Дело № 2-321/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 августа 2025 года город Шагонар 

Улуг-Хемский районный суд Республики Тыва в составе: председательствующего Жибинова С.Н., при секретаре Ондар А.А., с участием представителя истца – помощника прокурора Улуг-Хемского района Шюгдюр-оол А.Б., представителя ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-321/2025 по исковому заявлению прокурора Улуг-Хемского района Республики Тыва Ондар А.О. в интересах ФИО2 к Государственному унитарному предприятию Республики Тыва «Управляющая компания ТЭК 4» о компенсации морального вреда,

установил:

прокурор Улуг-Хемского района Ондар А.О., действуя в интересах ФИО2, обратилась в суд с иском к ГУП РТ «ТЭК-4» о компенсации морального вреда, указав, что в прокуратуру обратился работник Шагонарского участка ГУП РТ «УК ТЭК 4» ФИО2 об оказании помощи в возмещении морального вреда, поэтому проведена проверка соблюдения законодательства в сфере охраны труда. Проверкой установлено, что 06.03.2024 г. на Шагонарском участке котельной ГУП РТ «УК ТЭК 4» вследствие неправомерных действий (бездействия) работодателя произошел взрыв угольной пылевоздушной смеси с возгоранием на транспортной ленте подачи топлива, в результате чего ФИО2 на рабочем месте получила телесные повреждения и была госпитализирована в ГБУЗ РТ «Улуг-Хемская ММЦ», где проходила лечение. В результате неправомерных действий (бездействия) работодателя ФИО2 причинены физические и нравственные страдания, связанные с длительным расстройством здоровья, временной утратой трудоспособности, плохим состояние здоровья, иными последствиями заболевания. Просит взыскать с ответчика в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

В судебном заседании представитель истца - помощник прокурора Улуг-Хемского района Шюгдюр-оол А.Б., поддержала исковые требования, зачитала исковое заявление, просила удовлетворить иск в полном объеме.

В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, извещена, о причинах неявки – не известила, ходатайств об отложении – не заявила, поэтому суд признает причину ее неявки неуважительной и рассматривает дело без ее участия.

В судебном заседании представитель ответчика ГУП РТ «УК ТЭК 4» ФИО1, действующая по доверенности, с размером иска не согласилась, пояснив, что работник к работодателю с заявлением о компенсации морального вреда не обращалась, работодатель оказал истцу единовременную материальную помощь в размере 16 950 рублей, а также от Правительства Республики Тыва истцу было перечислено 200 000 рублей. Кроме того, страховщик выплатил работнику 60 000 рублей. Таким образом, работодателем были приняты меры для минимизации причиненного вреда. Моральный вред он не связан ни с какими расходами. Просит снизить размер компенсации морального вреда.

В судебное заседание представители третьих лиц Министерства топлива и энергетики Республики Тыва, администрации муниципального района "Улуг-Хемский кожуун Республики Тыва", САО «ВСК», Енисейского Управления Ростехнадзора, Министерства земельных и имущественных отношений Республики Тыва не явились, извещены, о причинах неявки – не известили, ходатайств об отложении – не заявили, от участия в рассмотрении дела самоустранились, поэтому суд признает причину их неявки неуважительной и рассматривает дело без их участия.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса РФ, прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции РФ в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В силу части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Частью 1 статьи 209 Трудового кодекса РФ определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Безопасные условия труда - это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (часть 5 статьи 209 Трудового кодекса РФ).

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ, обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Как следует из пункта 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ, неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В силу пункта 25 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции РФ) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный ко взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Согласно Уставу ГУП РТ «УК ТЭК 4», данное предприятие является коммерческой организацией, деятельность которого направлена на производство, передачу и распределение пара и горячей воды (тепловой энергии); работоспособность тепловых сетей, котельных; передачу пара и горячей воды; торговля паром и горячей водой, распределение газообразования топлива; торговля газообразным топливом, распределение электроэнергии. 

Как следует из выписки из ЕГРН от 23.06.2025 г., нежилое кирпичное здание районной котельной по адресу: Республика Тыва, 

<

...>, с 21.09.2017 г. находится в собственности муниципального района «Улуг-Хемский кожуун Республики Тыва»; на основании концессионного соглашения зарегистрировано ограничение (обременение) права в пользу ГУП РТ «УК ТЭК 4».

ГУП РТ «УК ТЭК 4» на основании концессионного соглашения от 08.04.2021 г. сроком действия с 01.01.2021 г. по 31.12.2035 г. осуществляет с использованием котельной деятельность по производству, передаче, распределению тепловой энергии и осуществлению горячего водоснабжения в границах Улуг-Хемского кожууна Республики Тыва

12.02.2024 г. между САО «ВСК» и ГУП РТ «УК ТЭК 4» заключен договор страхования гражданской ответственности за причинение вреда потерпевшим при эксплуатации опасных производственных объектов: Котельная по адресу: Республика Тыва, 

<

...>, на страховую сумму 20 000 000 рублей. 

16.02.2024 г. САО «ВСК» выдан ГУП РТ «УК ТЭК 4» страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте серии 111 № VSKХ12424214469000; срок действия договора обязательного страхования с 16.02.2024 г. по 15.02.2025 г.

Таким образом, судом установлено, что владельцем опасного производственного объекта является ГУП РТ «УК ТЭК 4», деятельность которого связана с его эксплуатацией и застрахована по договору страхования гражданской ответственности за причинение вреда потерпевшим при эксплуатации опасных производственных объектов.

ФИО2 родилась 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ между ГУП РТ «УК ТЭК 4» и ФИО2 заключен трудовой договор, по которому последняя принята на работу на участок Шагонарский на должность уборщика производственных помещений.

Приказом ГУП РТ «УК ТЭК 4» от ДД.ММ.ГГГГ №-лс ФИО2 переведена на должность аппаратчика ХВО 3р, постоянно, местом работы указа ГУП РТ «УК ТЭК 4» - участок Шагонарский.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с переводом ФИО2 на должность аппаратчика ХВО 3р между ГУП РТ «УК ТЭК 4» и ФИО2 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, по которому последняя переводится на должность аппаратчика ХВО.

Согласно пункту 2.2.2. трудового договора с ФИО2, работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

ДД.ММ.ГГГГ ГУП РТ «УК ТЭК 4» утверждена должностная инструкция аппаратчика химводоочистки ГУП РТ «УК ТЭК 4», с которой ФИО2 ознакомлена под роспись.

Таким образом, судом установлено, что по состоянию на 06.03.2024 г. ГУП РТ «УК ТЭК 4» и ФИО2 состояли в трудовых правоотношениях, последняя занимала должность аппаратчика химводоочистки ГУП РТ «УК ТЭК 4» - участок Шагонарский.

ГУП РТ «УК ТЭК 4» известило о групповом несчастном случае, то есть о возгорании 06.03.2024 г. в 08:49 часов участка топливоподачи котельной Шагонарского участка, где пострадали 23 человек, в том числе ФИО2

Распоряжением Главы Республики Тыва от 06.03.2024 г. № 117-РГ «О введении режима функционирования «Чрезвычайная ситуация» для органов управления и сил территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций Республики Тыва» в связи с произошедшей аварией 06.03.2024 г. на объекте теплоснабжения в г. Шагонар Улуг-Хемского района, связанной со взрывом угольной пылевоздушной смеси с последующим возгоранием на транспортной ленте подачи твердого топлива в здании котельной ГУП РТ «УК ТЭК-4» г. Шагонар, с нарушением условий жизнедеятельности населения более 5 000 человек введен режим функционирования «Чрезвычайная ситуация» на территории Республики Тыва.

Приказом ГУП РТ «УК ТЭК 4» от 06.03.2024 г. № 130-ОД создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего 06.03.2024 г. в 08:49 часов на Шагонарском участке ГУП РТ «УК ТЭК 4». 

Расследование группового несчастного случая, произошедшего 06.03.2024 г. в ГУП РТ «УК ТЭК 4» по адресу: 668210, 

<

...>, проведено с 06.03.2024 г. по 16.09.2024 г., о чем составлен акт.

Так, согласно акту о расследовании группового несчастного случая, а также акту о несчастном случае на производстве, среди пострадавших лиц указан и истец ФИО2, сведения о проведении инструктажа на рабочем месте по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай - отсутствуют, стажировка не проводилась, проводилось обучение по охране труда по профессии с 06.06.2022 г. по 10.06.2022 г., проверка знания требований охраны труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай – проводилась (протокол от 13.06.2022 г. № 07), медицинский осмотр – периодический проводился 18.07.2023 г., психиатрическое освидетельствование не поводилось, предсменный медицинский осмотр не требуется. Причинами несчастного случая явились:

- неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившаяся в закачке пустого бункера угольной пылью размером частиц менее 850 мкм (0,85 мм), при работающем котле ст. № 5 (согласно «Инструкции по эксплуатации 13.00.00.000 ИЭ Паспорта водогрейного котла ст. 5 рег. 166-тк», размер кусков угля должен быть 30-40 мм); 

- необеспечение контроля за состоянием территории, технологического и вспомогательного оборудования, своевременным проведением планово-предупредительного ремонта и осмотра, техническим обслуживанием оборудования, инструмента, помещений, выразившаяся в значительных отложениях угольной пыли на площадке топливоподачи 4 этажа, галерее (2 подъема), помещении дробилки, способных создать взрывоопасную концентрацию пылевоздушной смеси; 

- недостатки в создании и обеспечении функционирования системы производственного контроля на опасном производственном объекте, выразившиеся в неназначении должностных лиц, ответственных за осуществление производственного контроля при эксплуатации оборудования, работающего под избыточным давлением, а также ответственных за исправное состояние и безопасную эксплуатацию оборудования, работающего под избыточным давлением; 

- неприменение работником средств индивидуальной защиты вследствие необеспеченности ими работодателем, выразившееся в необеспечении технической возможности гидросмыва угольной пыли в связи с отсутствием отопления в помещении топливоподачи.

Тем самым, судом установлено, что работодателем были нарушены требования пунктов 1, 2 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; п.п. «б», «к» п. 228, п. «а» ст. 272 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности при использовании оборудования, работающего под избыточным давлением», утвержденных приказом Ростехнадзора от 15.12.2020 г. № 536.

Постановлением следователя СУ СК РФ по Республике Тыва ФИО от 06.03.2024 г. по факту взрыва 06.03.2024 г. угольной смеси в помещении топливоподачи ГУП РТ «УК Шагонарская ТЭК-4» и наличием пострадавших возбуждено уголовное дело № по ч.1 ст.217 УК РФ.

Согласно постановлению следователя СУ СК РФ по Республике Тыва от 07.03.2024 г., по уголовному делу № по ч.1 ст.217 УК РФ ФИО2 признана потерпевшей.

Таким образом, судом установлено, что по факту взрыва 06.03.2024 г. угольной смеси в помещении топливоподачи в здании ГУП РТ «УК Шагонарская ТЭК-4» возбуждено уголовное дело № по ч.1 ст.217 УК РФ, в рамках которого ФИО2 признана потерпевшей.

06.03.2024 г. ГБУЗ РТ «Улуг-Хемский ММЦ им. А.Т. Балгана» выписан сигнальный лист № 21, согласно которому, обслужен вызов ФИО2 в связи со взрывом ТЭК-4; диагноз: острое отравление угарным газом легкой степени.

Как следует из медицинского заключения ГБУЗ РТ «Улуг-Хемский ММЦ им. А.Т. Балгана», ФИО2 поставлен диагноз: Т58, острое отравление угарным газом легкой степени; согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легких.

Из листка нетрудоспособности № следует, что ФИО2 была нетрудоспособна в период с 06.03.2024 г. по 15.03.2024 г. (10 дней нетрудоспособности).

Согласно выписному эпикризу из медицинской карты, амбулаторный пациент ФИО2 06.03.2024 г. при наличии головных болей и головокружении на фоне стресса во время взрыва на работе – котельной ТЭК-4 г.Шагонара поставлен диагноз Т58 – токсическое действие окиси углерода, острое отравление угарным газом легкой степени тяжести, а 15.03.2024 г. выписана в связи с выздоровлением.

Как следует из заключения терапевта ГБУЗ РТ «Улуг-Хемский ММЦ им. А.Т. Балгана» от 28.11.2024 г., в приемный покой доставлена ФИО2 с диагнозом «острое отравление угарным газом легкой степени, оказана симптоматическая медицинская помощь, находилась на амбулаторном лечении с 06.03.2024 г. по 15.03.2024 г.

Таким образом, судом установлено, что в связи со взрывом 06.03.2024 г. в здании ГУП РТ «УК Шагонарская ТЭК-4» ФИО2 обращалась в ГБУЗ РТ «Улуг-Хемский ММЦ им. А.Т. Балгана», ей поставлен диагноз «Т58 – токсическое действие окиси углерода, острое отравление угарным газом легкой степени тяжести» и она в период с 06.03.2024 г. по 15.03.2024 г. проходила амбулаторное лечение, выписана в связи с выздоровлением.

23.05.2025 г. ФИО2 обратилась в прокуратуру Улуг-Хемского района с заявлением об оказании помощи в возмещении морального вреда в связи со взрывом на котельной Шагонарского участка ГУП РТ «УК ТЭК 4».

23.05.2025 г. помощником прокурора Улуг-Хемского района от ФИО2 отобрано объяснение, согласно которому, работает в ГУП РТ «УК ТЭК 4» с 01.08.2011 г. по настоящее время в должности аппаратчика холодного водоснабжения, в день взрыва, то есть 06.03.2024 г. с 08:00 часов находилась на смене – работала, во время взрыва находилась в лаборатории, от взрыва она находилась в сильном шоковом состоянии, уши были заложены, ноги еле ходили, сильно болела голова, тело дрожало, в приемный покой ГБУЗ РТ «Улуг-Хемский ММЦ» она обратилась сама, врач ее осмотрел, поставил укол, провел терапию кислородом, после чего вечером она ушла домой.

Согласно заключению АО «Научный центр ВОСТНИИ по промышленной и экологической безопасности в горной отрасли» по установлению обстоятельств и причин аварии, происшедшей 06.03.2024 г. на опасном производственном объекте «Котельная» ГУП РТ «УК ТЭК 4»:

- авария характеризуется как взрыв угольной пыли в бункере котла ст. № 5, с последующим взрывом на площадке теплоподачи 4 этажа, в общем здании котельной, галерее (второй подъем), помещении дробилки, галерее (первый подъем);

- основными причинами аварии явились: заполнение (загрузка) пустого бункера угольной пылью, размером частиц менее 850 мкм, при работающем котле ст.№ 5, что не соответствует п.8.3. Инструкции по эксплуатации 13.00.00.000 ИЭ «Котлы водогрейные теплопроводностью 10, 20, 30 Гкал/ч для работы на твердом топливе» «Паспорта водогрейного котла № 5» регистрационный № 166-тк (Приложение № 8), согласно которой, размер кусков угля должен быть 30-40 мм; наличие (скопление) значительных отложений угольной пыли на площадке топливоподаче 4 этажа, галерее (второго подъема), в помещении дробилки, способные создать взрывоопасную концентрации пылевоздушной смеси.

Суд, оценивая в соответствии со статьями 67, 68, 187 ГПК РФ указанное экспертное заключение, признает его относимым, достоверным и допустимым доказательством, поскольку оно соответствует требованиям ФЗ от 31.05.2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", а также в полной мере соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, данная экспертиза проведена квалифицированным экспертом, выводы которого мотивированны и обоснованы. Заключение эксперта имеет подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы, являются объективными, полными, не противоречат друг другу и не содержат неясностей. Оснований для сомнения в правильности, беспристрастности и объективности выводов эксперта, проводившего исследование, у суда не имеется. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенных экспертиз, либо ставящих под сомнение их выводы, либо иной оценки ущерба в ходе судебного разбирательства не представлено.

По смыслу закона, размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Согласно абзацу 4 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

К доводу ответчика о его нахождении в трудном финансовом положении, наличии кредиторской и дебиторской задолженности, суд относится критически, поскольку данное обстоятельство не освобождает от выплаты компенсации морального вреда ФИО2 как работодателя, не обеспечившего безопасность и условия труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда. Трудное финансовое положение организации может быть положено в основу решения суда при определении размера компенсации морального вреда. 

Ответчиком, доказательств надлежащего исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников не представлены.

Вопреки доводу ответчика причиненный вред вследствие несчастного случая является производственным, полученным при исполнении работником трудовых обязанностей, и данные обстоятельства связаны между работником и работодателем, являются трудовыми, следовательно, за нарушения трудового законодательства ответственность несет лишь работодатель, который обязан выплачивать работнику компенсацию морального вреда. 

Судом установлено, что причиной несчастного случая на производстве, повлекшего причинение вреда здоровью истца, явились нарушения со стороны работодателя: неудовлетворительная организация производства работ; необеспечение контроля за состоянием территории, технологического и вспомогательного оборудования, своевременным проведением планово-предупредительного ремонта и осмотра, техническим обслуживанием оборудования, инструмента, помещений; недостатки в создании и обеспечении функционирования системы производственного контроля на опасном производственном объекте, необеспеченность работников средствами индивидуальной защиты, то есть работодателем не были обеспечены безопасные условия труда, а доказательств отсутствия своей вины в причинении вреда им не представлено.

По договору страхования гражданской ответственности за причинение вреда потерпевшим при эксплуатации опасных производственных объектов от 12.02.2024 г. и страхового полиса от 16.02.2024 г. на основании заявления потерпевшей ФИО2 от 28.11.2024 г., страхового акта от 02.12.2024 г. и расчета суммы страхового возмещения от 02.12.2024 г. страховщик - САО «ВСК» по платежному поручению № 422293 от 03.12.2024 г. выплатил ей страховое возмещение в размере 60 000 рублей в счет возмещения ущерба за причинение вреда здоровью.

Согласно приказу ответчика от 07.03.2024 г., ФИО2 предусмотрена единовременная выплата материальной помощи в размере 16 950 рублей.

Между тем, указанные суммы страхового возмещения и материальной помощи не подлежит зачету в счет компенсации морального вреда, поскольку является самостоятельным основанием и выплачены страховщиком в счет возмещения ущерба за причинение вреда здоровью.

Суд, оценив в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ вышеуказанные, признает из относимыми, допустимыми, достоверными и в совокупности достаточными для разрешения спора по существу. 

При таких вышеуказанных обстоятельствах, поскольку судом установлены, приняты во внимание и учтены, что 06.03.2024 г. произошел несчастный случай в виде взрыва на Шагонарском участке ГУП РТ «УК ТЭК 4», в результате которого пострадал работник - ФИО2 и ей во время исполнения своих трудовых обязанностей причинен вред здоровью - поставлен диагноз – токсическое действие окиси углерода, острое отравление угарным газом легкой степени тяжести, то есть причинены физические и нравственные страдания, в связи с чем, она временно в период с 06.03.2024 г. по 15.03.2024 г. проходила амбулаторное лечение и выписана в связи с выздоровлением, инвалидности не установлено, профессиональная трудоспособность постоянно не утрачена, несчастный случай произошел в виду нарушения работодателем - ответчиком требований закона о промышленной безопасности опасных производственных объектов и федеральных норм и правил в области промышленной безопасности, то есть в результате неправомерных действий (бездействий) работодателя, работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности не были обеспечены, поэтому требования истца о компенсации морального вреда являются обоснованными и с учетом вышеуказанных обстоятельств, индивидуальных особенностей потерпевшего, степени вины работодателя в причинении вреда здоровью, количества пострадавших в результате взрыва в здании котельной работников, характера заболевания, степени тяжести повреждения здоровья, требований разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающего принципа, баланса интересов сторон, трудного финансового положения ответчика, суд полагает необходимым удовлетворить в размере 200 000 рублей, а в удовлетворении остальной части отказать.

В соответствии со статьями 98 и 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в доход муниципального района «Улуг-Хемский кожуун Республики Тыва» подлежат взысканию судебные расходы в виде государственной пошлины, от уплаты которой истец освобожден, в размере 3 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

исковое заявление прокурора Улуг-Хемского района Республики Тыва Ондар А.О. в интересах ФИО2 к Государственному унитарному предприятию Республики Тыва «Управляющая компания ТЭК 4» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного унитарного предприятия Республики Тыва «Управляющая компания ТЭК-4» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Государственного унитарного предприятия Республики Тыва «Управляющая компания ТЭК-4» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета муниципального образования «Улуг-Хемский кожуун Республики Тыва» судебные расходы в виде государственной пошлины при подаче иска в суд в размере 3 000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Тыва в через Улуг-Хемский районный суд Республики Тыва путем подачи апелляционной жалобы в течение одного месяца со дня его составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено 14 августа 2025 года. 

Председательствующий С.Н.Жибинов