РЕШЕНИЕ

ИФИО1 

02 сентября 2019 года 

<

адрес>

Нижегородский гарнизонный военный суд в составе заместителя председателя суда Сысалова С.О.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием гражданского истца ФИО13 и его представителей ФИО14 и ФИО4,

гражданского ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда гражданское дело № по иску ФИО13 к ФИО5 о защите чести, достоинства и деловой репутации,

установил:

из поступившего в суд ДД.ММ.ГГГГ искового заявления ФИО13 следует, что он проходит военную службу в Управлении специальной связи и информации ФСО России в ПФО.

В ноябре 2018 года, указывает ФИО13 в заявлении, его непосредственный начальник ФИО2 Д.В. распространил среди сослуживцев несоответствующие действительности сведения о, якобы, высказанной им, ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ угрозе оружием в адрес ФИО15.

Считая указанные сведения недостоверными, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию, ссылаясь на статьи 151, 152 и 1100 ГК РФ, ФИО13 в заявлении просит суд:

признать не соответствующими действительности, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию сведения о высказывании им ДД.ММ.ГГГГ в рабочем кабинете ФИО5 в адрес последнего угроз оружием, которые были распространены ФИО5 в устной форме среди личного состава 5 отдела Управления специальной связи и информации ФСО России в ПФО в ноябре 2018 года;

обязать ФИО5 в течение 10 дней с момента вступления в законную силу судебного решения опровергнуть в устной форме указанные сведения на общем собрании личного состава 5 отдела Управления специальной связи и информации ФСО России в ПФО;

взыскать с ФИО5 в его пользу денежную компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО13, настаивая на удовлетворении своих требований, на недостоверности сведений о высказанной им ФИО15 угрозе оружием, пояснил, что за время совместной с ФИО15 службы каждый из них неоднократно подавали друг на друга рапорта вышестоящим начальникам, в которых указывали на упущения по службе, он, ФИО13, также указывал на предвзятое отношение к нему со стороны ФИО15, на не обоснованное снижение премиальных выплат. За время службы сначала он, ФИО13, был начальником отдела, то есть начальником для ФИО15, а затем - ФИО2 стал его начальником.

ДД.ММ.ГГГГ, пояснил далее истец, он исполнял обязанности помощника оперативного дежурного по Управлению, при этом был вооружён табельным, снаряжённым патронами, пистолетом «ПМ». Узнав о составлении его непосредственным начальником ФИО15 графика отпусков на 2019 год, и докладе командованию о, якобы, согласованности с его, ФИО13, желанием, он прибыл в кабинет к ФИО15, где просто спросил его о введении им в заблуждение командования по вопросу согласованности с ним, ФИО13, времени его отпуска. Во время разговора с ФИО15 они были вдвоём, дверь в кабинет была закрыта. Получив от ФИО15 ответ о его безразличном отношении к его, ФИО13, мнению, он ушёл из кабинета. Сразу после прибытия к месту несения службы в наряде, из телефонного разговора с дежурным по Управлению он узнал об обращении ФИО15 с докладом о, якобы, высказанной им, ФИО13, в адрес ФИО15 угрозе оружием, что он ФИО13, отрицал. Через некоторое время, в тот же день, с аналогичным вопросом к нему в помещение дежурного по управлению прибыл подполковник ФИО16, а затем по тому же вопросу его вызвали к себе помощник начальника Управления полковник ФИО17 и заместитель начальника Управления полковник ФИО18. В беседе с каждым из них он отрицал угрозы в адрес ФИО15.

ФИО13 также пояснил, что в начале ноября 2018 года к нему с тем же вопросом обращались его подчинённые, со слов которых ему стало известно о доведении ФИО15 на инструктаже водителей о якобы высказанной им, ФИО13, угрозе оружием в адрес ФИО15. 

Гражданский истец также пояснил, что в результате распространения ФИО15 недостоверных и порочащих его сведений у него, ФИО13, из-за стресса произошёл отёк лица, в связи с чем он был вынужден проходить курс амбулаторного лечения. 

Кроме того, из-за произошедшего ДД.ММ.ГГГГ случая его перевели на равную воинскую должность, заведомо подлежащую сокращению в перспективе. В настоящее время он уволен с военной службы по организационно-штатным мероприятиям и исключён из списков личного состава Управления.

Причинённые ему страдания и переживания в связи с распространением ФИО15 недостоверных и порочащих его сведений он, ФИО13, оценивает в 500000 руб., которые просит взыскать с ответчика в его пользу.

Представители ФИО13, поддержав требования своего доверителя, настаивали на недоказанности ответчиком достоверности сведений о, якобы, высказанной ФИО13 угрозе, и посчитали нашедшим своё подтверждение распространение ФИО15 недостоверных и порочащих истца сведений.

Ответчик ФИО2 Д.В. требования истца не признал, подтвердил «не дружественный» характер его взаимоотношений с ФИО13 и пояснил следующее. 

ДД.ММ.ГГГГ к нему в кабинет ворвался ФИО13, вырвал у него из рук телефонную трубку и в грубой форме, громко высказал ему претензию по поводу графика отпусков на 2019 год, затем сказав: «Не лезь в мою семью, а то я тебя», расстегнул кобуру табельного оружия и схватился за рукоятку пистолет ПМ, вытащив его на 2-3 см. После крика ФИО13 в его кабинет вошёл находившийся в соседнем кабинете подполковник ФИО19, а ФИО13 вышел из кабинета. Доложив о поведении ФИО13 ФИО19, он написал и пытался в 13 час 40 минут подать по команде рапорт о произошедшем, в котором просил отстранить ФИО13 от несения службы с оружием, об этом же он устно доложил дежурному по Управлению ФИО20. Однако, его рапорт у него не приняли и предложили успокоиться. Считая необходимым обезопасить своих подчинённых от поведения ФИО13, он в тот же день в 17 часов и в 9 часов ДД.ММ.ГГГГ (время нахождения ФИО13 в наряде) на инструктаже водителей запретил им общаться с ФИО13 до того времени, пока он не сдаст оружие. При этом он не сообщал подчинённым на инструктаже каких-либо подробностей конфликта с ФИО13. Кому-либо, какие-либо несоответствующие действительности сведения о ФИО13 он сообщал.

ФИО2 Д.В. настаивал на том, что предпринятые им 31 октября и ДД.ММ.ГГГГ действия - обращение к вышестоящим начальникам с докладом и предложением о снятии ФИО13 с наряда и инструктаж своих подчинённых, совершены только для того, чтобы предотвратить возможное происшествие, и не преследовали цель опорочить ФИО13. 

Заслушав объяснения сторон, показания свидетелей и исследовав материалы гражданского дела, суд не находит возможным удовлетворить исковое заявление ФИО13 по следующим основаниям.

Из согласующихся между собой объяснений истца и ответчика в части несения ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ службы в наряде помощником оперативного дежурного по Управлению специальной связи и информации ФСО России в ПФО, суд считает установленным то, что ФИО13 в указанное время был вооружён табельным оружием - снаряжённым боевыми патронами пистолетом «ПМ».

Свидетель ФИО6 - заместитель начальника отдела Управления показал, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь в своём кабинете, он услышал крики из соседнего, принадлежащего ФИО15 кабинета. Зайдя к ФИО15 он увидел там его и ФИО13, который сразу вышел из кабинета. 

Со слов ФИО15 ему, ФИО19, тогда же стало известно о предъявленных ФИО13 ФИО15 претензиях по поводу несогласия с временем отпуска ФИО15, указанном в проекте графика отпусков, о том, что ФИО13 вырвал у ФИО15 телефонную трубку, хамил ему и высказал угрозу оружием с демонстрацией пистолета.

ФИО6 также показал, что позже он проводил разбирательство по поводу произошедшего, однако, достоверно установить - что произошло в кабинете ФИО15 ему не удалось, поскольку объяснения ФИО15 и ФИО13 противоречили друг другу, а свидетелей их разговора не было.

Свидетель ФИО7 - помощник начальника Управления показал, что ДД.ММ.ГГГГ во время его нахождения в здании Управления, около кабинета ФИО15, со слов находящихся в соседних кабинетах служащих он узнал о «громком инциденте» между ФИО13 и ФИО15, в ходе которого ФИО13, якобы, высказал угрозы оружием ФИО15. В это время ФИО15 в его кабинете не было, а со слов тех же служащих ему стало известно о том, что ФИО2 ушёл куда-то с листом бумаги.

В тот же день, пояснил далее свидетель, он вызвал к себе ФИО13 на беседу по поводу инцидента с ФИО15, однако, ФИО13 отрицал угрозу в адрес ФИО15, поэтому снимать его с наряда он не стал.

Свидетели ФИО8 и ФИО9 - водители 2 отделения 5 отдела показали, что во время инструктажа их непосредственный начальник ФИО2 просил их из-за безопасности «не пересекаться» с ФИО13, однако причин этого он не указал, и не рассказал - что произошло.

Приведённые показания свидетелей, согласующиеся с объяснениями ответчика ФИО5, в совокупности с установленной судом реальной возможностью демонстрации ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ оружия с целью угрозы ФИО15 на почве конфликтных взаимоотношений между ними, с учётом быстротечного характера логичных ответных действий ФИО15 на поведение ФИО13, с учётом приданной руководством Управления значимости произошедшего - проведение с ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ бесед троими должностными лицами (оперативным дежурным по Управлению, помощником начальника Управления полковником ФИО7 и заместителем начальника Управления полковником ФИО10) позволяют суду прийти к выводу о достоверности объяснений ответчика ФИО5, которые суд и кладёт в основу своего решения в части высказывания ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ в служебном кабинете ФИО5 угрозы оружием.

Объяснения же истца ФИО13, отрицавшего высказывание им угрозы оружием в адрес ФИО5, суд отвергает, поскольку они противоречат показаниям свидетелей ФИО19, ФИО8 и ФИО9: 

в части содержания высказанной ФИО13 ФИО15 претензии к проекту графика отпусков (со слов ФИО13 - обман вышестоящего начальника о согласованности с ним времени отпуска, из объяснений ФИО15 и показаний ФИО19 - недовольство периодом запланированного отпуска), 

в части доведения ФИО15 на инструктажах вечером ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (время нахождения ФИО13 в суточном наряде) до водителей 2 отделения 5 отдела возможной опасности общения с ФИО13 (без уведомления о причинах произошедшего - со слов ФИО15 и свидетелей, доведение порочащих и не соответствующих действительности данных - по объяснениям ФИО13).

К таким выводам суд приходит и с учётом того, что ФИО13 не смог указать суду причин, по которым свидетели дали показания, противоречащие его объяснениям.

Показания свидетелей со стороны истца - ФИО11, ФИО7 и ФИО12, охарактеризовавших ФИО13 с положительной стороны, и не сообщивших суду данных, противоречащих приведённой ранее совокупности доказательств, суд расценивает, как не значимые и не противоречащие выводам суда.

Таким образом, суд считает установленным высказывание ФИО13 угрозы оружием ДД.ММ.ГГГГ в служебном кабинете ФИО5 

Разрешая требования истца, суд руководствуется следующими правовыми нормами.

Согласно ч. 1 ст. 152 ГК РФгражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. 

Из п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» следует, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Пункт 7 того же Постановления определяет, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Поскольку ФИО2 Д.В., не преследуя цели опорочить ФИО13, сообщил вышестоящему командованию соответствующие действительности данные о поведении ФИО13, суд считает необходимым отказать в удовлетворении требований истца о признании не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения о высказывании им ДД.ММ.ГГГГ в рабочем кабинете ФИО5 в адрес последнего угрозы оружием, а также о возложении на ФИО5 обязанности в течение 10 дней с момента вступления в законную силу судебного решения по опровержению в устной форме указанных сведений на общем собрании личного состава 5 отдела Управления специальной связи и информации ФСО России в ПФО.

С учётом изложенного, не установив в ходе разбирательства дела по существу причинения морального вреда ФИО13 действиями ФИО15, суд не усматривает оснований для удовлетворения требования истца о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, военный суд, 

решил:

в удовлетворении искового заявления ФИО13:

о признании не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения о высказывании им ДД.ММ.ГГГГ в рабочем кабинете ФИО5 в адрес последнего угроз оружием, которые были распространены ФИО5 в устной форме среди личного состава 5 отдела Управления специальной связи и информации ФСО России в ПФО в ноябре 2018 года;

о возложении на ФИО5 обязанности в течение 10 дней с момента вступления в законную силу судебного решения по опровержению в устной форме указанных сведений на общем собрании личного состава 5 отдела Управления специальной связи и информации ФСО России в ПФО;

о взыскании с ФИО5 в пользу ФИО13 денежной компенсации морального вреда в размере 500000 рублей отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через Нижегородский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Заместитель председателя суда С.О. Сысалов