Дело № 2-331/2025

Уникальный идентификатор дела 

44RS0026-01-2025-000265-74

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 июня 2025 года г. Кострома

Димитровский районный суд г. Костромы в составе председательствующего судьи Драничниковой И.Н., с участием прокурора Штейнмиллер В.М., при секретаре Кулашкиной К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Медицинский центр «МИРТ» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Медицинский центр «МИРТ», указав, что с 1978 года она состояла в браке с ФИО2, который скончался 28.12.2021 в стационаре ОГБУЗ «Окружная больница Костромского округа №1». С 2017 года ФИО6 стал высказывать жалобы на слабость и боли в ногах. По результатам анализов была выявлена дефицитная анемия, низкий гемоглобин. К.Ф.Р. встал на учет к врачам гематологу, урологу, сосудистому хирургу. 20.06.2017 у ФИО6 была диагностирована гиперплазия предстательной железы, он регулярно принимал лекарства, сдавал ПСА. После проведенных УЗГД верхних и нижних конечностей, сосудов шеи, К.Ф.Р. поставили на учет к сосудистому хирургу. В 2018 году у него произошел инсульт в легкой форме, стационарное лечение К.Ф.Р. проходил в ОГБУЗ ОБ КО №1, где лечащий врач рекомендовал обратиться к сосудистому хирургу. 15.10.2018 в Первом Санкт-Петербургском государственном университете им. Академика И.П. Павлова К.Ф.Р. была проведена операция каротидная эндартерэктолия с аутовенозной пластикой слева, которая прошла успешно. После проведенной операции, ФИО2 обратился на прием к гематологу, были обнаружены низкий показатель гемоглобина, увеличение селезенки по УЗИ, боль в костях, резкая потеря веса на 25 кг. Все симптомы указывали на онкологическое заболевание, но врачи диагностированием онкологии не занимались. В период с 15.03.2019 по 22.03.2019 К.Ф.Р. находился в Первом Санкт-Петербургском государственном университете им. Академика И.П. Павлова, где ему проведена операция по удалению пупочной грыжи. С начала 2021 года супруга стали беспокоить боли в области живота. В период с 07.03.2021 по 27.03.2021 К.Ф.Р. находился в ОГБУЗ ОБ КО №1, поскольку у был него низкий гемоглобин, высокий сахар. Находясь в стационаре, ФИО2 переболел там Ковид-19. В 2021 году фельдшер скорой медицинской помощи, при снятии ЭКГ, диагностировал предынфарктное состояние, К.Ф.Р. госпитализировали в кардиоцентр в ОГБУЗ ОБ КО №1. После выписки, боли в животе продолжали беспокоить. 29.07.2021 при вызове скорой помощи, ФИО2 отказали в госпитализации. ФИО1 обратилась в Департамент здравоохранения Костромской области для оказания помощи. После консилиума в ОГБУЗ ОБ КО №1 диагностировали стеноз чревного ствола. 01.09.2021 К.Ф.Р. лег в Первый Санкт-Петербургский государственный университет, где была проведена операция. Уровень гемоглобина был низким, переливание крови не помогало. После проведения УЗИ с контрастом, был диагностирован рак головки поджелудочной железы с метастазами в печень. 27.10.2021 К.Ф.Р. встал на учет в ОГБУЗ «Костромской клинический онкологический диспансер» с диагнозом злокачественное новообразование тела поджелудочной железы с метастазами в печень 4 степени. К.Ф.Р. неоднократно обращался за медицинской помощью на платной основе в ООО «МЦ «МИРТ»: 31.07.2020 поликлинический прием у врача-невролога, эпилептолога Б.Г.А. 07.08.2020 поликлинический прием у сердечно-сосудистого хирурга ФИО3, 10.08.2020 поликлинический прием у врача-эндокринолога Б.М.В. 11.06.2021 поликлинический прием у врача-гастроэнтеролога П.Т.А., которая отнеслась к жалобам К.Ф.Р. скептически и непрофессионально, посчитав их «надуманными». Гастроэнтеролог поставила диагноз-К 86.1 (другие хронические панкреатиты); 06.08.2020 ультразвуковое ангиосканирование артерий нижних конечностей; 07.08.2020 электронейромиография ЭНМГ; 07.08.2020 клинический и биохимический анализ крови; 29.10.2020 компьютерная томография головного мозга; 14.05.2021 компьютерная томография органов грудной клетки. 24.12.2021 ФИО2 был госпитализирован в ОГБУЗ ОБ КО №1, где и скончался 28.12.2021. Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия от 29.12.2021, причиной смерти К.Ф.Р. стал рак головки поджелудочной железы с метастазами в печень. Осложнение основного диагноза: полиорганная недостаточность, асцит (700 мл) (скопление свободной жидкости в брюшной полости), правосторонний гидроторакс (скопление жидкости невоспалительного происхождения (транссудадата) в плевральной полости) (1000 мл). ФИО1 в декабре 2022 года обратилась в Росздравнадзор, в ходе проведения проверки выявлены нарушения в части оказания медицинской помощи К.Ф.Р. со стороны ООО МЦ «МИРТ», ОГБУЗ ОБ КО №1, ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница им. Королева Е.И.», в их адреса направлены предостережения о недопустимости нарушения обязательных требований. В связи с вышеуказанными действиями ответчика, истцу был причинен моральный вред. Утрата супруга является тяжелейшим событием и невосполнимой потерей в жизни истца, неоспоримо причинившим наивысшей степени нравственные страдания. ФИО1 на фоне трагического события с супругом была вынуждена обратиться за медицинской помощью к психотерапевту, который назначил медикаментозное лечение. Так же на фоне эмоциональных перегрузок у ФИО1 существенного ухудшилось состояние здоровья, повысились показатели сахара, стала прогрессировать гипертоническая болезнь, ухудшились показатели работы сердца. На этом основании истец просила взыскать с ООО «Медицинский центр «МИРТ» компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель ФИО4 исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просили удовлетворить их в полном объеме. 

Представитель ответчика ООО МЦ «МИРТ» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала. Она пояснила, что с 2014 года у К.Ф.Р. имелись признаки панкреатита. С учетом результата ультразвукового исследования брюшной полости от 12.03.2021, представленного доктору ФИО7, ему был диагностирован «хронический панкреатит». Таким образом, диагноз врачом поставлен верно, согласуется с данными инструментальных исследований. Выставленный диагноз и действия врача на приеме были обоснованы клиническими рекомендациями, основаны на жалобах и представленных результатах обследования. Назначенное врачом лечение (препараты, имеющие успокаивающий эффект) основано на оценке текущего состояния и жалоб пациента, назначено с учетом уже получаемого им лечения, соответствует клиническим рекомендациям по диагностированному заболеванию. Основным доказательством наличия дефектов медицинской помощи, истец считает предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований от 07.12.2022 года № 117, выписанное территориальным органом Росздравназора по Костромской области в адрес ООО «МЦ «МИРТ». Однако указанные в нем нарушения, отсутствуют, результаты первичного осмотра, включая данные анамнеза заболевания, оформлены надлежащим образом, диагноз выставлен правильно. Указание проверяющего органа на то, что «не рассмотрена возможность направления пациента для консультации других узких специалистов» является рекомендацией, а не нарушением законодательства в области здравоохранения. Оснований для того, чтобы заподозрить онкологический процесс у пациента на момент осмотра врачом-гастроэнтерологом П.Т.А. не имелось: результаты УЗИ ОБП от 13.05.2021: «поджелудочная железа: размеры в пределах нормы. Контуры ровные, четкие в области головки, тела, хвоста. Капсула не утолщена. Паренхима диффузно изменена. Эхогенность не изменена. Очаговые изменения не выявлены»; по результатам лабораторного и биохимического анализа крови данные за онкопатологию отсутствуют; при осмотре живот безболезненный; жалобы пациента согласовались с диагностированным у пациента «хроническим панкреатитом», а также имеющимися сопутствующими заболеваниями - сахарный диабет, генерализованный атеросклероз, анемия. Кроме того, пациент сообщил о прохождении в марте 2021 года лечения в стационаре, что свидетельствует о том, что ему был назначен и пройден необходимый объем обследований. Судить о необходимости назначения дальнейшего обследования и лечения будет возможно после получения выписного эпикриза со стационара, который и был запрошен, но не представлен пациентом. В связи с отсутствием обострения хронического заболевания по профилю гастроэнтерология, то есть отсутствие болей при пальпации, результатов инструментальных обследований без очаговых образований, индекс массы тела в норме, и повышенной тревожности пациента, врач рекомендовал прием противотревожных препаратов с повторной явкой для определения дальнейшей тактики лечения, в том числе возможности обследования по другим нозологиям. В соответствии с пунктом 7 Порядком оказания медицинской помощи взрослому населению при онкологических заболеваниях, утвержденному приказом Минздрава России от 19.02.2021 года № 116н, подозрение на наличие онкологического заболевания, которое требует от врача-специалиста направления пациента в центр амбулаторной онкологической помощи, является наличие клинических или инструментальных данных, позволяющих предположить наличие онкологического заболевания. В этом случае бездействие врача является нарушением порядка оказания медицинской помощи и маршрутизации пациентов при подозрении на онкологические заболевания. При отсутствии указанных сведений, рассмотрение возможности направления или не направления пациента к узкому специалисту не является дефектом оказания медицинской помощи. Для назначения дальнейшей тактики лечения пациенту был рекомендовано после сдачи анализов явиться на повторный прием, чего сделано пациентом не было. Дефектов медицинской помощи, то есть несоответствия оказанной медицинской помощи обязательным требованиям, установленным законодательством о здравоохранении и другими нормативными документами, а также стандартам, порядкам оказания медицинской помощи и клиническим рекомендациям, не имеется. По результатам судебно-медицинской экспертизы в рамках уголовного дела не было выявлено фактов, свидетельствующих о дефектах медицинской помощи в медицинских учреждениях, где пациент проходил стационарное лечение. Заключение эксперта содержит выводы об отсутствии причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и наступлением неблагоприятного исхода для пациента. Фактических оснований для подозрений на онкологический процесс не имелось.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению. Она пояснила, 11.06.2021 к ней на прием обратился пациент К.Ф.Р. который предъявил жалобы на боли после еды, плохой аппетит, слабость. При осмотре больного она была ознакомлена с результатами УЗИ брюшной полости от 13.05.2021 и результатами анализов, согласно которым данных за онкопатологию отсутствовали. При осмотре живот был безболезненный, каких-либо патологий не выявлено. К.Ф.Р. был рекомендован прием противотревожных лекарственных препаратов. Озвученные пациентом симптомы могли свидетельствовать о наличии онкозаболевания, однако оснований для направления к онкологу она не усмотрела. 

Представитель третьего лица ОГБУЗ «Окружная больница Костромского округа №1» ФИО8 в судебном заседании полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, ввиду отсутствия вины медицинских работников. 

Третьи лица Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения Костромской области, ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница им. Королева Е.И.», будучи извещенными надлежащим образом, своих представителей в судебное заседание не направили. 

Исследовав материалы настоящего гражданского дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора Штейнмиллер В.М., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации). 

Согласно положениям статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи. Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Одними их основных принципов охраны здоровья являются приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи (ст. 4, Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Как указано в ст. 70 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 названного федерального закона. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Приказом Минздрава России от 10.05.2017 N 203н утверждены критерии оценки качества медицинской помощи, которые применяются при оказании медицинской помощи в медицинских и иных организациях, осуществляющих медицинскую деятельность, имеющих лицензию на медицинскую деятельность, полученную в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Критерии качества применяются в целях оценки своевременности оказания медицинской помощи, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата. Согласно пп. «б» п. 2.1, первичный осмотр пациента и сроки оказания медицинской помощи: оформление результатов первичного осмотра, включая данные анамнеза заболевания, записью в амбулаторной карте. Подпунктом «ж» предусмотрено установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных, инструментальных и иных методов исследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи (клинические рекомендации): оформление обоснования клинического диагноза соответствующей записью в амбулаторной карте; установление клинического диагноза в течение 10 дней с момента обращения; проведение при затруднении установления клинического диагноза консилиума врачей с внесением соответствующей записи в амбулаторную карту с подписью заведующего амбулаторно-поликлиническим отделением медицинской организации. 

Согласно положениям ст. 12, 151 ГК Российской Федерации, компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав. Суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

В силу ст. 1101 ГК Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Её размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Ряд разъяснений приведен в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда". Как указано в п. 1, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 2). 

Согласно п. 12, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). 

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18).

В п. 25 указано, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

В силу п. 27, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28). 

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (п. 30).

Как следует из положений ст. 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, которые приводит суду. Оценка доказательств, в соответствии с положениями ст. 67 ГПК, производится судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из материалов дела следует, что с 1978 года ФИО1 состояла в браке с К.Ф.Р. 28.12.2021 К.Ф.Р. скончался. Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия, причиной смерти явился рак головки поджелудочной железы с метастазами в печень. 

12.05.2023 следователем Фабричного МСО г. Костромы СУ СК России по Костромской области по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, по факту смерти в ОГБУЗ ОБ КО №1 К.Ф.Р. возбуждено уголовное дело, в рамках которого ФИО1 была признана потерпевшей.

Согласно заключению экспертов ОГБУЗ «Бюро СМЭ» (

<

адрес>) от 11.10.2023 №2341600125, смерть К.Ф.Р. наступила в результате развития злокачественного новообразования головки поджелудочной железы. Непосредственная причина смерти – полиорганная недостаточность развившаяся вследствие раковой интоксикации. Оказание полощи пациенту К.Ф.Р. в части профильности в ОГБУЗ ОБ КО №1 производилось в соответствии с предписаниями приказами Минздрава РФ, каких-либо дефектов на данном этапе установлено не было, ФИО2 проводились необходимые обследования в рамках выставленных пациенту диагнозов. На современном этапе развития медицинской науки вопрос ранее (скрининговой) диагностики ЗНО поджелудочной железы является одним из нерешенных. При раке тела и хвоста поджелудочной железы первыми симптомами заболевания, как правило, являются снижение массы тела, появление болей в животе и повышение глюкозы в крови. Неспецифичность симптомов и их проявление только в поздний период развития заболевания приводит к тому, что большая часть пациентов имеют III-IV стадии на момент первичной диагностики. На настоящий момент не разработано какого-либо метода или способа диагностики, позволяющего выявить ЗНО поджелудочной железы на ранних стадиях. УЗИ органов брюшной полости не является средством для раннего выявления рака поджелудочной железы. На это способно только эндосонография и МРТ/МР – холангиопанкреатография. Оказание медицинской помощи пациенту К.Ф.Р. специалистами ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница имени Королева Е.И.» проводилось в соответствии с предписаниями приказов Минздрава РФ. Дефектов оказания медицинской помощи на данном этапе выявлено не было. Оказание помощи пациенту К.Ф.Р. на этапе ОГБУЗ «Костромской клинический онкологический диспансер» производилось в соответствии с предписаниями действующих на тот момент приказов Минздрава РФ, каких-либо дефектов на данном этапе не установлено. КТ брюшной полости пациенту было выполнено в рамках диагностического поиска для установления причины хронического болевого синдрома, связанного предположительно с абдоминальной ишемией, однако ввиду распространенности процесса выполнить хирургическое лечение возможности не представилось, и пациент скончался на фоне нарастания раковой интоксикации и полиорганной недостаточности. Причинно-следственной связи между какими-либо действиями медицинских работников ОГБУЗ ОБ КО №1, ОГБУЗ «Костромская областная клиническая больница имени Королева Е.И.», ОГБУЗ «Костромской клинический онкологический диспансер» при оказании медицинской помощи ФИО2 и наступлением неблагоприятного исхода пациента, нет. На современном уровне развития медицинской науки, даже при самом идеальном оказании медицинской помощи, не существует методов выявления ЗНО поджелудочной железы в стадии, позволяющей добиться полного и гарантированного излечения пациента. При выявлении ЗНО поджелудочной железы в 1-2 стадии, и реализации всех возможных на современном этапе методов лечения (хирургическое лечение, радиочастотная абляция и химиотерапия) удается добиться пятилетней выживаемости на уровне 65-72% по данным разных авторов. При выявлении же ЗНО поджелудочной железы в 3-4 стадии речь идет уже о серединной медиане выживаемости, которая лежит в диапазоне от 3 месяцев до 17 месяцев по данным разных авторов. Однако, к сожалению ранее выявление ЗНО поджелудочной железы происходит в практической работе в ситуации, когда по какому-либо иному поводу выполняется КТ или МРТ брюшной полости, или при эндосонографии выявляется очаговое поражение поджелудочной железы, которое при биопсии под лапароскопическим или УЗИ-контролем верифицируется как эпителиальная злокачественная неоплазия. В этом случае возможно выполнение классической хирургической резекции поджелудочной железы, либо радиочастотной абляции патологического очага. Однако число таких наблюдений у отдельных авторов исчисляется десятками, и тем не менее это не является полным излечением от ЗНО поджелудочной железы, так как не гарантирует от синхронных раков поджелудочной железы иной локации, либо же от рецидивов в месте удаления. Таким образом, установление «точки невозврата», разделяющей курабельные и инкурабельные формы рака поджелудочной железы у конкретного пациента, не является корректным. Дажде самые запущенные формы рака поджелудочной железы подлежат лечению, способному статистически достоверно повысить время жизни пациентов и в свою очередь рак поджелудочной железы, выявленный на ранней стадии, когда размер опухоли не превышает 3-4 мм, и будучи тщательнейшим образом удаленным, имеет потенциал рецидивировать в том же месте, или же имеет синхронный характер. 

Постановлением от 12.12.2023 уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть, в связи отсутствием в действиях медицинских работников ОГБУЗ ОБ КО №1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст.109 УК РФ. 

Как следует из материалов дела, К.Ф.Р. неоднократно обращался за медицинской помощью в ООО «МЦ «Мирт». Согласно пояснениям истца, основанием иска является ненадлежащее оказание ее супругу медицинской помощи гастроэнтерологом ФИО7 в ходе приема 11.06.2021. Как следует из выписки из амбулаторной карты, пациент обратился с жалобами на ухудшение с января 2021 – потеря веса, слабость, на момент осмотра жалобы на боли по типу тяжести после еды, в верхних отделах живота; аппетит плохой; выраженная слабость; стул через день со слабительным, плохой сон. В анамнезе указано, что пациент перенес Ковид 19 в марте 2021 года, в феврале повышение сахара до 40 ммоль/л, УЗИ ОБП от 13.05.21: спленомегалия 140 мм. OAK от 25.05.21 гемоглобин 107 г/л, креатинин 130, мочевина 13.9, глюкоза 6.48. Представлена колоноскопия 03.06.2021, 2 полипа толстой кишки удалены, в 2019 году операция по поводу пупочной грыжи, принимает лизиноприл, диабетон, инсулин, кардиомагнил, омник, статины, витамины В12. Вес 68 кг., рост 176 см., язык сухой белый налет диффузно. Живот мягкий, не вздут, симметричен, безболезненный. Нижний край печени под реберной дугой. Желчный пузырь не пальпируется. Симптом Ортнера отрицательный. Отеков нет. Стуол без видимой крови и слизи. Мочеиспускание свободное, неучащенное. Гастроэнтеролог поставила диагноз-К 86.1; другие хронические панкреатиты; окончательный. В назначениях указаны Тералиджен 2,5 мг х 3 раза в день длительно, капсулы ФИО9 75 мг утром длительно. В графе рекомендации ничего не указано. 

17.11.2022 ФИО1 в обратилась в Территориальный орган Росздравнадзора по Костромской области с заявлением о проведении проверки в отношении медицинских организаций ООО «МЦ «МИРТ», ОГБУЗ Окружная больница Костромского округа №1», ОГБУЗ «Костромской областной клинической больницы им. Королева Е.И.» по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ее мужу К.Ф.Р.

По результатам рассмотрения обращения истца и анализа представленных медицинскими учреждениями сведений, Федеральная служба по надзору в сфере здравоохранения уведомила истца о том, что выявлены нарушения в части оказания медицинской помощи К.Ф.Р. медицинским организациям ООО «МЦ «МИРТ», ОГБУЗ Окружная больница Костромского округа №1», ОГБУЗ «Костромской областной клинической больницы им. Королева Е.И.». Им выданы предостережения о недопустимости нарушений обязательных требований. 

В материалах дела имеется копия предостережения о недопустимости нарушения обязательных требований № 117 от 07.12.2022, выданного в ООО «МЦ «МИРТ». В нем указано, что при анализе предоставленной информации ООО «МЦ «МИРТ» выявлены признаки нарушений по осмотре К.Ф.Р. 11.06.2021, а именно: п.п. б), ж), п. 2.1.1 Приказ Минздрава России пот 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в части оформления результатов первичного осмотра, без учета полного сбора информации о данных анамнеза заболеваний, имеющихся у пациента, ввиду жалоб у пациента в потере веса и слабости, а также представленных лабораторных исследований (ОАК) со снижением показателя гемоглобина, не рассмотрена возможность о направлении пациента для консультации других узких специалистов. Указанные действия (бездействия) могут привести к нарушениям следующих обязательных требований: п.п. б), ж), п. 2.1 Приказ Минздрава России от 10.05.2017 №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»; п. 6 ст. 4 Федерального закона от 21.11.2021 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». Учреждению объявлено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований, предложено принять меры по соблюдению обязательных требований, указанных в настоящем Предостережении, направленные на оказание качественной медицинской помощи и обеспечение прав граждан на охрану здоровья в соответствии с действующим законодательством; усилить внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности. Учреждению разъяснено право подать возражения на данное предостережение.

Департамент здравоохранения Костромской области письмом от 03.02.2023 сообщил истцу о том, что Территориальным органом Росздравнадзора по Костромской области и Филиалом ООО «Капитал МС» при проведении проверочных мероприятий были выявлены недостатки при оказании медицинской помощи К.Ф.Р.

Оценивая представленные в материалы дела доказательства, суд учитывает, что обращение супруга истца на прием к гастроэнтерологу ООО «МЦ «МИРТ» имело место в связи с болями в животе, на фоне ухудшения аппетита и резкого снижения веса, при плохих показателях гемоглобина. Врач ФИО7 не отрицала, что измерения роста и веса она не проводила, указав их значения со слов пациента, ввиду чего делать вывод об их реальном соотношении на дату приема, нельзя. П.Т.А. так же не отрицала, что симптомы К.Ф.Р. могли свидетельствовать о наличии онкозаболевания. Как указано в приведенном выше заключении экспертов, УЗИ брюшной полости не информативно при диагностировании ЗНО. Исследования, позволяющие диагностировать заболевание, от которого скончался К.Ф.Р. могли быть назначены онкологом. Однако, направление к узкому специалисту выдано не было, выписка из амбулаторной карты не содержит рекомендаций по сдаче анализов, явке на повторный прием. С доводами представителя ответчика об отсутствии нарушений, указанных в предостережении Управления Росздравнадзора, суд не может согласиться, учитывая также тот факт, что возражений относительно предостережения учреждение не подавало. Установление клинического диагноза, которых у пациента может быть несколько, должно быть произведено с учетом жалоб пациента, на основании данных анамнеза, осмотра, данных исследований, а так же результатов консультаций врачей-специалистов. Возможность назначения экспертизы качества медицинской помощи судом сторонам разъяснялась, однако о ее назначении стороны не ходатайствовали. Выводы экспертов, сделанные в ходе проведения экспертизы в рамках уголовного дела об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи другими медицинскими учреждениями, не свидетельствуют об отсутствии таковых при оказании К.Ф.Р. медицинской помощи ответчиком. 

Не утверждая, что действия ответчика находятся в причинно-следственной связи со смертью супруга, истец давала пояснения о том, что при более раннем диагностировании онкологического заболевания, был бы шанс получать требующееся лечение и продлить жизнь супруга. ФИО1 поясняла, что супруг обращался в различные медицинские учреждения, подозревая наличие онкологии, об этом говорилось и на приеме у ФИО7 Однако, несмотря на обязанность врачей в рамках онконастороженности принять меры по направлению на исследования, в результате которых этот вопрос может быть выяснен, сделано этого не было. Истцом даны пояснения о перенесенных ею в связи с этим переживаниях, представлены копии медицинских документов, подтверждающих ее обращения в ОГБУЗ «Костромской медицинский центр психотерапии и практической психологии», нахождение на лечении в ОГБУЗ ОБ КО №1, на восстановительном лечении в Центре восстановительной терапии для воинов-интернационалистов имени М.А. Лиходея. 

Данные доводы суд находит убедительными, полагая, что при установленных обстоятельствах основания для взыскания компенсации морального вреда с ответчика имеются. Семейные отношения строятся на взаимной любви, уважении и заботе, ввиду чего, диагностирование болезни супруга лишь на последней стадии ее развития, и утрата в результате этого им шанса на какой бы то ни было благоприятный исход лечения, причиняли истцу нравственные страдания. 

Размер компенсации морального вреда должен основываться на характере и объеме причиненных нравственных и физических страданий в каждом конкретном случае. Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание установленные обстоятельства, личность истца, ее возраст, длительность периода проживания в браке с супругом, характер и объем причиненных ей нравственных страданий. Вместе с тем, суд учитывает степень вины и характер допущенного ответчиком нарушения, истекший после указанных истцом событий достаточно длительный временной период, требования разумности и справедливости. С учетом всех обстоятельств дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований, взыскании компенсации морального вреда в размере 20 000 руб. С учетом положений ст. 98 ГПК РФ, с ответчика подлежит взысканию госпошлина. 

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично, взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Медицинский центр «МИРТ» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 20000 (Двадцать тысяч) руб., отказав в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Медицинский центр «МИРТ» (ИНН 

<

***>) в доход бюджета городского округа г. Костромы госпошлину в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Димитровский районный суд г. Костромы в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья И.Н. Драничникова

Решение в мотивированном виде 

изготовлено 27.06.2025