Судья Сараева Е.В. Дело № 22-2330/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Волгоград 4 июля 2019 года

Волгоградский областной суд в составе

председательствующего судьи Маслова О.В.,

при секретаре Скачковой Е.В.,

с участием

защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Логинова В.Н., 

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Волгоградской области Цой М.И., 

потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №3, 

представителя потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №3, Потерпевший №1, Потерпевший №4 – адвоката Донскова А.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании 4 июля 2019 года апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Краснооктябрьского района г. Волгограда Закатовой И.Н., апелляционные жалобы защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Логинова В.Н., потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №4, Потерпевший №3, Потерпевший №1 на приговор Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 4 апреля 2019 года, по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осуждён по ч.3 ст.264 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года.

Мера пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок отбытия наказания ФИО1 постановлено исчислять со дня прибытия в колонию-поселение, с зачётом в срок отбывания наказания времени его следования к месту отбывания наказания из расчёта один день за один день.

С ФИО1 в порядке компенсации морального вреда взыскано в пользу потерпевших Потерпевший №4 и Потерпевший №3 по 600 000 рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №2 – 1000 000 рублей, в пользу потерпевшей Потерпевший №1 – 500 000 рублей.

С ФИО1 в пользу потерпевшей Потерпевший №1 в возмещение материального ущерба взыскано 209962 рублей 83 копеек.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №2 к ФИО1 о возмещении вреда в связи с потерей кормильца передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, с признанием за гражданским истцом права на удовлетворение иска. 

Разрешены вопросы об арестованном имуществе и вещественных доказательствах. 

Доложив содержание приговора, существо апелляционных представления и жалоб, выслушав мнение прокурора Цой М.И, выступления потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №3, представителя потерпевших – адвоката Донскова А.М., поддержавших апелляционные представление и жалобы потерпевших, выступление защитника осуждённого ФИО1 –Логинова В.Н., полагавшего необходимым приговор отменить по доводам его апелляционной жалобы, суд

у с т а н о в и л:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлёкшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено ФИО1 12 декабря 2017 года в Краснооктябрьском районе г. Волгограда при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Закатова И.Н., не оспаривая выводов суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния и правильности квалификации его действий, считает приговор подлежащим изменению в связи с его несправедливостью, ввиду чрезмерной мягкости назначенного наказания.

В обоснование указывает, что ФИО1 совершил преступление в сфере безопасности дорожного движения, относящееся к категории средней тяжести, которое ввиду наступивших последствий в виде смерти потерпевшего представляет повышенную общественную опасность. Отмечает, что ФИО1 на стадии судебного разбирательства вину в инкриминируемом деянии не признал, не принял мер к заглаживанию вреда, причинённого преступлением. Считает наказание, назначенное ФИО1, чрезмерно мягким и несоразмерным содеянному. 

Просит приговор изменить и назначить ФИО1 наказание в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 2 года 6 месяцев.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №2, считает приговор несправедливым вследствие чрезмерной мягкости назначенного осуждённому наказания.

Обращает внимание на то, что ФИО1 вину свою в совершённом преступлении не признал, в содеянном не раскаялся, не пытался загладить причинённый вред. Полагает, что выводы суда о назначении наказания не мотивированы должным образом. Указывает на то, что из-за преступной самонадеянности осуждённого погиб её супруг, отец двоих малолетних детей, один из которых родился уже после его гибели, однако это судом при назначении наказания не было учтено. Полагает, что с учётом всех обстоятельств, личности осуждённого, его отношения к преступлению, достижение целей уголовного наказания возможно путём назначения ФИО1 наказания в виде 5 лет лишения свободы.

Выражает несогласие с размером взысканной компенсации морального вреда, поскольку судом не было учтено, что она на момент гибели супруга находилась на 5-м месяце беременности, после случившегося она испытала и испытывает огромные нравственные и физические страдания в связи с утратой любимого супруга; родившийся после трагедии сын Тимофей никогда не увидит своего отца, что причиняет ей ещё большие страдания; она и её дети никогда не оправятся от последствий случившейся трагедии, до конца жизни они будут лишены душевного тепла, заботы и поддержки со стороны родного человека.

Считает необоснованным решение суда о передаче её иска о возмещении вреда в связи с потерей кормильца для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Обращает внимание на то, что ею были приведены все расчёты в обоснование заявленных сумм в соответствии с требованиями ч. 4 ст. 1086 ГК РФ.

Просит приговор изменить, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на 3 года; заявленные ею гражданские иски о взыскании с ФИО1 в счёт компенсации морального вреда 1500000 рублей, на содержание малолетнего ребёнка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по 10773 рубля ежемесячно, начиная с 12 декабря 2017 года до его совершеннолетия, на содержание малолетнего ребенка, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по 11280 рублей ежемесячно, начиная с ДД.ММ.ГГГГ года до его совершеннолетия, на её содержание на период нахождения в отпуске по уходу за ребёнком до полутора лет по 11280 рублей ежемесячно, начиная с августа 2018 года по октябрь 2019 года включительно, удовлетворить в полном объёме.

В апелляционных жалобах потерпевшие Х. В.А., Потерпевший №3, Потерпевший №1, считают приговор несправедливым вследствие чрезмерной мягкости назначенного осуждённому наказания, выражают несогласие с размером взысканной компенсации морального вреда, в обоснование приводят доводы, аналогичные доводам апелляционной жалобы потерпевшей Потерпевший №2

Просят приговор изменить, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года; заявленные ими гражданские иски о возмещении морального вреда в размере 1 500000 рублей в пользу каждого из потерпевших, просят удовлетворить в полном объёме.

В апелляционной жалобе защитник осуждённого ФИО1 – адвокат Логинов В.Н. считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым, а выводы, изложенные в приговоре, несоответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Обращает внимание на то, что ФИО1 на начальном этапе расследования уголовного дела был допрошен в качестве свидетеля и дополнительно допрошен в том же качестве по обстоятельствам происшествия, был предупреждён об ответственности по ст. 307, 308 УК РФ; следственные действия выполнялись без участия защитника, в связи с чем, он был лишён права на оказание квалифицированной юридической помощи. 

Ссылаясь на положения ст. 56, ч. 2 ст. 198 УПК РФ, обращает внимание на то, что показания ФИО1 в качестве свидетеля положены в основу постановлений о назначении по делу судебно-медицинских и автотехнической экспертиз, вместе с тем, после получения результатов судебных экспертиз, ФИО1 приобрёл статус подозреваемого по уголовному делу; в проведении повторных экспертиз следователем было отказано. Считает, что положения ст. 51 Конституции РФ и право на защиту ФИО1 было нарушены, однако суд этому не дал надлежащей оценки.

Выражая несогласие с заключением автотехнической экспертизы № 19/166э от 17 мая 2018 года, даёт этому заключению свою оценку, считая его несоответствующим требованиям п. 9 ч. 1 ст. 204 УПК РФ, ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Считает, что порядок проведения исследований не соответствует требованиям УПК РФ, поскольку основным направлением проводимых экспертом исследований было несоблюдение ФИО1 бокового интервала, предусмотренного п. 9.10 Правил дорожного движения, что не отвечает фактическим обстоятельствам дела. Обращая внимание на неполноту проведённых исследований, указывает на то, что угловое касательное столкновение не было предметом исследования; эксперт не осматривал транспортные средства в полном объёме, оставляя без внимания обстоятельства имеющие существенное значение для дела; заключение эксперта основано на противоречивых исследованиях и необъективных выводах, оно вступает в противоречие с фактическими обстоятельствами происшествия; эксперт не указал в своих исследованиях, какой из автомобилей находился под углом по отношению к другому автомобилю перед столкновением, и, что послужило причиной столкновения транспортных средств. 

Высказывая свои предположения, приводит свою версию о механизме дорожно-транспортного происшествия. Ссылаясь на показания ФИО1, отмечает отсутствие повреждений на прицепе и самом автомобиле «Вольво». 

Полагает, что судом не дано надлежащей оценки письменному заключению специалиста, выводы которого, в полном объёме опровергают заключение автотехнической экспертизы. Обращает внимание на необоснованный отказ суда в допросе специалиста, давшего указанное заключение. 

Отмечает, что стороной защиты были заявлены письменные ходатайства о назначении судебной автотехнической экспертизы и о возвращении уголовного дела прокурору, однако, в нарушение ч. 2 ст. 256 УПК РФ, председательствующий по делу для разрешения указанных ходатайств в совещательную комнату не удалялся, а принимал решения об отказе в их удовлетворении на месте. Указывает, что суд не исследовал приведённые в ходатайствах доводы, постановление не выносил и мотивы отказа стороне защиты неизвестны.

Ссылаясь на позицию Конституционного Суда РФ по конкретному делу, считает, что решение суда по гражданским искам потерпевших о взыскании с ФИО1 материального ущерба и компенсации морального вреда вынесено в нарушение требований ч. 8 ст. 42 УПК РФ, предусматривающей, что по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего переходят к одному из его близких родственников. 

Считает, состоявшееся судебное разбирательство несправедливым, проведённым с обвинительным уклоном, с нарушением ст. 51 Конституции РФ, без надлежащей проверки и оценки доказательств. 

Просит приговор отменить и принять решение, отвечающее требованиям уголовно-процессуального закона.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения приговора.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведённых в приговоре.

В частности, виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, подтверждается: показаниями потерпевшего Х.В.А., данными им на досудебной стадии производства по делу, об обстоятельствах произошедшего 12 декабря 2017 года дорожно-транспортного происшествия с участием автомобилей «Фольксваген Поло», пассажиром которого он являлся, а водителем был его сына, и грузового автомобиля «ДАФ», механизме этого дорожно-транспортного происшествия, в том числе о выезде грузового автомобиля перед столкновением на их волосу движения и гибели сына; показаниями потерпевших Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1 о том, что автомобиль, на котором двигались Х. В.А. и Х.Д.В. 12 декабря 2017 года попал в дорожно-транспортное происшествие, в результате которого Х.Д.В. погиб; о непринятии ФИО1 каких-либо мер к заглаживанию вреда; показаниями свидетеля Свидетель №1 – водителя грузового автомобиля «Вольво», согласно которым, автомобиль «ДАФ», двигавшийся по левой полосе по пути его следования, начал совершать опережение его автомобиля и допустил столкновение с его автомобилем, после чего автомобиль «ДАФ» выехал на полосу встречного движения, затем на левую обочину и совершил опрокидывание; показаниями сотрудников ДПС П.В.В., Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6 об обстановке на месте дорожно-транспортного происшествия, расположения транспортных средств, месте столкновения и объяснений водителей грузовых автомобилей о причинах аварии; показаниями эксперта К.Е.В о разъяснении данного им заключения; а также данными, полученными в ходе осмотров транспортных средств, места происшествия, которые согласуются с выводами судебной автотехнической, судебно-медицинских экспертиз и другими письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Суд первой инстанции непосредственно тщательно исследовал все представленные сторонами доказательства, дав им надлежащую оценку в постановлении, как каждому в отдельности, так и в совокупности. Все доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и являются допустимыми и достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении указанного преступления.

Анализ доказательств, приведённых в приговоре, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства произошедших событий и прийти к обоснованному выводу о виновности осуждённого, а также о квалификации действий ФИО1 по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе адвоката Логинова В.Н., сводящиеся к оспариванию заключению эксперта, проводившего судебную автотехническую экспертизу, неполноте экспертного исследования, нарушению требований законодательства при производстве экспертизы, являются несостоятельными.

Оснований ставить под сомнение выводы эксперта, изложенные в заключении автотехнической экспертизы № 19/166-э от 17 мая 2018 года, у суда не имелось.

Судом установлено, что каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при производстве этой экспертизы допущено не было, экспертиза выполнена в государственном экспертном учреждении, компетентность эксперта, имевшего стаж экспертной работы в соответствующей области более 17 лет, сомнений не вызывала, заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 200, 204 УПК РФ, оно содержит ясные и полные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, ссылки на применённые методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписью эксперта записи, удостоверяющие то, что ему разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и он предупреждён об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. С учётом проведённого допроса эксперта в соответствии со ст.205 УПК РФ, требования к полноте судебной экспертизы не нарушены, противоречий в выводах эксперта нет. Оснований для назначения дополнительной либо повторной экспертизы не имелось.

Не свидетельствуют о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущего признание актов, проведённых по делу экспертиз недопустимыми доказательствами, также ссылки адвоката Логинова В.Н. на то, что с постановлениями следователя о назначении судебных экспертиз ФИО1 был ознакомлен, имея статус свидетеля, поскольку, после окончания их производства, подозреваемому, а впоследствии, обвиняемому ФИО1 и его защитнику была обеспечена возможность реализовать процессуальные права, предусмотренные п. 11 ч. 4 ст. 47, ст. 198 УПК РФ, в том числе заявить ходатайства о проведении дополнительных и повторных экспертиз, о постановке вопросов перед экспертами. Все ходатайства стороны защиты следователем были рассмотрены, по ним приняты процессуальные решения. При таких обстоятельствах доводы жалобы защитника о нарушении прав ФИО1 на защиту при ознакомлении с постановлениями о назначении экспертиз не могут явиться поводом к отмене приговора.

Не опровергается заключение судебной автотехнической экспертизы и заключением специалиста ФИО2 № 18/07 -244 от 9 июля 2018 года, к которому суд обоснованно отнёсся критически, указав, что суждение специалиста относительно механизма дорожно-транспортного происшествия и отсутствия в действиях ФИО3 нарушений Правил дорожного движения, изложенное в его заключении, является частным мнением, высказанным без учёта всех материалов дела, которое противоречит фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании. Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 58 УПК РФ вызов специалиста и порядок его участия в уголовном судопроизводстве определяются статьями 168 и 270 УПК РФ, что в отношении специалиста ФИО2 не соблюдено, в связи с чем, председательствующий обоснованно не усмотрел оснований для допроса ФИО2 в качестве специалиста. 

Суд обоснованно оценивал результаты экспертного заключения во взаимосвязи с другими фактическими данными, что в совокупности позволило правильно установить виновность осуждённого.

Вопреки доводам жалобы адвоката Логинова В.Н., в судебном заседании всесторонне и полно проверялись все выдвинутые в защиту ФИО1 версии, в том числе о нарушениях требований УПК РФ во время предварительного следствия, о неполноте проведённых исследований при производстве судебной автотехнической экспертизы, об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, ввиду несоблюдения бокового интервала водителем автомашины «Вольво» Свидетель №1, что явилось причиной дорожно-транспортного происшествия, которые своего подтверждения не получили, а эти утверждения стороны защиты, повторённые защитником в жалобе, судом обоснованно признаны несостоятельными, чему в приговоре дана мотивированная оценка.

Утверждение адвоката Логинова В.Н. о том, что показания ФИО1 о несоблюдении бокового интервала водителем автомашины «Вольво», явившемся причиной выезда автомобиля «ДАФ» на встречную полосу движения и столкновения с автомобилем «Фольксваген Поло», не были опровергнуты в суде первой инстанции являются несостоятельным, поскольку эти показания осуждённого опровергаются показаниями потерпевшего Потерпевший №4 и свидетеля Свидетель №1, которые согласуются с данными осмотра места происшествия и заключения судебной автотехнической экспертизы.

Кроме того, в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство по уголовному делу проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, в связи с чем суд не вправе рассматривать вопрос о виновности в преступлении лица, не привлечённого по делу в качестве обвиняемого, в силу чего доводы стороны защиты, о возможной виновности в дорожно-транспортного происшествии водителя автомобиля «Вольво», не могут служить основанием для отмены приговора в отношении ФИО1, содержащего мотивированные выводы суда относительно каждого из обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, в том числе о наличии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого преступления.

У суда апелляционной инстанции нет оснований не согласиться с оценкой доказательств, данной судом в приговоре, а также с мотивами, по которым суд первой инстанции отверг доводы стороны защиты. 

Несогласие защитника осуждённого с положенными в основу приговора доказательствами, как и с приведённой в приговоре их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, и недоказанности виновности осуждённого в инкриминируемом ему деянии.

Доводы жалобы и защитника осуждённого в судебном заседании о неполноте предварительного следствия, об упущениях органа расследования в собирании доказательств в период досудебного производства не свидетельствуют о необоснованности приговора, поскольку обязанностью суда является оценка представленных сторонами доказательств, в том числе их достаточность для принятия итогового решения. Объём же доказательств обвинения, которые суду надлежит исследовать, определяется не судом, а стороной обвинения. Поэтому претензии к органам расследования, основанные на отсутствии доказательств, которые могли быть получены, не свидетельствуют о необоснованности судебного акта.

Суд апелляционной инстанции не усматривает таких нарушений уголовно-процессуального закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования дела, передачу его на стадию судопроизводства и в дальнейшем - саму процедуру судебного разбирательства.

Нельзя согласиться с обоснованностью доводов защитника осуждённого об односторонности и обвинительном уклоне судебного разбирательства, поскольку подтверждения этому материалы дела не содержат.

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон и выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по делу, в том числе места, времени и способа совершения преступления.

Исходя из смысла закона, неудовлетворённость той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе разбирательства дела, не является поводом для уличения суда в предвзятости и в утрате объективности.

Из протокола судебного заседания видно, что председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Сторона обвинения и сторона защиты активно пользовались правами, предоставленными им законом, в том числе исследуя представляемые доказательства, участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и в зависимости от значения их для правильного разрешения дела, с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией.

Необходимости в назначении и проведении повторной автотехнической экспертизы, о чём указывается адвокатом Логиновым В.Н. в жалобе, не имелось, поскольку заключение автотехнической экспертизы, на которые сослался суд в приговоре, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются полными и обоснованными, а их выводы не содержат каких-либо противоречий.

Отсутствовали по делу основания для возвращения уголовного дела прокурору, о чём утверждал адвокат Логинов В.Н. в апелляционной жалобе, а вынесенное судом по данному вопросу решение является законным и обоснованным.

При этом доводы адвоката Логинова В.Н. о нарушении судом требований ст. 256 УПК РФ являются несостоятельными и противоречат требованию закона. В соответствии со ст. 256 УПК РФ определение или постановление о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ, о назначении судебной экспертизы выносится в совещательной комнате и излагается в виде отдельного процессуального документа и подписывается судьёй или судьями. Все иные определения или постановления по усмотрению суда выносятся в зале судебного заседания и подлежат занесению в протокол. Как следует из материалов дела, председательствующим судьёй ФИО4 19 сентября 2018 года и 15 марта 2019 года разрешались ходатайства адвоката Логинова В.Н. о возвращении уголовного дела прокурору, по которым судья, удалившись в совещательную комнату, вынесла постановления об отказе в удовлетворении заявленных ходатайств, а также 26 декабря 2018 года - о назначении по делу транспортно-трасологической и автотехнической экспертиз, по которому, судья без удаления в совещательную комнату, на месте, с занесением в протокол судебного заседания, вынесла постановление об отказе в удовлетворении заявленного ходатайства, что соответствует ст. 256 УПК РФ.

Каких-либо данных, свидетельствующих об ущемлении права осуждённого ФИО1 на защиту или иного нарушения норм уголовно-процессуального законодательства, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в материалах не содержится.

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым, соразмерным содеянному, так как при назначении ему наказания суд учёл характер, степень общественной опасности совершённого им преступления средней тяжести, имеющего неосторожный характер, данные о личности виновного, смягчающие наказание обстоятельства, которыми суд признал в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ возраст и состояние его здоровья, наличие заболеваний, требующих постоянного медицинского контроля, а также наличие на иждивении нетрудоспособной матери, не установив при этом отягчающих наказание обстоятельств.

В опровержение доводов апелляционных представления и жалоб потерпевших, судом при назначении осуждённому наказания в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершённого преступления, фактические обстоятельства его совершения, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи. Ссылка авторов представления и жалоб на то, что ФИО1 свою вину не признал и мер к заглаживанию вреда не предпринимал, не может быть принята во внимание, поскольку не может служить обстоятельством, отягчающим его наказание. Действующее уголовно-процессуальное законодательство расценивает данные обстоятельства как способ защиты обвиняемого от предъявленного обвинения.

Наказание осуждённому назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ и, вопреки доводам жалоб и апелляционного представления, чрезмерно суровым или мягким не является.

Отбывание наказания ФИО1 в колонии-поселении судом определено верно в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

При рассмотрении гражданских исков потерпевших Потерпевший №4, Потерпевший №3, Потерпевший №2, Потерпевший №1 и определении размера компенсации морального вреда, суд в достаточной мере учёл требования ст. 151, 1101 ГК РФ, принял во внимание материальное положение осуждённого и обоснованно частично удовлетворил гражданские иски потерпевших, определив размер денежной компенсации с учётом характера причинённых физических и нравственных страданий потерпевших, фактических обстоятельств причинения вреда. Размеры сумм, взысканных в счёт компенсации морального вреда, установлены в соответствии с требованиями разумности и справедливости, а материального вреда - в объёме представленных документов, приложенных к исковому заявлению.

Мотивированное решение суда первой инстанции о признании за Потерпевший №2 права на удовлетворение гражданского иска в части возмещения вреда в связи с потерей кормильца, и о передаче иска об этом для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства основано на положениях норм гражданского и уголовно-процессуального законодательства, а потому не может ущемлять права и законные интересы потерпевшей.

По смыслу закона (ч. 8 ст. 42 УПК РФ) по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего переходят к одному или нескольким его близких родственников и (или) близких лиц, а при их отсутствии или невозможности их участия в уголовном судопроизводстве - к одному из родственников.

С учётом этого потерпевшими по делу обоснованно были признаны Потерпевший №3 (мать погибшего), Х. В.А. (отец погибшего), Потерпевший №2 (супруга погибшего), Потерпевший №1(сестра погибшего), а довод жалобы адвоката Логинова В.Н. о несогласии с решением суда, принятым по гражданским искам потерпевших, является несостоятельным.

Оснований для отмены либо изменения приговора, в части разрешения гражданских исков потерпевших, суд апелляционной инстанции не находит.

Приговор суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих безусловную отмену судебного решения, не допущено.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя Закатовой И.Н., апелляционных жалоб защитника осуждённого ФИО1 – адвоката Логинова В.Н., потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №3, Потерпевший №1 и Потерпевший №4 не имеется.

Руководствуясь ст. 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд 

постановил:

приговор Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 4 апреля 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 471 УПК РФ. 

Судья О.В. Маслов