АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Уфа 29 июня 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда

Республики Башкортостан в составе председательствующего Каримова Ф.М. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бакировой А.И.

с участием:

прокурора Акмаловой А.Р.,

адвоката Галиуллина Г.Р., представляющего интересы осужденного ФИО2, 

адвоката Жановой З.М., защитника наряду с адвокатом Ганиева Д.Ф. представляющих интересы осужденного ФИО3, 

рассмотрела в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлению государственного обвинителя заместителя прокурора Шаранского района Батюкина В.В., жалобам осужденного ФИО2, его защитника адвоката ХакимоваА.Р., адвоката Жановой З.М. в интересах осужденного ФИО3 на приговор Туймазинского межрайонного суда РБ от 23 марта 2023 года в отношении

ФИО3, дата года рождения, уроженца с. адрес адрес адрес, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по месту жительства по адресу: адрес, с. ФИО1, адрес, имеющего среднее профессиональное образование, холостого, неработающего, военнообязанного, несудимого,

осужденного по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде 240 часов обязательных работ.

Мера пресечения ФИО3 оставлена подписка о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу. 

ФИО2, дата года рождения, уроженца д. адрес адрес, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по по адресу: адрес, д. адрес, адрес, имеющего среднее специальное образование, холостого, неработающего, ограниченно годного к военной службе, судимого:

- 03 июня 2021 года Туймазинским межрайонным судом Республики Башкортостан по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ к штрафу в размере 20 000 рублей,

- 23 ноября 2021 года Туймазинским межрайонным судом Республики Башкортостан по п.п. «а,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ с применением ст.ст. 70, 71 УК РФ с полным присоединением неотбытого наказания по приговору Туймазинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 03 июня 2021 года к 2 годам лишения свободы и штрафу в размере 20 000 рублей, на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы сочтено условным с испытательным сроком 1 год, штраф в размере 20 000 рублей уплачен 30 ноября 2021 года,

осужденного по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде 2 (двух) лет лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы сочтено условным с испытательным сроком 1 (один) год. На него возложены обязанности, способствующие исправлению. 

Мера пресечения ФИО2 - заключение под стражу - изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу. В зале суда освобожден из-под стражи.

В случае отмены ФИО2 условного осуждения и исполнении наказания решено зачесть в срок отбытия ФИО2 наказания период его содержания под стражей с 25 сентября 2022 года по 23 марта 2023 года.

Приговор Туймазинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 23 ноября 2021 года в отношении ФИО2 постановлено исполнять самостоятельно.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав председательствующего об обстоятельствах дела и доводах апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда первой инстанции ФИО3 и ФИО2 совершили кражу, т.е. тайное хищение имущества Потерпевший №1 группой лиц по предварительному сговору при следующих обстоятельствах.

В период времени с 20 часов 30 минут 20 июля 2021 года до 04 часов 00 минут 21 июля 2021 года ФИО3, находясь в переулке у моста за детским садом «...» в селе ФИО1 адрес адрес, предложил ФИО2 похитить скоростной велосипед, находившийся в одном из подъездов многоквартирного дома, расположенного по адресу: адрес, с. ФИО1, адрес. ФИО2 согласился на предложение ФИО3, тем самым они вступили между собой в предварительный сговор на хищение велосипеда. Реализуя свой преступный умысел, ФИО3 и ФИО2 пришли к дому, расположенному по адресу: адрес, с. ФИО1, адрес, где группой лиц по предварительному сговору, умышленно, с корыстной целью, воспользовавшись тем, что за ними никто не наблюдает, через металлическую дверь, которая не была заперта на кодовый замок, из подъезда № 3 указанного дома тайно похитили находившийся в коридоре первого этажа велосипед марки «Crait» модели «Suprime», стоимостью 16 929 рублей, принадлежащий Потерпевший №1, после чего с похищенным велосипедом скрылись и распорядились им по своему усмотрению, причинив Потерпевший №1 материальный ущерб в сумме 16 929 рублей. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором, полагая его постановленным с нарушениями требований законов. Указывает, что суд необоснованно не допустил в процесс его «общественного» защитника Шафикулова. Не опросил работников полиции, свидетеля защиты ФИО4, находившегося в здании суда, не передал сообщение о преступлении в следственный комитет в связи с оказанным на него давлением путем угроз и избиением, как со стороны потерпевшего ФИО11 №2 и свидетеля ФИО1, так и оперуполномоченного ФИО5, передачи для подписи заранее изготовленных протоколов допросов следователем ФИО6. Необоснованно отказал в истребовании у оператора «Мегафон» распечатки телефонных переговоров, подтверждающих отсутствие его разговора 20 июля 2021 года с ФИО3. Не учел наличие у него психического заболевания, в результате которого он подвержен чужому мнению, и что подтверждает его самооговор и оговор ФИО3. Не привел в приговоре показания Ш-вых об особенностях его поведения в связи с заболеванием. Суд неверно указал в приговоре его судимость от 3 июня 2021 года, поскольку наказание в виде штрафа было исполнено 30 ноября 2021 года, судимость была погашена до вынесения обжалуемого приговора. Также до вынесения приговора погашена его судимость от 23 ноября 2021 года. Учитывая, что кроме самооговора иных доказательств его вины в деле нет, просит приговор отменить, его оправдать либо вернуть дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Его защитник адвокат Хакимов в апелляционной жалобе привел те же доводы в пользу ФИО2. Также привел доводы о недопустимости доказательств, соответствующие позиции адвоката Жановой. Просит приговор отменить, уголовное дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Адвокат Жанова в своей апелляционной жалобе, согласованной с осужденным ФИО3, также оспаривает приговор ввиду недоказанности обвинения ФИО3. Со ссылкой на пояснения ФИО2, в которых он указывает на дачу показаний под угрозами физической расправы со стороны оперуполномоченного ФИО5, подлог протокола допроса на очной ставке с ФИО3 следователем ФИО6, избиение его и ФИО3 ФИО11 №2 и ФИО1, незаконный отказ допросить свидетеля ФИО4, явившегося в суд, отсутствие со стороны суда и государственного обвинителя какой-либо проверки, оценки и опровержения заявления о недозволенных методах расследования просит признать недопустимыми и исключить из числа доказательств протоколы допросов ФИО2 в качестве подозреваемого, обвиняемого, на очных ставках и при осмотре места происшествия 24 декабря 2021 года.

Оспаривает допустимость как доказательства отпечатка ладони ФИО3, якобы найденного на раме похищенного велосипеда, поскольку отпечаток получен с нарушением требований УПК РФ. Осмотр производился без участия понятых. В силу требований ч.1.1 ст.170 УПК РФ ход и результаты следственного действия должны фиксироваться с помощью технических средств. Между тем, место обнаружения отпечатков, ход их изъятия, сами отпечатки на липкой ленте не зафиксированы никакими техническими средствами, откуда появились три отрезка с отпечатками, неизвестно. При осмотре в судебном заседании 3 изъятых отпечатков выяснилось, что один имеет ярко-бурый цвет, другие два – серый. Согласно протоколу осмотра места происшествия использовался для изъятия один порошок «Рубин». На его использование указано в постановлении о назначении дактилоскопической экспертизы. В заключении эксперта указано на коричневый цвет всех отпечатков, представленных на исследование. Откуда появился отпечаток ладони ФИО3 серого цвета, непонятно. Отмечает, что ходатайства стороны защиты о проверке этого доказательства, в том числе фактической даты фиксации техническим средством, были безосновательно отклонены. Согласно справке об исследовании от 29 октября 2021 года след руки, изъятый 29 октября 2021 года (доп. осмотр), совпадает с оттиском ладони ФИО3 на дактилокарте. Однако на время дополнительного осмотра – 29 октября 2021 года, предварительное следствие было приостановлено, протокола дополнительного осмотра места происшествия в деле нет. Суд не ответил на вопрос о том, как один отпечаток был направлен на исследование, если было изъято три. Анализируя все указанные обстоятельства, приходит к выводу о недопустимости в качестве доказательств протокола осмотра места происшествия, которым изъяты следы ладони ФИО3, справки об исследовании и заключения эксперта о принадлежности отпечатка ФИО3.

Обращает внимание на указание в обвинительном заключении о звонке ФИО3 ФИО2 20 июля 2021 года, чтобы обговорить кражу, который не подтверждается распечатками звонков между ними. Суд в приговоре не мотивировал, почему не принимает показания свидетелей А-вых, согласно которым обвиняемый ФИО3 был дома и не мог совершить кражу, не устранил противоречия в показаниях ФИО2, что ему звонил ФИО3, и в распечатках переговоров, согласно которым ФИО3 ФИО2 не звонил.

Приводит доводы относительно того, что суд не дал возможности подготовить вопросы для назначения судебной психиатрической экспертизы, необоснованно отклонил ходатайство о назначении комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО2, подверженного чужому влиянию. 

Также обращает внимание на многочисленные нарушения требований уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования уголовного дела, являющиеся основанием для возвращения уголовного дела прокурору: длительное время ФИО2 и ФИО3 не признавались подозреваемыми по делу, что лишило возможности повлиять на назначение дактилоскопической экспертизы; следователем было отказано в допросе ряда свидетелей; заявленные свидетели защиты не были включены в обвинительное заключение, тем самым гарантированные права обвиняемых не были соблюдены. Просит приговор отменить, уголовное дело вернуть в суд первой инстанции на новое рассмотрение либо прокурору. 

В апелляционном представлении ставится вопрос об изменении приговора в связи с неверной квалификацией судом деяния и мягкостью назначенного наказания. Автор считает необоснованным исключение судом из обвинения признака причинения значительного ущерба гражданину, что подтверждалось объяснением и позицией потерпевшего. Также необоснованным находит признание судом смягчающим наказание ФИО2 обстоятельством активное способствование расследованию преступления, поскольку никаких активных действий, направленных на сотрудничество с органами следствия, он не совершал, неизвестную информацию не предоставил. Вину признал под давлением улик. Учитывая менявшуюся позицию ФИО2 в суде, наличие судимостей, считает, что назначенное ему наказания не является справедливым. Просит квалифицировать действия осужденных по пп. «а, в» ч.2 ст.158 УК РФ, сохранить назначенные наказания, исключив ФИО2 применение ст.73 УК РФ.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции

защитники осужденного ФИО3 поддержали доводы апелляционных жалоб, просят приговор отменить, уголовное дело вернуть в суд первой инстанции на новое рассмотрение либо прокурору для дополнительного расследования.

Адвокат Галиуллин просил удовлетворить апелляционную жалобу осужденного ФИО2.

Прокурор предложил приговор изменить по доводам апелляционного представления, изменив квалификацию действий осужденных согласно предъявленному обвинению. 

Проверив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, суд второй инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и основан на правильном применении уголовного закона.

Обжалованный приговор указанным требованиям закона не отвечает.

Согласно п.1 ст.307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать в числе прочего описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. 

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ в постановлении от 27.12.2002 N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" при квалификации действий виновных как совершение хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору суду следует выяснять, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества, состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления. 

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 "О судебном приговоре" судам следует иметь в виду, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. В тех случаях, когда преступление совершено группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, при описании преступного деяния должно быть указано, какие конкретно преступные действия совершены каждым из соучастников преступления.(п.18)

Вопреки указанным требованиям закона суд в приговоре не установил и не описал, какие действия совершил каждый из обвиняемых для достижения преступного результата. 

Допущенное нарушение требований уголовно-процессуального закона является существенным, влекущим безусловную отмену приговора на основании п.2 ст.389.15 УПК РФ с постановлением по уголовному делу нового обвинительного апелляционного приговора, поскольку предусмотренных законом препятствий для этого не имеется.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции установлено следующее.

В период времени с 20 часов 30 минут 20 июля до 4 часов 21 июля 2021 года ФИО3 и ФИО2 из корыстных побуждений, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, договорились украсть велосипед. Для реализации задуманного пришли к 3 подъезду дома, расположенного по адресу: адрес, с. ФИО1, адрес, где согласно обговоренному распределению ролей ФИО2 остался рядом с подъездом, чтобы наблюдать, предупредить ФИО3 о возможном появлении посторонних лиц, ФИО3 вошел в подъезд, забрал и вынес велосипед, стоящий в коридоре первого этажа. Затем ФИО3 и ФИО2 распорядились им по своему усмотрению, причинив потерпевшему Потерпевший №1 материальный ущерб в сумме 16 929 рублей. 

Подсудимый ФИО3 вину в совершении указанного преступления не признал, в начале судебного заседания суда первой инстанции от дачи показаний отказался. В последующем показал, что дата целый день он находился дома с братом, затем пришел отец, к вечеру мать. Около 10 ч. вечера пошел дождь. Он сидел за ноутбуком брата и лег спать в три часа ночи. Утром приехал ФИО1 с зятем и требовал от него вернуть велосипед, о котором он не знал. Почему ФИО2 оговорил в полиции себя и его, он не знает. 

Подсудимый ФИО2 также вину не признал, показал, что дата он работал разнорабочим у ФИО9, проживал в вагончике, там спал и никуда не отлучался, т.к. шел сильный дождь. Утром приехал ФИО1, требовал велосипед. Потом повез его к зятю, где показал подъезд, откуда украли велосипед, описал его. Затем повез к ФИО3, он тоже про кражу не знал. Под давлением ФИО1, его зятя, сотрудников полиции он испугался за свою жизнь, вынужденно согласился взять на себя и ФИО3 кражу, которую не совершали. 

Несмотря на отрицание причастности к краже велосипеда, виновность подсудимых подтверждается следующими доказательствами. 

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого ФИО2 показал, что в 20-х числах июля месяца ему на сотовый телефон позвонил знакомый ФИО3 и предложил встретиться возле моста, расположенного за детским садом «...». Время было ближе к 21 часу. Он подошел к мосту, немного подождал, пришел ФИО3, был один. Они пошли вдвоем в магазин «Ксения», расположенный по адрес с. ФИО1, где ФИО3 купил сигареты и две 1,5 литровые бутылки пива. После чего они пошли опять к мосту, где распили купленное пиво. В ходе распития спиртного ФИО3 предложил ему совершить кражу велосипеда из коридора одного из подъездов многоквартирного адрес с. ФИО1. ФИО3 сказал, что приметил один из велосипедов ранее и что, похитив данный велосипед, можно будет в последующем его продать, а вырученные денежные средства поделить пополам. Он согласился на кражу. Время точное не помнит, но на улице было уже темно. Когда подходили к дому № 90, ФИО3 ему сказал, чтобы он остался рядом с подъездом и охранял вход, чтобы при появлении посторонних лиц сообщить ему. Они прошли во двор дома со стороны магазина «Башспирт». Там имеется металлическая калитка. Он сделал так, как сказал ФИО3, остался рядом с подъездом. Номер подъезда он не смотрел. Сам ФИО3 зашел в подъезд. Он смотрел по сторонам, постоянно оглядывался, чтобы никто не появился. За это время возле дома и подъезда никто не появился. ФИО3 не было около 4-5 минут. Потом он вышел и с собой вынес скоростной велосипед среднего размера. Он заметил ярко зеленый цвет на раме велосипеда. Марку велосипеда он не увидел. После этого они отошли в угол дома вместе с велосипедом, постояли минут 5, покурили. В это время ФИО3 со своего телефона позвонил какому-то знакомому (голос был мужским) и предложил забрать велосипед. Он услышал, как его знакомый ответил, что у него нет денег, что заберет велосипед на следующий день, то есть дата Имя знакомого ФИО3 не называл, и стоимость велосипеда тоже не называл. После этого они с Антиповым разошлись по домам. Он направился через магазин «Башспирт», а ФИО3 ушел в другую сторону с велосипедом. Куда ФИО3 его унес, он не знает. После этого он с ФИО3 не встречался, куда он дел велосипед, сказать не может. Денежных средств он ему за продажу велосипеда не дал. На следующий день после кражи к нему на место работы приехал житель с. ФИО1 (хозяин салона ритуальных услуг) с ранее незнакомым ему мужчиной по имени ФИО7 (как он понял, это был хозяин велосипеда) и начал спрашивать про велосипед, похищенный из подъезда адрес с. ФИО1. ФИО1 сказал, что велосипед принадлежит его внуку. Он сразу сознался в краже велосипеда и рассказал ему все, как было, то, что кражу они совершили вместе с ФИО3, что похищенный велосипед забрал с собой ФИО3. После чего ФИО1 предложил ему поехать к дому № 90 по адрес и показать месторасположение подъезда, откуда похищен велосипед. Он согласился, и они поехали к дому № 90, где он все показал и рассказал, как произошла кража велосипеда. После этого он предложил ФИО1 съездить к ФИО3, чтобы выдать ему похищенный велосипед. Они поехали к ФИО3 втроем: он, ФИО1 и ФИО7. Со слов отца ФИО3. в это время спал дома. Отец разбудил ФИО3. Когда ФИО3 вышел к ним, он сказал ему, что нужно вернуть велосипед дяде ФИО8, пока об этом не сообщили в полицию. На что ФИО3 сказал: «Поехали отдавать». И они вчетвером поехали к лесу, расположенному за мясокомбинатом с. ФИО1. Дорогу им показывал ФИО3. Когда они приехали к лесу, ФИО3 сказал, что нужно спуститься в овраг, что велосипед там. Они все вчетвером спустились в овраг, но велосипеда там не было. Он спросил у ФИО3, куда тот дел велосипед. На что ФИО3 сказал ему: «Закрой рот»! В это время к ним подъехал брат ФИО3, а за ним и сотрудники полиции. После этого его и ФИО3 повезли в отделение полиции для дальнейшего разбирательства. Где находился велосипед после хищения, ему до сих пор неизвестно. Вину в совершенной краже велосипеда, принадлежащего Потерпевший №1, признает полностью, в содеянном чистосердечно раскаивается. Им с ФИО3 никто разрешения брать велосипед не давал. Во время совершения кражи велосипеда они с ФИО3 были вдвоем, больше никого не было. ФИО3 сам ему предложил совершить кражу. Он сам привел его к дому № 90, он заранее знал, где находится велосипед. Он ранее и в ту ночь в подъезде этого дома не бывал. О том, кому принадлежит похищенный ими велосипед, он узнал только на следующий день, то есть дата, когда к нему приехал ФИО11 №1. (л.д. 245-248 т. 1, л.д.34-36 т.2)

Данные показания ФИО2 подтвердил в ходе осмотра места происшествия (л.д. 2-5 т. 2), проверки показаний на месте, где самостоятельно показал и рассказал обстоятельства совершения им совместно с ФИО3 кражи велосипеда (л.д. 214-216 т. 1), а также в ходе очных ставок, проведенных с потерпевшим ФИО11 №2, свидетелем ФИО1, обвиняемым ФИО3 (л.д. 45-47, 41-44, 6-17 т. 2).

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, в том числе применение к осужденному недозволенных методов ведения следствия при получении этих показаний, судом не установлено. При допросах осужденному разъяснялись соответствующие положения уголовно-процессуального закона, его право не свидетельствовать против себя, а также то, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу. Кроме того, допросы ФИО2 проводились в присутствии защитника. Замечаний по ходу и содержанию допросов ни осужденный, ни его защитник не подавали. А потому для признания этих показаний недопустимыми доказательствами, о чем просит адвокат Жанова, оснований не имеется.

Приведенные показания ФИО2 согласуются с другими доказательствами.

Так, потерпевший Потерпевший №1 суду показал, что начинался вечером дождь, и он занес велосипед сына в подъезд в 20-20.30 часов. Утром 20-дата он уехал из дома, затем ему позвонила супруга и сообщила, что пропал велосипед. Приехал тесть ФИО1, позвонил в полицию и уехал. Затем тесть приехал с ФИО2, сказал: «Вот человек, который украл велосипед, поедем, он второго покажет, и поедем забирать велосипед». ФИО2 сказал, что надо ехать к ФИО3. Они доехали до ФИО3, вышел отец, позвали сына, они сели в машину и вчетвером поехали к месту, где находился велосипед, за мясокомбинат. Дорогу показывали ФИО3 и ФИО2, один из них говорил: «Давай вернем велосипед», второй молчал. Они прошли 3 км и ничего не обнаружили. Потом подъехали сотрудники полиции и брат ФИО3, который сказал ФИО3, чтобы тот молчал. Затем ФИО3 и ФИО2 забрали сотрудники полиции. Как велосипед обнаружили, он не видел, позвонила супруга и сказала, что велосипед подкинули в подъезд, он стоит около двери, но в другом месте и не так, как они обычно ставили его.

Свои показания ФИО11 №2 подтвердил на очных ставках с ФИО3 и ФИО2. (л.д. 194-197 т. 1, л.д. 45-47 т. 2). 

ФИО11 ФИО1 Р.С. в суде показал, что у его внука украли велосипед. Он сообщил в полицию. После этого он поехал на работу к ФИО2 на пилораму возле заправки в сторону адрес, т.к. в с. ФИО1 все знают, что они этим занимаются. В цех он не заходил, ФИО2 позвали. Он спросил у ФИО2 про велосипед, ФИО2 сам сказал, что велосипед отдадим, если без сотрудников полиции. Они сразу поехали к ФИО3, никуда не заезжали. Когда приехали к ФИО3, вышел ФИО3, его отец и брат, ФИО2 сказал ФИО3: «Велосипед оказался дяди Рауля, давай вернем». Затем их повезли в лес показывать велосипед. Они доехали, прошли 2 км, сказали, что велосипед спрятан возле речки, но велосипеда там уже не было, а следы от велосипеда были. Потом к ним подъехали сотрудники полиции и их забрали. 

В ходе предварительного следствия ФИО1 Р.С. показывал, что, узнав о краже велосипеда, сообщил в полицию. По своим источникам узнал, что кражей занимаются ФИО2 и ФИО3. Поехал к ФИО2 на работу. ФИО2 не стал отрицать, сразу признался в краже велосипеда его внука. Ахмадишов рассказал, что в ночь на дата велосипед они похитили вместе с ФИО3, о местонахождении велосипеда знает ФИО3. После чего они втроем (он, ФИО11 №2 и ФИО2) поехали к ФИО3. Когда они приехали, ФИО3 вышел к ним и ФИО2 сказал ему: «Давай вернем велосипед «по-хорошему», пока об этом не сообщили сотрудникам полиции». ФИО3 еще переспросил, точно ли о краже не знает полиция, после чего сказал: «Поехали». Отец ФИО3 тоже находился дома, он сказал ФИО3: «Если ты взял велосипед, то верни». После чего они вчетвером поехали на поляну к лесу, расположенному за мясокомбинатом с. ФИО1. Дорогу показывали ФИО3 и ФИО2. Приехав на место, они вышли из автомашины, и ФИО2 просил ФИО3 указать место, куда он спрятал похищенный велосипед. В это время к ним подъехал брат ФИО3 и сказал ему, чтобы тот все отрицал, чтобы ничего не говорил и не показывал. После этого к ним подъехали сотрудники полиции. ФИО2 и ФИО3 увезли в полицию. дата ему позвонил внук и сообщил, что похищенный велосипед кто-то вернул на место, подбросил в коридор их подъезда. Он сказал внуку, чтобы он не трогал руками велосипед, т.к. на нем могут остаться следы рук. Он сразу сообщил в полицию. После приезда сотрудников в его присутствии обработали дактилоскопическим порошком поверхность рамы велосипеда. При обработке были обнаружены следы рук, которые сотрудники полиции изъяли на три отрезка ленты скотч. Когда они с ФИО3 и ФИО2 поехали на поляну за мясокомбинат в поисках велосипеда, ни он, ни ФИО11 №2 ударов руками и ногами по телу ФИО3 не наносили. (л.д. 62-64, 191-193 т. 1) 

ФИО11 ФИО1 Р.С. подтвердил суду достоверность приведенных показаний.

По показаниям свидетеля ФИО11 №2 в суде летом 2021 года до обеда она обнаружила пропажу спортивного велосипеда старшего сына, который стоял в подъезде напротив квартиры, прислоненный к стене. Она позвонила отцу и сообщила о случившемся, отец позвонил в полицию. В дальнейшем велосипед обнаружили в подъезде возле квартиры. В подъезде никого не было. Она позвонила отцу, он приехал, вызвал сотрудников полиции. По приезду сотрудников полиции она зашла в квартиру, больше не выходила. 

ФИО11 ФИО11 №3, сотрудник полиции, в ходе предварительного следствия показал, что во время розыска велосипеда, в хищении которого подозревались ФИО3 и ФИО2, после дата в отделение полиции снова были приглашены ФИО2 и ФИО3. В ходе разговора с ФИО3 ему было предложено вернуть велосипед ФИО11 №2 на место, возможно, потерпевший не будет иметь претензий и захочет прекратить дело с примирением. ФИО3 продолжал отрицать свою вину. Спустя пару дней дата ему стало известно, что похищенный из подъезда велосипед ФИО11 №2 вернули на место. (л.д. 121-123 т. 1)

В суде свидетель ФИО11 №3 подтвердил достоверность указанных выше показаний.

Протоколом осмотра места происшествия от дата установлено, что вход в подъезд осуществляется через металлическую дверь. В тамбуре имеется металлическая дверь, ведущая на лестничную площадку, где справа возле стены прислонен детский велосипед, слева стоит детская коляска. Далее через дверной проем осуществляется вход в коридор, где располагаются квартиры №№ 31-35 (1 этаж). Вход свободный. При проведении осмотра места происшествия ФИО11 №2 пояснил, что велосипед вечером оставили, прислонив к стене дома возле двери квартиры № 34. (л.д. 6-10 т. 1)

Согласно заключению специалиста № 21598 от 05.08.2021 г. ориентировочная стоимость велосипеда марки «Crait» модели «Suprime» с учетом срока эксплуатации, комплектности и при условии его работоспособности по состоянию на дата составляет 16 929 рублей (л.д. 31-32 т. 1).

Протоколом осмотра места происшествия от 16.10.2021 г. осмотрен скоростной велосипед марки «CRAIT SUPRIME», возвращенный на место, откуда был похищен. Согласно протоколу с рамы велосипеда были изъяты отпечатки пальцев и ладоней рук. (л.д. 91-95 т. 1) Данный велосипед признан вещественным доказательством, приобщен к материалам уголовного дела, передан на хранение потерпевшему ФИО11 №2. (л.д.114-115, 116, 117 т. 1).

Протоколом осмотра места происшествия от 24.12.2021 г. (л.д. 2-5 т. 2) с участием ФИО2 зафиксирована местность, мост в с.ФИО1, где ФИО2 вместе с Антиповым распивали пиво, договорились украсть велосипед. (л.д. 2-5 т. 2)

Протоколом от дата осмотрена детализация телефонных переговоров с дата по дата абонентского номера 

<

***>, принадлежащего ФИО3, из которой следуют дата в 01:41:04, 01:41:13 и 01:42:26 входящие сообщения от абонентского номера 

<

***> (абонент «ФИО2 ФИО33»). Детализация приобщена к материалам дела в качестве вещественного доказательства. (л.д. 217-218, 219 т. 1).

Изложенные показания потерпевшего ФИО11 №2, свидетелей ФИО1, ФИО11 №2, ФИО11 №3, письменные доказательства полностью согласуются между собой и показаниями обвиняемого ФИО2, подтверждают показания последнего, а потому все признаются достоверными. ФИО1 и ФИО11 №2 не были знакомы с ФИО2 и ФИО3, соответственно личной неприязни к ним не испытывали, какого-либо интереса к привлечению их к уголовной ответственности не имели, в материалах уголовного дела такие данные отсутствуют. Они хотели найти и вернуть велосипед. Поэтому не имеется оснований не верить их показаниям о том, что ФИО2 сам привел их к ФИО3, чтобы он выдал спрятанный велосипед. Также нет оснований не верить тому, что обвиняемый ФИО3 при встрече не отрицал хищение, в присутствии своих отца, брата поехал показывать место, где оставил велосипед. Уже в лесу, когда приехал его брат, стал отрицать причастность к краже. Таким образом ФИО11 №2 и ФИО1 сообщают о поведении и действиях ФИО3, и эти показания не являются пересказом показаний ФИО2, объективно подтверждают причастность ФИО3 к хищению. 

Оценивая показания ФИО2, суд не усматривает у него поводов для оговора ФИО3. Неприязненных отношений между ними не усматривается, они длительное время общаются, ранее совместно совершали хищение, что подтверждается соответствующими судебными решениями. Также исходит из того, что показания ФИО2 содержат подробности встречи его с ФИО3, которые не могли быть известны допрашивающему и не имеют значения для установления обстоятельств непосредственно кражи (к примеру, распитие пива), что также указывает на достоверность его показаний. Кроме того, они подтверждаются протоколами осмотра места происшествия, места встречи с ФИО3 и другими доказательствами.

Стоимость похищенного велосипеда (размер ущерба) установлена заключением специалиста, сторонами не оспаривается. 

Таким образом, совокупность исследованных в судебном заседании доказательств, достаточно полно отражает картину хищения и причастность ФИО2 и ФИО3 к его совершению. 

Позиция подсудимых, отрицавших предъявленное обвинение, опровергается вышеприведенными доказательствами, является попыткой уйти от уголовной ответственности, несостоятельна. 

Свидетели защиты ФИО14 (сестра обвиняемого ФИО2), ее супруг ФИО15 суду охарактеризовали ФИО2 как странного человека, способного выполнять несложные конкретные поручения. Отметили его послушность, молчаливость, неспособность учиться, легкость управления его поведением. 

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 114 от 22 февраля 2023 года ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдает, и не страдал ранее, обнаруживает признаки легкой умственной отсталости (F 70.08). 

Со ссылкой на показания Ш-вых, заключение экспертов сторона защиты находит не заслуживающими доверия показания ФИО2 в силу его умственных особенностей, подверженности влиянию чужих людей. Данная позиция является предположением, противоречит последовательным и подробным показаниям ФИО2, подтвержденным другими доказательствами. В силу содержания тех же показаний не имеется оснований для назначения психологической экспертизы в отношении ФИО2 для определения степени возможности влияния других людей на его поведение, показания. Кроме того заключением судебной психиатрической экспертизы признано, что он мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, в том числе мог давать показания при допросе в качестве обвиняемого 23.12.2021г., 25.12.2021г., при проверке показаний на месте дата, при проведении очной ставки с потерпевшим Потерпевший №1 27.12.2021 г., при проведении очной ставки с обвиняемым ФИО3 24.12.2021г., при проведении очной ставки со свидетелем ФИО1 Р.С. дата, при осмотре места происшествия дата, то есть производстве следственных действий, имеющих значение для разрешения дела. С учетом изложенного, не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона не разрешение судом ходатайства адвоката Жановой о назначении комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы. В апелляционных жалобах не отмечается неполнота вопросов и ответов проведенной судебно-психиатрической экспертизы, в связи с чем не усматривается существенных нарушений прав участников процесса при назначении этой экспертизы. 

В судебном заседании не нашло подтверждение давление и насилие в отношении ФИО2 со стороны ФИО11 №2 и ФИО1, в результате чего он признал хищение и оговорил ФИО3. Между ФИО2 и ФИО11 №2, и ФИО1 проводились очные ставки, ФИО2 не сообщал о применении к нему физической силы. Постановлением от 27.12.2021 г. отказано в возбуждении уголовного дела по ст. 116.1 УК РФ в отношении ФИО1 Р.С. и Потерпевший №1 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления (л.д. 48-50 т. 2). Сведений об отмене данного постановления не имеется. Попытка опорочить показания ФИО2 со ссылкой на указанных лиц является несостоятельной. 

Аналогично несостоятелен довод о даче признательных показаний ФИО2 под давлением сотрудника полиции ФИО34. В материалах уголовного дела нет каких-либо показаний ФИО2, полученных с 21 на 22 июля дата года (в ночь якобы его общения с ФИО34). Первые показания по делу им даны через 2 месяца после случившейся кражи (дата), когда сопровождение допроса ФИО34 не заявляется. При таких обстоятельствах нельзя признать обоснованным довод стороны защиты о том, что суд первой инстанции нарушил права обвиняемого и требования закона, не проверив и не опровергнув применение к обвиняемому недозволенных методов расследования, не допросив явившегося в суд свидетеля ФИО4, который якобы видел и увез ФИО2 от ФИО34. 

Довод о том, что перед очной ставкой с ФИО3 следователь сообщил ФИО2, какие будут вопросы, и какие нужно дать ответы, и ФИО2 дал заученные показания в соответствии с требованием следователя, какими-либо объективными данными не подтвержден. Более того, по мнению судебной коллегии, противоречит суждениям стороны защиты об умственных способностях ФИО2. Допрос на очной ставке произведен с участием двух адвокатов, протокол не содержит замечаний, составлен в соответствии с предъявляемыми требованиями, а потому является допустимым доказательством, а достоверность его оценена выше. Иные показания даны ФИО2 также с участием адвоката, протоколы замечаний по процедуре дачи показаний и тексту не содержат, что исключает подписание ФИО2 заранее изготовленных протоколов. 

Вопреки доводам защитников в обвинении ФИО2 и ФИО3 не указано на встречу их по телефонному звонку ФИО3. Данное обстоятельство следует из показаний ФИО2. По мнению судебной коллегии, отсутствие доказательств звонка в имеющихся в деле сведениях о телефонных соединениях не подвергает сомнению состоявшуюся перед кражей встречу, что исходит из совокупности приведенных выше доказательств обвинения. ФИО2 не смог вспомнить, как они созвонились с ФИО3, с каких номеров телефонов. 

Показания свидетелей защиты ФИО11 №4, ФИО16, ФИО17 в суде о том, что их брат и сын ФИО3 в течение дня дата июля и ночи на дата, занимался домашними делами, сидел за ноутбуком, из дома никуда не отлучался, утром его одежда и обувь были чистыми, суд отвергает, поскольку они противоречат признанным достоверными доказательствам, и данные лица заинтересованы в силу близкого родства с подсудимым в благоприятном для обвиняемого ФИО3 исходе дела.

Ссылки на сильный дождь вечером дата также не исключают причастность ФИО2 и ФИО3 к преступлению. Факт кражи в инкриминируемый период и время никем не оспаривается. Следовательно, погодные условия не препятствовали совершению преступления, и нет никаких данных, что они препятствовали употреблению пива. 

Довод осужденного ФИО2 о нарушении его права на защиту тем, что к участию в деле не был допущен в качестве защитника наряду с адвокатом Шафикулов, нельзя признать обстоятельством, влекущим безусловную отмену приговора. В суде ФИО2 защищал адвокат Хакимов. По протоколу судебного заседания видна активная позиция адвоката, согласованная с подсудимым. Он обжаловал приговор в апелляционном порядке, приводя подробные доводы в его защиту. От услуг этого адвоката ФИО2 не отказывался, не указывает на ненадлежащее исполнение им своих обязанностей и в апелляционной жалобе. При этом ФИО2 не сообщает, какую реальную юридическую помощь мог оказать ему Шафикулов. При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает существенного ущемления права на защиту подсудимого в судебном заседании суда первой инстанции.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в развитие статьи 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предусматривающей, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, устанавливает, что нарушение норм данного Кодекса судом, прокурором, следователем, органом дознания, начальником органа дознания, начальником подразделения дознания или дознавателем в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств (часть третья статьи 7); недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для установления любого из обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (часть первая статьи 75). Положения названных статей уголовно-процессуального закона служат гарантией принятия законного и обоснованного решения по уголовному делу и не освобождают суд от обязанности исследовать доводы участников судебного разбирательства о признании тех или иных доказательств не имеющими юридической силы, а при возникновении сомнений в допустимости или достоверности этих доказательств - отвергнуть их в соответствии с требованиями статей 49 (часть 3) и 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 октября 2008 года N 527-О-О, от 23 сентября 2010 года N 1190-О-О, от 28 сентября 2017 года N 2204-О и др.). 

В соответствии с ч.1.1 ст.170 УК РФ при осмотре места происшествия в отсутствие понятых применение технических средств при производстве следственного действия является обязательным и выступает способом беспристрастной фиксации хода и результатов следственного действия и призвано служить точному и достоверному отображению обстоятельств объективной действительности. 

Вопреки названным требованиям закона при осмотре возвращенного потерпевшему велосипеда, оформленного протоколом осмотра места происшествия от 16 октября 2021 года, изъятие отпечатков пальцев и ладоней рук не подтверждается приложенными к протоколу фотографиями, что лишает возможности удостовериться в источнике получения доказательства. Нарушение специально установленной законом процедуры получения доказательства не может быть восполнено показаниями следователя, специалиста, подписавших протокол осмотра, свидетеля, не являющегося понятым, таковое уголовно-процессуальным законом не предусмотрено. Более того, согласно протоколу осмотра отпечатки упакованы в конверт, который без нарушения целостности поступил на дактилоскопическую экспертизу (из заключения эксперта № 67 от 30.11.2021 г.). Между тем после изъятия, но до экспертизы указанные отпечатки в электронном виде были направлены в ЭКЦ МВД по РБ на исследование. Каким образом, когда конверт вскрывался, отпечатки были перенесены на электронный формат, из материалов дела не усматривается. Из показаний следователя ФИО6 и эксперта ФИО10, направившей отпечатки на исследование, затем проведшей дактилоскопическую экспертизу (она же изымала отпечатки при осмотре места происшествия в качестве специалиста) также не усматривается сохранение целостности упаковки с вещественным доказательством. Кроме того исследование проводилось в период, когда предварительное расследование по делу было приостановлено. Учитывая также, что в конверте находится три отрезка липкой пленки с отпечатками разного цвета, а различие цветов не нашло отражение ни в протоколе осмотра места происшествия, ни в заключении эксперта № 67 от 30.11.2021 г., которым установлен отпечаток ладони обвиняемого ФИО3, суд апелляционной инстанции, соглашаясь с доводами адвоката Жановой, защитника Ганиева, признает протокол осмотра места происшествия от 16 октября 2021 года (л.д.91-95 т.1) в части изъятия отпечатков пальцев и ладоней на 3 отрезка липкой ленты, справку о результатах проверки объекта по экспертно-криминалистическому учету (л.д.106 т.1), заключение эксперта №67 от 30 ноября 2021 года (л.д.139-148 т.1) недопустимыми доказательствами. Между тем исключение из числа доказательств указанных документов не влечет оправдания подсудимых, виновность которых подтверждается совокупностью иных приведенных в настоящем приговоре доказательств, отвечающих требованиям допустимости.

Поводы для возвращения уголовного дела прокурору, указанные адвокатом Жановой, защитником наряду с адвокатом Ганиевым, не являются восполнимыми следователем, не устранимыми судом, препятствующими постановлению итогового решения по уголовному делу, а потому необоснованны. В ходе предварительного следствия не допущено существенных нарушений прав обвиняемых, способных повлиять на правильное разрешение уголовного дела. 

Довод ФИО2 о неверной ссылке судом первой инстанции в приговоре на его погашенные к моменту вынесения обжалованного приговора судимостей по приговорам 2021 года не основан на законе, поскольку согласно ст.9 УК РФ преступность и наказуемость деяния устанавливаются на время совершения преступления. На дата судимость по приговору от 3 июня 2021 года не была погашена, а приговора от 21 ноября 2021 года еще не было. Поэтому указание этих судимостей во вводной части приговора по настоящему уголовному делу является обязательным. 

Таким образом, по мнению суда второй инстанции, собранные в ходе предварительного следствия, исследованные в судебном заседании и изложенные в приговоре доказательства в полной мере изобличают ФИО2 и ФИО3 в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, совершенного группой лиц по предварительному сговору, преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ.

Хищение является тайным, поскольку совершение его посторонние не видели, оконченным, так как у подсудимых возникла возможность распорядиться похищенным велосипедом. Совершено группой лиц по предварительному сговору, поскольку ФИО2 и ФИО3 до изъятия велосипеда договорились о его хищении, Антипов распределил роли.

В то же время суд считает необходимым исключить из обвинения подсудимых квалифицирующий признак кражи - «с причинением значительного ущерба гражданину». В ходе предварительного следствия уровень доходов потерпевшего Потерпевший №1, состоящего в зарегистрированном браке и ведущего совместное хозяйство с супругой ФИО11 №2, являющейся индивидуальным предпринимателем, установлен не был. Достоверных фактических доказательств того, что хищение велосипеда поставило в трудное материальное положение семью потерпевшего, органом предварительного следствия не представлено. 

Из материалов уголовного дела, показаний ФИО12 и ФИО3, поведения их, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, сомнений в их психической полноценности не возникло. На учете у психиатра они не состоят. Вменяемость ФИО2 подтверждена и заключением судебно-психиатрической экспертизы № 114 от 22 февраля 2023 года, согласно которому ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдает, и не страдал ранее, обнаруживает признаки легкой умственной отсталости (F 70.08). Степень умственной отсталости не столь значительно, и не лишает ФИО2 возможности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период времени, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, он не обнаруживал также и какого-либо временного психического расстройства и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. 

При назначении вида и меры наказания судебная коллегия в соответствии со ст.6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личности виновных, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденных.

Как личность ФИО3 характеризуется по месту жительства положительно, не состоит на учете у врача-нарколога, привлекался к административной ответственности. 

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание подсудимого ФИО3, не установлено.

Суд находит, что цели наказания, предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты путем назначения ФИО3 наказания в виде обязательных работ. Препятствий, предусмотренных ч.4 ст.49 УК РФ, для назначения этого вида наказаний не имеется. Назначение других предусмотренных ч.2 ст.158 УК РФ наказаний суд находит нецелесообразным. 

Как личность ФИО2 характеризуется по месту жительства положительно, не состоит на учете у врача-нарколога, привлекался к административной ответственности. 

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд учитывает согласно п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ: активное способствование виновного раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в последовательной даче показаний об обстоятельствах кражи, принятии мер к возвращению похищенного велосипеда, изобличении соучастника преступления, согласно ч.2 ст.61 УК РФ: признание подсудимым своей вины в ходе предварительного следствия, наличие заболеваний. 

Обстоятельством, отягчающим наказание, является рецидив преступлений, поскольку ФИО2, имея судимость за совершение умышленного тяжкого преступления по приговору Туймазинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 03 июня 2021 года, совершил умышленное преступление средней тяжести. 

С учетом приведенных данных суд считает, что цели наказания, предусмотренные ч. 2 ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты путем назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы на определенный срок, с применением ст. 73 УК РФ условно, поскольку он может быть исправлен без изоляции от общества, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы. Суд не находит целесообразным применение ст.53.1 УК РФ. 

При определении размера наказания подсудимому ФИО2 суд учитывает требования чч. 1, 2 ст. 68 УК РФ, не находя оснований для применения ч.3 ст.68, ст.64 УК РФ. 

При отсутствии смягчающих наказание обстоятельств у ФИО3, наличии отягчающего наказание обстоятельства у ФИО2, правовых оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ к подсудимым не имеется. 

Гражданский иск по делу не заявлен.

Руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.23, 389.26, 389.28-389.31 УПК РФ, судебная коллегия 

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Туймазинского межрайонного суда РБ от 23 марта 2023 года в отношении ФИО3, ФИО2 отменить, удовлетворив апелляционные жалобы.

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 240 часов обязательных работ.

Меру пресечения ФИО3 - подписку о невыезде и надлежащем поведении – отменить. 

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лет лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание считать условным, установив испытательный срок, продолжительностью 1 (один) год.

Обязать ФИО2 встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства, 1 раз в месяц являться в инспекцию на регистрацию в дни, установленные инспектором, без уведомления инспекции не менять места жительства и работы. 

Меру пресечения ФИО2 - подписку о невыезде и надлежащем поведении – отменить. 

Вещественные доказательства: велосипед марки «Crait» модели «Suprime» оставить в пользовании и распоряжении потерпевшего Потерпевший №1, следы рук на трех отрезках ленты скотч, упакованные в бумажный пакет, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Отделения МВД России по адрес, детализацию оказанных услуг абонентского номера 

<

***> хранить в материалах уголовного дела. 

Настоящий апелляционный приговор вступает в силу со дня провозглашения. Может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через Туймазинский межрайонный суд РБ.

В случае подачи кассационной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий 

Справка: дело 22-3471/2023 судья: Алехина О.Н.