РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 сентября 2020 года г. Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе судьи Дядченко А.Х., 

при секретаре судебного заседания Батчаевой Д.Х.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску Публичного акционерного общества Страховая Компания «Росгосстрах» (ПАО СК «Росгосстрах») к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, 

установил:

ПАО СК «Росгосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании с него суммы неосновательного обогащения. В исковом заявлении истец указал, что 19.05.2017 на автодороге Черкесск-Хабез между автомобилем ответчика марки БМВ 320, государственный знак № и автомобилем марки ВАЗ 21099, государственный знак 

<

***> под управлением ФИО5, произошло столкновение, в результате чего автомобилю ответчика причинены механические повреждения. Как установлено материалами ДТП, столкновение произошло по вине водителя ФИО5 Гражданская ответственность виновника в ДТП была застрахована по полису ОСАГО серии ХХХ №, что дало право потерпевшему обратится к страховщику за осуществлением выплаты страхового возмещения. Данное ДТП вызывало существенное сомнение касательно обстоятельств при которых были получены повреждения. Тем не менее, в виду необходимости соблюдения сроков для осуществления страховой выплаты, на основании экспертного заключения № была осуществлена выплата страхового возмещения, в размере 153 200 + 52 200 (по досудебной претензии), итого 205 400 руб. Согласно Экспертному исследованию № от 16.11.2017 г. эксперт - трасолог пришел к выводу, что механизм образования повреждений, зафиксированных на автомобиле БМВ 320, государственный знак № не соответствует заявленным обстоятельствам ДТП. Таким образом с ответчика подлежит взысканию сумма выплаченного страхового возмещения в размере 205 400 рублей. 23.04.2019 г. представителем ФИО1 – ФИО6 было подано исковое заявление о взыскании страхового возмещения, неустойки, судебных расходов. В ходе судебного разбирательства судом была назначена трасологическая экспертиза, согласно которой эксперт-трасолог пришел к выводу, что механизм образования повреждений, зафиксированных на автомобиле БМВ 320, государственный знак № соответствует заявленным обстоятельствам ДТП. 

Ответчик ФИО2 и его представитель в судебном заседании не явились, извещались о времени и месте судебного разбирательства, о причинах неявки суду неизвестно. 

Согласно части 1 статьи 167 ГПК РФ лица участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки в судебное заседание и представить доказательства, подтверждающие уважительность этих причин. В соответствии с п. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в отсутствие ответчика, если сведения о причинах неявки отсутствуют, либо если суд признает причины неявки неуважительными. С учетом, что какого-либо перечня обстоятельств, признаваемых уважительными причинами неявки участвующих в деле лиц в судебное заседание, ГПК РФ не устанавливает, то вопрос решается судом в каждом случае исходя из конкретных обстоятельств дела и представленных неявившимся участником процесса доказательств.

В данном случае причину неявки ответчика в виду не предоставления суду доказательств, подтверждающих уважительность неявки, суд признает неуважительной. 

Суд, руководствуясь частью 3 и часть 5 статьи 167 ГПК РФ, принимая во внимание положения части 3 статьи 6.1 ГПК РФ и 154 ГПК РФ, пункт 1 статьи 1 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», определил рассмотреть дело по существу в отсутствие сторон. 

Исследовав материалы дела, материалы гражданского дела №2-59/20 суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям. 

Между истцом и виновником ДТП заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности, что подтверждается копией страхового полиса ХХХ №.

В период действия договора страхования ответчик обратился к истцу с заявлением о наступлении страхового случая и осуществлении страхового возмещения.

Истцом составлен акт о страховом случае, согласно которому событие, описанное в заявлении ответчика, признано страховым случаем и к выплате ответчику определена сумма 153 200 рублей.

Таким образом, судом установлено, что между истцом и ответчиком имели место правоотношения, возникшие из публичного договора и урегулированные Законом Об ОСАГО.

Указанным законом определен порядок действий сторон в при возникновении события, имеющего признаки страхового случая.

Данный порядок обязателен для обеих сторон договора.

В частности, п.п.10, 11 ст.12 Закона Об ОСАГО установлено, что при причинении вреда имуществу в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению страховщиком убытков потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховое возмещение или прямое возмещение убытков, в течение пяти рабочих дней с даты подачи заявления о страховом возмещении и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов обязан представить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, проводимой в порядке, установленном статьей 12.1 настоящего Федерального закона, иное имущество для осмотра и (или) независимой экспертизы (оценки), проводимой в порядке, установленном законодательством Российской Федерации с учетом особенностей, установленных настоящим Федеральным законом.

В случае, если осмотр и (или) независимая техническая экспертиза, независимая экспертиза (оценка) представленных потерпевшим поврежденного транспортного средства, иного имущества или его остатков не позволяют достоверно установить наличие страхового случая и определить размер убытков, подлежащих возмещению по договору обязательного страхования, для выяснения указанных обстоятельств страховщик в течение 10 рабочих дней с момента представления потерпевшим заявления о страховом возмещении вправе осмотреть транспортное средство, при использовании которого имуществу потерпевшего был причинен вред, и (или) за свой счет организовать и оплатить проведение независимой технической экспертизы в отношении этого транспортного средства в порядке, установленном статьей 12.1 настоящего Федерального закона. Владелец транспортного средства, при использовании которого имуществу потерпевшего был причинен вред, обязан представить это транспортное средство по требованию страховщика.

Страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки и (или) организовать их независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования, и ознакомить потерпевшего с результатами осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим. Независимая техническая экспертиза или независимая экспертиза (оценка) организуется страховщиком в случае обнаружения противоречий между потерпевшим и страховщиком, касающихся характера и перечня видимых повреждений имущества и (или) обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате дорожно- транспортного происшествия.

Согласно п.12 указанной статьи непредставления в случае, если по результатам проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества или его остатков страховщик и потерпевший согласились о размере страхового возмещения и не настаивают на организации независимой технической экспертизы или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков, экспертиза не проводится.

В соответствии с п.п.20, 21 указанной статьи страховщик отказывает потерпевшему в страховом возмещении или его части, если ремонт поврежденного имущества или утилизация его остатков, осуществленные до осмотра страховщиком и (или) проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества в соответствии с требованиями настоящей статьи, не позволяют достоверно установить наличие страхового случая и размер убытков, подлежащих возмещению по договору обязательного страхования.

В течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, а в случае, предусмотренном пунктом 15.3 настоящей статьи, 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или после осмотра и (или) независимой технической экспертизы поврежденного транспортного средства выдать потерпевшему направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано его транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства, и срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховом возмещении.

Таким образом, Законом Об ОСАГО предусмотрено, что страховщик в течение не более чем 30 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховом возмещении или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, должен принять решение о наличии или отсутствии страхового случая и произвести выплату или иное возмещение в установленной законом форме.

Истец признал ДТП страховым событием и произвел страховое возмещение в установленном порядке. Объективных препятствий для установления обстоятельств ДТП и отказа при наличии к тому основания в признании его страховым случаем в установленные законом сроки не имелось.

Страховщиком в установленном порядке не заявлялось о несоответствии повреждений автомобиля обстоятельствам ДТП или о наличии иных оснований, предусмотренных законом для проведения независимой экспертизы, автомобиль на независимую экспертизу не предоставлялся и таковая не проводилась.

Заключение специалиста, предоставленное истцом в обоснование своих требований является недопустимым доказательством, так как получено в нарушение вышеуказанных норм Закона Об ОСАГО.

Иных допустимых и относимых доказательств обоснованности иска суду в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Решением Черкесского городского суда от 03 июля 2020 года по гражданскому делу №2-59/20 по иску ФИО2 к Публичному акционерному обществу Страховая компания «Росгосстрах» о взыскании денежных средств в удовлетворении требований отказано. Определением суда от 19.12.2019 в связи с противоречивыми экспертными заключениями, по настоящему делу была назначена комплексная автотехническая экспертиза, как указано в выводах экспертного заключения от 20.03.2020, согласно представленных исходных данных и проведенного исследования, эксперты пришли к выводу, что имеющиеся повреждения, за исключением повреждений левой облицовки днища, накладки правого порога, стекла левой блок-фары, автомобиля БМВ -320, регистрационный знак 

<

***> получены в условиях заявленного ДТП, произошедшего 19.05.2017 и соответствует механизму ДТП, указанному в административном материале, фотоматериалах и материалах гражданского дела. Повреждения левой облицовки днища, накладки правого порога, стекла левой блок-фары возникли при других обстоятельствах. Стоимость восстановительного ремонта БМВ-320, регистрационный знак 

<

***> согласно единой методике, определена в размере 209500 руб.; транспортное средство не тотальное, восстановительный ремонт ТС экономически целесообразен. Стоимость транспортного средства БМВ – 320, государственный знак № на момент ДТП определена в размере 501600 руб.

Данное экспертное заключение не оспорено истцом. Суд считает, что оснований сомневаться в обоснованности этого экспертного заключения и в достоверности содержащихся в нем выводов у суда не имеется, так как эксперты являются независимыми экспертами, имеют необходимую профессиональную подготовку и большой опыт работы в качестве эксперта-автотехника, эксперта-трассолога. 

Судом установлено наличие у судебных экспертов достаточной квалификации и образования для ответа на поставленные судом вопросы, установлено, что заключение соответствует законодательству об экспертной деятельности, выводы экспертов также подтверждаются совокупностью представленных по делу доказательств, сам эксперт, в отличие от специалистов по представленным истцом заключениям, предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При этом предоставленные истцом альтернативные заключения специалистов не могут быть приняты во внимание: заключение содержит вероятностные выводы. Представленное истцом заключение представляет собой субъективную оценку заключения судебной экспертизы без учета фактических обстоятельств дела.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

С учетом действия принципов диспозитивности и состязательности процесса участвующие в деле лица, действуя своей волей и в своих интересах, несут риск наступления негативных последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в т.ч. по доказыванию значимых для них обстоятельств дела.

С учетом совокупности изложенных выше обстоятельств суд отдает предпочтение заключению судебной экспертизы, как имеющему большую убедительность.

Также истцом при подаче иска неверно определены правовые основания иска.

Так, истцом указывается, что у ответчика возникла обязанность возврата денежных средств из неосновательного обогащения.

Согласно ч.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2017)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2017).

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Необходимыми условиями возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на истца, заявляющего требование о взыскании неосновательного обогащения, возлагается бремя доказывания совокупности следующих обстоятельств: факт использования имущества, которое принадлежит истцу, отсутствие предусмотренных законом или сделкой оснований для такого использования, размер неосновательно обогащения, полученного лицом, использующим приведенное имущество.

В свою очередь, в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на ответчике лежит обязанность доказать, что денежные средства были им получены на законном основании.

Суд полагает необходимым отметить, что истцом не указана в иске конкретная норма закона, которой должен руководствоваться суд при разрешении возникшего спора, и не обоснованы обстоятельства, в соответствии с которыми суд должен руководствоваться определенной нормой материального права.

Так, согласно пункта 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

С учетом изложенного, для наступления ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого при отсутствии договорных отношений, т.е. неосновательно. Между тем, сам по себе факт наличия договорных отношений между сторонами спора не исключает возможности применения в споре между ними норм о неосновательном обогащении. Положения п. 3 ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются к случаям исполнения, которые явно выходят за рамки содержания обязательства, хотя с ним и связанным.

Согласно пункту 4 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

По смыслу вышеуказанной статьи нормы о неосновательном обогащении применяются субсидиарно к требованию о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица (деликтному требованию).

Для одновременного применения норм материального закона о неосновательном обогащении и возмещении вреда истец должен доказать, помимо факта обогащения ответчика за счет истца, еще и виновность действий ответчика, также наличие имущественного вреда, возникшего в результате действий ответчика.

В данном случае сумма в размере 205 400 рублей была перечислена ответчику в качестве страхового возмещения в связи с наступлением страхового случая по договору страхования, что не оспаривалось представителем истца, соответственно, указанная сумма не является неосновательным обогащением.

Из материалов дела также усматривается, что договор страхования серии ХХХ № никем не оспаривался, не был признан недействительным.

Судом установлено, что ответчик получил от истца исполнение по ранее заключенной между ними сделке - договору страхования, данное исполнение не выходит явно за рамки содержания указанного договора, так как носит характер страхового возмещения, о чем прямо указано в платежных документах и в иске, в связи с чем, обязательства из неосновательного обогащения не возникли.

Из изложенного следует, что истец, требующий возврата перечисленных в пользу ответчика денежных средств, фактически знал об отсутствии обязательства по выплате страхового возмещения.

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истца неосновательного обогащения и понесенных истцом в связи с подачей рассматриваемого иска расходов по уплате государственной пошлины.

Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Руководствуясь статьями 2, 98, 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать в удовлетворении иска Публичного акционерного общества Страховая Компания «Росгосстрах» (ПАО СК «Росгосстрах») к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме. Мотивированное решение изготовлено в совещательной комнате.

Судья Черкесского городского суда А.Х. Дядченко

1версия для печати