Дело № 2-250/2020

УИД № 61RS0013-01-2020-000181-25

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 июля 2020 г. г. Гуково Ростовской области

Гуковский городской суд Ростовской области в составе 

председательствующего судьи Плоховой Л.Е.

при секретаре Воркуновой Е.А.,

с участием помощника прокурора г. Гуково Михайловой К.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Донуголь» о взыскании единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с указанным иском, ссылаясь на то, что ему в период работы у ответчика 

<

данные изъяты> установлено профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты>, которое возникло вследствие работы в условиях воздействия вредного производственного фактора. 12.02.2019 заключением МСЭ ему установлено 40 % утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности. Повреждением здоровья истцу причинены моральные и физические страдания. В связи с чем, по мнению истца, ответчик должен выплатить ему компенсация морального вреда на основании общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации и Трудового кодекса Российской Федерации. При определении размера компенсации морального вреда с точки зрения критериев разумности и справедливости истец ссылается на положения гражданского, трудового законодательства, законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Согласно расчету истца сумма единовременной компенсации составляет 3 493 440 руб., указанную сумму истец просит суд взыскать с ответчика в его пользу, с учетом уточненных требований, просит также взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 руб. 

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала, поддержав возражения на иск. 

Выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, заключение помощника прокурора г. Гуково, полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учетом критериев разумности и справедливости компенсации морального вреда, изучив и оценив в порядке статьи 67 ГПК Российской Федерации представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

Как следует из трудовой книжки истца, а также акта расследования профзаболевания, ФИО1 работал у ответчика 

<

данные изъяты> с полным рабочим днем под землей с 01.12.2006 по 09.04.2007 и с 20.08.2012 по 13.02.2019.

12.02.2019 года бюро МСЭ ему было впервые установлено профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты>, 40% утраты трудоспособности и третья группа инвалидности.

13.02.2019 года трудовые отношения ФИО1 с ОАО «Донской уголь» были прекращены.

В силу статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. 

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом. 

Согласно части 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ (в соответствующей редакции) «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Частью 1 статьи 21 Федерального закона от 20.06.1996 N 81-ФЗ (в соответствующей редакции) «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций. 

В соответствии со статьей 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Региональное соглашение устанавливает общие принципы регулирования социально-трудовых отношений и связанных с ними экономических отношений на уровне субъекта Российской Федерации.

В силу статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение действует в отношении всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, а также являющихся членами объединений работодателей, иных некоммерческих организаций, входящих в объединение работодателей, заключившее соглашение.

Соглашение действует в отношении всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в частях третьей и четвертой настоящей статьи.

В тех случаях, когда в отношении работников действует одновременно несколько соглашений, применяются условия соглашений, наиболее благоприятные для работников.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя. 

Согласно пунктам 22, 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 N 967, расследование обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором. Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Пунктом 5.2 Инструкции о порядке применения Положения N 967, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.05.2001 N 176, предусмотрено, что акт о случае профзаболевания составляется по последнему месту работы пострадавшего в контакте с вредным производственным фактором.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Актом о случае профессионального заболевания № от 28 января 2019 г., утвержденным главным государственным санитарным врачом 

<

данные изъяты>, у ФИО1 установлено профессиональное заболевание, которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых истец длительное время работал у ответчика. На протяжении всего периода работы у ответчика он трудился в контакте с вредными факторами труда, такими как тяжесть трудового процесса, обусловленная повышенными физическими нагрузками (подъем и перемещение тяжестей, наклоны корпуса, нахождение в вынужденной позе длительное время).

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что причинителем вреда здоровью истца в данном случае является работодатель – ОАО «Донуголь», во время работы у которого у истца установлена утрата трудоспособности вследствие профессионального заболевания, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для работников.

Суд приходит к выводу, что в результате профзаболевания истцу причинены нравственные и физические страдания, вызванные болезненными ощущениями, необходимостью периодического обращения за медицинской помощью, а также переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможности выбирать высокооплачиваемую работу по своему усмотрению, сложности материального обеспечения семьи, то есть моральный вред, компенсацию которого он вправе требовать в соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом 5.4 Отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 1 апреля 2013 по 31 марта 2016, продленного Соглашением от 26.10.2015 до 31.12.2018, предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ссылается на то, что от присоединения к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы, подписанному 18 января 2019 г., ОАО «Донуголь» отказался, направив 01.04.2019 года мотивированный отказ. На 12.02.2019 - день возникновения у ФИО1 права на получение пенсии, ранее действовавшее ОТС, заключенное до 31.12.2018 прекратило свое действие, поэтому ОАО «Донуголь» не обязан производить истцу выплату 20 % заработка за каждый процент утраты трудоспособности. 

Указанные доводы суд считает необоснованными по следующим основаниям.

Министр труда и социального развития Российской Федерации в письме от 26 февраля 2019 г. № 14-4/10/В-1480 предложил работодателям организаций угольной промышленности Российской Федерации, не участвовавшим в заключении соглашения, присоединится к нему.

Этим же письмом Министр труда и социального развития напомнил о том, что, если в течение 30-ти календарных дней со дня официального опубликования («РГ» от 07.03.2019) настоящего предложения в Министерство труда и социальной защиты РФ работодателями, не участвовавшими в заключении соглашения, не будет представлен мотивированный письменный отказ присоединиться к соглашению, то соглашение будет считаться распространённым на этих работодателей.

С учетом изложенного, на дату получения истцом права на пенсионное обеспечение (12 февраля 2019 г.) ОАО «Донуголь» не отказался от присоединения к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы.

Как следует из содержания п. 5.3 указанного ФОС данная льгота установлена с целью закрепления высококвалифицированных кадров, мотивации наиболее профессиональной части персонала к продолжению работы для выполнения производственных планов, повышения производительности труда, обеспечения стабильной и эффективной работы. 

Включение ответчиком в Коллективный договора положения о выплате в случае утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет компенсации морального вреда работнику компенсации в размере 2 тысяч рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, ухудшает его положение по сравнению с ФОС и не соответствует общегражданскому принципу полного возмещения причиненного вреда, предусмотренному ст.ст.15, 1064 ГК РФ, конституционному праву гражданина РФ на гарантированное социальное обеспечение в случае болезни (ст.39 Конституции РФ). 

Кроме этого суд учитывает, что на момент установления истцу утраты профтрудоспособности коллективный договор, регулирующий порядок и размер компенсации работнику морального вреда в случае возникновения у него профзаболевания и утраты им профтрудоспособности, отсутствовал, поскольку действие ранее заключенного коллективного договора было окончено 31.12.2018 года. 

Как указывалось выше, после установления профессионального заболевания, истец в связи с состоянием здоровья прекратил трудовые отношения с ОАО «Донской уголь». В настоящее время, находясь в трудоспособном возрасте, по состоянию здоровья не имеет возможности продолжать работу по специальности, нуждается в периодическом лечении, требующем материальных затрат. 

При таких обстоятельствах, суд полагает, что выплаченная ответчиком в добровольном порядке компенсация в счет возмещения морального вреда в сумме 80 000 рублей явно несоразмерна причиненным ФИО1 физическим и нравственным страданиям.

С учетом степени испытываемых истцом физических и нравственных страданий, исходя из установленной бюро МСЭ степени утраты профессиональной трудоспособности 40 %, размера выплаты добровольно произведенной ответчиком, суд считает возможным заявленные требования удовлетворить частично, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, в размере 280 000 руб., что в данной правовой ситуации соответствует критериям разумности и справедливости. В остальной части требования удовлетворению не подлежат.

В частности, при определении критериев разумности и справедливости суд принимает во внимание, что в случае взыскания такой компенсации в период действия Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013 года по 31 марта 2016 года (утв. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 01.04.2013), срок действия которого продлен до 31.12.2018, ее размер, с учетом выплат ФСС и добровольных выплат ответчика составил бы 334588 руб. 

Разрешая ходатайство истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает следующее.

В силу части 1 статьи 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

С учетом принципа соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, суд приходит к выводу о необходимости взыскания расходов на оплату услуг представителя истца в сумме 20000 руб.

Факт уплаты истцом указанной суммы, как и ее размер, ответчиком не оспорен и не опровергнут, подтверждается представленной в материалы дела квитанцией к приходному кассовому ордеру. 

Учитывая, что истец при обращении в суд с настоящим исковым заявлением в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины, в соответствии с частью 1 статьи 103 ГПК Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в сумме 300 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 с ОАО «Донуголь» единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, в размере 280 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 20000 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ОАО «Донуголь» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Гуковский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Судья Л.Е.Плохова

Решение в окончательной форме изготовлено 07 июля 2020 г.