Дело № 2-177/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 марта 2021 года г. Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Романовой Е.В., при секретаре Ваппер К.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» о признании отношений трудовыми, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Центральный округ» о признании отношений трудовыми, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, процентов, возмещении судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указал, что 03 февраля 2020 года между ним и ответчиком был заключен гражданско-правовой договор на выполнение столярных и плотницких работ при обслуживании жилищного фонда. Между тем, фактически он вступил с ответчиком в трудовые отношения, поскольку он лично выполнял конкретные обязанности, ему был предоставлено оборудование для выполнения работ, на него была возложена материальная ответственность, он соблюдал правила внутреннего трудового распорядка. Просил признать отношения, сложившиеся между ним и ответчиком, трудовыми, взыскать задолженность по заработной плате за март 2020 года в размере 23 100 руб., проценты в размере 329 руб. 30 коп., расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб.

К участию в деле по ходатайству истца в качестве ответчика привлечено ООО «Управляющая компания Центральный округ».

В ходе рассмотрения дела истец заявленные требования неоднократно изменял, окончательно просил признать отношения, сложившиеся с ООО «Управляющая компания Майский округ» в период с 13 марта 2019 года по 31 марта 2020 года трудовыми по профессии плотник по основному месту работы, возложить на ответчика обязанность внести в его трудовую книжку запись о его приеме на работу и увольнении по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, взыскать задолженность по заработной плате в размере 23 100 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. Истец также просил признать отношения, сложившиеся с ответчиком «Управляющая компания Центральный округ» в период с 13 марта 2019 года по 30 января 2020 года трудовыми по профессии плотник по совместительству, возложить на ответчика обязанность внести в его трудовую книжку запись о его приеме на работу и увольнении по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал. Пояснял, что фактически состоял с ответчиком ООО «УК «Майский округ» в трудовых отношениях с 13 марта 2019 года. С ним был заключен договор гражданско-правового характера и в последующем многократно данный договор был перезаключен на новый срок. Он исполнял свои трудовые обязанности надлежащим образом, в том числе и в марте 2020 года, а также два понедельника в апреле 2020 года. За март 2020 года заработная плата ему не выплачена, оплату за апрель он не просит. В ООО «УК «Центральный округ» он исполнял обязанности по совместительству. Трудовой договор в указанной организации с ним также не был заключен, запись в трудовую книжку о периоде работы не внесены.

Представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал. Просил восстановить срок обращения в суд, указав, что за защитой нарушенных прав истец обратился в Государственную инспекцию по труду в Архангельской области и Ненецком автономном округе.

Представитель ответчиков ФИО3 с иском не согласился, заявил о пропуске истцом срока обращения в суд. Указал на то, что в марте 2020 года истец работу в ООО «УК «Майский округ» не выполнял, понесенные истцом расходы на оплату услуг представителя полагал чрезмерно завышенными.

Представитель ответчика ООО «УК «Майский округ» ФИО4 с иском не согласилась.

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Принудительный труд запрещен. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (статья 16 ТК РФ). 

При этом работник имеет право на заключение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ (статья 21 ТК РФ).

Из положений статьи 61 ТК РФ следует, что трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

В силу положений статьи 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 17-22 постановления от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснил, что к характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения. 

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством (пункт 18).

Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя (пункт 20).

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе (пункт 20).

Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 ТК РФ) (пункт 20).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21).

При разрешении судами споров, связанных с применением статьи 67.1 ТК РФ, устанавливающей правовые последствия фактического допущения к работе не уполномоченным на это лицом, судам следует исходить из презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции (пункт 22).

По смыслу статей 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 ТК РФ все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений (пункт 22).

В силу положений статьи 19.1 ТК РФ признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй статьи 15 настоящего Кодекса; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами. В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей. 

С учетом положений указанной статьи суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «УК Майский округ» в реестр внесены сведения о создании организации 31 марта 2010 года. К видам деятельности относится, в том числе управление эксплуатацией жилищного фонда за вознаграждение или на договорной основе.

В штатном расписании ООО «УК Майский округ» должность плотника отсутствует.

13 марта 2019 года между ООО «УК Майский округ» ФИО1 заключен договор подряда №, по условиям которого ФИО1 обязался выполнить столярные и плотницкие работы при обслуживании жилищного фонда. Договор заключен на срок по 31 мая 2019 года.

01 июня 2019 года между ООО «УК Майский округ» ФИО1 заключен договор подряда № по условиям которого ФИО1 обязался выполнить столярные и плотницкие работы при обслуживании жилищного фонда. Договор заключен на срок по 31 августа 2019 года.

01 сентября 2019 года между ООО «УК Майский округ» ФИО1 заключен договор подряда №, по условиям которого ФИО1 обязался выполнить столярные и плотницкие работы при обслуживании жилищного фонда. Договор заключен на срок по 31 января 2020 года (пятница). 03 февраля 2020 года (понедельник) между ООО «УК Майский округ» ФИО1 заключен договор подряда №, по условиям которого ФИО1 обязался выполнить столярные и плотницкие работы при обслуживании жилищного фонда. Договор заключен на срок по 31 июля 2020 года.

Приложениями к договорам являлись списки обслуживаемых многоквартирных домов.

В ходе рассмотрения дела истец пояснил, что по указанию работников ответчика ООО «УК Майский округ» производил ремонт в домах, обслуживаемых ответчиком, подчинялся правилам внутреннего распорядка ответчика. 

В ИФНС России по г. Архангельску имеются сведения о доходах ФИО1 от деятельности в ООО «УК Майский округ» за 2019 год.

По сообщению пенсионных органов в индивидуальном лицевом счете застрахованного лица ФИО1 имеются сведения о его работе у работодателя ООО «УК Майский округ» в период с марта 2019 года по февраль 2020 года, то есть беспрерывно.

Исследовав заключенные между истцом и ответчиком договоры, приняв во внимание характер работы истца, суд приходит к выводу о том, что при возникновении между истцом и ответчиком отношений 13 марта 2019 года они пришли к соглашению о том, что ФИО1 будет лично исполнять столярные и плотницкие работы при обслуживании жилищного фонда, находящегося в ведении ответчика, ФИО1 был допущен к исполнению таких обязанностей, такую работу исполнял, подчинялся действующим у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка, ему выплачивалась заработная плата, размер которой зафиксирован в справке 2-НДФЛ, изложенное свидетельствует о том, что между истцом и ответчиком сложились трудовые отношения. В свою очередь факт многократности заключения договоров подряда для выполнения работы по одной и той же профессии свидетельствует об отсутствии обстоятельств, объективно препятствующих установлению трудовых отношений на неопределенный срок.

Подписание между сторонами гражданско-правовых договоров свидетельствует о неисполнении работодателем обязанности оформить трудовые отношения с истцом, и данное обстоятельство не исключает возможности фактического установления таких отношений.

С учетом изложенного, требования истца о признании отношений, сложившихся с ответчиком ООО «Управляющая компания «Майский округ» с 13 марта 2019 года по профессии плотник и о возложении на ответчика обязанности внести запись в трудовую книжку истца о приеме его на работу в указанную дату по данной должности, суд полагает подлежащими удовлетворению.

Разрешая требование о возложении на ответчика обязанности внести запись в трудовую книжку истца о его увольнении 31 марта 2020 года, суд исходит из следующего.

Истец в ходе рассмотрения дела пояснил, что исполнял трудовые обязанности у ответчика в течение всего марта 2020 года.

23 марта 2020 года ответчиком ООО «УК Майский округ» истцу вручено уведомление о расторжении в одностороннем порядке договора подряда 26 марта 2020 года.

Истец представил детализацию предоставленных услуг по принадлежащему ему номеру телефона за март 2020 года, из которой следует, что у него имелись телефонные соединения с номерами телефонов, работников ответчика, в том числе с заместителем директора, мастером, в течение всего марта 2020 года, в том числе в период с 26 марта 2020 года по 31 марта 2020 года.

Свидетели Свидетель №1 и ФИО5 пояснили, что видели в марте 2020 года в свое рабочее время истца на работе в ООО «УК Майский округ».

С учетом данных доказательств в их совокупности суд приходит к выводу о том, что на протяжении всего марта 2020 года истец исполнял трудовые обязанности по поручению ответчика.

В силу положений пункта 3 части 1 статьи 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В этой связи требование истца о возложении на ответчика обязанности внести запись в трудовую книжку о прекращении трудового договора 31 марта 2020 года по пункту 3 части первой статьи 77 ТК РФ в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника является обоснованным и подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьей 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

При этом в силу положений статьи 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Как следует из пояснений истца заработная плата за март 2020 года ему не выплачена.

Ответчиком доказательства выплаты истцу заработной платы за март 2020 года не представлены.

С учетом положений статьи 129, 133.1, главы 50 ТК РФ, того обстоятельства, что в марте 2020 года истцом выполнена норма труда (доказательств обратному ответчиком не представлена) заработная плата за март 2020 года не может быть менее 20 621 руб. (12 130(МРОТ)*1,7(районный коэффициент и процентная надбавка).

Требование истца о взыскании с ответчика заработной платы в указанном размере подлежит удовлетворения. Основания для взыскания с ответчика заработной платы в большем размере у суда отсутствуют.

В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ» суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, который причинен ему неправомерными действиями ответчика.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Поскольку в ходе рассмотрения дела нашло свое подтверждение нарушение прав истца, в результате чего истец несомненно испытывал нравственные страдания, суд, с учетом принципа разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в качестве компенсации морального вреда 3 000 руб. 

Разрешая ходатайства ответчиков о пропуске срока обращения в суд, суд исходит из следующего.

Согласно части 2 статьи 19.1 в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с частью 1 статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

С учетом указанных положений истец вправе был обратиться в суд с иском не в течение трех месяцев со дня прекращения трудовых отношений. 

Как следует из пояснений истца и установленных судом обстоятельств последним рабочим днем у ответчика ООО «УК Майский округ» у истца явилось 31 марта 2020 года. 

18 июня 2020 года истец с помощью представителя обратился в ГИТ в АО и НАО с жалобой в отношение работодателя ООО «УК Майский округ» с указанием на нарушение его прав.

02 июля 2020 года в адрес истца ГИТ в АО и НАО был направлен ответ с предложением обратиться в суд.

Соответственно, в течение трехмесячного срока со дня прекращения трудовых отношений за защитой своих прав истец обратился в ГИТ в АО и НАО.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 16 постановления от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснил, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. Обратил внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Принимая во внимание, что в течение трех месяцев со дня прекращения трудовых отношений истец обратился за защитой трудовых прав в ГИТ в АО и НАО, после получения ответа от 02 июля 2020 года в течение трех месяцев обратился в суд за защитой нарушенных прав (14 сентября 2020 года) суд полагает срок обращения в суд пропущенным истцом по уважительной причине и подлежащим восстановлению по требованиям, заявленным к ООО «УК Майский округ». 

Поскольку трудовые отношения между истцом и ответчиком ООО «УК Центральный округ» прекратились в феврале 2020 года, что следует из сведений из индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО1, истец просит признать отношения с данным ответчиком трудовыми в период с 13 марта 2019 года по 30 января 2020 года, требования к данному ответчику заявлены только в ходе рассмотрения данного дела, то есть с пропуском трехмесячного срока обращения в суд, доказательства уважительности пропуска срока предъявления требований к данному ответчику истцом не представлены, исковые требования к ответчику ООО «УК Центральный округ» не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока обращения в суд.

В силу положений части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебные расходы согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, и расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимые расходы (статья 94 ГПК РФ).

Пунктом 1 статьи 48 ГПК РФ установлено, что граждане вправе вести дела в суде через своих представителей.

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Истцом на оплату услуг представителя понесены расходы в размере 30 000 руб.

Оценив объем оказанных услуг, сложность дела, учитывая требования разумности, частичное удовлетворение иска, заявление ответчика о чрезмерности понесенных расходов, суд приходит к выводу о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 16 000 руб.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 419 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» о признании отношений трудовыми, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Центральный округ» о признании отношений трудовыми, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении удовлетворить частично.

Признать отношения, сложившиеся между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» в период с 13 марта 2019 года по 31 марта 2020 года трудовыми по профессии плотник по основному месту работы.

Возложить на общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» обязанность внести запись в трудовую книжку ФИО1 о приеме на работу 13 марта 2019 года по профессии плотник и о прекращении трудового договора 31 марта 2020 года по пункту 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 20 621 руб., компенсацию морального вреда в размере 3 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 16 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» в доход местного бюджета муниципального образования «Город Архангельск» государственную пошлину в размере 1 419 руб. 

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Майский округ» о взыскании задолженности по заработной плате, возмещении судебных расходов, а также в удовлетворении требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Центральный округ» о признании отношений трудовыми, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку о приеме на работу и об увольнении отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Архангельска.

Мотивированное решение суда изготовлено 22 марта 2021 года.

Судья Е.В. Романова