Дело № 2-1-263/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Р.п. Майна 4 июля 2019 года

Майнский районный суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Глухова А.В., 

при секретаре Кузьминой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ульяновской области, Министерству финансов Российской Федерации, о взыскании денежной компенсации морального вреда и судебных расходов, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 2 000 000 рублей, и судебных расходов. 

В обоснование заявленных требований указано, что в 2015 году ФИО1 следственным отделом МВД России по Калтасинскому району Республики Башкортостан предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.162, п. «а» ч.3 ст.226 и п. «а» ч.2 ст.166 УК РФ. 04 сентября 2015 года он был задержан в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ и в дальнейшем в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, содержался в ФИО2

Приговором Краснокамского межрайонного суда Республики Башкортостан от 11 декабря 2017 года ФИО1 был признан не виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.226 УК РФ и оправдан в связи с отсутствием состава преступления на основании ч.2 ст.302 УПК РФ. Этим же приговором суд признал за ним право на реабилитацию.

Кроме того, тем же приговором действия ФИО1 были переквалифицированы с части 3 статьи 162 УК РФ на часть 2 ст.162 УК РФ, с пункта «а» части 2 ст.166 УК РФ на ч.1 ст.166 УК РФ. В связи с чем ему было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года и 1 год 6 месяцев соответственно, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности указанных преступлений окончательно ему было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 2 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

На основании данного приговора ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФИО2, освободился 17 августа 2018 года по отбытии наказания. 

Причиненный моральный вред выразился в нравственных и физических страданиях, которые заключались в том, что будучи невиновным в инкриминируемом деянии, ему приходилось оправдываться не только перед органами следствия, судом, но и перед своим отцом, родственниками, друзьями и знакомыми. Кроме того, находясь в местах заключения и местах лишения свободы, у него проявились гипертоническая болезнь 1 степени и психоэмоциональное расстройство личности. В период незаконного привлечения к уголовной ответственности, его здоровье ухудшилось, ему неоднократно приходилось обращаться за экстренной медицинской помощью. В течение 3-х лет он находился в постоянном нервном напряжении, испытывал чувство моральной подавленности, переживал за своё честное имя. В период проведения следствия по уголовному делу был вынужден обращаться с заявлениями и жалобами в прокуратуру. Для оказания юридической помощи им были приглашены адвокаты Зинатуллина Ф.Ф., Калачев Р.С., Миронова Л., Спиридонов Ю.Ю., которым он оплатил работу на сумму более 800 000 рублей.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству в качестве соответчика привлечено Министерство финансов Российской Федерации. 

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: МВД России, МВД Республики Башкортостан, прокуратура Республика Башкортостан, прокуратура Ульяновской области.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствии, указав, что исковые требования поддерживает в полном объеме. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ульяновской области, Ж.О.В., действующая на основании доверенности № ***1 от 12 декабря 2016 года, в судебное заседание не явилась, представив суду возражения на заявленные требований, в которых ходатайствовала о рассмотрении дела в отсутствии представителя Министерства финансов Российской Федерации. 

Из письменного возражения представителя ответчика следует, что Министерство финансов Российской Федерации исковые требования не признает, считает их необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. В нарушении статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт реального причинения истцу морального вреда ( физических и нравственных страданий) незаконным преследованием его именно по п. «а» ч.3 ст.226 УК РФ. Представленные справки и выписки не являются такими доказательствами, так как из содержания не следует, что предполагаемое ухудшение здоровья было связано с уголовным преследованием по п. «а» ч.3 ст.226 УК РФ. Непосредственная причинно-следственная связь между предполагаемыми нравственными и физическими страданиями и обвинением по п. «а» ч.3 ст.226 УК РФ не прослеживается. Описанные в исковом заявлении нравственные и физические страдания, предположительно испытанные истцом, связны с обвинением и осуждением по ч.2 ст.162 и ч.1 ст.166 УК РФ, и с не согласием истца с вступившим в силу приговором Краснокамского межрайонного суда *** от 11.12.2017 года по делу ***. Поскольку в отношении истца не было допущено факта незаконного осуждения, истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что в ходе производства по уголовному делу имело место необоснованное применение меры пресечения, доказательств причинения морального вреда, основаны для признания права на компенсацию морального вреда отсутствуют. 

Представитель привлеченного по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Ульяновской области ФИО3, действующий на основании доверенности от 11 июня 2019 года, в судебное заседание не явился, представив суду отзыв на исковое заявление, в котором ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствии представителя. 

Представители привлеченных судом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, МВД России, МВД Республики Башкортостан, прокуратуры ***, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, возражений по заявленным требованиям суду не представили. 

Согласно ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. 

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание сторон, поскольку их неявка не является препятствием для рассмотрения судом дела по существу. 

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Часть 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации предусматривает осуществление судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства предоставляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьями 133 - 139, 397 и 399).

Исходя из содержания приведенных статей, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – прекращение уголовного преследования). При этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (статья 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с абзацем третьим статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Судом установлено, что приговором Краснокамского межрайонного суда Республики Башкортостан от 11 декабря 2017 года по делу *** ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 162, частью 1 статьи 166 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание по части 2 статьи 162 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 4 года, по части 1 статьи 166 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде ограничения свободы на срок 1 год 6 месяцев. 

На основании части 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности вышеуказанных преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 2 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислен с 11 декабря 2017 года, зачтено в срок отбытия наказания время нахождения по стражей с 4 сентября 2015 года по 10 декабря 2017 года. 

По пункту «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации тем же приговором ФИО1 был оправдан. За ним признано право на реабилитацию.

Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 8 мая 2018 года приговор Краснокамского межрайонного суда Республики Башкортостан от 11 декабря 2017 года в отношении ФИО1 изменен, из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание о том, что С.С.Р. во время совершения угона ФИО1 на улице наблюдал, чтобы предупредить того в случае появления посторонних лиц.

В остальной части тот же приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы и апелляционное представление без удовлетворения. 

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылался на то, что испытывал нравственные и физические страдания в связи с незаконным обвинением и уголовным преследованием его в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Статья 53 Конституции Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного лишь незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу прямого указания действующего законодательства право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого – прекращение уголовного преследования). Переквалификация действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (пункт 4).

Из анализа положений части 1 статьи 134 и части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует, что право на реабилитацию имеют подсудимые, оправданные по всем предъявленным обвинениям, либо в отношении которых уголовное преследование прекращено полностью.

Приведенные ФИО1 в исковом заявлении доводы о том, что он имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований. 

В рассматриваемом деле ФИО1 был оправдан в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации, и одновременно признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 162, частью 1 статьи 166 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, в силу положений статей 151, 1070, 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, оправдание по одному составу само по себе не свидетельствует о бесспорности требования о взыскании компенсации морального вреда, поскольку вступившим в законную силу приговором ФИО1 был осужден к лишению свободы в рамках того же уголовного дела.

Исследованные в судебном заседании доказательства не свидетельствуют о наступлении для ФИО1 каких-либо неблагоприятных последствий в связи с незаконным уголовным преследованием по пункту «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации. Представленные истцом справки и выписки из амбулаторной карты не могут являться такими доказательствами, поскольку из их содержания не следует, что ухудшение здоровья ФИО1 было связано с уголовным преследованием по п. «а» ч.3 ст. 226 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Незаконное нахождение под стражей ФИО1 не имело места, поскольку избрание данной меры пресечения было обусловлено возбуждением в отношении истца уголовного дела по трем составам, в том числе и по тем, по которым он был в дальнейшем осужден. 

Допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих факт причинения морального вреда (физических и нравственных страданий) незаконным уголовным преследованием по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации, не представлено.

Предъявление ФИО1 обвинения по пункту «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации никаким образом не отразилось на окончательном сроке назначенного ему приговором от 11 декабря 2017 года наказания, не повлияло на срок содержания его под стражей, не привело к ухудшению условий его содержания, иным негативным для заявителя последствиям. 

Доводы ФИО1, изложенные в исковом заявлении, о том, что в связи с предъявлением ему обвинения по пункту «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации ухудшилось его состояние здоровья, не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

При таких обстоятельствах, заявленные требования истца о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку истцом не представлено суду доказательств, подтверждающих факт реального причинения ему физических и нравственных страданий незаконным преследованием его по пункту «а» части 3 статьи 226 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании расходов по оказанию юридических услуг на сумму более 800 000 рублей, поскольку ФИО1 не представлено суду доказательств, свидетельствующих о том, что именно им понесены расходы для оказания юридической помощи для сбора доказательств по уголовному делу на сумму более 800 000 рублей. Из представленного истцом реестра платежей не видно, что именно истец ФИО1 понес расходы. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ульяновской области, Министерству финансов Российской Федерации, о взыскании денежной компенсации морального вреда и судебных расходов, отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ульяновского областного суда в течение месяца через Майнский районный суд Ульяновской области.

Судья А.В. Глухов