку содержит указание на совершение ей преступления из иной личной заинтересованности. Однако, ссылка на доказательства ее наличия у ФИО1 в обвинительном заключении отсутствует. Указанное существенно ущемляет право ФИО1 на защиту от предъявленного обвинения, так как она не имеет представления обо всех фактических и юридических признаках инкриминируемого ей преступления, лишена возможности знать в чем она обвиняется и какие из доказательств, положенных в основу ее обвинения, требуют соответствующего опровержения с ее стороны и стороны ее защиты. При этом отсутствие в действиях виновного корыстной или иной личной заинтересованности полностью исключает возможность привлечения ее к уголовной ответственности по ст. 285 УК РФ. 

Полагает, что суд произвольно подошел к оценке материалов дела, нарушил принципы уголовного судопроизводства, проигнорировал пороки обвинительного заключения и отсутствие ключевых доказательств, влияющих на исход дела, что поставило ФИО1 в невыгодное процессуальное положение и нарушило ее право на справедливое судебное разбирательство и презумпцию невиновности.

Считает, что имелись основания для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Однако суд вынес в отношении ФИО1 обвинительный приговор при полном отсутствии исследованных в судебном заседании доказательств наличия у ФИО1 иной личной заинтересованности, явившейся следствием корпоративной солидарности сотруднику полиции К.

Также автор жалобы указывает, что судом нарушены требования и правила оценки доказательств, установленные ст. 88 УПК РФ. В обоснование указывает, что в ходе судебного следствия потерпевшей ФИО22 и свидетелями ФИО15, ФИО16 и Свидетель №5 были даны, в том числе показания об обстоятельствах произошедшего, ставших им известными со слов ФИО41. При этом в ходе предварительного следствия информации о том, что они лично слышали от ФИО13 о нежелании сотрудников полиции - именно мужчины и женщины принять от него заявление об избиении и их отказе вызвать ему карету скорой медицинской помощи не предоставлялось. В показаниях указанных лиц судом были выявлены противоречия, которые не были устранены. Таким образом, положенная в основу обвинительного приговора информация, полученная в ходе судебного следствия от потерпевшей Потерпевший №1 и свидетелей ФИО15, Свидетель №5 об их осведомленности о половой принадлежности сотрудников полиции, которые не хотели принимать от ФИО13 заявление об избиении носит принципиальный характер и не связана с дополнением или уточнением этими лицами своих предыдущих показаний, поскольку прямо противоречит им, что не исключает последующей дачи ими таких показаний в ходе судебного следствия под давлением либо в целях удовлетворения заявленного потерпевшей гражданского иска в полном размере при явном процессуальном попустительстве суда первой инстанции.

Кроме того, показания свидетеля ФИО15 в обвинительном заключении стороной обвинения не заявлялись, и потому его допрос в качестве свидетеля на стадии судебного следствия должен признаваться нарушением права подсудимых на защиту. 

Не может считаться надлежащим доказательством и приобщенный к материалам дела в ходе судебного следствия CD-диск, предоставленный суду следователем ФИО29 взамен ранее утраченного из материалов уголовного дела № диска, поскольку сличение предоставленного следователем диска производилось с видеозаписью, содержащейся на флэш-накопителе «

<

данные изъяты>., изъятом ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки в помещении 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, прямо не исследованном стороной защиты надлежащим образом на стадии ознакомления с материалами дела и формирования окончательной позиции защиты.

Полагает, что в основу обвинительного приговора положены непоследовательные и противоречивые, а также недопустимые показания потерпевшего и свидетелей, а также недопустимые вещественные доказательства и производные от них протоколы следственных действий.

Кроме того, указывает, что выводы суда, изложенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Так, согласно должностному регламенту (инструкции) помощника оперативного дежурного дежурной части 

<

данные изъяты> старшины полиции ФИО1, на помощника оперативного дежурного возлагаются, в том числе, функциональные обязанности по обеспечению приема всей поступающей в ОП информации, ориентировках по телефону, телетайпу, радиостанции и немедленно докладывать о них начальнику смены, а в его отсутствие оперативному дежурному, после чего регистрировать ее в установленном порядке.

Как видно из содержания приведенной должностной инструкции речь идет о получении указанной информации помощником оперативного дежурного лично, а не слов третьих лиц.

Однако, материалы уголовного дела достоверных данных о том, что ФИО13 лично обращался к ФИО1 с просьбой принять у него заявления о совершении в отношении него преступления не содержат, так как указанная информация стала ей известна со слов дежурного дежурной части ФИО2, что ставит под сомнение факт использования должностным лицом ФИО1 своих служебных полномочий вопреки интересам службы.

Обращает внимание на некорректное изложение протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, что указывает на признаки недопустимости доказательств.

Указывает, что в действиях ФИО1 отсутствует необходимый для квалификации по ст. 285 УК РФ мотив иной личной заинтересованности; судом положены в основу приговора недопустимые доказательства, в частности флэш-карта «

<

данные изъяты>, изъятая ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки, поскольку не установлено, имелся или не имелся процессуально не зафиксированный доступ к его содержанию третьих лиц до его осмотра следователем ДД.ММ.ГГГГ в целях его модификации, устранения или изменения содержащейся на нем информации, также во время неоднократного проведения осмотра указанного флэш-накопителя должностными лицами не были приняты обязательные аппаратные средства защиты, обеспечивающие блокировку носителя информации от записи, что является самостоятельным основанием признания такого доказательства недопустимым. 

Также указывает, что суд ошибочно оценил весомость показаний потерпевшей Потерпевший №1 и свидетелей ФИО15, ФИО16, Свидетель №4, Свидетель №5, поскольку данные лица очевидцами обращения ФИО13 в 

<

данные изъяты> с заявлением о совершении в отношении него преступления не были, о предполагаемых событиях им стало известно со слов ФИО13

Также полагает, что другие доказательства, положенные в основу приговора, а именно: показания свидетеля Свидетель №16 и Свидетель №13, Свидетель №15 являются лишь субъективным мнением должностного лица, а показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №14 Свидетель №10 ФИО17, ФИО18, ФИО23, Свидетель №8, Свидетель №12, Свидетель №9 свидетельствуют лишь о фактических обстоятельствах и виновности ФИО1 не подтверждают.

Указывает, что суд в достаточной мере не исследовал положения должностного регламента дежурного дежурной части 

<

данные изъяты> ФИО2, а потому прием заявления от ФИО13 должен был быть осуществлен именно ФИО2, а не ФИО1

Кроме того, полагает, что вид избранного судом исправительного учреждения для отбывания наказания ФИО1, а также реальность отбытия назначенного наказания ставит под угрозу реализацию права осужденной на материнство.

Считает необоснованно завышенным и присужденным размер компенсации морального вреда потерпевшей Потерпевший №1 ввиду отсутствия причинно-следственной связи между действиями осужденных и наступившей смертью ФИО13

Просит приговор в отношении ФИО1 отменить и вынести оправдательный приговор, в удовлетворении гражданского иска потерпевшей отказать полностью.

Других жалоб и возражений на поданные апелляционные жалобы, в суд не поступило.

Участвующая в суде апелляционной инстанции представитель потерпевшей Потерпевший №1 – адвокат ФИО24 поддержала доводы своей апелляционной жалобы, указала на несправедливость приговора в части назначенного ФИО2 наказания, просила обжалуемый приговор изменить, назначить ФИО2 наказание в виде реального лишения свободы. В удовлетворении апелляционных жалоб защитников осужденных – просила отказать. 

Участвующие в суде апелляционной инстанции осужденная ФИО1 и ее защитник – адвокат ФИО21 указали на незаконность и необоснованность обжалуемого приговора. Просили обжалуемый приговор отменить, вынести новое решение о признании осужденной невиновной, в удовлетворении апелляционной жалобы представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката ФИО24 просили отказать. 

Участвующий в суде апелляционной инстанции защитник осужденного ФИО2 – адвокат ФИО9 указал на незаконность и необоснованность обжалуемого приговора. Просил обжалуемый приговор отменить, вынести в отношении осужденного ФИО2 оправдательный приговор, в удовлетворении апелляционной жалобы представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката ФИО24 – отказать. 

Участвующий в суде апелляционной инстанции прокурор ФИО25 просил обжалуемый приговор оставит без изменения, апелляционные жалобы с дополнениями – без удовлетворения.

Рассмотрев апелляционные жалобы с дополнениями, выслушав мнения сторон, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Выводы суда о виновности осужденных ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных и оцененных судом, в соответствии со ст. 88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности, для постановления обвинительного приговора, и приведенных в приговоре суда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты осужденных, виновность ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемого им преступления подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании, в частности: 

- показаниями потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5, ФИО15, ФИО16, из которых следует, что ФИО13 с видимыми телесными повреждениями на лице обращался за помощью к осужденным, просив их принять у него заявление о преступлении по факту причинения ему телесных повреждений сотрудником полиции, вызвать ему скорую медицинскую помощь, в том числе, как следует из хронологии фактических обстоятельств и рассматриваемых событий, - для фиксации полученных им на месте происшествия телесных повреждений. Однако, во всех просьбах ФИО13 осужденными было отказано; показаниями свидетелей Свидетель №16 и Свидетель №13, проводивших служебную проверку и сделавших вывод по ее результатам о том, что ФИО2 и ФИО1 первую помощь ФИО13 не оказали, бригаду скорой медицинской помощи последнему не вызвали, о произошедшем ответственному от руководства по отделу полиции Свидетель №14 не доложили и не предприняли мер к разбирательству в сложившейся ситуации, установлению обстоятельств и причин конфликта. Из показаний указанных свидетелей также следует, что из видеозаписей камер внутреннего наблюдения 

<

данные изъяты>, а также видеозаписи, сделанной ФИО13 на камеру мобильного телефона и записей телефонных переговоров установлено, что ФИО1 и ФИО2 были осведомлены о причинении телесных повреждений ФИО13 сотрудником ОУР ФИО27 Кроме того, ФИО2 позвонил ФИО10, которому сообщил об обращении ФИО13 и потребовал разобраться с последним с целью избежания написания заявления. По результатам служебной проверки также установлено, что ФИО2 и ФИО1 совершили грубое нарушение служебной дисциплины, поскольку ненадлежащее исполнение ими своих служебных обязанностей повлекло за собой нарушение прав и свобод человека и гражданина (ФИО13), а также возникновение угрозы его жизни и здоровью; показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №14 Свидетель №10 ФИО17, ФИО18, ФИО23, Свидетель №8, Свидетель №12, Свидетель №9 относительно фактических обстоятельствах произошедшего; 

- видеозаписью от ДД.ММ.ГГГГ из 

<

данные изъяты> и заключением служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной ГУ МВД России по Нижегородской области, из которых следует, что на момент обращения ФИО13 в дежурную часть ОП № с сообщением о преступлении, осужденные были осведомлены со слов ФИО13 о причинении ему телесных повреждений сотрудником ОУР ФИО27, а также о цели прибытия его в органы полиции, а именно подать заявление о привлечении к ответственности «того, кто его избил». Именно об этом и сообщил ФИО26, ФИО1 после своего разговора с ФИО13 в фойе 

<

данные изъяты>. Об этом, по просьбе ФИО1 и предупредил ФИО26 ФИО27 в дальнейшем, в ходе своего телефонного разговора.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, судом обоснованно сделан вывод о том, что видеозаписью с камер видеонаблюдения, установленных в фойе 

<

данные изъяты> и показаниями свидетеля Свидетель №3, в сопровождении которого находился ФИО13 во время своего нахождения в 

<

данные изъяты>, полностью опровергается утверждение ФИО1 о том, что она предлагала ФИО13 бланки заявлений о преступлении, но тот их принять отказался. Не подтверждается показаниями свидетеля Свидетель №3 и утверждение ФИО1 о том, что она предлагала ФИО13 вызвать карету скорой медицинской помощи, но тот от этого предложения отказался;

- протоколом осмотра места происшествия;

- протоколом выемки и последующего осмотра мобильного телефона ФИО13 с фотографией с места происшествия с явными повреждениями на лице в виде гематом, ссадин и кровоподтеков;

- заключением судебно-медицинской экспертизы и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании и подробно изложенными в приговоре суда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, показания потерпевшей, свидетелей, взятые судом за основу, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, каких-либо сведений о заинтересованности указанных лиц при даче показаний в отношении ФИО1 и ФИО2, судом не установлено. 

Эти показания в достаточной степени подтверждаются фактическими обстоятельствами, установленными по делу. То обстоятельство, что свидетель Потерпевший №1 являлась супругой ФИО13, свидетели ФИО15 и ФИО16 находятся в родственных отношениях, а свидетели Свидетель №4 и Свидетель №5 - бывшими сослуживцами ФИО13 – не дают оснований для признания их допросов недопустимыми доказательствами. У суда первой инстанции не имелось оснований не доверять доказательствам, содержащимся в последовательных показаниях потерпевшей и указанных свидетелей, как на стадии предварительного расследования, так и в суде, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, причин для оговора осужденных не установлено, с чем суду апелляционной инстанции нет оснований не согласиться.

Показания указанных лиц, в части действий ФИО2 и ФИО28 в момент нахождения ФИО13 в здании 

<

данные изъяты>, опровергаются имеющимися в материалах дела видеозаписями, в том числе с камер наружного и внутреннего наблюдения 

<

данные изъяты>

Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнениями защитника осужденной ФИО1 – адвоката ФИО21, обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ, осужденным было понятно, в чем они обвиняются. ДД.ММ.ГГГГ после изложения государственным обвинителем предъявленного обвинения, ФИО1 и ФИО2 сообщили суду свое отношение к предъявленному обвинению публично, в присутствии своих защитников-адвокатов (

<

данные изъяты>). Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, не имелось, поскольку какие-либо препятствия для его рассмотрения по существу – отсутствовали. Право на справедливое судебное разбирательство и презумпцию невиновности осужденных не нарушено. При этом изложенные в апелляционной жалобе доводы защитником ФИО21 о неясности предъявленного обвинения ФИО1 на стадии апелляционного обжалования, суд апелляционной инстанции относит к позиции защиты от предъявленного обвинения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы защитника ФИО21, свидетель ФИО15 при предоставлении стороной обвинения доказательств, была допрошена ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству государственного обвинителя при отсутствии возражений сторон, в соответствии с требованиями ст.271, 278 УПК РФ. То обстоятельство, что она не была включена в список свидетелей стороны обвинения в обвинительном заключении, не являлось для суда основанием для признания данного доказательства недопустимым, не имеется таковых и у суда апелляционной инстанции.

При предоставлении стороной обвинения доказательств, в судебном заседании была допрошена в качестве свидетеля следователь ФИО29, которая пояснила, что материалы уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 были выделены из уголовного дела, возбужденного по ч.4 ст.111 УК РФ (по факту смерти ФИО13), по которому была изъята флэш-карта с видеозаписями камер наружного наблюдения и из помещения дежурной части 

<

данные изъяты>. 

В материалах уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 имеются надлежаще заверенные копии постановления о производстве выемки флэш-карты, а также протоколы осмотра ее содержимого и постановления о приобщения флэш-карты в качестве вещественного доказательства (

<

данные изъяты>), а также копии видеозаписей на дисках (

<

данные изъяты>).

Содержимое копий дисков, протоколов его осмотра и диска, дополнительно представленного и осмотренного в судебном заседании, соответствуют протоколам осмотра и друг другу.

Из протокола судебного заседания следует, что осужденные ФИО1, ФИО2 при просмотре записей на дисках с копии флэш-карты и исследовании копий протоколов осмотра видеозаписей, не оспаривали их достоверность, а также достоверность запечатленных видеозаписей событий, своё участие в них. 

То обстоятельство, что в копиях протоколов осмотра флэш-карты и выделении материалов уголовного дела не указаны аппаратные средства защиты, обеспечивающие блокировку носителя информации флэш-карты «

<

данные изъяты>» от модификации записи, не является основанием признания данного доказательства недопустимым, поскольку в судебном заседании данное доказательство тщательно проверено на предмет источника его происхождения, относимости, допустимости и достоверности, что судом признано отвечающим требованиям ст.ст.74, 81-83, 88 УПК РФ, с чем соглашается суд апелляционной инстанции. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты, судом исследованы и проанализированы должностные полномочия каждого осужденного, в том числе Должностные регламенты (инструкции) дежурного дежурной части 

<

данные изъяты> ФИО2 и помощника оперативного дежурного дежурной части этого же отдела ФИО1, и на основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств установлено, что сотрудники полиции ФИО1 и ФИО2, являясь должностными лицами, постоянно в силу закона осуществляющими функции представителей власти использовали свои служебные полномочия вопреки интересам службы, действуя при этом с прямым умыслом из иной личной заинтересованности, выразившейся в желании помочь из корпоративной солидарности другому сотруднику полиции избежать возможного привлечения к уголовной ответственности. При этом умышленное неисполнение ФИО1 и ФИО2 как должностными лицами дежурной части ОП № своих служебных обязанностей, объективно противоречило тем целям и задачам, для достижения которых они были наделены соответствующими должностными полномочиями, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов гражданина ФИО13, гарантированных действующим законодательством и предусмотренных ст. 21, ч. 1 ст. 22, ст. 33, ст. 45 Конституции Российской Федерации, согласно которым достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления; никто не должен подвергаться насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению; каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность; граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично в государственные органы и органы местного самоуправления; государственная защита прав и свобод человека гарантируется; каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Кроме того, совершенные должностными лицами дежурной части ОП № ФИО2 и ФИО1 умышленное неисполнение своих служебных обязанностей, то есть использование ими своих служебных полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, в нарушение предназначения органов полиции, а также основных направлений и принципов её деятельности, направленных на защиту жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, на противодействие преступности, на защиту личности, общества и государства от противоправных посягательств, на предупреждение и пресечение преступлений, на выявление и раскрытие преступлений на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина, установленных ст. ст. 1, 2, 5, 6, 8, 9 Закона «О полиции», повлекли за собой существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в дискредитации правоохранительных органов, подрыве их авторитета, а также авторитета Министерства внутренних дел Российской Федерации, доверия граждан к государству, обязанному в соответствии со ст. ст. 2, 17, 18, 45 Конституции Российской Федерации обеспечивать защиту прав и законных интересов граждан. Довод о том, что на момент вынесения обжалуемого приговора лицо, виновное в причинении вреда здоровью ФИО13, не осуждено и в этой связи в действиях ФИО1 и ФИО30 отсутствует состав преступления, отвергается судом апелляционной инстанции. Факт привлечения или не привлечения виновного лица к уголовной ответственности, не состоит в причинной связи с наличием состава преступления в действиях осужденных, поскольку основополагающим обстоятельством является криминальное образование телесных повреждений у ФИО13, по поводу которых он обратился в органы полиции к ФИО1 и ФИО30, о чем было им известно.

Вопреки доводам апелляционных жалоб защитников ФИО9 и ФИО21, ФИО2 и ФИО1 было достоверно известно с какой целью ФИО13 обратился в 

<

данные изъяты>, а именно – чтобы написать заявление о преступлении в отношении сотрудника полиции К., о чем ФИО2 сразу сообщил ФИО1, а после обсуждения этого, по просьбе последней позвонил ФИО10, что следует из показаний как самого ФИО2 при производстве предварительного расследования и в суде, так и ФИО1

При этом показания свидетеля Свидетель №2 в суде в той части, что он препроводил в дежурную часть задержанного им гражданина для оформления административного производства и передал того ФИО26, не опровергают показаний потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5, ФИО15, ФИО16 и установленные судом фактические обстоятельства вмененного состава преступления, поскольку отношения к этому не имеют, что также подтверждается видеозаписями с камер видеонаблюдения 

<

данные изъяты>.

Вопреки доводам защитника ФИО21, по окончании расследования уголовного дела, обвиняемой ФИО1 и ее защитнику, в порядке ст. 217 УПК РФ были представлены материалы уголовного дела в 6 томах и вещественные доказательства, в том числе, диски с видеозаписями с камер видеонаблюдения 

<

данные изъяты>. Ознакомившись с материалами уголовного дела в полном объеме без ограничения во времени, от ознакомления с видеозаписями обвиняемая ФИО1 и ее защитник ФИО31 отказались. Заявили ходатайство о прекращении уголовного дела за отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УПК РФ, других ходатайств не заявляли. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит убедительными доводы защитника ФИО21 о нарушении права ФИО1 на защиту. 

Всем исследованным доказательствам суд дал надлежащую оценку и в соответствии с установленными обстоятельствами действия ФИО1 и ФИО30 квалифицировал правильно по ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судом первой инстанции дело рассмотрено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, конституционные права осужденных и положения ст. ст. 14, 15 и 16 УПК РФ соблюдены. Суд создал все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, все заявленные ходатайства разрешены в соответствии с требованиями закона, что подтверждается материалами дела и протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст.259 УПК РФ.

Приговор соответствует требованиям ст.307 УПК РФ, в нем содержится описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа, мотивов преступлений, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемых им преступлений.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не имеется.

При назначении наказания, как основного, так и дополнительного ФИО1 учтены общие начала наказания, указанные в ст. ст. 6, 60 УК РФ. При решении данного вопроса суд не оставил без внимания характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, обстоятельства его совершения, данные о ее личности, влияние наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи.

Судом первой инстанции учтены установленные по делу смягчающие обстоятельства, а именно: проявление ею сочувствия семье погибшего ФИО13 в последнем слове, а также её положительные характеристики по месту службы, наличие поощрений по службе за добросовестное выполнение служебных обязанностей и участие в спортивных мероприятиях, состояние её здоровья.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ судом не установлено.

При этом дополнительно представленные в суд апелляционной инстанции сведения о ее поощрении по службе, участие в иных мероприятиях, состояние здоровья судом уже учтены, а положительная характеристика по новому месту работы, положительные данные об отце осужденной и справка с места жительства 

<

данные изъяты>» о лацах, зарегистрированных в адресе, не являются для суда обязательно учитываемыми смягчающими ее наказание обстоятельствами.

Мотивы решения всех вопросов, касающиеся назначения конкретного вида и размера наказания, в том числе назначения осужденной наказания без применения положений ст. 64 и 73 УК РФ и необходимости назначения ей наказания в виде реального лишения свободы в приговоре приведены надлежащим образом, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения для отбывания осужденной ФИО1 наказания определен судом верно, вопросы о мере пресечения, зачете наказания, вещественных доказательствах разрешены судом в соответствии с требованиями закона.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката ФИО21, суд обоснованно констатировал необходимость коррекции личностных установок и поведения осужденной ФИО1 до уровня социально приемлемого поведения исключительно в условиях реальной изоляции от общества, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

При назначении наказания ФИО2 учтены общие начала наказания, указанные в ст. ст. 6, 60 УК РФ. При решении данного вопроса суд не оставил без внимания характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности, влияние наказания на исправление и на условия жизни семьи осужденного.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшей, наказание осужденному ФИО2 назначено соразмерно содеянному, с учетом смягчающих наказание обстоятельств. 

В качестве смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств суд учел наличие у него несовершеннолетней и малолетней дочерей, проявление им сочувствия семье погибшего ФИО13 в последнем слове, а также состояние здоровья осужденного и близких ему лиц, его участие в боевых действиях на Северном Кавказе, получение им ранения при исполнении служебных обязанностей, наличие звания «

<

данные изъяты>»; его положительные характеристики за предыдущие годы службы в ОВД, наличие целого ряда ведомственных наград за отличие в службе. 

Отягчающих наказание ФИО2 обстоятельств, судом не установлено.

При назначении осужденному ФИО2 наказания суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии необходимости реальной изоляции ФИО2 от общества, назначив, тем самым, наказание с учетом положений ст. 73 УК РФ, возложив на осужденного на время испытательного срока ряд обязанностей. 

Назначенное осужденным наказание, как основное, так и дополнительное в полной мере соотносится с требованиями ч.2 ст.43 УК РФ, основано на разумном балансе между необходимостью реализации судом целей уголовного наказания применительно к конкретному осужденному, и законными правами последних на адекватное содеянному, справедливое наказание, учитывающее положения ч.3 ст.60 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката ФИО24, признание судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ч.2 ст.61 УК РФ - проявление сочувствия к семье погибшего ФИО13, высказанное ими в последнем слове, является правом суда и оснований для его исключения суд апелляционной инстанции не находит. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты осужденных, исковые требования потерпевшей Потерпевший №1, касающиеся возмещения морального вреда, разрешены судом в соответствии с требованиями Гражданского кодекса РФ. 

Согласно ч.1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Оценив представленные доказательства, суд первой инстанции дал аргументированное суждение о размере компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с осужденных в пользу потерпевшей. При этом, определяя размер компенсации морального вреда в указанном в приговоре размере, суд исходил из степени и характера нравственных и физических страданий Потерпевший №1, учитывая обстоятельства и последствия произошедшего, принципы разумности и справедливости, приняв во внимание обстоятельства, что смерть ФИО13 наступила в результате неоказания ему помощи как при реализации им права на защиту личности от преступного посягательства, так и содействии оказания медицинской помощи, о которой он просил осужденных ФИО1 и ФИО2, а также данный факт не может не причинить его близким соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, тем самым, судом первой инстанции приняты во внимание все имеющие значение для дела обстоятельства, которые приведены в обжалуемом приговоре.

Гражданский истец Потерпевший №1, являясь женой погибшего потерпевшего ФИО13, имеет право на возмещение компенсации морального вреда в соответствии со ст.ст. 151, 1101, 1064 ГК РФ.

Характер физических и нравственных страданий оценен судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, взысканная с осужденных, признана судом соразмерной последствиям нарушения и способствует компенсации перенесенных потерпевшей нравственных страданий, позволяют сгладить их остроту. 

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что последующая гибель мужа и отца, в любом случае для близких родственников является необратимым обстоятельством, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Оснований для уменьшения либо увеличения суммы иска в части компенсации морального вреда, взысканной в пользу потерпевшей, не имеется.

Иные доводы апелляционных жалоб защитников не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не являющимися основаниями к отмене приговора суда.

По своей сути изложенные в апелляционных жалобах защитников осужденных доводы и пояснения в суде апелляционной инстанции, сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом первой инстанции, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора суда, по делу не допущено. 

При таких обстоятельствах, апелляционная жалоба представителя потерпевшей Потерпевший №1 - адвоката ФИО24, апелляционная жалоба с дополнениями защитника осужденного ФИО2 - адвоката ФИО9, апелляционная жалоба с дополнениями защитника осужденной ФИО1 – адвоката ФИО21, - удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Советского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя потерпевшей Потерпевший №1 – адвоката ФИО24, апелляционную жалобу с дополнениями защитника осужденного ФИО2 - адвоката ФИО9, апелляционную жалобу с дополнениями защитника осужденной ФИО1 – адвоката ФИО21 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня вступления судебного решения в законную силу, а осужденной ФИО1 – в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденным разъясняется право ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий судья ФИО40