Судья Акладская Е.В. 

Дело № 22-5314/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 8 октября 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Попонина О.Л.,

при секретаре судебного заседания Акентьеве А.О.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Карпова В.В. на постановление Чердынского районного суда Пермского края от 31 июля 2024 года, которым уголовное дело в отношении 

Л., родившегося дата в ****,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Изложив содержание обжалуемого постановления, существо апелляционного представления, заслушав выступление прокурора Хасанова Д.Р., поддержавшего апелляционное представление, мнение адвоката Борисовой С.А., возражавшей по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

уголовное дело в отношении Л. обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, поступило для рассмотрения по существу в Чердынский районный суд Пермского края. 

Постановлением Чердынского районного суда Пермского края от 31 июля 2024 года данное дело возвращено Соликамскому городскому прокурору Пермского края, на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

В обоснование принятого решения суд первой инстанции сослался на то, что согласно описанию преступного деяния Л., реализуя преступный умысел, направленный на мошенничество с использованием своего служебного положения, составил фиктивные документы, а именно, договоры гражданско-правового характера, акты сдачи-приемки услуг, расходные кассовые ордера, впоследствии представил заведомо ложные документы с недостоверными сведениями работникам МП «Рябининское», тем самым путем обмана и злоупотреблением доверием делопроизводителей МП «Рябининское» С. и К., а также путем обмана П. похитил денежные средства, принадлежащие МП «Рябининское», на общую сумму 14 200 рублей, причинив потерпевшему материальный ущерб.

Вместе с тем в обвинении отсутствует ссылка на конкретные фактические обстоятельства, включая время и место при которых Л. выполнялась объективная сторона преступления – составление фиктивных документов, поскольку как следует из обвинения, указанные действия Л. выступали способом совершения мошенничества.

Также, при описании действий Л. по эпизодам составления фиктивных документов от 28 ноября 2018 года, 28 декабря 2018 года, не конкретизирован период совершения указанных действий, а именно начало периода обозначено обобщенно с 2018 года, и не указано место их совершения.

Кроме того, из обвинения следует, что МП «Рябининское» реорганизовано в МБУ «Рябининское». Потерпевшим по делу признана администрация Чердынского городского округа Пермского края, как учредитель МБУ «Рябининское».

В обвинительном заключении указано, что преступными действиями Л. причинен материальный ущерб администрации Рябининского сельского поселения Чердынского района Пермского края – учредителя МП «Рябининское» (в настоящее время администрация Чердынского городского округа Пермского края).

Между тем, при описании преступных действий Л., путем обмана и злоупотреблением доверием, не указано доверием каких-именно должностных лиц учредителя, злоупотребил подсудимый.

Также, согласно предъявленному обвинению в ходе умышленных действий Л. похитил денежные средства, принадлежащие МП «Рябининское», директором которого он являлся, действовал от имени предприятия без доверенности, заключал договоры, распоряжался в установленном порядке имуществом и денежными средствами предприятия.

Таким образом, при условии, что денежные средства находились в правомерном владении Л., как директора МП «Рябининское», которые он в последующем обратил в свою пользу, фактически присутствуют признаки иного общественно-опасного деяния, с иной формой совершения хищения. 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что предъявленное Л. обвинение неконкретно и неполно, составлено с нарушением ст. 220 УПК РФ. Суд не может выйти за пределы предъявленного Л. обвинения, поскольку это нарушает право Л. на защиту, так как Л. не может защищаться от обстоятельств, с которыми связано обвинение. Отсутствие в обвинительном заключении необходимых сведений, установление которых находится в компетенции органов предварительного расследования, исключает возможность вынесения законного и обоснованного судебного решения на основе данного обвинительного заключения, которое составлено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, в связи с чем, имеются основания для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Карпова В.В. считает, что при вынесении обжалуемого постановления суд первой инстанции не учел, что, обвинительное заключение составлено с соблюдением требований ст. 220 УПК РФ, в том числе с указанием существа обвинения, места, времени и способа совершения преступлений, других значимых обстоятельств, соответствует диспозиции ч. 3 ст. 159 УК РФ и постановлению о привлечении Л. в качестве обвиняемого, вынесенному согласно положениям ст. ст. 171, 172 УПК РФ. При этом как в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, так и в обвинительном заключении указан период совершения Л. хищения с 12 декабря 2017 года по 28 декабря 2018 года. Ссылаясь на ст. 2 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», ст. 51 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», указывает, что собственником имущества является Администрация Чердынского городского округа, которая в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в установленном порядке признана потерпевшим. Также в обвинительном заключении нашло отражение, что Л. совершил преступление путем обмана и злоупотреблением доверием делопроизводителей МП «Рябиниснкое» С. и К., а также путем обмана П., а выводы суда о том, что в обвинении не указано доверием каких именно должностных лиц учредителя, злоупотребил подсудимый являются необоснованными. Считает неверными выводы суда о фактическом наличии в действиях Л., признаков иного общественно-опасного деяния, с иной формой совершения хищения. Приводя абз. 4 п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» отмечает, что хищение лицом чужого имущества или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием, совершенные с использованием изготовленного другим лицом поддельного официального документа, полностью охватывается составом мошенничества. Полагает, что суд фактически возвратил дело для восполнения имеющейся, по мнению суда, неполноты произведенного предварительного следствия, что неизбежно влечет за собой расширение доказательственной базы по уголовному делу и является в силу требований ст. 237 УПК РФ недопустимым. Приходит к выводу, что обстоятельства, указанные в постановлении суда и послужившие основанием для возвращения дела прокурору, не являются препятствием для рассмотрения дела по существу и не лишают суд возможности в пределах своей компетенции в рамках предъявленного обвинения исследовать и оценить имеющиеся в деле доказательства и вынести судебное решение. Просит постановление отменить, уголовное дело в отношении Л. передать для рассмотрения по существу в Чердынский районный суд Пермского края. 

Проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительный акт составлен с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения.

Согласно правовой позиции изложенной в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2009 года № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в ст. 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого; обвинительное заключение не подписано следователем, обвинительное заключение не согласовано с руководителем следственного органа либо не утверждено прокурором; в обвинительном заключении отсутствуют указание на прошлые неснятые и непогашенные судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу.

Как следует из материалов уголовного дела, существенных нарушений при составлении обвинительного заключения, влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, по данному делу не имеется. В обвинительном заключении указаны существо обвинения, место и время совершения обвиняемым преступления, его способ, мотивы, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и которые подлежат оценке при рассмотрении судом уголовного дела и вынесении судебного решения. Также по делу был установлен потерпевший и данные о потерпевшем приведены в обвинительном заключении.

Мнение стороны защиты о том, что в обвинительном заключении приведены не все доказательства имеющиеся в уголовном деле, а именно не приведены доказательства указывающие на должностное положение Л., не может служить основанием для возвращения дела прокурору, поскольку предъявленное Л. обвинение содержит сведения о его должностном положении и содержащиеся в материалах дела доказательства, подтверждающие это обстоятельство, суд не лишен возможности по инициативе сторон исследовать в судебном заседании. 

Формулировка предъявленного Л. обвинения в части указания места, времени и способа совершения преступления соответствует диспозиции ч. 3 ст. 159 УК РФ, что, не лишает сторону защиты возможности представить возражения относительно предъявленного обвинения.

При этом следует отметить, что период, в который имело место инкриминируемое Л. противоправное деяние, приведен в обвинении, а отсутствие в обвинении конкретных дат начала отдельных эпизодов противоправной деятельности оконченных в ноябре и декабре 2018 года не указывает на отсутствие в обвинении сведений о периоде совершения инкриминируемого обвиняемому преступления.

Также из обжалуемого постановления следует, что суд первой инстанции в обоснование своих выводов о необходимости возвращения дела прокурору сослался не неполноту описания в обвинении объективной стороной преступления, а в частности способа совершения мошенничества в связи с отсутствием в обвинении указания конкретного времени и места составления Л. фиктивных документов.

Вместе с тем, отсутствие в обвинении указания на конкретное время и место составления Л. фиктивных документов, которые, по мнению органа следствия, были использованы для совершения мошенничества, не может являться такой неполнотой описания объективной стороной преступления, которая может послужить препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия по нему судебного решения, поскольку обвинение содержит описание по каждому эпизоду способа совершения мошенничества, что не лишает суд первой инстанции возможности рассмотреть дело по существу, оценить, установленные на основании исследованных доказательств, обстоятельства и вынести по делу судебное решение.

Кроме того выводы суда первой инстанции о необходимости возвращения дела прокурору по причине отсутствия в обвинении указания на то, доверием каких-именно должностных лиц учредителя злоупотребил обвиняемый, суд апелляционной инстанции считает необоснованными, поскольку в обвинении приведен способ совершения противоправного деяния, а также круг лиц в отношении которых Л.,, по мнению органа предварительного следствия, совершил действия, связанные с обманом и злоупотреблением доверием, а поэтому исходя из положений ст. 252 УПК РФ, не имеется препятствий для рассмотрения данного уголовного дела в пределах предъявленного Л. обвинения и вынесения итогового судебного решения.

Что же касается выводов суда первой инстанции о фактическом наличии в действиях Л., признаки иного общественно-опасного деяния, с иной формой совершения хищения, то эти выводы также не могут послужить основанием для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку судом первой инстанции не установлено обстоятельств для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления, то есть не установлено оснований предусмотренных п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

При этом оценка допустимости и достаточности представленных суду доказательств, установленных по делу обстоятельств, а также оценка вопроса о виновности обвиняемого Л. в совершении инкриминируемого преступного деяния и квалификация его действий, относится к компетенции суда первой инстанции при рассмотрении уголовного дела по существу и может содержаться в итоговом судебном решении по уголовному делу.

Как следует из изложенного, существенных нарушений допущенных при составлении обвинительного заключения, которые не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства и в силу которых исключается возможность постановления судом первой инстанции итогового решения, не имеется, а обстоятельства, на которые сослался суд первой инстанции в обжалуемом судебном решении не предусмотрены ст. 237 УПК РФ и не являются препятствием для рассмотрения судом первой инстанции уголовного дела по существу.

Таким образом, изложенные в постановлении выводы суда первой инстанции о наличии препятствий для рассмотрения дела судом по существу предъявленного Л. обвинения и о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, являются необоснованными, поскольку предъявленное Л. обвинение и обвинительное заключение не препятствуют постановлению судом приговора или вынесению иного решения на основе данного обвинительного заключения, в связи с чем постановление суда, как не основанное на требованиях уголовно-процессуального закона и несоответствующее требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, подлежит отмене.

В связи с отменой обжалуемого постановления уголовное дело необходимо направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к судебному заседанию.

Меру пресечения избранную в отношении Л. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, с целью эффективного производства по делу, необходимо оставить без изменения. 

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Чердынского районного суда Пермского края от 31 июля 2024 года о возвращении уголовного дела в отношении Л. обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии подготовки к судебному заседанию.

Меру пресечения в отношении Л. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

Лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении материалов дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись