...

2-102/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 января 2019 года Октябрьский районный суд г. Томска в составе

председательствующего Черных О.Г.,

при секретаре Погребковой Л.С. 

с участием:

помощника прокурора Октябрьского района города Томска Кастамаровой Н.С.,

представителя истца ФИО1, действующей по доверенности 70АА 1206841 от 03.09.2018, сроком на один год,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Томскавтотранс» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к АО «Томскавтотранс» о компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что по вине водителя автобуса «YUTONG ZK6118HGA», г/н ..., ФИО3, являющегося работником ответчика, произошло ДТП 21.09.2017, в результате которого пассажир автомобиля под управлением истца – К - скончался, а сама истец получила телесные повреждения, относящиеся к легкому вреду здоровья. По факту ДТП от 21.09.2017 было возбуждено уголовное дело, истец была признана потерпевшей. Приговором Кировского районного суда г. Томска от 11.07.2018 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.264 УК РФ. Данным приговором установлено, что действия ФИО4 по управлению автобусом «YUTONG ZK6118HGA» г/н ... находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими в результате ДТП последствиями – смертью К Апелляционным определением Томского областного суда от 27.08.2018 приговор Кировского районного суда г. Томска от 11.07.2018 оставлен без изменения. Апелляционным определением от 27.08.2018 отклонены доводы защиты о наличии обоюдной вины в ДТП как со стороны ФИО3, так и стороны истца, которая на момент ДТП управляла автомобилем Toyota Will, г/н .... В момент ДТП 21.09.2017 ФИО3 управлял автобусом «YUTONG ZK6118HGA» г/н ... на основании путевого листа, выданного ответчиком, и находился в трудовых правоотношениях с ним. Поэтому на ответчике лежит обязанность возместить причиненный истцу моральный вред за смерть ее близкого человека – гражданского мужа К, так как в течение 10,5 лет они жили вместе как семейная пара, любили друг друга, фактически у них были брачные отношения, общий бюджет, К полностью обеспечивал истца, планировали заключить брак, завести детей, не представляли дальнейшую жизнь друг без друга. Смерть К стала для истца сильным ударом, изменила ее жизнь, в связи с его смертью она испытала сильные нравственные страдания, так как лишилась любимого человека, семейной и личной жизни с ним, осталась без опоры в жизни. С момента смерти К до настоящего времени истец сильно переживает, так и не смогла смериться с его смертью. Свои нравственные страдания оценила в размере 500000 руб. Поскольку в ДТП от 21.09.2017 ей также был причинен вред здоровью, относящийся к легкому, в результате которого она испытала физическую боль из-за причиненных травм, подлежит компенсация морального вреда и за причиненный ей вред, который она оценила в размере 100000 руб.

Истец просит взыскать компенсацию морального вреда: в связи со смертью гражданского мужа К в размере 500000 руб., в связи с причинением ей вреда здоровью в размере 100000 руб., судебные расходы: по оплате услуг представителя в размере 30000 руб., расходы по изготовлению доверенности – 1200 руб.

Истец, ответчик, третьи лица – ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7 были извещены о дате рассмотрения дела надлежащим образом. 

Суд на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Представитель истца настаивала на удовлетворении требований по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснила, что на момент гибели К истец с ним прожила более 10 лет в фактических брачных отношениях, купили квартиру, планировали совместных детей. Истец потеряла близкого человека и после его смерти ее жизнь изменилась. На сегодня после травм у ФИО2 остался шрам на лбу.

Выслушав представителя истца, свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, который полагал, что иск подлежит удовлетворению, суд приходит к следующему.

В силу ст. 52 Конституции Российской Федерации государство обеспечивает доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. 

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее по тексту - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1), ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункт 1 ст. 1068 ГК РФ).

В п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 указано, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности). Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ). Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 ГК РФ).

Согласно карточке учета транспортного средства от 19.01.2018, собственником автобуса «YUTONG ZK6118HGA» г/н ... является - АО «Томскавтотранс» (л.д. 9). 

Из трудовой книжки ФИО3 AT-IX №0924429 от 03.08.2001 и вкладыша в трудовую книжку ВТ-I №5072857 от 18.09.2017 следует, что ФИО3 29.08.2013 принят в ООО «Авто Предприятие Пригородные №3» водителем; 18.09.2017 уволен в связи с переводом в АО «Томскавтотранс»; 19.09.2017 принят в АО «Томскавтотранс» водителем в порядке перевода из ООО «Авто Предприятие Пригородные №3».

Исходя из смысла положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ и п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25), вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вступившим 27.08.2018 в законную силу приговора Кировского районного суда г. Томска от 11.07.2018 в отношении ФИО3, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, установлено, что 21.09.2017 на автодороге «...» произошло ДТП с участием автобуса «YUTONG ZK6118HGA» г/н ..., под управлением ФИО3 (собственник АО «Томскавтотранс») и автомобиля Toyota Will, г/н ..., под управлением ФИО2, в результате чего пассажиру автомобиля Toyota Will, г/н ... - К - были причинены травмы, относящиеся к категории тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, в результате которых наступила смерть К 28.09.2017, а ФИО2 причинены повреждения, относящиеся к легкому вреду здоровья; на момент ДТП 21.09.2017 ФИО3, управляющий автобусом «YUTONG ZK6118HGA» г/н ..., состоял в трудовых отношениях с АО «Томскавтотранс» в качестве водителя данного автобуса.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что в момент ДТП автобус «YUTONG ZK6118HGA» г/н ... передавался ФИО3 его собственником - АО «Томскавтотранс» - для использования в личных целях ФИО3 или ФИО3 завладел данным автобусом противоправно.

Исходя из изложенного, ФИО3, управлявший в момент ДТП 21.09.2017 автобусом «YUTONG ZK6118HGA» г/н ..., состоял в трудовых отношениях с владельцем данного транспортного средства - АО «Томскавтотранс».

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1, следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. 

Следовательно, на работодателя АО «Томскавтотранс» - как владельца источника повышенной опасности - в силу закона возлагается обязанность по возмещению морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно ст. 2 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ (ред. от 27.12.2018) "О безопасности дорожного движения" участник дорожного движения - лицо, принимающее непосредственное участие в процессе дорожного движения в качестве водителя транспортного средства, пешехода, пассажира транспортного средства. Статья 3 предусматривает, что к основным принципам обеспечения безопасности дорожного движения относится приоритет жизни и здоровья граждан, участвующих в дорожном движении, над экономическими результатами хозяйственной деятельности. Согласно ст. 24 участники дорожного движения имеют право на возмещение ущерба по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации, в случаях причинения им телесных повреждений.

Как разъяснено в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1, при причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:

а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;

б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

Согласно абз. 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1, установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина ФИО3 в совершении ДТП от 21.09.2017 подтверждается вступившим 27.08.2018 в законную силу приговором Кировского районного суда г. Томска от 11.07.2018 и апелляционным определением Томского областного суда от 11.07.2018 (ст. 61 ГПК РФ), которым ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ (далее по тексту приговор от 11.07.2018). 

Приговором от 11.07.2018 установлено, что ФИО3 в период с 06.45 до 07.04 часов 21 сентября 2017 года, управляя пассажирским автобусом «YUTONG ZK6118HGA» г/н ..., с пассажирами следовал по автодороге «...» со стороны ..., и приближаясь к нерегулируемому перекрестку для поворота налево в направлении ... со скоростью около 10 км/час, увидев приближающейся во встречном ему направлении автомобиль с включенным светом фар, в нарушении требований п.п. 8.1, 13.12 ПДД РФ не убедился перед началом осуществления маневра поворота налево в его безопасности и не создаст им помех другим участникам движения, не уступил дорогу автомобилю, движущемуся во встречном ему направлении, в процессе данного маневра перегородил полностью полосу встречного движения, выехал за левый по ходу своего движения край проезжей части и на полосе торможения в 9,8 м от правого по ходу своего движения края проезжей части автодороги «Томск-Аэропорт» и в 72,4 м до ближнего по ходу своего движения угла дома ... по ... ..., передней частью автобуса совершил столкновение с двигавшимся во встречном ему направлении автомобилем «TOYOTA WILL VI» г/н ... под управлением ФИО2, не располагавшей технической возможностью предотвратить столкновение, в результате которого пассажиру переднего левого сиденья указанного автомобиля К по неосторожности были причинены множественные телесные повреждения, повлекшие в совокупности тупые сочетанные ..., относящиеся в совокупности к категории тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, в результате которых наступила смерть К 28 сентября 2017 года в 10.35 часов в ОГАУЗ «ТОКБ» г. Томска.

Апелляционным определением от 27.08.2018 установлено, что виновность ФИО3 в совершении преступления, за которое он осужден, объективно подтверждается собранными по делу доказательствами. Факт управления ФИО3 пассажирским автобусом «YUTONG ZK6118HGA» г/н ... с пассажирами, нарушение им п.п. 8.1, 13.12 Правил дорожного движения, что привело к столкновению с автомобилем Toyota Will, г/н ... под управлением ФИО2, достоверно установлен в ходе судебного следствия и осужденным не оспаривается. Нарушение водителем ФИО2 п. 2.1.2 Правил дорожного движения и нарушение пассажиром К п. 5.1 Правил дорожного движения, маневр водителем ФИО2 в право с целью избежать столкновения с автобусом, не находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и причинением смерти К с учетом того, что предотвращение данного дорожно-транспортного происшествия зависело от действий водителя пассажирского автобуса ФИО3, то есть от своевременного выполнения, именно им требований Правил дорожного движения. Нарушением водителем ФИО3 Правил дорожного движения и наступившими последствиями имеется причинно-следственная связь, а его действия правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Таким образом, установлена вина ФИО3 в ДТП, причинно-следственная связь между произошедшем дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде причинения по неосторожности тяжкого вреда здоровью К, в результате повлекшего его смерть.

Согласно абзаца 1 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, перед третьими лицами владельцы источников повышенной опасности несут солидарно ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

В силу Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 (п. 25), при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 ГК РФ несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. 

Названные положения, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 24 сентября 2013 года N 1472-О, являются одним из законодательно предусмотренных случаев отступления от принципа вины и возложения ответственности за вред независимо от вины причинителя вреда, в основе чего лежит риск случайного причинения вреда. Таким образом, деятельность, связанная с использованием источника повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих, обусловливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности (независимо от наличия их вины) в наступлении неблагоприятных последствий для третьих лиц.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15 мая 2012 года N 811-О "По жалобе ФИО8 на нарушение его конституционных прав статьями 1079, 1083 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации", в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности в результате нарушения Правил дорожного движения одним из владельцев недопустимо возложение ответственности за причинение вреда (в том числе, по компенсации морального вреда признанным потерпевшими родственникам владельца источника повышенной опасности) на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.

Анализ вышеприведенных норм права свидетельствует о том, что если вред жизни и здоровью гражданам - владельцам источников повышенной опасности причинен в результате взаимодействия этих источников, то моральный вред компенсируется в зависимости от вины каждого из них.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что имеется вина только ФИО3 в ДТП от 21.09.2017, вина ФИО2 в ДТП от 21.09.2017 отсутствует. 

Компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав (ст. 12 Гражданского кодекса РФ). 

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно положениям ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В ст. 151 ГК РФ закреплено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Как разъяснено в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (ред. от 06.02.2007, далее по тексту - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

В соответствии с абз. 2 ст. 151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Страдания - это чувства, эмоции человека в виде отрицательных переживаний, возникающих под воздействием травмирующих его психику событий, глубоко затрагивающие его личностные структуры, настроение, самочувствие. Состояние тревоги, горя, страха, стыда сопровождают страдания. Поэтому наличие обстоятельств, свидетельствующих о совершении деяний, направленных против гарантируемых прав, свобод, установленных в обществе норм морали и нравственности, свидетельствует о пережитых субъектом страданиях и может быть признано в качестве доказательства причинения нравственных страданий.

Здоровье гражданина является важнейшим нематериальным благом, посягательство на которое всегда причиняет нравственные или физические страдания. Степень страданий зависит от того, какой ущерб нанесен здоровью человека, каковы его последствия и индивидуальные особенности пострадавшего.

Согласно пункту 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В соответствии со статьями 8, 14 Конвенции от 04 ноября 1950 года "О защите прав человека и основных свобод" каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни.

Пользование правами и свободами, признанными в настоящей Конвенции, должно быть обеспечено без какой бы то ни было дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к национальным меньшинствам, имущественного положения, рождения или по любым иным признакам.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не ставит право на получение компенсации морального вреда в зависимость от наличия зарегистрированного брака. Семейные связи могут возникать не только из брака или кровного родства, но и в связи с длительным, совместным проживанием, ведением общего хозяйства. Смерть человека может причинить моральный вред не только супругу или кровным родственникам, но и другим членам семьи.

В своем постановлении Европейский суд по правам человека от 15 марта 2007 года по делу "Гаврикова против России" подчеркнул, что правовых оснований для разного подхода при присуждении компенсации морального вреда к парам, состоящим в браке и не состоящим в нем, не имеется.

Согласно заявлению ФИО2 от 25.12.2017, она просит признать ее потерпевшей в рамках уголовного дела в отношении ФИО3 на основании п. 8 ст. 42 УПК РФ, поскольку является его близким лицом, как это разъяснено в п. 3 ст. 5 УПК РФ.

Постановлением ст. следователя по расследованию ДПС СУ УМВД России по Томской области от 29.12.2017 ФИО2 была признана потерпевшей по уголовному делу в отношении ФИО3, в результате которого пассажиру автомобиля Toyota Will, г/н ... - К причинены телесные повреждения, от которых последний скончался в больнице. 

Как следует из показаний потерпевших ФИО5 от 17.10.2017, ФИО7 от 09.11.2017 и ФИО6 от 12.11.2017, данных в ходе расследования уголовного дела в отношении ФИО3, предупрежденных об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, К с ФИО2 жили одной семьей около 10 лет. 

Свидетели Г (родственница умершего К), П (мать истца) показали, что истец с К жили вместе как муж и жена более 10 лет, у них были очень близкие отношения, любили друг друга, вели общее хозяйство, был общий бюджет, планировали свадьбу, купили квартиру вместе, фактически они жили как супруги и все родственники так их и воспринимали. Смерть К сильно повлияла на ФИО2, она до сих пор не пришла в себя, у нее была глубокая депрессия, боялись, что она может с собой что-то сделать, не видела смысла жизни без него В настоящее время она улетела в Китай и не желает возвращаться в г. Томск, личную жизнь она так и не устроила. 

Суд оснований сомневаться в показаниях свидетелей не находит, они последовательны, не противоречивы и согласуются с письменными доказательствами, находящимися в деле. 

Таким образом, суд полагает, что истцу был причинен моральный вред ввиду смерти К, с которым она более 10 лет состояла в фактических брачных отношениях, вела с ним общее хозяйство, тем самым, погибший для нее являлся близким человеком. 

Исходя из изложенного, оценив нравственные страдания истца, причиненные смертью близкого ей человека, с которым она более 10 лет проживала одной семьей, невосполнимость утраты, учитывая причинение ФИО3 смерти К по неосторожности, с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 500000 рублей.

В результате ДТП истцу были причинены травмы, которые подтверждаются совокупностью следующих доказательств:

- врачебной справкой № 11449 (без даты), согласно которой ФИО2 доставлена в ОГБУЗ «БСМП» с диагнозом: S80.0 .... Проведено лечение, рекомендовано наблюдение у травматолога (хирурга), назначено медикаментозное лечение;

- заключением эксперта №1872-М от 07.11.2017, согласно которому ... у ФИО2 могли быть причинены действием тупых твердых предметов, твердых предметов с ограниченной поверхностью, какими могли быть выступающие части салона движущегося автомобиля при его столкновении и в совокупности относятся к категории легкого вреда здоровью;

- свидетель П также пояснила, что ее дочери ФИО2 в результате ДТП от 21.09.2017 были причинены травмы, в результате чего у нее одно колено до сих пор болит, остался на лбу шрам.

Как установлено судом, истцу был причинен легкий вред здоровью, ДТП изменило образ жизни истца, в результате причиненных ей травм у нее на лбу остался шрам, в связи с чем с чем испытывает переживания, стресс, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 80000 рублей.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 580000 рублей (500000 +80000).

В силу ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Из ч.1 ст. 98 ГПК РФ следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1), судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК РФ. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В силу п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1, лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В абз. 2 п. 2 Постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1 указано, что расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Из представленной доверенности 70АА 1206841 от 03.09.2018, не следует, что она оформлена для представления интересов истца представителем только в рамках настоящего гражданского дела, в данной доверенности указано, что представитель имеет право представлять интересы ФИО2, в том числе у мирового судьи и других государственных органах, следовательно, данные расходы не подлежат взысканию в пользу истца с ответчика в указанном размере. 

Истец просит взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 рублей. 

В силу положения ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе и расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В подтверждение несения данных расходов представлена квитанция №000257 от 03.09.2018, согласно которой ФИО2 оплачены услуги ФИО1 за ведение гражданского дела о взыскании морального вреда, причиненного ДТП 21.09.2017 в размере 30000 руб. 

Интересы истца в судебном заседании представлял – ФИО1 по доверенности 70АА 1206841 от 03.09.2018.

Из п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1 следует, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (части 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Размер возмещения стороне расходов по оплате услуг представителя должен быть соотносим с объемом защищаемого права; при этом также должны учитываться сложность, категория дела и время его рассмотрения в суде.

В п. 13 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 №1 указано, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Исходя из изложенного, с учетом сложности дела, времени, затраченного представителем истца на участие при рассмотрении дела, участие в подготовки дела к судебному заседанию, в одном судебном заседании, продолжительностью 1,5 часа, составление искового заявления, степени участия в деле, длительности рассмотрения дела, объема произведенной представителем работы по представлению интересов истца, категории возникшего спора, его сложности, принципов разумности и справедливости, суд считает, что разумными являются расходы в размере 10000 рублей. 

В силу ст. 103 ГПК РФ, п. 2 ч. 2 ст. 333.17, ч. 2 ст. 333.19 и п. 1 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ в доход муниципального образования «город Томск» с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Акционерного общества «Томскавтотранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 580000 руб., расходы на оплату услуг представителя 10000 рублей. 

Взыскать с Акционерного общества «Томскавтотранс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход муниципального образования «город Томск» государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд в течение одного месяца через Октябрьский районный суд г. Томска.

...

...

...

...

Судья: ...

...