Дело № 2-2738/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Челябинск 23 августа 2019 года 

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Плотниковой Л.В.

с участием прокурора Кирюшина К.А.

при секретаре Наумовой С.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к АО «Уралтрубмаш» о признании приказа об увольнении незаконным, о восстановлении на работе, взыскании недополученной заработной платы, оплаты отпускных сумм, денежной компенсации за задержку выплат, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 первоначально обратился в суд с иском к АО «Уралтрубмаш» (далее - АО, Общество, ответчик, работодатель) о признании увольнения незаконным, об отмене приказа № от 12.03.2019 г.; об обязании восстановить его на работе в должности коммерческого директора; о взыскании недополученной заработной платы за ноябрь, декабрь 2018 г. в размере 481 119,07 руб.; денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы за период с 11.12.2018 г. по 16.05.2019 г. в размере 34 997,51 руб.; задолженности по оплате ежегодного отпуска с 09.01.2019 г. по 18.01.2019 г. в размере 92 069,96 руб.; денежной компенсации за задержку выплаты отпускных сумм за период с 30.12.2018 г. по 16.05.2019 г. в размере 6 564,59 руб.; среднего заработка за период с 21.01.2019г. по 16.05.2019 г. в сумме 1 117 279,80 руб.; среднего заработка за время вынужденного прогула с 18.05.2019 г. до момента восстановления на работе из расчета 14 324,10 руб. за каждый рабочий день; компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование иска указал, что с 26 апреля 2016 года работал коммерческим директором по закупкам в АО с нахождением рабочего места по адресу: (адрес). В связи с невыплатой заработной платы с ноября 2018 г. он обратился в прокуратуру Ленинского района г. Челябинска, где при ознакомлении 18.04.2019 г. с материалами дела узнал об увольнении с работы с 28 декабря 2019 г., тогда как 27 декабря 2018 г. им было подано уведомление о приостановлении работы в связи с невыплатой заработной платы, 28 декабря 2018 г. он присутствовал на работе, подал заявление о предоставлении отгула за свой счет на 29 декабря 2018 г., с 09 по 18 января 2019 г. ему предоставлен ежегодный отпуск; после возвращения 21 января 2019 г. из отпуска он не был допущен на рабочее место. Запрошенные им документы о размере задолженности по заработной плате ему не выдали, доступ к электронной почте заблокировали, составляя акт об его отсутствии на рабочем месте с 28.12.2018 г. по 21.02.2019 г., главный бухгалтер указала о неизвестных ей причинах, однако, получая от него 18.02.2019 г. заявление о предоставлении документов, имела возможность запросить от него объяснение о причинах отсутствия; в уведомлении от 25.02.2019 г., которое он не получил, работодатель запрашивал у него объяснения о причинах отсутствия на рабочем месте по другому адресу; в акте от 25.02.2019 г. указано, что он от дачи объяснений и от ознакомления с этим актом отказался, но о существовании данных документов он узнал лишь при ознакомлении с материалами в прокуратуре. 

В дальнейшем истец неоднократно уточнял исковые требования и окончательно просил признать приказ № от 12.03.2019 г. об увольнении незаконным; восстановить его на работе в должности коммерческого директора с 29.12.2018 г.; взыскать недополученную заработную плату за ноябрь, декабрь 2018 г. в размере 470 635,17 руб.; денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 11.12.2018 г. по 23.08.2019 г. в размере 57 650,67 руб.; задолженность по оплате ежегодного отпуска с 09.01.2019 г. по 18.01.2019 г. в размере 92 030,80 руб.; денежную компенсацию за задержку выплаты отпускных сумм за период с 30.12.2018 г. по 23.08.2019 г. в размере 11 124,99 руб.; среднего заработка за период с 21.01.2019г. по 23.08.2019 г. в сумме 1 815 334,32 руб.; компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Истец ФИО5, его представители по ордеру ФИО6 и по устному ходатайству ФИО7 в судебном заседании поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Суду пояснили, что в прокуратуру ответчик предоставлял расчетные листки за ноябрь, декабрь 2018 г. без учета оплаты за переработку, ему бухгалтер – расчетчик ФИО8 выдала расчетные листки за октябрь и ноябрь 2018 г. с оплатой за переработку рабочего времени; телефонная переписка с главным бухгалтером ФИО9 подтверждает, что еще 19.03.2019 г. она предполагала внести запись об увольнении в трудовую книжку, что имелась связь для установления причин его невыхода на работу.

Представитель ответчика АО «Уралтрубмаш» в лице конкурсного управляющего ФИО10 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом, просил об отложении рассмотрения дела в связи с занятостью в других процессах и отсутствием кадровой документации, об истребовании которой в судебном порядке готовится заявление.

Принимая во внимание сокращенные сроки рассмотрения дел о восстановлении на работе, нахождение данного дела в производстве суда свыше 3-х месяцев, заблаговременное извещение представителя ответчика и истребование у него необходимых доказательств, возможность юридического лица направить в суд иных представителей, кроме конкурсного управляющего, в связи с чем суд считает возможным рассмотреть дело в порядке ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) в отсутствие неявившегося ответчика.

Выслушав объяснения истца, его представителей сторон, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд находит заявленные требования ФИО5 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, при этом в силу ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Исходя из положений ст.ст. 15,16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с нормами ТК РФ.

На основании копий трудового договора № от 26.04.2016 г., приказа об увольнении № от 12.03.2019 г., сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица по состоянию на 29.04.2019 г. судом установлено, 

что с 26 апреля 2016 г. ФИО5 работал в АО «Уралтрубмаш» в должности коммерческого директора по закупкам, уволен 28 декабря 2018 г. с должности директора коммерческого за прогулы, п.п. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ.

В приказе об увольнении указано, что истец отсутствовал на рабочем месте с 29 декабря 2018 г. по 12 марта 2019 г., в основании данного приказа указаны служебные записки главного бухгалтера ФИО1 и инспектора по кадрам ФИО2 без дат их составления.

Приказ подписан ФИО4 - генеральным директором ООО «Русэкспертиза», являющегося на тот момент управляющей организацией работодателя.

В силу подпункта «а» пункта 6 части 1 ст. 81 ТК РФ однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей признается прогул, то есть отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены) независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске (ст. 81 ТК РФ).

В соответствии с ст. 192,193 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания… При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.…. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка…. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе.

В силу п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2 (далее - Постановление Пленума ВС РФ) обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В силу ч.1 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. 

Оценивая обоснованность и законность применения к ФИО5 дисциплинарного взыскания в виде увольнения и соблюдение порядка его применения, суд учитывает следующее.

В соответствии с п.11 трудового договора установлены условия отплаты труда – должностной оклад 100 000 руб. + районный коэффициент; сроки выплаты зарплаты: 25-го числа текущего месяца и не позднее 10- го числа месяца, следующего за расчетным.

На основании расчетных листков за ноябрь, декабрь 2018 г., структуры задолженности организаций за январь 2018 – март 2019 г., предоставленной ответчиком в прокуратуру Ленинского района г. Челябинска, судом установлено, что ответчик не в полном объеме производил истцу выплату заработной платы, в связи с чем по состоянию на 27 декабря 2018 г. имелась задолженность по заработной плате за ноябрь 2018 г.

В силу ст. 142 ТК РФ в случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы. В период приостановления работы работник имеет право в свое рабочее время отсутствовать на рабочем месте. На период приостановления работы за работником сохраняется средний заработок.

Воспользовавшись предоставленным ему правом, ФИО5 27 декабря 2018 г. вручил ФИО3 – заместителю директора по общим вопросам АО письменное уведомление о приостановлении работы с 28.12.2018 г. до даты выплаты ему заработной платы.

Факт получения данного уведомления подтверждено визой ФИО3 на уведомлении и его показаниями при допросе в качестве свидетеля в судебном заседании 06 августа 2019 г.

Поскольку полномочия ФИО3 на осуществление от имени Общества действий по приему и увольнению работников, подписание трудовых и гражданско – правовых договоров, по принятию решений о предоставлении всех видов отпусков работникам Общества, распоряжения фондом оплаты труда работников Общества, подписанию первичной учетной документации по учету кадров и рабочего времени предусмотрены доверенностью № от 16.07.2018 г, выданной сроком на один год генеральным директором ООО «Русэкспертиза» ФИО4; при отсутствии доказательств, подтверждающих отмену указанной доверенности до 27 декабря 2018 г., суд установил, что истец вручил уведомление о приостановлении с 28.12.2019 г. работы уполномоченному представителю работодателя.

Принимая во внимание, что в прокуратуру Ленинского района г. Челябинска ответчиком представлена справка от 19.03.2019 г. (исх.№66) о наличии задолженности по заработной плате перед истцом по состоянию на 19.03.2019 г., суд установил, что в связи с приостановлением работы ввиду задержки выплаты заработной платы причина неявки истца ФИО5 на работу с 28.12.2018 г. была уважительной.

Доводы представителя ответчика по доверенности ФИО11 в предварительном судебном заседании 10.07.2019 г. и в письменном отзыве от 10.07.2019 г. о том, что заместитель директора Общества по общим вопросам АО ФИО3 не был уполномочен на прием уведомления от истца, об отсутствии уведомления истцом работодателя о приостановлении работы, суд находит несостоятельными, поскольку они опровергнуты в ходе судебного разбирательства вышеуказанными доказательствами.

Согласно ст.ст. 122,123 ТК РФ оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно. Право на использование отпуска за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя…. Очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем …

В соответствии с п.п. «д» п. 39 Постановления Пленума ВС РФ, если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный). 

Истцом в подтверждение доводов о нахождении его с 09 по 18 января 2019 г. в очередном оплачиваемом отпуске представлена копия заявления от 03.12.2018 г. с визой ФИО4 о согласовании, следовательно, уход истца в отпуск с 09 по 18 января 2019 г. нельзя отнести к самовольному.

Доводы представителя ответчика по доверенности ФИО11 в письменном отзыве от 10.07.2019 г. о том, что заявление истцом в отдел кадров Общества не направлялось и у последнего отсутствует; об отсутствии в отделе кадров изданного и подписанного руководителем Общества приказа о предоставлении истцу ежегодного оплачиваемого отпуска,

суд находит несостоятельными, поскольку заблаговременная подача работником ФИО5 руководителю ответчика вышеуказанного заявления свидетельствует о добросовестности работника и соблюдении им порядка оформления отпуска, тогда как неисполнение работодателем обязанности по изданию соответствующего приказа свидетельствует о злоупотреблении работодателем своими правами.

Таким образом, судом установлено, что в период с 09 по 18 января 2019 г. ФИО5 находился в очередном оплачиваемом отпуске, в связи с чем вывод ответчика об отсутствии истца на рабочем месте в указанный период без уважительных причин, является несостоятельным. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства не нашло своего подтверждения совершение истцам дисциплинарного проступка в виде прогулов в период с 29.12.2018 г. по 12.03.2019 г.

Как следует из заявления от 18.02.2019 г., истец лично обращался к ответчику с заявлением о выдаче расчетных листков и справки о задолженности по заработной плате, данное заявление было принято юристом ФИО11, однако требование о даче объяснений по факту отсутствия на рабочем месте с 29.12.2019 г. ФИО5 не заявлялось.

При этом ответчиком представлено суду уведомление № от 25 февраля 2019 г. за подписью инспектора по кадрам ФИО2 о запросе у истца указанных объяснений, а также акт № от 25.02.2019 г. об отказе работника представить письменные объяснения.

Между тем, истец отрицал как получение такого уведомления, так и свой отказ от дачи объяснений, ставил под сомнение наличие таких документов на дату, указанную в них.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ работодатель не представил каких – либо доказательств в подтверждение обстоятельств, при которых истцу вручалось данное уведомление и составлялся акт, что в совокупности с наличием у истца уважительных причин отсутствия на рабочем месте с 29.12.2019 г. по 20.02.2019 г. и, соответственно, отсутствием веских причин для отказа от дачи таких объяснений позволяет суду поставить под сомнение допустимость данных доказательств, следовательно, ответчиком не представлено допустимых и относимых доказательств в подтверждение соблюдения им порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности в части истребования у него объяснений до применения дисциплинарного взыскания.

Кроме того, суд установил, что применение дисциплинарного взыскания в виде увольнения произведено 12.03.2019 г. за отсутствие истца на работе за период с 29.12.2018 г., то есть по истечении одного месяца со дня обнаружения дисциплинарного проступка.

В связи с изложенными нарушениями и положениями ч.1 ст. 394 ТК РФ, суд считает подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО5 о признании незаконным приказа №-ок от 12 марта 2019 года о его увольнении и о восстановлении в ранее занимаемой должности с 29 декабря 2018 года.

Согласно ст. 211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению. 

При разрешении требований истца о взыскании недополученной за ноябрь, декабрь 2018 г. заработной платы, суд учитывает следующее.

Согласно штатному расписанию за период с 01.01.2018 г. по 31.12.2018 г., должностной оклад коммерческого директора в период с 01.01.2018 г. по 31.12.2018 г. составлял 100 000 руб. в месяц, премия – 150 000 руб. в месяц, районный коэффициент 37 500 руб., месячный фонд заработной платы – 287 500 руб., что согласуется со сведениями индивидуального лицевого счета застрахованного лица, в соответствии с которым за период с 01.01.2018 г. по 31.12.2018 г. сумма начисленных истцу выплат составила 3 497 059,74 руб. или 291 421,65 руб. в месяц (3 497 059,74 руб. : 12 мес.).

Такая же зарплата истца указана в качестве начисленной в справках о доходах и суммах налога физического лица (л.д.45,46 т.1).

Из расчетного листка за ноябрь 2018 г., предоставленного ответчиком истцу, следует, что в ноябре 2018 г. ему начислена заработная плата с учетом доплаты за работу в праздничные и выходные дни за октябрь – ноябрь 2018 г., премии и районного коэффициента в общей сумме 466 071,22 руб., что за минусом налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в размере 13% составляет 405 485,22 руб.

Тогда как в прокуратуру Ленинского района г. Челябинска ответчиком представлен расчетный листок истца за ноябрь 2018 г. без учета оплаты за работу в праздничные и выходные дни за октябрь – ноябрь 2018 г., в соответствии с которым ФИО5 начислено 287 500 руб.

Суд отмечает, что форма представленных истцом расчетных листков за июнь, июль, октябрь, ноябрь 2018 г. одинаковая, при этом ответчиком не представлены суду запрошенные в определении от 21.05.2019 г. расчетные листки за период работы истца.

Ссылку представителя ответчика в предварительном судебном заседании о невозможности их предоставления в связи с изъятием 30 мая 2019 г. кадровой и бухгалтерской документации отделом полиции «Ленинский» УМВД России по г. Челябинск, суд находит несостоятельной, поскольку в представленном протоколе обыска от 30.05.2019 г. отсутствует указание на изъятие запрашиваемых судом расчетных листков сотрудников Общества.

Поскольку истцом представлены копии приказов АО, не имеющих даты и номера, но подписанные руководителем Общества о привлечении части сотрудников, в том числе истца, к работе в выходные дни в октябре 2018 г. и в выходные и праздничные дни в ноябре 2018 г. в оплатой в соответствии со ст. 153 ТК РФ, суд считает, что представленные ответчиком расчетные листки за октябрь и ноябрь 2018 г. являются недопустимыми доказательствами, в связи с чем принимает во внимание расчетные листки за указанный период, представленные истцом.

За декабрь 2018 г. истцу начислена заработная плата в размере 287 500 руб. за 21 р.дн., тогда как на 29 декабря 2018 г. истец оформил отгул за свой счет.

Таким образом, начисленная сумма зарплаты подлежит уменьшению с учетом продолжительности отработанного времени до 275 449,10 руб. (287 500 руб. : 167 ч. х 160 ч.), которая после уменьшения на НДФЛ, составляет 239 641,10 руб.

Фактически в ноябре 2018 г. произведено два платежа в пользу истца (09 и 12 ноября 2018 г.) на общую сумму 126 400,84 руб.; в декабре 2018 г. – четыре платежа (07,11,21,28 декабря 2018 г.) на общую сумму 90 021 руб., итого 216 421,84 руб.

Учитывая, что за октябрь 2018 г. была начислена зарплата с учетом доплаты за работу в выходные дни и премии в размере 308 551,35 руб., которая с уменьшением на НДФЛ составила 268 439,35 руб., частичная оплата которой произведена за счет излишне выплаченных истцу в сентябре 2018 г. сумм (226 505,66 руб.), суд установил, что из выплаченных в ноябре и декабре 2018 г. денежных средств частично погашена задолженность по заработной плате за октябрь 2018 г. в сумме 41 933,69 руб. (268 439,35 руб. - 226 505,66 руб.) и частично в размере 174 488,15 руб. (216 421,84 руб. - 41 933,69 руб.) – за ноябрь 2018 г., 

в связи с чем истцу не выплачена зарплата за ноябрь, декабрь 2018 г. в размере 470 638,17 руб. (405 485,22 руб. + 239 641,1 руб. - 174 488,15 руб.).

На основании изложенного, суд считает необходимым удовлетворить требования истца о взыскании с ответчика задолженности по зарплате за ноябрь, декабрь 2018 г. в размере 470 635,17 руб. 

Исходя из того, что за период нахождения в отпуске с 09 по 18 января 2019 г. истцу не произведена выплата отпускных сумм, требования ФИО5 об их взыскании являются обоснованными.

Принимая во внимание, что расчет среднедневного заработка для оплаты отпуска в размере 10 578,28 руб., произведенный стороной истца исходя из начисленной за период с 01.01.2018 г. по 31.12.2018 г. заработной платы 3 440 057,12 руб. и 325,2 календарных дней за фактически отработанное время, проверен судом и признан математически правильны, не опровергнут ответчиком, суд считает подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании отпускных сумм в размере 92 030,80 руб. ((10 578,28 руб. х 10 к.дн.) – 13% НДФЛ).

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Поскольку в ходе судебного разбирательства подтвержден факт невыплаты истцу заработной платы за ноябрь и декабрь 2018 г., отпускных сумм, суд считает обоснованными требования истца о взыскании с ответчика денежной компенсации за нарушение срока выплаты указанных сумм.

Проверив расчеты денежной компенсации, предусмотренной ст. 236 ТК РФ, произведенные стороной истца, с учетом установленных трудовым договором сроков выплаты зарплаты и положений ст. 136 ТК РФ, предусматривающей оплату отпуска не позднее, чем за три дня до его начала, изменения размера ключевой ставки Банка России,

суд находит их математически правильными, не опровергнутыми ответчиком, в связи с чем считает правильным взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 11.12.2018 г. по 23.08.2019 г. в размере 57 650,67 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты отпускных сумм за период с 30.12.2018 г. по 23.08.2019 г. в размере 11 124,99 руб.

В соответствии с ч.2 ст. 394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Проверив предоставленный стороной истца расчет среднего дневного заработка в размере 14 098,59 руб. за период с января по декабрь 2018 (год, предшествующий дате увольнения – 28 декабря 2018 г.), исходя из начисленной заработной платы в размере 3 440 057,12 руб. и фактически отработанных 244 раб.дн. (включая работу в выходные и праздничные дни в октябре и ноябре 2018 г.), 

суд установил, что неверно определено количество отработанных дней в ноябре 2018 г. – в размере 38 дн., что превышает календарную продолжительность данного месяца, соответственно, при уменьшении количества отработанных дней в ноябре 2018 г. до 30, средний дневной заработок увеличится до 14 576,51 руб. (3 440 057,12 руб. : 236 р.дн.).

Поскольку суд в силу ч.3 ст. 196 ГПК РФ принимает решение по заявленным истцом требованиям, суд считает необходимым произвести расчет оплаты времени вынужденного прогула из заявленного истцом среднего дневного заработка – 14 098,59 руб. (3 440 057,12 руб. : 244 раб.дн.), которая за период с 21.01.2019 г. (следующий рабочий день после окончания ежегодного отпуска) по 23.08.2019 г. составляет 1 815 334,32 руб. (14 098,59 руб. х 148 р.дн. – 13% НДФЛ).

С учетом вышеизложенного, суд считает необходимым взыскать с АО в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с 21.01.2019 г. по 23.08.2019 г. в размере 1 815 334,32 руб.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, длительность нарушения трудовых прав работника, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать с ответчика в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 2 000 руб., в остальной части следует отказать.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что имущественные требования ФИО5 удовлетворены, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 20 734 руб. ((470 635,17 руб. + 57 650,67 руб. + 92 030,80 руб. + 11 124,99 руб. + 1 815 334,32 руб. – 1 000 000 руб.) х 0,5% + 13 200 руб. + 300 руб. – по требованиям неимущественного характера), исчисленная в соответствии с пп. 1,3 п. 1 ст. 333.19 Налогового Кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ АО «Уралтрубмаш» № от 12 марта 2019 года об увольнении ФИО5 28 декабря 2018 года за прогулы по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Восстановить ФИО5 на работе в АО «Уралтрубмаш» в должности коммерческого директора с 29 декабря 2018 года.

Взыскать с АО «Уралтрубмаш» в пользу ФИО5 недополученную заработную плату за ноябрь, декабрь 2018 г. в размере 470 635,17 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с 11.12.2018 г. по 23.08.2019 г. в размере 57 650,67 руб., оплату отпускных сумм в размере 92 030,80 руб., денежную компенсацию за задержку выплаты отпускных сумм за период с 30.12.2018 г. по 23.08.2019 г. в размере 11 124,99 руб.; средний заработок за время вынужденного прогула за период с 21.01.2019 г. по 23.08.2019 г. в размере 1 815 334,32 руб., компенсацию морального вреда в размере 2 000 руб. на общую сумму 2 448 775 рублей 95 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 в остальной части отказать.

Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с АО «Уралтрубмаш» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 20 734 рубля.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме. 

Председательствующий: Л.В. Плотникова

Мотивированное решение составлено 28 августа 2019 года

Судья: