Дело № 5-2/2021

11RS0004-01-2020-002889-30

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

по делу об административном правонарушении

Судья Печорского городского суда Республики Коми, находящегося по адресу: г.Печора, 

<

...> Шелепова Н.В., с участием:

представителя отдела Управления Роспотребнадзора по Республике Коми в г. Печоре Д. действующей на основании доверенности,

представителя юридического лица Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Печорская центральная районная больница» – Главного врача ФИО1, представителя ФИО2, действующего на основании доверенности, 

рассмотрев в судебном заседании в городе Печоре 11 марта 2021 года дело в отношении: юридического лица ГБУЗ «Печорская ЦРБ», находящегося по адресу: **** привлекаемого к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 6.3 КоАП,

УСТАНОВИЛ:

27 октября 2020 года в 14 часов 30 минут в отношении юридического лица Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Печорская центральная районная больница» (далее по тексту ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ»), находящегося по адресу: **** должностным лицом территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Коми в г. Печоре специалистом – экспертом Д. в присутствии представителей юридического лица Главного врача ГБУЗ «Печорская ЦРБ» ФИО1, ФИО3, составлен протокол № 96 об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст. 6.3 КоАП РФ, за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения (л.д.3-4).

Определением должностного лица территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Коми в г. Печоре от 27 октября 2020 года данное административное дело передано по подведомственности в Печорский городской суд Республики Коми (л.д.2).

В судебном заседании представитель административного органа суду сообщил, что ввиду получения информации от ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в РК» о лабораторно подтвержденных случаях заболевания COVID-19 у 9 работников терапевтического и кардиологического отделений ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» по поручению № 80 Управления Роспотребнадзора по Республике Коми в г. Печоре, выданному Главным государственным санитарным врачом по г. Печоре от 07 октября 2020 года, ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Коми» было проведено санитарно-эпидемиологического обследование очага для установления причинно-следственной связи возникновения заболеваемости новой коронавирусной инфекцией и по завершению обследования в территориальный отдел Управления Роспотребнадзора по Республике Коми в г. Печоре представлен акт санитарно-эпидемиологического обследования очага. Согласно указанному акту № 1442/2020/206 от 15.10.2020 в ходе обследования, проведенного 09 октября 2020 года, в частности было установлено, что персонал ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» в полном объеме не обеспечен средствами индивидуальной защиты в зависимости от профиля отделения и характера проводимой работы, а именно медицинские сестры, младший персонал при переводе больных с диагнозом: ОВБП COVID+, с подозрением на НКИ в инфекционное отделение № 2 осуществляют транспортировку больного без защитного костюма, респиратора, очков (больная Б.О. Кроме того, было установлено некачественное медицинское наблюдение за персоналом, несвоевременное отстранение от работы с симптоматикой ОРВИ сотрудников Б.М. (больна с 01 октября 2020 года, смена 05 октября 2020 года), Б.Н. (больна с 28 сентября 2020 года, смена 05 октября 2020 года), Е. (больна с 05 октября 2020 года, смена 06 октября 2020 года), Т. (больна с 28 сентября 2020 года, смена 30 сентября 2020 года). По результатам указанного обследования, на основании поступившего из ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в РК» акта, Управлением Роспотребнадзора по Республике Коми в г. Печоре составлен протокол об административном правонарушении, согласно которому в вышеизложенных действиях юридического лица установлено нарушение п. 15.10 раздела 15 главы 1 СанПиН 2.1.3.2630-10 – необеспечение персонала в полном объеме средствами индивидуальной защиты в зависимости от профиля отделения и характера проводимой работы, а также п. 5.7 главы V СП 3.1.3597-20 – некачественное медицинское наблюдение за персоналом, несвоевременное его отстранение от работы с симптоматикой ОРВИ. 

В судебном заседании, представители юридического лица – Главный врач ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ», ФИО1 ФИО2 факты нарушений указанных норм не признали. Суду пояснили, что в соответствии с приказом по ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» от 10.04.2020, изданным в соответствии с приказом МЗ РФ от 19 марта 2020 года № 198, в целях принятия дополнительных мер по снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции на территории РК, на заведующих структурных подразделений было возложено обеспечить контроль за состоянием здоровья всех медицинских работников, в том числе, оказывающих медицинскую помощь больным с подозрением на COVID -19, ежедневные осмотры работников с проведением термометрии 2 раза в день на протяжении всего периода ухода за пациентами с коронавирусной инфекцией. Указанные мероприятия в обязательном порядке проводились, информации о наличии симптомов ОРВИ от сотрудников, перечисленных в акте и протоколе об административном правонарушении не поступало, в то время как диагноз в указанные в протоколе дни, когда работники находились на смене, им еще поставлены не были. Таким образом, отсутствовали основания для отстранения медицинских работников от выполнения обязанностей. Кроме того, во вменяемый период времени медицинский персонал был обеспечен достаточным количеством средств индивидуальной защиты с учетом пофиля терапевтического отделения и характера проводимых работ. Медицинские работники в указанный день действительно перевозили больного с подозрением на COVID -19, однако не в инфекционное отделение, как указано в акте, а для поведения компьютерной томографии. На тот момент у больного не был диагностирован COVID -19, наличие которого исключало бы возможность его пребывания в терапевтическом отделении больницы. 

Заслушав объяснение представителей юридического лица, исследовав материалы дела, нахожу вину юридического лица в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 6.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях, не доказанной в силу следующего. 

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

На основании ч. ч. 1, 2 ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Статьей 26.11 КоАП РФ установлено, что судья, члены коллегиального органа, должностное лицо, осуществляющие производство по делу об административном правонарушении, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

В соответствии с ч.2 ст. 6.3 КоАП РФ, нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей или административное приостановление деятельности на срок до девяноста суток.

В силу положений статьи 3 Федерального закона N 52-ФЗ законодательство в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения основывается на Конституции Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона, других федеральных законов, а также принимаемых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны, в том числе выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц.

Соблюдение санитарных правил, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц (ч. 3 ст. 39 Федерального закона от 30 марта 1999 года N 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).

Согласно п. 15.10 раздела 15 главы I Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 18 мая 2010 года № 58 (ред. от 10.06.2016) «Об утверждении СанПиН 2.1.3.2630-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям, осуществляющим медицинскую деятельность» (вместе с «СанПиН 2.1.3.2630-10. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы...»), персонал обеспечивается средствами индивидуальной защиты в необходимом количестве и соответствующих размеров (перчатками, масками, щитками, респираторами, фартуками и пр.) в зависимости от профиля отделения и характера проводимой работы. 

В соответствии с п. 5.7 главы V Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 22 мая 2020 года № 15 (ред. от 13 ноября 2020 года) «Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» (вместе с «СП 3.1.3597-20. Санитарно-эпидемиологические правила...») при выявлении лиц с подтвержденным диагнозом COVID-19 и лиц с подозрением на заболевание в непрофильных медицинских организациях проводятся: установление лиц, контактировавших с больными COVID-19, среди работников медицинских организаций и больных, их изоляция в домашних условиях или госпитализация в том числе по эпидемиологическим показаниям, лабораторное обследование на COVID-19 и установление медицинского наблюдения на срок 14 календарных дней со дня последнего контакта с больным, назначение средств экстренной профилактики (профилактического лечения).

Указом Главы Республики Коми от 15 марта 2020 года № 16 с 00.00 ч. 16 марта 2020 г. на территории Республики Коми введен режим повышенной готовности в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Согласно п. 8 Указа, рекомендовано Управлению Федеральной службы по надзору сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Коми организовать: проведение санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, направленных на профилактику коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19.

Судом установлено, что действительно по поручению № 80 Управления Роспотребнадзора по Республике Коми в г. Печоре, выданному Главным государственным санитарным врачом **** от 07.10.2020, ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Коми» проведено санитарно-эпидемиологического обследование очага для установления причинно-следственной связи возникновения заболеваемости новой коронавирусной инфекцией. По завершению обследования в территориальный отдел Управления Роспотребнадзора по Республике Коми в г. Печоре представлен акт санитарно-эпидемиологического обследования очага. 

Согласно акту № 1442/2020/206 от 15 октября 2020 года в ходе обследования терапевтического и кардиологического отделений **** расположенных по адресу: ********** 09 октября 2020 в 13 часов установлены в частности следующие нарушения: 

- персонал ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» в полном объеме не обеспечен средствами индивидуальной защиты в зависимости от профиля отделения и характера проводимой работы, а именно медицинские сестры, младший персонал при переводе больных с диагнозом: ОВБП COVID+, с подозрением на НКИ в инфекционное отделение № 2 осуществляют транспортировку без защитного костюма, респиратора, очков (больная Б.О. 

- некачественное медицинское наблюдение за персоналом, несвоевременное отстранение от работы с симптоматикой ОРВИ сотрудников Б.М. больна с 01 октября 2020 года, смена 05 октября 2020 года), Б.Н. (больна с 28 сентября 2020 года, смена 05 октября 2020 года), Е. (больна с 05 октября 2020 года, смена 06 октября 2020 года), Т. (больна с 28 сентября 2020 года, смена 30 сентября 2020 года). По результатам указанного обследования, на основании поступившего из ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в РК» акта, Управлением Роспотребнадзора по Республике Коми в г. Печоре составлен протокол об административном правонарушении, согласно которому в вышеизложенных действиях юридического лица установлено нарушение п. 15.10 раздела 15 главы 1 СанПиН 2.1.3.2630-10 – необеспечение персонала в полном объеме средствами индивидуальной защиты в зависимости от профиля отделения и характера проводимой работы, а также п. 5.7 главы V СП 3.1.3597-20 – некачественное медицинское наблюдение за персоналом, несвоевременное его отстранение от работы с симптоматикой ОРВИ. 

В указанных действиях юридического лица административным органом усмотрен состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ. 

Вместе с тем, в соответствии с ч. 1 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Так, из объяснений опрошенного в судебном заседании свидетеля К. – помощника врача эпидемиолога филиала ГБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Республике Коми» **** проводившей по поручению Управления Роспотребнадзора по Республике Коми **** обследование ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ», следует что при проведении 09 октября 2020 года проверки она установила, что перевозившие в инфекционное отделение **** больного В, (в акте ошибочно указано Б.О. медицинские работники не были обеспечены средствами защиты, а именно респиратором, перчатками, костюмом. При этом об отсутствии соответствующих средств защиты ей стало известно со слов старшей медсестры Ф. самих работников, перевозивших больную. При этом свидетель показал, что для выявления очага, причин распространения новой коронавирусной инфекции, действуя в рамках поручения, она поверяла исключительно рабочие места сотрудников больницы, заболевших инфекцией. При этом наличие противочумных костюмов, других средств индивидуальной защиты, ей не проверялось, документация, связанная с обеспечением медицинского персонала указанными средствами защиты, в том числе оборотно-сальдовые ведомости не запрашивались, какая-либо сверка приобретенных средств защиты и их наличия у медицинского персонала не производилась. Она проверяла наличие противочумных костюмов в кабинете сестры-хозяйки, однако там их в наличии не было, в то время как по мнению свидетеля, это помещение является единственным, где в терапевтическом отделении больницы могут храниться указанные средства защиты. 

Что касается несвоевременного отстранения медицинского персонала с признаками респираторных заболеваний от исполнения обязанностей, свидетель пояснил, что, поскольку в эпидемиологическое обследование входит не только обследование помещения, но и непосредственная беседа с лицами, заболевшими инфекцией, она 10 октября 2020 года обзванивала медицинских работников ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» и с их слов установила с какого периода они больны. На основании указанных данных пришла к выводу о том, что данные сотрудники с симптоматикой ОРВИ (Б.М. Б.Н. Е. Т. осуществляли трудовую деятельность в ЦРБ и своевременно не были отстранены от работы. При этом свидетель пояснил, что для принятия мер к отстранению сотрудников с признаками заболевания установлен следующий алгоритм действий: младший медицинский персонал (медицинские сестры) сообщают о наличии у них признаков респираторных заболеваний старшей медицинской сестре, а последняя в свою очередь ставит в известность об этом заведующего отделением. При этом свидетель пояснил, что не располагает достоверными сведениями о том, что старшей медсестре Ф. или другой старшей медсестре, исполнявшей указанные обязанности до Ф. заведующему отделения, было известно о наличии признаков респираторных заболеваний у сотрудников. 

Свидетель К.О. медсестра **** показала, что на момент обследования больницы исполняла обязанности старшей медсестры терапевтического и кардиологического отделений, непосредственно принимала участие в эпидемиологическом обследовании больницы. Свидетель указала, что ей не было известно о том, что Б.М. Б.Н. Е. Т. осуществляли выход на работу с признаками респираторных заболеваний. К ней с жалобами на самочувствие они не обращались. Свидетель указала, что есть внутренний приказ, согласно которому при наличии признаков респираторных заболеваний медицинский работник отстраняется от работы. Вместе с тем, отстранить сотрудника может исключительно врач в случае обращения сотрудника с жалобами на наличие таких признаков, для этого существует определенный алгоритм действий сотрудников больницы. Кроме того, свидетель пояснила, что сама очевидцем перевозки больного медсестрами она не являлась. Все медицинские сестры проходили обучение по поводу работы с больными COVID, все имеют соответствующий сертификат. Свидетель указала, что отделение было оснащено средствами индивидуальной защиты: очками защитными, масками, экранами защитными, перчатки, халатами одноразовыми. Кроме того, в отделении есть противочумные костюмы, лежат в доступном месте для медсестер, получены были в начале апреля-марта 2020 года, она сама лично их складывала. На тот момент дежурной медсестрой была Т. и именно она должна была проследить, чтобы в экстренной ситуации при перевозке больного медперсонал был в соответствующих средствах защиты. Также свидетель пояснила, что больного, указанного в акте, перевозили из терапевтического отделения для проведения КТ, до приемного покоя, а не непосредственно в инфекционное отделение. При этом перевозка больных при отсутствии диагноза COVID допускается и в одноразовом халате. 

Свидетель Т. суду показала, что работает в должности старшей медсестры в **** Подтвердила, что действительно с 27.09.2020 ощущала слабость, однако продолжала работать, поскольку не усмотрела в указанном состоянии признаков респираторного заболевания. При этом в больнице ежедневно проводится термометрия сотрудников. Температуры у нее не было. Первый раз температура поднялась 01 октября 2020 года. При этом о том, что она испытывала до диагностирования заболевания слабость, старшей медсестре не сообщала, поскольку не связывала это с признаками респираторного заболевания. Указала, что такое состояние часто случается у нее на фоне изменения давления. В период с 28.09.2020 до 30.09.2020 к старшей медсестре она ввиду плохого самочувствия не обращалась. Обязанности старшей медсестры на тот момент исполняла Ф. Кроме того, свидетель подтвердил, что действительно с другой медсестрой перевозила больную В, однако у нее не был установлен диагноз COVID-19, требующий для транспортировки больного ношение специальных костюмов. Для того, чтобы поставить диагноз, указанную больную они везли на прохождение компьютерной томографии. При этом все необходимые средства индивидуальной защиты у них на тот момент были, на них были маски, перчатки, одноразовые халаты. Таким образом, свидетель пояснила, что не переводила больную в инфекционное отделение, на момент ее перевозки на КТ диагноз установлен не был, у больной не был отобран ПЦР, не было произведено КТ, необходимые для диагностирования заболевания. Именно по указанной причине больная находилась на лечении не в инфекционном (ковидном) отделении, а в терапевтическом. Уже после прохождения компьютерной томографии больную они не забирали, больную забирали другие работники инфекционного отделения, ввиду результатов томографии. 

Также свидетель пояснила, что в больнице были в наличии противочумные костюмы, которые хранились в шкафу на посту, расположенном между терапевтическим и кардиологическим отделениями. В случае возникновения необходимости у сотрудников больницы, медицинского персонала, не ограничен доступ к указанным средствам защиты. При этом указанные костюмы не могут храниться в кабинете сестры-хозяйки, поскольку в ночное время указанный кабинет закрывается, а у медицинского персонала должен быть доступ к средствам индивидуальной защиты. 

Свидетель Б.Н. суду показала, что в период с 28.09.2020 каких-либо симптомов ОРВИ у нее не было. 01 октября 2020 года у сотрудников брали анализ на COVID, 05 октября 2020 она на смену не выходила, это был выходной, а 06 октября 2020 года ей позвонила Ф. сообщила, чтобы она не выходила на работу ввиду результатов анализов. Свидетель не подтвердила, что сообщала К. о наличии признаков ОРВИ. С 28 сентября 2020 года по 05 октября 2020 года она к старшей медсестре с жалобами на самочувствие не подходила, поскольку самочувствие было нормальным. При этом в тот период, когда медицинский персонал не находился на смене, термометрия производилась ими дома самостоятельно и результаты они также передавали по месту работы. Свидетель подтвердила, что в больнице на момент проверки из средств индивидуальной защиты имелись: респиратора, перчатки, очки, одноразовые халаты, противочумные костюмы. При этом указанные костюмы хранятся в отведенном для этого месте, в шкафу на посту, расположенном между терапевтическим и кардиологическом отделениями. 

Свидетель Е. суду показала, что работает процедурной медсестрой в **** ЦРБ». 06.10.2020 она находилась на смене. В период с 01.10.2020 она нормально себя ощущала, в указанный день у нее был взят анализ на COVID. В период с 01.10.2020 по 05.10.2020 она к старшей медсестре Ф. с жалобами на самочувствие не обращалась. При этом свидетель указал, что все необходимые средства индивидуальной защиты (перчатки, маски, защитный экран) ей выдавались, они хранятся в ее процедурном кабинете. Респиратора и противочумные костюмы также были в наличии и хранились в шкафу на посту между терапевтическим и кардиологическом отделениями. При этом для работы с больными, находящимися на лечении в терапевтическом отделении, в отношении которых имеется подозрение о наличии у них коронавирусной инфекции, они должны использовать средства индивидуальной защиты в виде очков, масок, перчаток, одноразовых халатов. Все из перечисленного в терапевтическим отделении имелось. В случае, если у больного подтвержден диагноз COVID, то ему вызывают скорую, сотрудники которой уже в специальных костюмах транспортирую больного в инфекционное отделение. Свидетель пояснил, что сама лично видела противочумные костюмы в отделении в отведенном для их хранения месте. 

Свидетель Ф. подтвердила, что является медсестрой **** В начале октября 2020 года в терапевтическом отделении **** Центром гигиены и эпидемиологии в Республике Коми в г. Печоре проводилась проверка, по итогам которой был составлен акт. Указанный акт был подписан ей и главным врачом больницы. При этом она не согласна с актом. Свидетель указала, что сотрудники в день проверки перевозили не Б.О. а В. , фамилия больной в акте отражена неверно. В. перевозили младшая медсестра Т. и медсестра Т. При этом свидетель указала, что при перевозке в терапевтическом отделении больных медсестры должны быть в одноразовых костюмах. Противочумные костюмы на тот момент были. Указанные медработники везли больную не в инфекционный корпус, а в приемный покой. Кроме того, свидетель указала, что медсестры к ней с жалобами на состояние здоровья не обращались, при этом в ее полномочия, как старшей медсестры входит направление медсестер при наличии признаков ОРВИ к врачу для разрешения вопроса об отстранении их от работы. Сама она ни у кого из медицинских работников признаков ОРВИ не наблюдала, проводилась термометрия сотрудников, во вмененный в протоколе об административном правонарушении период повышенной температуры тела у сотрудников зафиксировано не было. Единственный сотрудник, который ей сообщал о заложенности носа была Б.М. однако она указала на то, что это ее частое состояние, в связи с чем оснований для передачи информации врачу в целях разрешения вопроса об отстранении медсестры от работы не было. 

Из сведений о результатах лабораторного исследования в ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» от 07 октября 2020 года следует, что данные о сотрудниках, у которых обнаружен возбудитель коронавирусной инфекции, переданы старшей медсестре. При этом среди указанных сотрудников были Б.М. Б.Н. Е. Т. (результаты от 06 октября 2020 года). Указанные лица в соответствии с листами нетрудоспособности отстранены от работы. 

Приказом по ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» № 40 от 10 апреля 2020 года установлен алгоритм действий медицинского персонала при работе с лицами, имеющими неблагополучный эпид.анамнез по COVID-19, схема маршрутизации таких пациентов, а также обязанность заведующих структурных подразделений по контролю за состоянием здоровья всех медицинских работников. 

Из представленного графика проведения термометрии следует, в во вменяемый период времени у сотрудников Б.Н. Е. Т. температуры не было. 

Из должностной инструкции медицинской медсестры палатной отделения, утвержденной Главным врачом ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» 30.05.2019 следует, что медсестра палатная отделения работает под непосредственным руководством старшей медсестры и заведующего отделением, а в их отсутствие – дежурного врача. 

Из представленных оборотно-сальдовых ведомостей за период с 01.01.2020 по 31.12.2020 следует, что в ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» поступали в частности: комбинезоны одноразовые, комплекты противочумные многоразовые, костюмы защитные одноразовые, маски для лица трехслойные многоразовые, очки защитные, перчатки медицинские смотровые, респираторы, респираторные одноразовые маски, шапочки медицинские, экраны защитные для лица. Указанные ведомости содержать сведения о количестве приобретенных средств защиты. 

Оценив собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, прихожу к выводу об отсутствии в действиях юридического лица ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ» состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 6.3 КоАП РФ в силу следующего. 

Как следует из материалов дела, в том числе из оборотно-сальдовых ведомостей, показаний допрошенных в судебном заседании сотрудников ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ», персонал терапевтического отделения был обеспечен средствами индивидуальной защиты, в частности работникам были выданы защитные одноразовые халаты, медицинские маски фильтрующие (респираторы), фартуки, перчатки, кроме того, с учетом того, что терапевтическое отделение не является профильным отделением для лечения больных имеющих неблагополучный эпид.анамнез по COVID-19, в указанном отделении находились противочумные костюмы на экстренные случаи, связанные с необходимостью транспортировки больного соответствующим инфекционным заболеванием. Из показаний К. следует, что никакие помещения кроме палаты сестры-хозяйки ей осмотрены не были, в частности не являлся объектом осмотра пост, расположенный между терапевтическим и кардиологическим отделениями, где со слов опрошенных свидетелей и располагалась часть средств индивидуальной защиты, в частности респираторы, противочумные костюмы, выданные для работы сотрудникам отделения, не проверялся доступ сотрудников к указанным средствам защиты. В ходе эпидемиологического обследования какие-либо документы, связанные с обеспечение медицинского персонала средствам защиты, не запрашивались. Эпидемиологическое расследование не проводилось, как и не проводилось фотографирование места обследования –очага. Каких-либо доказательств, опровергающих показания допрошенных в судебном заседании свидетелей о наличии у них с учетом профиля отделения и характера проводимой работы средств индивидуальной защиты не представлено. 

Кроме того, суду не представлено доказательств наличия информации о признаках ОРВИ у сотрудников Б.М. Б.Н. Е. Т. обязывающей во вменяемый согласно протоколу об административном правонарушении юридическому лицу период времени отстранить указанных работников от исполнения обязанностей. Установлено, что данные лица с жалобами на наличие у них признаков ОРВИ к старшей медсестре, в подчинении у которой они находились, не обращались. Оснований для их направления на осмотр к врачу для разрешения вопроса об отстранении от работы у последней не имелось. При этом суд принимает во внимание представленные сведения о термометрии указанных сотрудников больницы, их показания, в которых они указали, что не предъявляли жалоб на состояние здоровья во вмененный период времени, согласующиеся с показаниями старшей медсестры – свидетеля Ф. а также показания К. которые указали в судебном заседании о том, что указанные лица не сообщали им, руководству о наличии у них признаков ОРВИ, в то время как повышения температуры при термометрии у сотрудников во вмененный период времени установлено не было. Указанные сотрудники незамедлительно были отстранены от работы по итогам лабораторного обследования на COVID-19. 

Согласно ч. 1 ст. 1.5 КоАП РФ Лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В силу ч. 3, 4 указанной нормы закона лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, за исключением случаев, предусмотренных примечанием к ней. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о наличии обстоятельств, предусмотренных статьей 24.5 КоАП РФ, для прекращения производства по делу. 

Руководствуясь п.1 ч.1.1 ст.29.9. и ст.29.10. Кодекса РФ об административных правонарушениях, суд

ПОСТАНОВИЛ:

производство по делу об административном правонарушении в отношении Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Печорская центральная районная больница», юридический адрес: **** прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Копию постановления направить в ГБУЗ РК «Печорская ЦРБ», в территориальный отдел Управления Роспотребнадзора **** 

Настоящее постановление может быть обжаловано в десятисуточный срок с момента получения копии постановления в Верховный Суд Республики Коми.

Судья- Шелепова Н.В.

Мотивированное постановление изготовлено 12 марта 2021 года.