Мотивированное 

решение

 по делу № 2-142\2017

изготовлено 20.06.2017 г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 июня 2017 года

Бутурлинский районный суд Нижегородской области в составе:

председательствующего судьи Зиминой Е.Е.,

при секретаре Гороховой А.С.,

а так же с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в р.п. Бутурлино гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей,

у с т а н о в и л :

Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в котором просит взыскать с ответчика 29 716 руб. 59 коп. сумму основного долга; 1 000 руб. оплата работы адвоката; 1 091 руб. 49 коп. государственную пошлину.

Исковые требования индивидуальный предприниматель ФИО1 обосновала тем, что ФИО2 работала у нее в магазине продукты в должности продавца с 27 июля 2016 г. по 16 сентября 2016 г. При приеме на работу с ФИО2 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Согласно данного договора ФИО2 обязалась бережно относиться к переданному ей для осуществления возложенных на нее функций (обязанностей) имущества работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба.

За период работы ответчик ФИО2 совершила недостачу вверенных ей товарно-материальных ценностей на сумму 38 716 руб. 59 коп.

ФИО2 факт недостачи не отрицает, обязалась недостачу возместить, что подтверждается собственноручно написанной распиской.

Указанную сумму ответчик обязалась возвратить до 01.01.2017 г. частями по 9 000 руб., при этом первый платеж должен быть в срок до 26.09.2016 г.

До настоящего времени принятые на себя обязательства ответчик в установленный срок не исполнила. Денежные средства в размере 29 716 руб. не возвращены. Решением Бутурлинского районного суда от 21.12.2016 г. с ФИО2 взыскано 9 000 руб.

За консультацией и составлением искового заявления она обратилась в адвокатскую контору, оплата юридической помощи составила 1 000 руб.

В судебном заседании истец индивидуальный предприниматель ФИО1 исковые требования поддержала и пояснила, что ФИО2 работала у нее в магазине «Продукты» продавцом. При приеме на работу с ФИО2 был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Фактически в магазине работали два продавца - она, ФИО1 и ФИО2, график работы был два дня через два дня, смены друг от друга они не передавали. В связи с окончанием срока аренды помещения магазина 16.09.2016 г. было решено провести ревизию и товар из магазина вывезти в другой магазин. Приказ о проведении ревизии не издавался, но ФИО2 была извещена на словах, что 16.09.2016 г. в магазине будет проводиться ревизия. К проведению ревизии была привлечена ФИО3 Утром 16.09.2016 г. ФИО2 на ревизию не пришла, они с ФИО3 стали подсчитывать товар, вносить его в накладные и вывозить из магазина. Затем они ездили, искали ФИО2, но так и не нашли, она пришла лишь под конец ревизии, когда товар из магазина был вывезен. По результатам ревизии была обнаружена недостача в размере 38 716 руб. 59 коп., из-за чего образовалась сумма недостачи, не установили: либо из-за нехватки товара, либо из-за нехватки денег в кассе. Кроме того, имелись долги населения, которые были записаны в тетрадь. В долг давали они обе - и ФИО2 и она. С результатами ревизии ФИО2 была согласна, 16.09.2016 г. написала расписку о том, что сумму недостачи вернет.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что ревизия в магазине была проведена без нее, она была уведомлена о проведении ревизии 16.09.2016 г., но сообщала, что утром она пойдет в больницу, затем будет сдавать на права, просила ее подождать. Она подошла в магазин около 14 час., но товар из магазина был уже вывезен, ей ФИО1 сказала, что установлена недостача 38 000 руб. Она считает, что недостача образовалась не по ее вине, как она образовалась, она пояснить не может. Они с ФИО1 работали по графику «два через два», у каждой из них был ключ от магазина, магазин под охрану не сдавался, при ревизии она не присутствовала, товар вывезли без нее. Согласна, что имелись долги населения, в долг давала, как она, так и ФИО1, сумму долгов населения истица с нее взыскать не просит. Инвентаризационную опись она не видела и не подписывала.

По ходатайству истицы в судебном заседании был допрошен свидетель ФИО3, которая пояснила, что имеет высшее экономическое образование, в 2016 г. она оказывала ИП ФИО1 услуги по ведению бухгалтерского учета, помогала проводить ревизии. За день до проведения ревизии ФИО1 сообщила ей, что будет проводиться ревизия, попросила подъехать. Она приехала в магазин около 10 час., продавца ФИО2 в магазине не было, ФИО1 сказала, что ФИО2 прислала смс о том, что бы ревизию начинали без нее. Они пытались найти ФИО2, но не нашли и начали ревизию без нее. Товар пересчитывали, записывали и вывозили в другой магазин. ФИО2 пришла, когда товар был вывезен, ей сказали, что обнаружена недостача около 40 000 руб., она с суммой недостачи согласилась и написала расписку, что сумму недостачи обязуется внести. Недостачу они считали по накладным, потом товар принял продавец в другом магазине. Недостача образовалась в результате недостачи денег за товар. По правилам ведения бухучета проведение ревизии в отсутствии продавца невозможно, но поскольку помещение магазина нужно было освобождать и ФИО2 знала о проведении ревизии, ревизия была проведена без нее.

Суд, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, пришел к следующему.

Судом установлено, что 27 июля 2016 г. между индивидуальным предпринимателем ФИО1 (Работодатель) и ФИО2 (Работник) был заключен трудовой договор № 1, однако должность ФИО2 в данном трудовом договоре не указана.

Этого же числа, 27.07.2016 г. между сторонами был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, в котором должность ФИО2 указана, как «продавец».

При рассмотрении дела сторонами не оспаривалось, что ФИО2 работала в магазине индивидуального предпринимателя ФИО1 продавцом. Одновременно с ФИО2 продавцом в магазине работала и ФИО1, график их работы был установлен два дня ФИО2, два дня ФИО1 и так далее, рабочие смены друг другу продавцы не передавали, каждая из продавцов имела свой ключ от помещения магазина, что так же сторонами при рассмотрении дела не оспаривалось. 

Индивидуальным предпринимателем ФИО1 на 16.09.2016 г. была назначена ревизия в магазине, где работала ФИО2, однако приказа о проведении ревизии не издавалось, с данным приказом ФИО2 не знакомилась, инвентаризационная комиссия приказом работодателя не назначалась и ее состав не утверждался, что пояснила в судебном заседании ФИО1

В судебном заседании установлено, что ревизия в магазине, где работала ФИО2, проводилась 16 сентября 2016 г., при этом ФИО2 при проведении ревизии и вывозе товарно-материальных ценностей из магазина, не присутствовала.

По итогам инвентаризации была составлена инвентаризационная опись от 16.09.2016 г., в которую внесены товары, их наименование, количество, цена и фактическое наличие, всего 235 наименований, общая сумма 61 370 руб. 32 коп. Однако данная инвентаризационная ведомость не содержит подписи материально-ответственного лица, а так же членов комиссии. Указанная опись не содержит в себе сведений ни о снятии фактических остатков на начало ревизии, ни о размере наличных денежных средств, ни о размере суммы материальных ценностей.

Суду представлен акт выведения результатов ревизии, подписанный ИП ФИО1, сумма недостачи 38 716 руб. 59 коп.

Из записей, которые были представлены истцом и как либо не поименованы, следует, что по отчету сумма: 119 387 руб. 47 коп., по ревизии: 61 370 руб. 32 коп., долги населения: 18 096 руб. 30 коп., списано: 1 204 руб. 26 коп., недостача: 38 716 руб. 59 коп. Данные расчеты кем-либо, в том числе ФИО1 и ФИО2, не подписаны.

Объяснение о причинах недостачи у ФИО2 получено работодателем не было. 

16.09.2017 г. ФИО2 была написана расписка, что ответчик при рассмотрении дела не отрицает, о том, что она обязуется внести недостачу в сумме 38 716 руб. 59 коп. в срок до 01 января 2017 г. 

В силу ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном объеме причиненного ущерба возлагается на работника, в частности, в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель в соответствии с требованиями статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Исходя из положений п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

Законодательством о бухгалтерском учете недостача определяется как выявленное при инвентаризации расхождение между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета. Поэтому для установления факта недостачи необходимы документы, отражающие фактическое наличие имущества на какую-либо дату, и документы, отражающие наличие имущества по данным бухгалтерского учета на эту дату. Фактическое наличие имущества определяется при проведении инвентаризации.

Допустимыми доказательствами по делам рассматриваемой категории являются документы инвентаризации (инвентаризационные описи или акты инвентаризации, сличительные ведомости). Порядок и сроки проведения инвентаризации определяются руководителем организации, за исключением случаев, когда проведение инвентаризации обязательно.

Руководствуясь вышепоименованными нормами права, исследовав и оценив доказательства в их совокупности по правилам ст. ст. 55, 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что истцом не предоставлено доказательств установления прямого действительного ущерба.

Представленные истцом индивидуальным предпринимателем ФИО1 в материалы дела документы не отвечают требованиям, предъявляемым к ним Приказом Минфина Российской Федерации от 13.06.1995 N 49 "Об утверждении Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств" (далее по тексту - Методические указания). При этом данные методические указания носят не рекомендательный, а обязательный характер для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Методическими указаниями предусмотрено, что для проведения инвентаризации в организации создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия (п. 2.2); персональный состав постоянно действующих и рабочих инвентаризационных комиссий утверждает руководитель организации, документ о составе комиссии (приказ, постановление, распоряжение) регистрируют в книге контроля за выполнением приказов о проведении инвентаризации, отсутствие хотя бы одного члена комиссии при проведении инвентаризации служит основанием для признания результатов инвентаризации недействительными (п. 2.3); до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств, материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход (п. 2.4); инвентаризационная комиссия обеспечивает полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках товаров, денежных средств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации (п. 2.6); фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета взвешивания, обмера. При инвентаризации большого количества весовых товаров ведомости отвесов ведут раздельно один из членов инвентаризационной комиссии и материально ответственное лицо. В конце рабочего дня (или по окончании перевески) данные этих ведомостей сличают, и выверенный итог вносят в опись. Акты обмеров, технические расчеты и ведомости отвесов прилагают к описи (п. 2.7); проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (п. 2.8). На последней странице описи должна быть сделана отметка о проверке цен, таксировки и подсчета итогов за подписями лиц, производивших эту проверку (п. 2.9); описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица; в конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение; при проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (п. 2.10).

Несоблюдение указанных требований при проведении инвентаризации является основанием для признания итогов инвентаризации недействительными.

Вместе с тем, как следует из материалов дела и из пояснений сторон, в нарушение вышепоименованных пунктов Методических указаний при проведении инвентаризаций от 16.09.2016 г. материально-ответственное лицо ФИО2 не присутствовала.

Представленные в материалы дела истцом в обоснование заявленных требований инвентаризационные описи от 16.09.2016 г. не содержат отметки о проверке цен, таксировки и подсчета итогов; кем-либо не подписаны; составлены без отбора расписок материально ответственного лица о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на его ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. В нарушение требований п. 2.7 Методических указаний к инвентаризационной описи не приложены акты обмеров. Такое составление инвентаризационной описи не позволяет с достоверностью установить количество фактически имеющегося в магазине товара с тем, чтобы сопоставить его с данными бухгалтерского учета.

Так если при инвентаризации выявлены отклонения от учетных данных, то составляются сличительные ведомости, в которых отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационных описей. Суммы недостач товарно-материальных ценностей в сличительных ведомостях указываются в соответствии с их оценкой в бухгалтерском учете (п. 4.1 Методических указаний).

Пунктом 4.1 установлены правила составления сличительных ведомостей, то есть ведомостей по имуществу, при инвентаризации которого выявлены отклонения от учетных данных. В сличительных ведомостях отражаются результаты инвентаризации, то есть расхождения между показателями по данным бухгалтерского учета и данными инвентаризационных описей. Сличительные ведомости могут быть составлены как с использованием средств вычислительной и другой организационной техники, так и вручную.

В материалы дела истцом сличительные ведомости не представлены.

Материалы инвентаризации товарно-материальных ценностей не позволяют определить: сумму товара, который должен был находится в магазине на начало ревизии, сумму наличных денег, которые имелись в кассе магазина, сумму списания скоропортящихся продуктов; торговую надбавку по отношению к закупочной цене (которая не должна учитываться при определении прямого действительного ущерба), сумму недолстачи. Таким образом, требования ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации истцом не выполнены и не соблюдены при определении суммы недостачи.

Более того ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации установлены обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника, а именно: возникновение ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны; неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Избрав такой вид материальной ответственности, как полная индивидуальная ответственность, стороной истца не предоставлено доказательств возможности передачи товарно-материальных ценностей от одного материально ответственного лица к другому, хотя в судебном разбирательстве установлено, что в магазине работало два продавца по сменам, каждый из которых имел ключ от магазина.

Без проведения качественной инвентаризации, то есть правильного подсчета и установления фактического остатка, и без ведения бухгалтерского учета в соответствии с правилами (с целью установления учетного остатка) не представляется возможным сделать вывод о действительном размере недостачи, с которым не согласился при рассмотрении дела ответчик ФИО2

Приведенные правила проведения в организации инвентаризации, предусмотренные Методическими указаниями, и установленные обстоятельства проведения инвентаризации в торговой точке со значительными отступлениями от этих правил, позволяют сделать вывод о недопустимости результатов проведенной истцом инвентаризации, как доказательства причинения истцу материального ущерба.

При этом факт написания расписки ФИО2 о том, что она обязуется вернуть сумму недостачи, правового значения при рассмотрении дела не имеет, поскольку сумма недостачи не может быть взыскана лишь на основании одной расписки. Данная расписка не свидетельствует о соблюдении процедуры инвентаризации товарно-материальных ценностей и не может являться единственным и безусловным доказательством размера ущерба, причиненного работодателю. 

Таким образом, суд считает, что в удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО2 ущерба, причиненного в результате недостачи, в сумме 29 716 руб. 59 коп., должно быть отказано.

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 суд отказывает, то не имеется правовых оснований и для взыскания с ответчика на основании ст. 100 ГПК РФ суммы оплаты работы адвоката в размере 1000 руб. и на основании ст. 98 ГПК РФ суммы уплаченной при подаче искового заявления государственной пошлины в размере 1 091 руб. 49 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

р е ш и л :

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей в сумме 29 716 руб. 59 коп.; расходов по оплате работы адвоката в сумме 1 000 руб.; расходов по уплате государственной пошлины в сумме 1 091 руб. 49 коп., отказать.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца с момента вынесения решения суда в окончательной форме, в Нижегородский областной суд, через Бутурлинский районный суд.

Судья - Е.Е. Зимина