Дело № 2-7/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 февраля 2018 года г.Ижевск

Октябрьский районный суд г.Ижевска в составе:

председательствующего судьи Биянова К.А.,

при секретаре Емельяновой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Требования мотивированы тем, что 19.02.2017 года в 13-00 час. напротив дома 124 по ул. Карла Маркса в г.Ижевске произошло ДТП, в результате которого был поврежден принадлежащий истцу автомобиль Порше Кайен г/н 

<

номер>. Также в результате ДТП истцу были причинены телесные повреждения.

По мнению истца, ДТП произошло по вине водителя автомобиля Ситроен г/н 

<

номер> ФИО2, которая на регулируемом перекрестке при выполнении поворота налево на зеленый сигнал светофора не уступила дорогу автомобилю Порше Кайен г/н 

<

номер>, двигавшемуся со встречного направления прямо.

В действиях водителя ФИО2 инспектором ГИБДД было установлено нарушение требований п. 13.4 Правил дорожного движения, за нарушение которого она была привлечена к административной ответственности.

Гражданская ответственность истца как владельца автомобиля Порше Кайен на момент ДТП была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах».

Гражданская ответственность ФИО2 на момент ДТП была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия».

Для получения страхового возмещения истец обратился к страховщику.

Страховщик СПАО «РЕСО-Гарантия» признал ДТП страховым случаем и выплатил истцу страховое возмещение в пределах лимита ответственности 400000 руб.

Однако, размер причиненного истцу ущерба в виде стоимости восстановительного ремонта транспортного средства превышает указанную сумму.

Согласно отчету ООО «ЭПА «Восточное» стоимость восстановительного ремонта автомобиля составляет 976826 руб.

В связи с этим, истец просил взыскать с ответчика сумму материального ущерба в размере 576826 руб., составляющую разницу между фактическим размером ущерба и лимитом ответственности страховой компании; взыскать судебные расходы по оплате услуг оценщика в размере 15000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 руб., расходы по оформлению доверенности в размере 1000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 8968,26 руб.

В последующем, с учетом выводов судебной экспертизы представитель истца уменьшил размер исковых требований в части взыскания ущерба до суммы 455574 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание, извещенный о времени и месте его проведения, не явился, просил рассмотреть дело без его участия. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено без участия истца.

В судебном заседании от 25.10.2017 г. истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить.

По обстоятельствам ДТП пояснил, что 19.02.2017 г. управлял принадлежащим ему автомобилем Порше Кайен. Двигался по ул. Карла Маркса со стороны железнодорожного вокзала в сторону ул. Чугуевского. Перед перекрестком с улицей Чугуевского двигался по крайней левой полосе движения со скоростью около 60 км/ч. Для него горел зеленый сигнал светофора и он продолжил движение через перекресток без остановки.

В это время со встречного направления движения на перекресток выехал автомобиль Ситроен, начал совершать поворот налево и не уступил ему дорогу, в результате чего произошло столкновение автомобилей.

Автомобиль Ситроен перед столкновением двигался, не останавливался. В момент выезда автомобиля Ситроен на его полосу движения, расстояние между ними было 5-6 метров. Применением торможения избежать столкновения не удалось.

Столкновение произошло передней частью автомобиля Порше Кайен с правой задней дверью и правым задним крылом автомобиля Ситроен.

Вместе с ним в автомобиле находились еще три пассажира.

В момент ДТП на перекрестке находился еще один автомобиль. Он находился на трамвайных путях и пропускал автомобили. На видеорегистратор данного автомобиля был снят момент аварии. Видеозапись ДТП, которая находится в материалах дела, была предоставлена водителем указанного автомобиля – очевидцем ДТП.

Считает, что ДТП произошло только по вине водителя автомобиля Ситроен.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание, извещенная о времени и месте его проведения, не явилась, о причинах неявки не сообщила. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено без участия ответчика.

В судебном заседании от 25.10.2017 г. ответчик исковые требования не признала, в удовлетворении иска просила отказать.

По обстоятельствам ДТП пояснила, что 19.02.2017 г. управляла автомобилем Ситроен. Автомобиль принадлежит ее матери ФИО3 Автомобилем управляла на законном основании по доверенности, также была включена в полис ОСАГО. Вместе с ней в автомобиле находился сын.

Двигалась по ул. Карла Маркса со стороны центра в сторону железнодорожного вокзала. На перекрестке с улицей Чугуевского нужно было повернуть налево. Она становилась перед перекрестком в левой полосе на красный сигнал светофора. 

После включения зеленого сигнала светофора приступила к совершению поворота. Сначала уступила дорогу трамваю, после чего выехала на трамвайные пути и остановилась, чтобы пропустить встречный транспорт. На встречной полосе первыми остановились автомобили в правом ряду, затем в среднем. Крайний левый ряд был свободен. 

В этом момент сигнал светофора сменился на зеленый мигающий, и она начала движение. Двигалась медленно. Доехала примерно до центра дороги, и произошло столкновение автомобилей. 

Автомобиль Порше Кайен увидела только в момент проезда перекрестка. Он двигался по левому ряду. До столкновения автомобиль Порше Кайен не видела, так как, возможно, он двигался сначала по среднему ряду, а потом перестроился в левый ряд.

На полосу автомобиля Порше Кайен выехала на мигающий зеленый сигнал светофора. Какой сигнал светофора горел для истца, в момент его выезда на перекресток, не видела.

Также пояснила, что двигавшийся перед ней автомобиль, в момент ДТП совершал на перекрестке разворот. Была ли сделана видеозапись ДТП на видеорегистратор указанного автомобиля ей не известно.

Свою вину в совершении ДТП и причинении вреда имуществу истца не признает. Считает, что при выполнении маневра убедилась в его безопасности.

Считает, что ДТП произошло по вине истца, который, возможно, проехал перекресток на запрещающий сигнал светофора. Также считает, что истец двигался без учета погодных условий и на высокой скорости – 60-70 км/ч.

Считает, что в рамках производства по делу об административном правонарушении к административной ответственности за нарушение требований п. 13.4 ПДД была привлечена не обоснованно.

Представитель истца в судебном заседании уменьшенные исковые требования поддержал, просил удовлетворить иск в полном объеме.

Считает, что ДТП произошло по вине ответчика, которая при совершении поворота налево на регулируемом перекрестке не уступила дорогу автомобилю под управлением истца, двигавшемуся на разрешающий движение сигнал светофора со встречного направления прямо, чем нарушила требования п. 13.4 ПДД.

Доводы ответчика о том, что истец проехал перекресток на запрещающий движение сигнал светофора, считает не обоснованными.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал, в удовлетворении иска просил отказать.

Считает, что ДТП произошло по вине самого истца, который заехал на перекресток на красный сигнал светофора.

Считает, что вина ответчика в совершении ДТП объективными доказательствами не подтверждена; представленные истцом доказательства подлежат критической оценке. Считает, что представленная в материалах административного дела видеозапись не имеет отношения к исследуемому ДТП; свидетели являются родственниками истца и заинтересованы в исходе дела.

От предоставления доказательств имущественного положения ответчика отказался.

Третье лицо ФИО3, представители третьих лиц ПАО СК «Росгосстрах», СПАО «РЕСО-Гарантия» в судебное заседание, извещенные о времени и месте его проведения, не явились, о причинах неявки не сообщили. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено без участия третьих лиц.

Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы дела, материалы дела об административном правонарушении по факту ДТП, суд установил следующее.

19.02.2017 г. около 13-00 час. на регулируемом перекрестке улиц Карла Маркса и Чугуевского в г.Ижевске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Порше Кайен г/н 

<

номер> под управлением истца ФИО1 и автомобиля Ситроен г/н 

<

номер> под управлением ответчика ФИО2

При этом автомобиль Порше Кайен совершал проезд перекрестка по проезжей части ул. Карла Маркса в прямом направлении, а автомобиль Ситроен двигался со встречного направления и совершал маневр поворота налево.

При проезде перекрестка на полосе движения автомобиля Порше Кайен произошло столкновение правой передней частью автомобиля Порше Кайен с задней правой боковой частью автомобиля Ситроен.

В результате ДТП транспортные средства получили механические повреждения. Истцу ФИО1 в результате ДТП причинены телесные повреждения.

Автомобиль Порше Кайен на момент ДТП принадлежал истцу на праве собственности, что подтверждается копией свидетельства о регистрации транспортного средства.

Гражданская ответственность истца на момент ДТП была застрахована в страховой компании ПАО СК «Росгосстрах».

Автомобиль Ситроен на момент ДТП принадлежал на праве собственности третьему лицу по делу ФИО3, что следует из копии свидетельства о регистрации транспортного средства.

Гражданская ответственность владельца автомобиля Ситроен на момент ДТП была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия» по полису ОСАГО от 25.10.2016 г. с лимитом ответственности 400000 руб.

Согласно полису ОСАГО, ответчик ФИО2 была допущена к управлению указанным автомобилем.

Как пояснила ответчик, автомобилем в момент ДТП она управляла дополнительно на основании доверенности, выданной собственником автомобиля. 

Исходя из представленных сторонами доказательств, обстоятельств ДТП, зафиксированных в материалах административного дела, суд считает необходимым исковые требования о взыскании ущерба удовлетворить по следующим основаниям.

Истец считает, что ДТП и причинение вреда его имуществу произошло по вине ответчика ФИО2, управлявшей автомобилем Ситроен, в действиях которой имеет место нарушение требований п. 13.4 Правил дорожного движения.

Согласно требованиям пункта 13.4 ПДД при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Доводы истца о нарушении ответчиком указанных требований Правил дорожного движения, суд находит обоснованными.

В частности, истец по обстоятельствам ДТП пояснил, что 19.02.2017 г. управлял автомобилем Порше Кайен, двигался по ул. Карла Маркса. Перекресток с улицей Чугуевского проезжал в прямом направлении по крайней левой полосе со скоростью около 60 км/ч. на зеленый сигнал светофора. 

Выехавший на перекресток со встречного направления с поворотом налево автомобиль Ситроен не уступил ему дорогу, в результате чего произошло столкновение автомобилей.

Пояснения истца об обстоятельствах ДТП находят подтверждение показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей КМА и КМШ

В частности, свидетель КМА пояснил, что истец является его братом. В момент ДТП он находился в автомобиле Порше Кайен под управлением истца. Сидел на переднем пассажирском сиденье.

Они двигались по ул. Карла Маркса по левой полосе со скоростью около 60 км/ч. В направлении их движения было три полосы. 

На перекрестке со встречного направления совершал поворот налево автомобиль Ситроен, с которым произошло столкновение.

Столкнулись передней частью автомобиля Порше Кайен с задней правой частью автомобиля Ситроен.

На перекресток их автомобиль выехал на зеленый сигнал светофора.

Автомобиль Ситроен выехал перед ними метров за 5-6. Столкновение произошло секунды за 1,5, внезапно. Во время происшествия шел снег, на дороге была грязь со снегом.

На перекрестке также находился еще один автомобиль ФИО4, который уехал. 

Свидетель КМШ в судебном заседании пояснил, что в день ДТП он находился в автомобиле под управлением истца. Сидел на заднем сиденье посередине. Было зимнее время, шел снег, на дороге была слякоть. Следил за дорогой, так как сам является водителем.

Они двигались по ул. Карла Маркса. Двигались по крайней левой полосе со скоростью около 60 км/ч. Полосу движения не меняли. На перекрестке с улицей Чугуевского произошло столкновение с автомобилем Ситроен, который поворачивал налево.

Когда он понял, что столкновение с автомобилем Ситроен избежать не удастся, он посмотрел на светофор. На дальнем светофоре для них горел зеленый сигнал.

Автомобиль Ситроен двигался, не останавливаясь на трамвайных путях. В момент, когда автомобиль Ситроен оказался на их полосе движения, расстояние между автомобилями составляло 5-6, 7-8 метров. Столкновение произошло очень быстро, секунды за 1,5.

Рядом с автомобилем Ситроен на перекрестке находился автомобиль ФИО4, водитель которого пропускал встречный транспорт.

Из пояснений истца и показаний свидетелей следует, что истец проезжал перекресток на разрешающий движение сигнал светофора; автомобиль Ситроен совершал маневр поворота налево.

Факт выполнения на регулируемом перекрестке маневра поворота налево и на разрешающий движение сигнал светофора на ул. Карла Маркса подтверждается и пояснениями самого ответчика ФИО2 

В частности, ФИО2 пояснила, что завершала маневр левого поворота на зеленый мигающий сигнал светофора, столкновение произошло с автомобилем истца, который проезжал перекресток прямо. На полосу движения автомобиля Порше Кайен она выехала на мигающий зеленый сигнал светофора.

Пояснения ответчика ФИО2 об обстоятельствах выполненного ею маневра поворота налево находят подтверждение показаниями свидетеля ТНА

Свидетель ТНА в судебном заседании пояснил, что ответчик ФИО2 является его матерью. В день ДТП он находился в автомобиле Ситроен, под управлением ответчика. Сидел на переднем пассажирском сиденье.

Двигались по ул. Карла Маркса со стороны центра в сторону железнодорожного вокзала. На перекрестке с улицей Чугуевского им надо было повернуть налево.

На зеленый сигнал светофора на ул. Карла Маркса заехали на перекресток. Пропустили трамвай, остановились на трамвайных путях. Пропускали встречные автомобили. Когда сигнал светофора сменился на зеленый мигающий, они начали движение на ул. Чугуевского, внезапно произошло столкновение.

Автомобиль Порше Кайен он увидел только перед самым столкновением. Данный автомобиль двигался по крайней левой полосе. 

Какой сигнал светофора горел для встречного движения, он не видел, но на их светофоре горел зеленый мигающий сигнал. После ДТП он приходил на перекресток и смотрел, как работает светофор. Видел, что когда с их стороны мигает зеленый, то для встречного движения уже секунды 2-3 горит красный сигнал светофора.

Когда они начали движение, на средней и правой полосе встречного движения автомобили уже остановились. Была ли свободна левая полоса движения, пояснить не может.

В момент, когда произошло столкновение, их автомобиль располагался уже на второй (средней) полосе встречного направления движения. С момента начала движения до столкновения прошло 3-4 секунды.

Из пояснений участников ДТП также следует, что на перекрестке в момент ДТП находился еще один автомобиль, который совершал маневр разворота.

Видеозапись с видеорегистратора, установленного в данном автомобиле, приобщена к материалам административного дела.

На видеозаписи зафиксировано движение автомобиля с видеорегистратором по ул. Карла Маркса в сторону железнодорожного вокзала и выполнение маневра разворота данным автомобилем на перекрестке улиц Карла Маркса и Чугуевского.

Также на видеозаписи зафиксировано начало включения зеленого сигнала светофора в направлении движения по ул. Карла Маркса.

Момент столкновения автомобилей на видеозаписи не зафиксирован, однако, записан разговор лиц, находящихся в данном автомобиле, из которого следует, что произошло столкновение транспортных средств.

На видеозаписи зафиксирован звук столкновения автомобилей и вылет осколков от произошедшего столкновения.

Из видеозаписи следует, что автомобиль с видеорегистратором, двигался в попутном направлении с автомобилем Ситроен (по ул. Карла Маркса в сторону железнодорожного вокзала) и до завершения разворота на перекрестке улиц Карла Маркса и Чугуевского пропускал встречный транспорт по ул. Карла Маркса, находясь на трамвайных путях, тогда как автомобиль, названный на видеозаписи как «Красный» начал движение. Столкновение произошло с автомобилем, который на видеозаписи назван «Порш». 

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства цвет автомобиля Ситроен – красный.

Исходя из содержания видеозаписи (видео и аудио содержания), зафиксированной на ней дорожной обстановки в целом, объяснений участников ДТП, оснований считать, что видеозапись не относится к исследуемому ДТП, суд не усматривает.

В рамках административного дела была проведена автотехническая экспертиза, по результатам которой экспертом был сделан следующий вывод:

«Если звук удара, который слышен на видеозаписи после женского эмоционального восклицания и перед мужским голосом «Попали!», является звуком, возникшим в результате столкновения автомобилей Порше и Ситроен, то столкновение данных транспортных средств произошло на зеленый мигающий сигнал светофора для водителя автомобиля Порше и на основной зеленый (немигающий) сигнал светофора для водителя автомобиля Ситроен.

При этом в указанной дорожной ситуации водитель автомобиля Порше пересек линию своего светофорного объекта и двигался через перекресток на зеленый основной или зеленый мигающий сигнал своего светофора, а водитель автомобиля Ситроен совершал на перекрестке маневр поворота налево и двигался до столкновения на основной зеленый (немигающий) сигнал своего светофора».

По ходатайству стороны истца по делу проведена судебная автотехническая и оценочная экспертиза в АНО «Агентство судебных экспертиз по УР».

По результатам исследования, эксперт-автотехник пришел к следующим выводам:

1) Исходя из видеозаписи, имеющейся в материалах дела об административном правонарушении, сведений о режиме работы светофоров на перекрестке, если звук удара, который слышен на видеозаписи в процессе женского нецензурного выражения после женского голоса: «Едет там Порш» и перед мужским голосом «Попали!», является звуком, возникшим в результате столкновения автомобилей Порше Кайен и Ситроен, то столкновение данных транспортных средств произошло на зеленый мигающий сигнал светофора для водителя автомобиля Порше Кайен и на основной зеленый (немигающий) сигнал светофора для водителя автомобиля Ситроен.

При этом водитель автомобиля Порше Кайен в указанной дорожной ситуации пересек линию своего светофорного объекта и линию пересечения проезжих частей перекрестка на зеленый мигающий сигнал своего светофора, а для водителя автомобиля Ситроен в данный момент горел основной зеленый (немигающий) сигнал светофора.

2) Водитель автомобиля Порше Кайен при указанных в материалах дела и принятых исходных данных не располагал технической возможностью остановить свое транспортное средство, не доезжая до места столкновения с автомобилем Ситроен, приняв меры к торможению с момента выезда последнего на полосу его движения.

Экспертное исследование проведено с учетом материалов дела, материалов административного дела по факту ДТП, анализа видеозаписи, и с учетом сведений о режиме работы светофорного объекта на перекрестке. 

Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. К заключению приложены документы, подтверждающие компетенцию эксперта на проведение автотехнических экспертиз.

С учетом изложенного, оснований ставить под сомнение заключение эксперта, у суда не имеется.

Из заключения судебной экспертизы, как и из экспертизы, проведенной в рамках административного дела, следует, что оба автомобиля осуществляли проезд перекрестка на разрешающий движение сигнал светофора: истец в прямом направлении на зеленый мигающий сигнал, а ответчик выполнял поворот налево – на зеленый.

Показания свидетелей, допрошенных как со стороны истца, так и со стороны ответчика, не противоречат установленным судом обстоятельствам ДТП. Свидетели являлись очевидцами ДТП, их показания не противоречат другим исследованным судом доказательствам.

Оснований ставить под сомнение показания свидетелей, как со стороны истца, так и со стороны ответчика, в том числе с учетом того, что они являются родственниками участников ДТП, суд не усматривает.

На основании исследованных доказательств, суд считает установленным, что в момент столкновения транспортных средств, оба водителя совершали проезд регулируемого перекрестка на разрешающий движение сигнал светофора по ул. Карла Маркса.

Доводы ответчика о нарушении истцом требований Правил дорожного движения в части того, что он выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора, двигался с превышением скорости движения, суд находит несостоятельными, поскольку какими-либо доказательствами данные доводы не подтверждены.

Поскольку судом установлено, что оба водителя совершали проезд регулируемого перекрестка на разрешающий движение сигнал светофора, то ответчик ФИО2 обязана была руководствоваться требованиями п. 13.4 ПДД и уступить дорогу автомобилю под управлением истца, двигавшемуся со встречного направления прямо.

Данные требования ПДД ФИО2 выполнены не были, в результате чего она создала опасность и помеху для движения автомобилю Порше Кайен, что и привело к дорожно-транспортному происшествию.

Доказательств, подтверждающих наличие в действиях истца ФИО1 нарушений требований Правил дорожного движения о проезде регулируемых перекрестков либо других требований ПДД, грубой неосторожности, умысла, вины и противоправности его поведения, состоящих в причинной связи с рассматриваемым ДТП, причинении вреда вследствие непреодолимой силы ответчиком ФИО2 не представлено.

На основании анализа изложенных доказательств, суд приходит к выводу, что причиной ДТП явилось нарушение водителем автомобиля Ситроен ФИО2 требований пункта 13.4 Правил дорожного движения.

Нарушение ответчиком указанного требования ПДД состоит в причинной связи с возникновением вреда – повреждением автомобиля истца.

В силу изложенных обстоятельств, суд признает водителя автомобиля Ситроен ФИО2 лицом, в результате неправомерных действий которого, при использовании источника повышенной опасности, был причинен вред имуществу истца.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1079 ГК РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Как пояснила ответчик ФИО2, в момент ДТП она управляла автомобилем, будучи уполномоченной на это собственником транспортного средства, в частности, была включена в полис ОСАГО и имела доверенность на право управления транспортным средством, выданной собственником ФИО3

При таких обстоятельствах, суд признает ответчика ФИО2 лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного в ДТП имуществу истца.

В соответствии со ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю) полученные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). По договору имущественного страхования может быть застрахован риск ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда имуществу других лиц – риск гражданской ответственности.

Согласно ст. 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. Лицо, риск ответственности которого за причинение вреда застрахован, должно быть названо в договоре страхования. Если это лицо в договоре не названо, считается застрахованным риск ответственности самого страхователя. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В соответствии со ст. 1072 ГК РФ гражданин, застраховавший свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из материалов дела следует, что гражданская ответственность обоих владельцев транспортных средств на момент ДТП была застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО.

В связи с этим, обязательство по возмещению вреда в пределах установленного Законом об ОСАГО лимита ответственности перешло на страховщика, в данном случае СПАО «РЕСО-Гарантия».

Как следует из искового заявления, данный страховщик выплатил истцу страховое возмещение в размере 400000 руб., что соответствует лимиту ответственности страховой компании.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Определяя размер ущерба, подлежащего возмещению за счет ответчика ФИО2, суд исходит из следующего.

В обоснование размера материального ущерба истец просил принять заключение судебной экспертизы, согласно которой стоимость восстановительного ремонта транспортного средства на день ДТП без учета износа составляет 855574 руб.

Ответчиком своих доказательств размера причиненного истцу ущерба не представлено.

Оценивая представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что размер стоимости восстановительного ремонта транспортного средства надлежит принять в соответствии с заключением судебной экспертизы.

Размер ущерба был определен экспертом на день причинения вреда. Расчет ущерба выполнен исходя из повреждений, зафиксированных в акте осмотра транспортного средства, не оспоренного ответчиком по объему повреждений. В отчете имеется надлежащий анализ рынка объекта оценки.

При расчете экспертом применены среднерыночные цены на ремонтные работы для автомобилей иностранного производства повышенной проходимости, сложившиеся в регионе Удмуртская Республика на дату ДТП.

Экспертиза выполнена экспертом, который был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оснований ставить под сомнение выводы эксперта суд не усматривает. 

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснено:

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Следует также учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Доказательств, подтверждающих возможность произвести ремонт с использованием бывших в употреблении запасных частей, ответчик не представил, поэтому в данном случае стоимость новых запасных частей в силу статьи 15 ГК РФ является необходимыми расходами на восстановление нарушенного права потерпевшего и входит в состав реального ущерба, подлежащего возмещению.

Таким образом, разрешая спор на основании имеющихся доказательств о размере материального ущерба, суд определяет размер причиненного истцу ущерба исходя из стоимости восстановительного ремонта автомобиля без учета износа в сумме 855574 руб.

Поскольку судом установлено, что размер причиненного истцу ущерба превышает сумму выплаченного ему в пределах лимита ответственности страховщика страхового возмещения, то в соответствии со ст. 1072 ГК РФ разница между фактическим размером ущерба и лимитом ответственности страховой компании подлежит взысканию с ответчика ФИО2 в размере 455574 руб. ()855574 руб. – 400000 руб.)

Положениями п. 3 ст. 1083 ГК РФ предусмотрено, что суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Вместе с тем, доказательств своего имущественного положения, которое могло бы быть принято судом во внимание, ответчиком не представлено.

С учетом этого, оснований для уменьшения размера возмещения вреда суд не усматривает.

Таким образом, исковые требования о возмещении ущерба подлежат удовлетворению за счет ответчика в полном объеме в размере 455574 руб.

Разрешая вопрос о возмещении судебных расходов, суд руководствуется положениями ст. ст. 98, 100 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по досудебной оценке ущерба в размере 15000 руб.

В удовлетворении данного требования суд считает необходимым отказать, поскольку первоначально представленное истцом экспертное заключение ООО «ЭПА «Восточное» было составлено с применением положений Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П), которая подлежит применению только для определения размера страхового возмещения, выплачиваемого страховщиком в рамках договора ОСАГО.

Требование о возмещении ущерба предъявлено истцом к ответчику вне рамок такого договора.

В связи с этим, данное экспертное заключение не может быть признано допустимым доказательством обоснованности причиненного истцу ущерба, а потому расходы по его составлению не могут быть признаны необходимыми и подлежащими возмещению судебными расходами.

Во взыскании расходов по оформлению доверенности суд считает необходимым отказать по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

В материалы дела представлена копия нотариальной доверенности от 03.07.2017 г., выданная истцом сроком на три года, на представление интересов во всех судах, а не конкретно в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела.

Кроме того, как следует из доверенности, представители истца имеют право представлять его интересы не только в судах, но и в других учреждениях и организациях.

В связи с этим, суд считает, что отсутствуют основания для признания расходов по оформлению доверенности издержками, связанными и понесенными истцом именно в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела.

С учетом изложенного, оснований для взыскания с ответчика расходов по оформлению доверенности в размере 1000 руб. в рамках рассмотренного гражданского дела, суд не усматривает.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате судебной экспертизы.

Истцом в счет оплаты судебной экспертизы представлена квитанция на сумму 25000 руб.

Определяя размер расходов по оплате судебной экспертизы, подлежащих возмещению в пользу истца, суд исходит из следующего. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» уменьшение истцом размера исковых требований в результате получения при рассмотрении дела доказательств явной необоснованности этого размера может быть признано, судом злоупотреблением процессуальными правами и повлечь отказ в признании понесенных истцом судебных издержек необходимыми полностью или в части (часть 1 статьи 35 ГПК РФ, части 6, 7 статьи 45 КАС РФ) либо возложение на истца понесенных ответчиком судебных издержек (статья 111 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, первоначально истец предъявил к ответчику требование о взыскании страхового возмещения в размере 576826 руб.

После получения заключения судебной экспертизы, назначенной по ходатайству стороны истца (его представителем), размер исковых требований истец уменьшил до суммы 455574 руб.

При таких обстоятельствах суд считает, что первоначально заявленные истцом исковые требования носили явно необоснованный характер, что повлекло значительное снижение истцом размера заявленных требований после получения результатов судебной экспертизы.

В связи с этим, суд считает необходимым при определении размера расходов по оплате судебной экспертизы руководствоваться принципом их пропорционального распределения, взыскав указанные расходы пропорционально размеру удовлетворенных требований от первоначально заявленных истцом.

В данном случае размер удовлетворенных исковых требований составляет 78,97 %. (455574 руб. х 100 / 576826 руб.)

В соответствии с принципом пропорционального распределения судебных расходов, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате судебной экспертизы в размере 19742,50 руб. (25000 руб. х 78,97 %).

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя. 

Истец уплатил представителю за оказание услуг 20000 руб.

Учитывая объем оказанных представителем юридических услуг, конкретные обстоятельства дела, характер спорных правоотношений, сложность дела, реальные затраты времени на участие представителя в деле, совокупность представленных сторонами в подтверждение своей правовой позиции документов и фактические результаты рассмотрения заявленных требований, а также руководствуясь требованием разумности возмещения таких расходов, суд определяет к взысканию с ответчика в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя сумму в размере 10000 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 7755,74 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба сумму в размере 455574 руб., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 19742,50 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 7755,74 руб., всего 493072,24 руб.

В удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании расходов по досудебной оценке ущерба в размере 15000 руб., расходов по оформлению доверенности в размере 1000 руб. отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд УР в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через районный суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 28.05.2018 г.

Председательствующий судья К.А. Биянов