дело № 2-124/2021 (2-875/2020)

УИД 56RS0015-01-2020-001645-17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кувандык 09 марта 2021 года

Кувандыкский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Полтевой В.А., 

при секретаре Юдиной Т.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Белорецком районе и г. Белорецк Республики Башкортостан к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм пенсии,

установил:

Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Белорецком районе и г. Белорецк Республики Башкортостан (далее по тексту – ГУ УПФ РФ в Белорецком районе и г. Белорецк РБ) обратилось в суд с вышеуказанным иском к ответчику ФИО1, в обоснование требований ссылаясь на то, что решением Белорецкого городского суда Республики Башкортостан от 24 декабря 2007 года ФИО1 был признан безвестно отсутствующим.

На основании данного решения суда по заявлению ФИО2, являющейся матерью несовершеннолетней ФИО3 и действующей от ее имени, была назначена социальная пенсия по случаю потери кормильца. Указанная пенсия выплачивалась ФИО3 с 10 января 2008 года по 30 ноября 2019 года. Также ей была установлена федеральная социальная доплата. Всего за период с января 2008 года по ноябрь 2019 года, с 10 декабря 2019 года по 31 марта 2020 года ФИО3 были выплачены пенсия по случаю потери кормильца и федеральная социальная доплата в общей сумме 872 553 рубля 98 копеек.

Решением Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 26 мая 2020 года местонахождение ФИО1 было установлено, в связи с чем ранее состоявшееся решение суда о признании ФИО1 безвестно отсутствующим отменено. Таким образом, фактически ФИО1 никуда не пропадал, работал вахтовым методом и в соответствии со ст. 80 Семейного кодекса РФ нес обязанность по содержанию несовершеннолетней дочери ФИО3, в связи с чем, образовалась переплата пенсии по потере кормильца и ФСД.

В адрес ответчика пенсионным органом направлялось требование о возмещении излишне выплаченных сумм пенсии и ФСД, однако, денежные средства не возмещены.

Ссылаясь на то, что указанные выше суммы пенсии и федеральной социальной доплаты были получены необоснованно, в результате виновных действий ответчика, истец просит взыскать с ФИО1 в его пользу материальный ущерб в размере 872 553 рублей 98 копеек.

Определением судьи от 21 января 2021 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО3 и ФИО2

Представитель ГУ УПФ РФ в Белорецком районе и г. Белорецк РБ, ответчик ФИО1 и третьи лица ФИО3, ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Представитель истца и третьи лица ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие, ответчик об отложении судебного заседания не просил.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что решением Государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Белорецком районе и г. Белорецк Республики Башкортостан с 10 января 2008 года по 21 января 2016 года ФИО3 установлена социальная государственная пенсия по случаю потери кормильца (статья 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»), а также на основании статьи 12.1 Федерального закона от 17 июля 1999 года № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» установлена федеральная социальная доплата к пенсии.

Основанием для установления ФИО3 указанной социальной пенсии по случаю потери кормильца явилось решение Белорецкого городского суда Республики Башкортостан от 24 декабря 2007 года, вступившее в законную силу 10 января 2008 года, которым отец ФИО3 ФИО1 признан безвестно отсутствующим. 

Заявителем об установлении ФИО3 социальной пенсии по случаю потери кормильца являлась ее мать – ФИО2 

Решением Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 26 мая 2020 года решение Белорецкого городского суда Республики Башкортостан от 24 декабря 2007 года, которым ФИО1 был признан безвестно отсутствующим, отменено. Основанием для отмены указанного решения послужило установление места пребывания ФИО1 Указанное решение суда вступило в законную силу 27 июня 2020 года.

Решениями ГУ УПФ РФ в Белорецком районе и г. Белорецк Республики Башкортостан от 12 ноября 2019 года выплаты пенсии и федеральной социальной доплаты к пенсии ФИО3 прекращены с 01 декабря 2019 года.

Всего за период с 10 января 2008 года по 26 июня 2020 года ФИО3 выплачено 872 553 рублей 98 копеек, из которых: социальная пенсия по случаю потери кормильца – 632 406 рублей 38 копеек; федеральная социальная доплата – 240 147 рублей 60 копеек. 

13 ноября 2020 года пенсионным органом ФИО1 направлено уведомление о необходимости возмещения излишне выплаченных сумм в общем размере 872 553 рублей 98 копеек, однако, ущерб не возмещен.

Обращаясь в суд с настоящим иском, пенсионный орган ссылается на то, что сумма социальной пенсии, федеральной социальной доплаты были получены ФИО3 без соответствующих оснований, поскольку ее отец ФИО1 в период выплаты пенсии по потере кормильца проживал в 

<

адрес>, работал вахтовым методом водителем, никуда не пропадал.

Вместе с тем, основания и порядок выплаты социальной пенсии установлены Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» социальная пенсия является одним из видов пенсии по государственному пенсионному обеспечению.

Согласно подпункту 3 пункту 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (в редакции, подлежащей применению к спорным правоотношениям) право на социальную пенсию в соответствии с настоящим Федеральным законом имеют постоянно проживающие в Российской Федерации дети в возрасте до 18 лет потерявшие одного или обоих родителей, и дети умершей одинокой матери.

Таким образом, социальная пенсия по случаю потери кормильца назначается нетрудоспособным гражданам (детям в возрасте до 18 лет) и является одним из видов пенсии по государственному пенсионному обеспечению. Данная пенсия представляет собой ежемесячную государственную денежную выплату, которая предоставляется им в целях обеспечения их средствами к существованию.

В силу статьи 13 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (в редакции, подлежащей применению к спорным правоотношениям) при назначении пенсии по случаю потери кормильца по государственному пенсионному обеспечению применяются нормы Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», регулирующие порядок и условия назначения пенсии по случаю потери кормильца семьям безвестно отсутствующих лиц, усыновленным, усыновителям, пасынкам, падчерицам, отчимам, мачехам, порядок и условия признания члена семьи состоявшим на иждивении погибшего (умершего) кормильца и иные вопросы, связанные с пенсионным обеспечением членов семей умерших, если иные нормы не установлены настоящим Федеральным законом.

Часть 1 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (действовавшего на момент возникновения спорных правоотношений) устанавливала, что право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в установленном порядке.

Как установлено в судебном заседании, выплата социальной пенсии по случаю потери кормильца и федеральной социальной доплаты осуществлялись ФИО3 в соответствии с приведенными положениями Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» и Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», на основании решений Учреждения. Таким образом, указанные выплаты производились ФИО3 на законных основаниях. Факт безвестного отсутствия ФИО1 был установлен решением Белорецкого городского суда Республики Башкортостан от 24 декабря 2007 года, вступившего в законную силу. На момент принятия решений о назначении и выплате ФИО3 социальной пенсии по случаю потери кормильца, федеральной социальной доплаты указанное решение незаконным не признавалось и отменено не было. Следовательно, оно в силу обязательности судебных постановлений, подлежало неукоснительному исполнению, а обстоятельства безвестного отсутствия ФИО1 - обязательному учету при решении вопроса о наличии у ФИО3 права на соответствующее пенсионное обеспечение. При этом, согласно содержанию указанного решения Белорецкого городского суда Республики Башкортостан, решение о назначении и выплате социальной пенсии ФИО3 судом не принималось. Разрешение вопроса о назначении пенсии и иных социальных выплат, а также об осуществлении их начисления находилось исключительно в компетенции Учреждения, которое своими решениями установило ФИО3 соответствующие социальные выплаты. Данные социальные выплаты осуществлялись именно на основании решений истца, при этом указанные решения незаконными не признавались и по указанным основаниям не отменялись. 

Также необходимо учитывать, что в соответствии с действующим правовым регулированием применительно к спорным правоотношениям, основаниями для назначения пенсии по случаю потери кормильца являются решение суда о признании гражданина безвестно отсутствующим и обращение гражданина с заявлением о назначении указанной пенсии. Пенсии по государственному пенсионному обеспечению регулируются нормами пенсионного законодательства, устанавливающими самостоятельные условия их назначения и выплаты. Действующим пенсионным законодательством не предусмотрено возложение на лицо, в связи с признанием которого безвестно отсутствующим выплачена пенсия по случаю потери кормильца, обязанности по возмещению ее выплаты.

Обязанность пенсионного органа назначить и выплачивать пенсию по случаю потери кормильца на период безвестного отсутствия гражданина предусмотрена пенсионным законодательством. Пенсионное законодательство связывает право на назначение пенсии по случаю потери кормильца с фактом удостоверения безвестного отсутствия гражданина в порядке, предусмотренном ст. 42 Гражданского кодекса РФ. При этом, действующим законодательством не предусмотрена возможность взыскания суммы выплаченной пенсии с лица, ранее признанного безвестно отсутствующим.

Сама по себе отмена решения суда о признании гражданина безвестно отсутствующим не является безусловным основанием для взыскания выплаченных государством на содержание ребенка такого лица денежных средств в качестве неосновательного обогащения с получателя этих средств либо с лица, ранее признанного безвестно отсутствующим. Кроме того, решение Белорецкого городского суда Республики Башкортостан от 24 декабря 2007 года, которым ФИО1 был признан безвестно отсутствующим, было отменено в порядке статьи 44 Гражданского кодекса РФ, только в связи с обнаружением места пребывания ФИО1, а не в связи с незаконностью самого решения и установленного на его основании факта безвестного отсутствия ФИО1 

Помимо этого, Учреждение не представило доказательств того, что ФИО1 знал о признании его безвестно отсутствующим и намеренно скрывался с целью того, чтобы ФИО3 выплачивалась пенсия по случаю потери кормильца и иные социальные выплаты. Доказательств, подтверждающих недобросовестность в действиях ответчика, истцом представлено не было.

Доводы пенсионного органа о том, что ФИО1 устранился от содержания своего ребенка, переложив указанную обязанность на государство в лице истца по настоящему делу, а потому он обязан возместить выплаченные ФИО3 суммы пенсий и иных социальных выплат, не могут являться основаниями для взыскания данных сумм с ФИО1

Так, обязанность по содержанию несовершеннолетних детей своими родителями установлена нормами Семейного кодекса Российской Федерации, которые не могут быть применены при разрешении спора между пенсионным органом и гражданином, имеющим обязательства по содержанию детей. Законом не предусмотрена в таких случаях обязанность лица, ранее признавшегося безвестно отсутствующим, компенсировать выплаченную за период его отсутствия пенсию.

Назначение пенсии по случаю потери кормильца и выплата данной пенсии никак не зависит от исполнения или неисполнения ответчиком обязанностей по содержанию несовершеннолетних детей и не связана с уклонением его от этих обязанностей. В данном случае алиментные обязательства ответчик ФИО1 имел не перед истцом, в связи с чем, положения статьей 1064, 1102 Гражданского кодекса РФ к спорным правоотношениям не применимы.

Более того, ответчик ФИО1 денежных средств не получал. Доказательств наличия вины ответчика в причинении истцу имущественного ущерба, а также недобросовестности с его стороны, истцом не представлено, и материалы дела таких доказательств не содержат. Доказательств, которые подтверждали бы наличие умысла в действиях ответчика ФИО1, направленных на выплату пенсии, истцом не приведено.

Исходя из содержания Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», а также решений Учреждения о назначении пенсий и выплат, пенсия по случаю потери кормильца и выплаты были назначены истцом несовершеннолетней ФИО3 не в связи с умышленным уклонением ответчика ФИО1 от выполнения своих родительских обязанностей, а в связи с признанием его судом безвестно отсутствующим по правилам статьи 42 Гражданского кодекса РФ в силу пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». 

Факт умышленного уклонения ответчика ФИО1 от содержания и воспитания ребенка решением суда о признании его безвестно отсутствующим не установлен, доказательств, указывающих на данные обстоятельства, истцом не представлено.

Таким образом, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ГУ УПФ РФ в Белорецком районе и г. Белорецк Республики Башкортостан являются необоснованными, и в их удовлетворении следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, судрешил:

в удовлетворении иска Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Белорецком районе и г. Белорецк Республики Башкортостан к ФИО1 о взыскании излишне выплаченных сумм пенсии отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Оренбургского областного суда через Кувандыкский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: В.А. Полтева

В окончательной форме решение принято 12 марта 2021 года.

Председательствующий: В.А. Полтева