Дело № 2-110/2019 

24RS0047-01-2019-000095-69

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 июля 2019 года гп. Северо-Енисейский

Красноярского края

Северо-Енисейский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Пиджакова Е.А.,

при секретарях Григорьевой Н.В., Кузьменко О.А.,

с участием: представителя истца АО «Красноярскнефтепродукт» - ФИО1, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4, действующей на основании доверенности 

<

адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ – участвующей посредством видеоконференцсвязи через Советский районный суд г. Красноярска,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Акционерного общества «Красноярскнефтепродукт» к ФИО2 о взыскании суммы причиненного ущерба работником, с которым заключен договор о полной материальной ответственности, расходов по оплате государственной пошлины, 

УСТАНОВИЛ:

АО «Красноярскнефтепродукт» обратилось в Северо-Енисейский районный суд Красноярского края с исковым заявлением к ФИО3 о взыскании денежных средств в размере 

<

данные изъяты> руб. в связи с причинением материального ущерба работником, с которым заключен договор о полной материальной ответственности, а также взыскании денежных средств в размере 

<

данные изъяты> руб. в счет компенсации понесенных расходов по оплате государственной пошлины, уплаченной при подаче искового заявления. Требования мотивированы тем, что ФИО3 была принята на должность оператора заправочных станций 

<

данные изъяты> (Далее АЗС) на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №№ и являлась материально ответственным лицом на основании договора о полной коллективной материальной ответственности с членами коллектива АЗС№ от ДД.ММ.ГГГГ, также с ней был заключен договор об индивидуальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ. В обязанности оператора входит отпуск нефтепродуктов покупателям, приемка нефтепродуктов с бензовозов, осуществление контроля за сливом автоцистерн. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 осуществляла прием 

<

данные изъяты> дизельного топлива с бензовоза 

<

данные изъяты>, при этом ошибочно начала слив дизельного топлива из бензовоза в резервуар № вместо резервуара №. Количество топлива подлежащего перекачке составляло 

<

данные изъяты>., а остаточная вместимость резервуара № составляла не более 

<

данные изъяты> л., в результате чего произошел перелив дизельного топлива в размере 

<

данные изъяты> л., что повлекло розлив топлива на землю и его утрату Согласно рабочей инструкции оператора 

<

данные изъяты> разряда от ДД.ММ.ГГГГ оператор обязан осуществлять приемку нефтепродуктов с бензовозов и вести контроль за сливом автоцистерн от начала и до конца слива, также согласно п. 13.5 Правил технической эксплуатации автозаправочных станций (РД 153-39.2-080-01), утвержденных Приказом Минэнерго РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, которые оператор АЗК должен знать в соответствии с должностной инструкцией, при подготовке к сливу нефтепродуктов оператор: организует установку автоцистерны на площадку для слива нефтепродуктов, принимает меры к предотвращению розлива нефтепродуктов, локализации возможных последствий, убеждается в исправности технологического оборудования, трубопроводов, резервуаров, правильности включения запорной арматуры, измеряет уровень и определяет объем нефтепродукта в резервуаре, указанные требования выполнены ответчиком не были, вину она признала, пояснив, что ошибочное подключение устройств сливы цистерны к резервуару № она допустила в связи с большим потоком клиентов на АЗС, в связи с чем, произошла утрата дизельного топлива в количестве 

<

данные изъяты>, АО «Красноярскнефтепродукт» причинен ущерб в размере 

<

данные изъяты> рублей. Факт причинения материального ущерба подтверждается служебной запиской и.о. начальника Северо-Енисейского участка филиала «Северный» АО «Красноярскнефтепродукт» ФИО7, товарно-транспортной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ, письменным объяснением ФИО3, заключением по результатам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в адрес ФИО3 была направлена претензия о возмещении вреда, причиненного предприятию с предложением погасить имеющуюся недостачу в течение 1 месяца с момента получении претензии, претензия получена ДД.ММ.ГГГГ, однако до настоящего момента сумма ущерба не погашена.

Представитель истца ФИО1, исковые требования поддержала в полном объеме, просила иск удовлетворить.

Ответчик ФИО3 исковые требования не признала в полном объеме, просила суд отказать в удовлетворении заявленных требований, так как истцом не представлено доказательств размера ущерба, не представлены материалы инвентаризации после разлива нефтепродуктов от ДД.ММ.ГГГГ, из заключения комиссии следует, что служебная проверка проводилась без выезда на АЗС, исключительно по письменным материалам и объяснениям, стороной ответчика не были произведены ликвидационные мероприятия, поэтому доказательств факта розлива нефтепродукта, именно в данном объеме не имеется, кроме того, размер ущерба произведен в размере рыночной стоимости с учетом упущенной выгоды.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 просила отказать в удовлетворении исковых требований, так как по итогам судебного разбирательства считает, что стороной истца до настоящего времени так и не был доказан размер ущерба. Данное утверждение основано на следующем: после разлива истцом не была проведена инвентаризация, при том, что необходимость инвентаризации при порче имущества, к которой относится в том числе и разлив подтверждается следующими подзаконными актами: разделом 9 Инструкции о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР (утв. письмом Госкомнефтепродукта СССР от 15 августа 1985 г. N06/21-8-446; пунктом 1.5 Приказа Минфина РФ от 13.06.1995 N49 (ред. от 08.11.2010) "Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств"; пунктом 28 Приказа Минфина России от 29.07.1998 N34н (ред. от 11.04.2018) "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации". Отсутствие инвентаризации привело к следующим последствиям: изначально объем разлитого топлива зафиксирован только в заправочной книге и объяснительных. Как следует из объяснений ФИО9 подсчет количества разлитого топлива проводился и фиксировался на листе бумаги, который позже она сдала. В суде истец делает свои выводы на основании объяснительной ФИО9, в котором зафиксирован уровень нефтепродукта по резервуарам на момент разлива. Кроме того, ни объяснительной ФИО9, ни в расчете истца, представленном в суд, не учтена естественная убыль. Согласно п. 9.35 Инструкции о порядке поступления. хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях Расчет естественной убыли нефтепродуктов составляется при определении окончательных результатов инвентаризации и только в случае определения (после зачета недостач излишками по пересортице) недостачи по количеству по форме N34-НП. На момент разлива для расчета естественной убыли действовал Приказ Минэнерго России от 13.08.2009 N364 (ред. от 17.09.2010) "Об утверждении норм естественной убыли нефтепродуктов при хранении". Расчет, представленный истцом в суд, опять же основан на данных уровня нефтепродукта согласно объяснительной ФИО9, но при этом расчет не согласуется с объяснительной. В частности, согласно объяснительной после разлива из 3 резервуара топливо сливалось и перекачивалось во 2 резервуар, а остатки нефтепродуктов были залиты в 5 резервуар. То есть 1 резервуар никак в этих процессах не участвовал, однако в нем также оказалось больше топлива. Согласно п. 9.37 Инструкции о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР, для непосредственного проведения инвентаризации нефтепродуктов создаются рабочие комиссии в составе: представителя руководства нефтебазы, комбината (управления) автообслуживания (председатель комиссии); работника бухгалтерии и других опытных работников, имеющих навыки инвентаризации нефтепродуктов. Таким образом, у АЗС № имелось достаточное количество работников, которые могли провести инвентаризацию согласно установленным нормам и перекрывать станцию не было необходимости. В нарушение п. 16.5. Правил технической эксплуатации автозаправочных станций в сменном отчете не нашло отражение что топливо заливалось в различные резервуары. Истцом нарушались условия труда ответчика согласно Правил технической эксплуатации автозаправочных станций РД 153-39.2-080-01. Так, в целях исключения разлива нефтепродукта вследствие переполнения резервуара максимальный объем заполнения не должен превышать 95 %. Между тем, резервуары истца не оборудованы отсечными клапанами, что и привело к переливу дизельного топлива. Также истцом не заключен надлежащим образом договор о полной материальной ответственности с ответчиком. Согласно п.5 Договора, он вступает в силу с момента его подписания. На копии договора ответчика отсутствует подпись руководителя АО «КНП», поэтому считается не заключенным. Дополнительно пояснила, что ФИО3 не присутствовала при измерениях и подведения окончательной цифры перелива узнала со слов ФИО9 Ни какие акты не подписывала.

В судебное заседание представитель третьего лица ФИО20 не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, о чем свидетельствует письменное заявление (том № л.д.147, 222). Причины не явки суду не сообщил, ходатайств об отложении слушания по делу суду не поступало.

Исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат (часть 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации исключается материальная ответственность работника в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами (статья 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Частями 1 и 2 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины (часть 3 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации).

При добровольном возмещении ущерба степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется по соглашению между всеми членами коллектива (бригады) и работодателем. При взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется судом (часть 4 статьи 245 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. N 823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" Министерству труда и социального развития Российской Федерации поручено в том числе разработать и утвердить перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества, а также типовую форму договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Такой перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного имущества, и типовая форма договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности утверждены постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85 (приложения N 3 и 4 соответственно к названному постановлению).

Как следует из содержания типовой формы договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности (приложение N 4 к постановлению Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85), решение работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности оформляется приказом (распоряжением) работодателя и объявляется коллективу (бригаде). Приказ (распоряжение) работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности прилагается к договору о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. Комплектование вновь создаваемого коллектива (бригады) осуществляется на основе принципа добровольности. При включении в состав коллектива (бригады) новых работников принимается во внимание мнение коллектива (бригады). Руководитель коллектива (бригадир) назначается приказом (распоряжением) работодателя. При этом принимается во внимание мнение коллектива (бригады). При смене руководства коллектива (бригадира) или при выбытии из коллектива (бригады) более 50 процентов от его первоначального состава договор должен быть перезаключен. Договор не перезаключается при выбытии из состава коллектива (бригады) отдельных работников или приеме в коллектив (бригаду) новых работников. В этих случаях против подписи выбывшего члена коллектива (бригады) указывается дата его выбытия, а вновь принятый работник подписывает договор и указывает дату вступления в коллектив (бригаду).

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт (часть 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Работник не может быть привлечен к материальной ответственности, если ущерб возник вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику. Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, может служить основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, если это явилось причиной возникновения ущерба (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю").

Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 4 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом.

Бремя доказывания наличия совокупности названных выше обстоятельств, дающих основания для привлечения работника к материальной ответственности, законом возложено на работодателя. Работодатель, кроме того, обязан доказать отсутствие предусмотренных статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, а также доказать исполнение им обязанности по обеспечению надлежащих условий для сохранности имущества, вверенного работнику.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником работодатель обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения настоящего спора, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относятся: наличие прямого действительного ущерба у работодателя - АО "Красноярскнефтепродукт" и его размер; соблюдение работодателем предусмотренных законом правил установления полной индивидуальной материальной ответственности оператора заправочной станции автомобильной заправочной станции № Филиал «Северный» АО "Красноярскнефтепродукт"; противоправность действий или бездействия работника автомобильной заправочной станции №, с которой работодателем был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности; причинная связь между поведением работника ФИО3, и наступившим у Филиал «Северный» АО "Красноярскнефтепродукт" ущербом; степень вины работника в причинении ущерба; наличие оснований для привлечения ФИО3 к ответственности за ущерб, причиненный работодателю работником при исполнении трудовых обязанностей; и отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника ФИО3

Из исследованных в суде письменных доказательств представленных сторонами и свидетельских показаний следует. 

В соответствии с приказом №№ от ДД.ММ.ГГГГ, трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 принята на работу оператором заправочных станций в филиал 

<

данные изъяты> (том № л.д.5, 6-8).

Согласно Договору о полной коллективной материальной ответственности, ОАО «Крсноярскнефтепродукт» именуемый в дальнейшем «работодатель» в лице директора филиала «Северный» ФИО10 с одной стороны, и члены коллектива, в лице руководителя коллектива ФИО9, заключили договор о том, что коллектив принимает на себя коллективную материальную ответственность за не обеспечение сохранности нефтепродукта, вверенного для приема, хранения и отпуска, а также за ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам, а Работодатель обязуется создать коллективу условия, необходимые для надлежащего исполнения принятых обязательств по Договору. Члены коллектива, в том числе ФИО3 с Договором ознакомлена без даты, подпись имеется. Договор вступает в законную силу с ДД.ММ.ГГГГ (пункт 16) (том № л.д.9-12).

ДД.ММ.ГГГГ между АО «Красноярскнефтепродукт», далее именуемое «Работодатель», в лице директора филиала «Северный» ФИО11, и оператором заправочных станций 4 разряда ФИО2, именуемой в дальнейшем «работник», заключен Договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому, работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, товарно-материальных ценностей, а также ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (том № л.д.13-14).

В соответствии с рабочей инструкцией оператора 4 разряда, утвержденной директором филиала «Северный» ДД.ММ.ГГГГ следует, что оператор АЗК 4 разряда относиться к категории рабочих. Пунктом 2.12 предусмотрено, что оператор обязан перед сливом нефтепродукта: убедиться в исправности резервуара и его оборудования; измерить уровень нефтепродукта в резервуаре для определения остатка и вместимости принимаемого груза; принять меры по предотвращению розлива нефтепродукта. С рабочей инструкцией ФИО3 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.15-20)

По результатам заключения служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ проведенной в 

<

адрес> установлено, что членами комиссии, в составе ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 проведена служебная проверка по факту недостачи на АЗС № АО «Красноярскнефтепродукт». Из представленных комиссии документов следует, что оператор АЗС № ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ осуществляла прием 29,039 тонн дизельного топлива с бензовоза 

<

данные изъяты> Оператор ФИО3 ошибочно начала слив дизельного топлива из бензовоза в резервуар № вместо резервуара №. Так как количество топлива, подлежащего перекачке составляло 

<

данные изъяты> литров, а остаточная вместимость резервуара № составляла не более 

<

данные изъяты> куб. м., произошел перелив дизельного топлива в размере 

<

данные изъяты> куб.м., что повлекло его утрату. В объяснении ФИО3 указала на ошибочное подключение к резервуару № в связи с большим потоком клиентов на АЗС. В результате утраты нефтепродуктов обществу причинен ущерб в размере 

<

данные изъяты> рубль (том № л.д.21-23).

С результатами заключения служебной проверки, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 отказалась знакомиться, что зафиксировано в Акте от ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.24).

По товарно-транспортной накладной № от ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО16 передал, а оператор АЗС ФИО3 приняла дизельное топливо в количестве 

<

данные изъяты> тонн, либо 

<

данные изъяты> литров (том № л.д.25).

Из расчета суммы ущерба от ДД.ММ.ГГГГ следует, что сумма ущерба составляет 

<

данные изъяты> рубль исходя из следующей формулы: 

<

данные изъяты> литр дизельного топлива, стоимость действующая на АЗС № на ДД.ММ.ГГГГ (том № л.д.26). 

Из объяснительной оператора АЗС 122 ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ она производила прием дизельного топлива по ТТП № от ДД.ММ.ГГГГ. Бензовоз объемом 

<

данные изъяты> необходимо было слить в резервуар №. Из-за большой потока клиентов, ею ошибочно были перепутаны задвижки резервуаров № с №. Часть топлива была слита в резервуар №, в связи с тем, что резервуар № был заполнен полностью произошел розлив нефтепродукта. После слива бензовоза в резервуар № полностью, были произведены замеры уровня нефтепродукта в резервуарах. В итоге выявлена недостача 

<

данные изъяты>. (том № л.д.27).

Из служебной записки бухгалтера-кассира ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ оператором АЗС 122 ФИО3 при приеме топлива с бензовоза 

<

данные изъяты> в резервуар № произошел перелив дизельного топлива в количестве 

<

данные изъяты> метр.куб. Общая недостача составила 

<

данные изъяты>.куб. (том № л.д.28).

В адрес ответчика ФИО3 Филиалом «Северный» АО «Красноярскнефтепродукт» направлена претензия о возмещении ущерба, причиненного предприятию работником на сумму 

<

данные изъяты> руб. (том № л.д.29).

Анализируя выше представленные доказательства, которые в суде по существу ответчик ФИО3 признала, что по её вине, перепутала резервуары № на № и при приеме дизельного топлива из автоцистерны автомобиль 

<

данные изъяты> государственный номер №, принадлежащий ООО «

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ произошел разлив нефтепродукта на землю, суд считает обоснованным требование истца о причинении Филиалу «Северный» АО «Красноярскнефтепродукт» ущерба от виновных действий оператора 4 разряда ФИО3 по факту перелива дизельного топлива на землю.

Вместе с тем, суд не может согласиться с доказательством предоставленным истцом о наличие прямого действительного ущербау работодателя - АО "Красноярскнефтепродукт"и его размера, согласно представленному расчету на сумму ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб.

Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя (ст. 238 ТК РФ).

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Из п. 2 ч. 1 ст. 243 ТК РФ следует, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в том числе, в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Анализируя предоставленные стороной истца и ответчика доказательства исследованные в суде следует, что согласно Договору о полной индивидуальной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ оператор 4 разряда АЗС 122 ФИО3 приняла на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ей работодателем имущества, товарно-материальных ценностей, а также ущерб, возникший у Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (том № л.д.13-14). Договор суд признаёт заключенным, и на ДД.ММ.ГГГГ является действующим, поскольку подписан сторонами. С доводом ответчика ФИО3, её представителя ФИО4 о том, что указанный Договор не заключен, суд согласиться не может, так как в материалах дела имеется копия указанного Договора, заверенная надлежащим образом, с подписями сторон, в том числе ответчика ФИО3 и директора филиала «Северный» ФИО11, оригинал предоставлен суду для обозрения. В суде ФИО3 подтвердила свою роспись в Договоре, и не смогла пояснить об отсутствии подписи ФИО11 в экземпляре её Договора.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом (ст. 247 ТК РФ).

Согласно положениям п. п. 26, 27, 28 Приказа Минфина России от 29 июля 1998 г. N 34н "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации", для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка. Проведение инвентаризации обязательно: перед составлением годовой бухгалтерской отчетности; при смене материально ответственных лиц; при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

К обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

Из материалов дела следует, а также подтверждается пояснениями представителя истца ФИО1, что доказательствами, подтверждающими причиненный ущерб истцу со стороны ответчика являются письменные объяснения ФИО3, ФИО9, замерной книгой Северо-Енисейский участок АЗС-122. 

Однако, из пояснений ФИО9 данных в суде следует, что по факту розлива дизельного топлива ДД.ММ.ГГГГ она принимала участие в устранении чрезвычайной ситуации, прибыла по звонку директора. Не может утверждать, что ФИО3 постоянно находилась на месте перелива топлива рядом с ней. После окончания сбора разлитого топлива она (

<

данные изъяты>) произвела замеры в резервуарах, однако ни какого письменного Акта не составляла, и не просила ФИО3, где-либо расписываться за результаты количества разлитого топлива. Участие в проведенииинвентаризации не принимала; Из пояснений ответчика ФИО3 данных в суде следует, что после обнаружения перелива дизельного топлива, произвела первый ликвидационный период, собранное топливо насосом перекачали во второй резервуар. ФИО21 делала замеры, а её (ФИО3) не приглашали. Ни какой комиссии по бухгалтерской отчетности АЗС-122 и проведению инвентаризации имущества в виде разлитого дизельного топлива не создавалось, и инвентаризация не проводилась. С результатами инвентаризации её (ФИО3) не знакомили. В замерной книге на ДД.ММ.ГГГГ подпись стоит её (ФИО3), однако не её рукой внесен объем разлитого топлива; Согласно выписке из замерной книги Северо-Енисейский участок АЗС-122 следует, что ДД.ММ.ГГГГ дежурство осуществляли операторы ФИО3, и ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ проводилась ревизия. После ревизии недостача дизельного топлива на ДД.ММ.ГГГГ составила 

<

данные изъяты> сумме резервуара № и резервуара № – 7042. На ДД.ММ.ГГГГ недостача дизельного топлива составила 

<

данные изъяты> по сумме резервуара № и резервуара № – 

<

данные изъяты>. На ДД.ММ.ГГГГ недостача дизельного топлива составила 

<

данные изъяты> по сумме резервуара №, резервуара № и резервуара № – 11201 (л.д.95-97).

Исследовав указанные письменные материалы, а также анализируя представленные стороной истца, письменные доказательства по делу, в том числе расчет количества разлитого дизельного топлива (том № л.д.11), суд приходит к выводу, что Филиал «Северный» АО «Красноярскнефтепродукт» не представил суду, в силу доказательств наличия прямого действительного ущерба причиненного истцу.

Так, комиссия, созданная для проведения служебной проверки по факту недостачи на АЗС № АО «Красноярскнефтепродукт», в составе ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, на место в гп. Северо-Енисейский не выезжали, в нарушение пункта 9.2 «Инструкции о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР» (в редакции писем Госкомнефтепродукта СССР от 02.06.1987 №06-21/374, от 30.11.1987 №04-21/760), пунктов 26, 27, 28 Приказа Минфина России от 29 июля 1998 г. N 34н "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федераци» - инвентаризацию, которая проводится в обязательном порядке при установлении факта разлива дизельного топлива ДД.ММ.ГГГГ, не проводили. Выводы о причиненной сумме ущерба и колличестьве разлитого дизельного топлива, сделали на основании письменных объяснений операторов АЗС-122 ФИО3, ФИО9, служебных записок директора Филиала «Северный» ФИО11, бухгалтера ФИО7, ТТН № от ДД.ММ.ГГГГ, рабочей инструкции оператора АЗС 4 разряда, приказа о приеме на работу ФИО3, Договора о полной коллективной материальной ответственности с членами коллектива АЗС № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, судом установлено, что достоверно комиссия, созданная для проведения служебной проверки по факту недостачи на АЗС № АО «Красноярскнефтепродукт» не установила количество разлитого ДД.ММ.ГГГГ дизельного топлива, а цифры 

<

данные изъяты> литров взяли из объяснения ФИО9 ФИО2 возразила и не согласилась в суде с указанным размером, поскольку не участвовала в проведении замера разлитого нефтепродукта, что подтвердила в суде свидетель ФИО9 В связи с чем, считать объем разлитого дизельного топлива ДД.ММ.ГГГГ от виновных действий оператора ФИО3 в размере 

<

данные изъяты> литров объективным и установленным, суд не может. А значит и не установлена сумма ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб.

По этим же основаниям, суд не соглашается с расчетом объема ущерба представленным представителем истца ФИО1 (том № л.д.11).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ «№ ФИО3 уволена с работы ДД.ММ.ГГГГ по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Основанием к увольнению явилось заявление ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд, оценив представленные доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, приходит к выводу о том, что истец не представил достаточных и убедительных доказательств, подтверждающих факт причинения ФИО3 филиал «Северный» АО «Красноярскнефтепродукт» ущерба в размере 

<

данные изъяты> руб., в связи с чем не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

При этом суд указывает на отсутствие доказательств размера материального ущерба, так как из дела видно, что инвентаризация имущества, финансовых активов и обязательств не проводилась; заявленные истцом в заявлении исковые требования на сумму в размере 

<

данные изъяты> руб. не мотивированы, не могут быть расценены как прямой действительный ущерб, причиненный противоправными действиями (бездействием) ответчика. Иных доказательств причинения ответчиком прямого действительного ущерба в указанном размере суду не представлено.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, суд считает необходимым отказать в удовлетворении требования о взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований Акционерного общества «Красноярскнефтепродукт» к ФИО2 о взыскании суммы причиненного ущерба работником, с которым заключен договор о полной материальной ответственности, расходов по оплате государственной пошлины отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение 30 дней с момента составления мотивированного решения суда 08 июля 2019 года, через Северо-Енисейский районный суд Красноярского края

Председательствующий Е.А. Пиджаков